Глава XXXIV. Мисс города⁠⁠

Утром прихожу в колледж. Появилась одна новенькая первокурсница. Красивая как кукла: высокая, в меру упитанная, на мраморно белой коже ни единого прыщика, большие голубые глаза, длинные чёрные ресницы. У неё очень смешное имя - Сарвиноз. Она села рядом со мной:

- Давай дружить. Ты в клипах снимаешься, я тоже. Давай завтра поедем вместе на съемку? Один знаменитый певец меня пригласил. Будем играть на скрипке.

- Они заплатят?

- Да, это очень известный певец. А тебя родители не ругают за то, что ты в клипах снимаешься?

- Нет, мама говорит хорошо, что ты зарабатываешь. Ты скрипачка?

- Да, но не хочу быть скрипачкой. Я люблю петь, хочу свой клип снять. Мне просто папа не разрешил поступить на вокальное отделение. Папа хочет меня отдать замуж, нашёл мне жениха уже. А у меня есть любимый мужчина, правда он женат, но зато он не запрещает мне петь, он тоже певец. Как ты думаешь, что лучше, быть второй женой с тем, кто позволит мне петь или лучше быть первой женой?

- Даже не знаю… так сложно у тебя всё.

Мы поехали на съемку вместе. Стали дружить. Однажды она сказала мне:

- Пойдём, мой парень угостит нас мороженным. Новый ресторан открылся в центре, там живая музыка, он там петь будет.

Вечер, центр Худжанда. Беседки, оплетённые розами. Идеально ровные газончики. Дорожки, выложенные камнем, сцена под открытым небом, музыканты играют. Мороженное вкусное, с кусочками бананов и клубники, с тёртым шоколадом…

- Я участвую в конкурсе красоты – говорит Сарвиноз – там у нас будут роскошные атласные платья. Ты тоже красивая, они тебя возьмут. Поедешь со мной завтра в театр?

- Если меня с уроков отпустят, то поеду.

- Там всего час в день репетировать будем. Женщина, которая нас готовит в хукумате работает. Нам от хукумата дадут справку, освобождение от уроков.

Мы ездили на репетиции вместе. Все модели высокие, многие выше меня, все красотки. Певцы и танцоры выходят на сцену, мы между ними ходим на высоких шпильках, кружимся, выстраиваем разные фигуры. Женщина командует:

- Не торопись, слушай музыку! Держи спину ровно! Улыбаемся, девочки. Дошла до края сцены, прикладываешь правую руку к груди и кланяешься. Да, вот так, улыбаться не забываем девочки!

Надеваю каблуки и выхожу с урока. Звонок:

- Привет художница. Нарисуешь меня голым?

- Я на репетицию в театр еду.

- В какой театр? Что ты там делаешь?

- Я на «атлас» моделью буду.

- Ага… Ничего один раз не поедешь, что там репетировать-то, просто ходить. Сегодня отдохни.

- Ну… о’кей.

Едем к морю по загородной трассе, через новый мост. Он рулит. Машина едет плавно, бесшумно.

- И зачем тебе конкурс этот?

Ему что нравиться портить мне настроение?

- Ну… я выйду на сцену, почувствую себя красивой.

- Ты так думаешь… А там в жюри будут мужчины из хукумата сидеть, высматривать девушек и говорить: «я вот эту девушку хочу и вон ту». Оно тебе надо? Не участвуй!

- Мне нравиться сцена. Сейчас дизайнер шьет для меня роскошное вечернее платье. Нас там учат красиво двигаться, ровно ходить в ритм музыки. Я буду участвовать.

Настроение испортил сука… чувствую себя теперь тупой, последней проституткой. Мужчины хотят, чтобы мы были только для секса, больше ничего нельзя… они хотят, чтобы мы были как бараны, закрыть в доме и пользоваться как куском мяса…

- Боитесь, что ваши друзья узнают американку да?

Он ничего не ответил. Хочу напиться! Выпила пол бутылки вина. Он потащил меня на кровать. Хочу чтоб он мучился!!! Связать его, избить плеткой, а потом трахнуть резиновым членом!!! Чтоб он страдал, чтоб он плакал!!! Ему нравится, когда я взбираюсь на него и чуть-чуть душу. Эта тварь специально меня злит!!! Ненавижу!!! Я вообще с мистером Х. не говорила, перелегла на диван и заснула. Он разбудил меня.

- Вставай. Уже пол шестого. Мне домой пора. Жена ждёт.

- Можно я фисташки заберу?

- Нет! Их еще сюда привезти надо.

