Серия «S.T.A.L.K.E.R. T.A. Хроники. Часть 2»

«И излучатели нашлись там же…»

Всё это наводило на мысли, что вышка никогда и не была предназначена для радиовещания. Может это был просто побочный эффект. Или проект, созданный для отвода глаз.

В нарастающем гуле отчётливо прозвучал щелчок тумблера, который запускал радиоэфир.

- Внимание! Всем, кто меня слышит! Срочно найти укрытие! Повторяю! Всем, кто меня…

Вещание хриплым треском перебил счётчик Гейгера. Дышать становилось всё тяжелее. Роджер закашлялась, почувствовала во рту солёный кровавый привкус.

Небо за окном стало приобретать красноватый оттенок. Где-то вдалеке послышался раскат грома, который перешёл в грохот содрогающейся земли.

«Выброс? Нет, что-то… масштабнее».

Радио мигнуло всеми лампочками, затрещало и вырубилось. Роджер выругалась и отшвырнула микрофон. Вещать дальше не было возможности, да и слушателей у неё могло уже и не быть. Счётчик Гейгера всё больше раздражал треском. Девушка попыталась вспомнить, откуда он вообще здесь взялся. Его, вроде бы забыл кто-то из сталкеров. Не важно. Уже не важно.

Облокотившись на стол, Роджер достала из кармана диктофон, положила его перед собой и включила архивные записи.

Вот голос Бармена. Он был в числе первых людей, которые встретились ей в Зоне. На записи его речь звучала живо, весело. Он о чём-то увлечённо рассказывал, иногда сбиваясь и начиная жаловаться на сталкеров, которые никак не желали признавать его заведение самым лучшим. Были ли эти жалобы сказаны всерьёз или нет, девушка никогда не понимала.

Потом включились записи посвежее. Они состояли в основном из её собственных путевых заметок. Одними из первых шли правила выживания, классификация опасностей, монстров и аномалий. Целые дорожки, каждая по десятку минут были забиты информацией о том, какие группировки в ЧЗО обитают. Кто с кем дружит, кто, напротив, терпеть друг друга не может.

На перемотке слова летели сумбурным потоком. Словно вся её жизнь проносилась перед глазами. Похождения Кота, пленение Воронина, тайные эксперименты Чистого Неба. Ещё что-то про бандитов, про Науку, про наёмников.

И всё это упиралось в возрождённый Монолит. Он был тем каменным берегом, о который разбилась вся эта волна. Все эти истории. Большие и маленькие. Смешные и серьёзные. Важные и не очень.

Пальцы потянулись к лежащему на столе блокноту, служившему личным дневником. Нежно прошлись по шершавой, кое-где затёртой обложке. В нём оставалось ещё много чистых страниц. Что-то подсказывало, что часть из них Роджер уже не суждено заполнить.

Ручка заскребла по бумаге. Будь сейчас рядом кто-то из её знакомых, наверняка пожурил бы девушку за почерк, который становился всё менее понятным и всё меньше отличался каллиграфической правильностью. Буквы прыгали, рябили, наползали друг на друга как насекомые. Где-то оставляли кляксы чернила, где-то на бумагу капала сочащаяся из носа кровь.

Но…

…при написании предсмертных записок никто ведь и не думает, об их красоте или разборчивости, верно?

- Как раз на счёт этого, - фыркнул собеседник. - Фриц решил отыграться. Мы после того случая начали попеременке следить за лагерем Долга. Хранящийся неподалёку от них подлинный, мать его, артефакт обнаружили довольно быстро. Вот только до последнего момента шанса пробраться к нему у нас не было. Казалось бы, препятствий-то минимум. Всего лишь кишащий долгарями форпост, минное поле и густо посеянные аномалии, которые разрывали в клочья всех, кто имел наглость приблизиться. И вот тут-то оказалось, что Зона вполне на нашей стороне. Количество долговцев сократилось и без нашего участия. Коды к разминированию наши вообще нашли на видном месте, на каком-то клочке бумаги. Пришлось повозиться с улучшением костюмов, чтобы обойти аномалии, но и тут всё прошло более-менее гладко.

- Единственная проблема - подвела черту Роджер, - вас и самих под конец оставалось пара человек, чтобы все эти преимущества использовать.

- Вот тут-то на сцену и вышел Фриц, - в голосе прозвучали нотки восхищения. - Смог справиться в одиночку, ещё и с ранениями. Дополз до их форпоста, разминировал там всё, достал из тайника артефакт и вернулся обратно. Чёрт возьми! Это надо было видеть! Весь в окровавленных тряпках, хромал на обе ноги, но дошёл! Ещё и контейнер донёс, в котором наконец-то был истинный, нормальный Оазис.

