Ответ Smoki77777 в «Города-предатели, встречавшие немцев как освободителей»10
ТС идёт по лекалам оправдания любой сталинской репрессии, вот и здесь его потуги не обошли великого актёра Георгия Степановича Жжёнова подвергнутого репрессиям и полностью реабилитированного. Но в случае государственного насилия над человеком @Smoki77777, встаёт на сторону исключительно государства (сталинского СССР) и поэтому трагедия человека потерявшего из-за репрессий брата, чью семью сослали и который сам годы провёл в лагерях и ссылке для него не более чем:
сухая юридическая база
А слова @KotM, о невиновности Жжёнова и описании его страданий вызывает у @Smoki77777, только одну реакцию:
Давай без розовых либеральных соплёй
Весь текст Смоки это просто компиляция его предположений о том, что Георгий Жжёнов был завербован американской разведкой, ничего кроме разговора американского атташе в поезде с (группой артистов а не с одним Жжёновым), на вокзале во время возвращения в Москву (поздоровался с ними, тоже с группой а не с одним Жжёновым) и в третий раз на спектакле в Большом театре и тоже в компании из трёх человек а не с одним Жжёновым он разговаривал.
Как же Смоки описывает эти факты известные из мемуаров Жжёнова а нагло врёт говоря, что американский атташе встречался с Жженовым лично, один на один без упоминания того, что все их встречи были в обществе артистов из окружения Жжёнова и, что ни одна из них не касалось чего-то кроме "здравствуйте", разговоров об искусстве и стрельбы сигарет
Именно в ходе этой разведывательной поездки произошел контакт с Жжёновым.
встречает на вокзале артиста Жжёнова
Жжёнов и Файмонвилл сидели неподалёку, и в антрактах они общались в фойе, курили американские сигары.
Дальше замечательный аргумент:
Американский атташе Файмонвилл не стал бы тратить своё время на пустую болтовню с актёром Жжёновым. Этот контакт кадрового разведчика с актёром имел сугубо практический характер.
Примеров когда шпионы и дипломатические работника пили и кутили так Роберт Хассен (агент ФБР работавший на КГБ и ФСБ) писал порно-рассказы, приглашал друга смотреть на секс со своей женой, агент ЦРУ Дэвид Раш присвоил себе 40 миллионов долларов в виде золотых слитков, ну и ещё несколько примеров когда дипломаты с "чисто практическими целями" иных как мы знаем от Смоки у них быть не может пили, оказывались у проституток, катались на яхтах и т.п.
Пока искал информацию по Жжёнову и Файмонвиллу, наткнулся на интересный опус:
""Ситуацию усугубляло то, что Жжёнов уже был на плохом счету у органов: в 1937 году его старшего брата Бориса осудили за «антисоветскую деятельность» (тот не пошел на похороны Кирова из-за порванных ботинок). Семью за это выслали в Казахстан, но Георгий ехать отказался.""
Это отличный пример того, как в постсоветской публицистике реальные трагедии и сухая юридическая база заменялись нелепыми мифами в духе "посадили за три колоска" или "сослали за порванные ботинки".
Сергей Киров был убит в декабре 1934 года. Похороны и траурные митинги проходили тогда же. Старший брат актера, Борис Жжёнов, был студентом механико-математического факультета ЛГУ. Его арестовали в январе 1937 года - то есть спустя более чем два года после гибели Кирова.
Ну и здесь на последок Смоки свою глупость выдаёт за аргумент, мол "не могли за действие в 1934 осудить в 1937" но самое то интересное, что здесь у него ещё одна глупость либо ложь так как если он, что-то там искал по теме то должен был наткнутся на мемуары Георгия Жжёнова "Прожитое" (ну или по крайней мере на интервью его дочери и слова журналиста жившего рядом с ним) в которой мы и читаем:
Началом всех несчастий в нашей семье явился роковой декабрь 1934 года, когда был убит Сергей Миронович Киров. В эти скорбные для ленинградцев дни университет, в числе других организаций и предприятий города, отдавал последний долг памяти партийному лидеру, тело которого было выставлено для прощания в Таврическом дворце, недалеко от Смольного. Стояли сильные декабрьские морозы… Мой брат Борис, студент механико-математического факультета университета, обратился к комсоргу своего курса с просьбой разрешить ему остаться. Показав на свои разбитые ботинки, он сказал: «Если я пойду в Таврический дворец, я обязательно обморожу ноги. Какой смысл? Кирову это не поможет». Комсорг донес об этом в комитет комсомола университета, несколько извратив слова брата. В его редакции они выглядели так: «От того, что я пойду прощаться, Киров не воскреснет». Последовало немедленное исключение его из университета. И как следствие этого — лишение прописки, то есть права жительства в городе Ленинграде. Почти весь 1935 год брат обивал пороги Верховной прокуратуры СССР в Москве, протестуя против несправедливого исключения. В конце концов его восстановили в правах студента, и он вернулся в Ленинград. А в декабре 1936-го почтальон принес повестку, обязывающую брата явиться в Управление НКВД на Литейном проспекте. Несколько дней этот зловещий листок лежал на комоде, рождая в каждом из нас безотчетный страх и недобрые предчувствия, словно похоронка. В назначенный в повестке день, 5 декабря (день сталинской Конституции!), Борис, не заходя в университет, ушел в «Большой дом». Домой он оттуда не вернулся никогда! По неправедному приговору Ленинградского областного суда в мае 1937 года его осудили на семь лет за «антисоветскую деятельность».
Это два разных события которые Смоки опровергает абсурдным тезисом. Борис Жжёнов также реабилитирован в 1989 году.
Источники:
История
68 постов30 подписчиков