Ишь ты, привезти им трудно! Купить значит не трудно! А я даже не думаю об этом, привезти… есть деньги, лечу покупать что-то, это такое наслаждение, покупать выбирать, привезти… Хочу сказать ему что-нибудь гадкое, но не могу. Мне же надо быть милой и веселой, а то не заплатит. Если бы я могла убивать взглядом, я бы его убила! И чего это он сегодня? Раньше я все забирала.

- На еще денег – говорит Мистер Х. - курутоб покушаешь. На универмаге новое кафе открылось, я тебе покажу. Там вкусный курутоб.

- А что это?

- Ты что не пробовала? – он изогнул бровь -  Неужели? Тогда обязательно туда сходи. Тебе понравится, там мясо, овощи. Вкусно, полезно.

Он везет меня обратно в Худжанд, он за рулем, я на заднем сидении. Проезжаем поля. Женщины, закутанные в длинные одежды, платки, только глаза видно, работают на хлопковом поле. Мистер Х. смотрит на меня через зеркало:

- Видишь там бедные люди работают в поле на жаре, а ты едешь на красивой машине с кондиционером.

Что он хочет этим сказать? Неужели пытается мне настроение поднять? Или опять злит? Я надолго погружаюсь в мысли. Что лучше работать под палящим солнцем или сосать член какому-то лысому мужику? Думаю, думаю, думаю… у меня ничего нет… совсем ничего… я ничего не умею… что я могу людям дать … ничего… ничего нет… пустота… потолок в моей спальне кружиться… я все еще пьяна…

Репетируем на сцене каждый день по часу. В театр ко всем девушкам подходят швеи и модельеры, меряют их, подбирают платья, примеряют, подшивают что-то. Ко мне тоже подошла женщина, обмерила меня один раз и больше я ее не видела. Сарвиноз улыбается:

- У меня будет шикарное атласное вечернее платье! Голубое, под цвет моих глаз! Оно уже почти готово. А ты видела свое платье?

- Нет еще.

- А эскиз видела?

- Нет.

- Странно. Спроси, какого цвета будет твое платье. Купи каблуки под цвет, тени, украшения. Мне украшения и каблуки модельер подобрала, а некоторые сами покупают.

- У меня телесного цвета каблуки, с любым подойдут.

Конкурс красоты проходил не в театре. За городом, в нац. парке соорудили сцену и подиум, под открытым небом. Всё украшено восточными орнаментами и резьбой. Вокруг расставили стулья, зрители сидят, везде камеры. Девушек более ста участниц. Нас разделили на три группы: вечерние платья, повседневные и исторические. Еще есть отдельная группа детской моды. Все платья атласные, всех возможных форм и цветов. Самые роскошные вечерние: пышные, со шлейфами и перьями, расшитые камнями. Я и Сарвиноз в группе вечерних. У нее длинное облегающее голубое платье, под цвет глаз, декольте отделано камнями под бриллианты. Они переливаются, в свете софитов, притягивая внимание к ее мраморной коже и пышной груди. На одном плече бант, прическа тоже зачесана на сторону банта, открывает с другой стороны изящную длинную шею и худое плечо. Наконец мне принесли мое платье. Оно оказалось пышное, красное, на кольцах, со страшной широкой накидкой, прикрывающей плечи и грудь и с кривым швом на талии… Когда стемнело, концерт начался. Медленно иду по сцене на высоченных шпильках, подхожу к краю подиума, кланяюсь. Мистер Х. сидит в жюри, в самом центре… Концерт длился почти четыре часа, потом банкет под открытым небом, напитки и торты. Всем участницам раздали подарки, Сарвиноз победительница, заняла первое место. Моя подруга мисс города! Самая красивая девушка в городе! Поздно ночью нас отвезли по домам на автобусе театра. Мистер Х. звонит:

- Привет художница. Ты такая красивая сегодня была. У тебя платье не красивое было просто, ты только из-за платья не победила. У подруги твоей платье было лучше. Ничего, ты не переживай. Давай на природу поедем на выходные в Чилдухтарон? Ты знаешь, как это переводиться?

- Знаю «Сорок девушек».

- Да, там скалы такие похожие на девушек. Мой друг из Душанбе приедет тоже туда со своей девушкой. У нас там дача. Говори только на английском, о' кей? Пусть они думают, что моя девушка американка. Отдохнём на природе?

- Я не могу на выходные, меня мама не отпустит.

- Ну тогда давай рано утром поедем, а вечером вернёмся. Там очень красивая природа. Возьми с собой краски, хочу увидеть, как ты рисуешь.

Наверно, это он организовал мне самое страшное платье. Не хочет, чтобы я стала здесь знаменитой. Ненавижу!!!