- Правильнее будет «Сердце Оазиса», - на Роджер рассказ впечатления не произвёл, хотя диктофон перед его началом она включила. Чисто автоматически. - А с какой, прости, радости долгари вам такую ценную вещь отдали?

- Ну так это, - собеседник запнулся, - Они ж нашего главного почти дохлым посчитали и угрозу в нём не увидели. Думали не обратно он не доползёт. Ну и… за этот артефакт Фриц нашим излучателем заплатил… Ай!

Девушка, помогающая с перевязкой, чуть ослабила затянутый на бинтах узел. Не говоря ни слова пулей вылетела на улицу.

Прихрамывающий свободовец вышел следом и увидел её фигуру на краю холма. Повернув голову на шум далёких взрывов и выстрелов, сразу понял на что она смотрит. Там вдалеке над лесом, за чертой полуразрушенных зданий вился дым. В той стороне была база Долга.

«Была».

- Он обрёк их на смерть, - тихо выдохнул свободовец.

- Не только их…

В голове гудело какое-то предчувствие. Взгляд метался, пытаясь зацепиться за какие-угодно странности. За любые детали, которые бы дали подсказку на счёт того, что Монолит собирался делать дальше. Свободовец тронул девушку за плечо, указал на группу строений, расположенных недалеко от подножия холма.

- Вот в тех хибарах мы нашли излучатели. Они правда были сломаны, мы их чинили ещё, ну да не суть, - чтобы получше разглядеть происходящее свободовец достал бинокль. - Знаешь, что странно? Я думал там просто какие-то заброшки, ну может чей-то тайник, в котором кто-то оставил оборудование… Но тогда решительно не ясно, что в этом месте понадобилось монолитовцам. Вон глянь, они там кишмя кишат.

Роджер проследила за его взглядом и тут же изменилась в лице. Сбивчиво, ничего толком не объясняя, она настоятельно рекомендовала свободовцу драпать на свою базу, найти укрытие и уговорить всех, кого встретит сделать то же самое.

Сама же она кинулась к вышке.

Девушка потянулась к двери. Дрожащая рука застыла над рукоятью засова, а затем безвольно опустилась обратно. Повернувшись к двери спиной, Роджер без сил заскользила по её холодному металлу вниз. Уткнулась лбом в колени.

- Ты ведь хочешь вновь увидеть родных? Родителей? Хотя бы ещё один раз.

Горло сдавило. По телу прошла колючая дрожь.

- Замолчи. Даже если ты это ты, а это не так, я скорее предпочту, чтобы меня до края Зоны конвоировала стая кровожадных снорков. Эта радиовышка любит сводить людей с ума, верно? Ты… ты мне просто кажешься. Возможно, всё что сейчас происходит - мне просто кажется…

В лёгких перестало хватать воздуха. Голова закружилась.

- Представь, что почувствовал твой любимый человек, когда ты не вернулась? Когда пропала без вести. Открой, прошу, - голос из-за двери стал мягче. - Ты ведь устала засыпать и просыпаться с чувством вины и страха…

Дверь вновь содрогнулась от удара. Импульс прошёл по жалобно скрипнувшему металлу и острой болью ударил в позвоночник. Над головой, серебряной звёздочкой мелькнул один из шурупов, которые держали засов. Он вылетел из косяка и тихим стуком ударился об пол.

- Скажи, ты ведь больше не «Славный»? - перед глазами возник образ одиночки, вспомнилась их первая встреча. - Он погиб или вроде того?

- Славный исчез, потому что так было угодно Зоне. Умер. Как умирал до этого множество раз, - голос собеседника с каждым словом будто терял все краски, становился механическим. - Он выполнил свою роль. А ты сейчас с такой же преданностью выполняешь свою.

Чувство было похоже на резкий удар по голове. Одна мысль, молниеносная, резкая, пробила сознание будто пуля. В горле застряли вопросы, ответы на которые знать не хотелось.

Она помогла им. Так или иначе.

Она помогла Ему.

Мир закружился. В глаза ударил свет от десятка ламп и лампочек, вкрученных в оборудование. Больше половины из них не имели к радиовещанию никакого отношения. И сколько бы Роджер ни допытывала местных техников, даже они не смогли объяснить ей, как и для чего были собраны все эти детали.

Они просто были там… нужны.

Они должны были оставаться в рабочем состоянии, сколько бы сил для этого ни пришлось приложить.

За дверью вновь послышался шум. Не давая себе времени испугаться или хоть как-то задуматься, Роджер вскочила на ноги. С громким скрипом дёрнула засов и рванула дверь на себя.

Кто был по ту сторону уже не имело значения.

- Стой, стой, стой! Какого хрена?!

Стоявший за дверью человек ловко увернулся от свистнувшей в воздухе стойки, которая всё ещё выполняла роль единственного оружия. К сожалению, ненадолго. Заломленное запястье обожгло болью. Непослушные пальцы разжались.

- Да успокойся ты!

Она выдохнула, отступила, наконец приходя в себя. Монолитовец не стал бы её останавливать. Строго говоря, она была бы уже мертва, если бы за дверью её действительно ждал Славный. Но это был не он.

Судя по амуниции, вроде бы, свободовец. Только зелёная форма почти вся была либо испачкана в крови, либо скрывалась за белыми полосками бинтов. Он смотрел на неё диким взглядом и явно подумывал пристрелить как какого-нибудь бешенного зверя или сошедшего с ума зомби.

- Слышь, фурия, я тут вообще-то с миром пришёл! А ты мне чуть череп не проломила. Фриц обещал, что меня тут радушнее примут…

- Он жив?

Свободовец как-то странно улыбнулся. Затем кивнул на дверь, явно намекая на то, что разговор лучше продолжить в более безопасном месте.

- Так вот! Неподалёку от наших шалашей… Куда прёшь, скотина! Не отвлекай! Я тут вообще-то с людьми общаюсь! Ну так вот… Недалеко от нас обнаружился вход в бункер, внутри которого был некий схрон со всякой всячиной. Прямо легендарный "Клондайк". Только открыть мы его не могли, там аномалий куча была. Плюс мы и сами там парочку мин кинули. Мало ли. За всё что там лежало на Большой Земле могли не хило бы так денег отстегнуть. Соблазн, так сказать…. И, что, вашу ж перемать, не удивительно… Отошёл от укреплений, гадёныш! …что не удивительно, желающие его захватить повалили тут же, словно сговорились. Вот прям как щас! Приходилось вести оборону с шуруповёртом в одной руке и с оружием в другой. Вот если бы не эти постоянные налёты, может мы бы сейчас вас, морды монолитовские, уже на фарш бы пустили! Ах… ах ты ж су…

Рация вновь захрипела. Послышались обеспокоенные голоса. Из обрывков фраз стало понятно, что Фрица зацепило. Но даже это не заставило его замолчать.

- Радистка Кэт, ты там в порядке? Плёнка в диктофоне ещё есть?

- Я попробую позвать на помощь… Вызвать…

- Кого? - глава Свободы прервал её резко, хорошо поставленным командирским голосом, - Нам и так тут напомогались уже. Вон и одиночки, и бандиты, и даже Чистое Небо с Наёмниками. Мы же тут люди компанейские. Только, думается мне, что у всех наших союзников сейчас задница не меньшего масштаба… - послышалось шуршание бинтов и отборнейший мат, вырвавшийся не то от боли, не то от обиды, - Ваше ж… сучье племя… Чтоб вас… Роджер?

- На связи…

- У тебя что-нибудь мотивирующее в архивах есть?

- Конечно. «Eye of the tiger» подойдёт?

- Это которая из фильма?

- Она самая.

Пара щелчков и в динамиках начал нарастать ритмичный рокот. Затем зазвучало несколько мощных гитарных аккордов. Простых, но воинственных. И, наконец, вокал. В рации было слышно, как песне нестройным хором начали подпевать несколько человек.

- Ну всё! Трындец вам! Эх, гробы подорожают!

Свободовцы ринулись в атаку. Мощную, яростную.

Последнюю.

Противник превосходил их по силе. Превосходил числом, вооружением, был лучше скоординирован. Укрепления не выдержали. Лагерь разносили в клочья. Большая часть личного состава была тяжело ранена или погибла. Тем, кто остался, Фриц приказал спасать собственные жизни.

Спустя пару минут песня в динамиках стихла. По-хорошему надо было включить что-то дальше, заполнить тишину, но… зачем? Для кого?

Ужас разрывал тело противоречивыми импульсами.

«Спасайся! Выбеги на улицу! Нет-нет! Запрись здесь! Вызови помощь! Нет! Просто подожги вышку и всё будет кончено! У тебя ведь есть канистра с бензином для генератора, верно?»

В тишине и одиночестве прошла ещё пара дней. Спускаться с вышки было слишком страшно. Роджер несколько раз пробовала, но гремящие совсем рядом перестрелки заставляли возвращаться обратно. А запасы еды и воды, между тем, неуклонно подходили к концу. Радиационный фон тоже явно намекал на необходимость сходить хотя бы за одной порцией антирада. Вот только когда девушка, собрав силы и остатки храбрости, подошла к двери, планы внезапно изменились.

С тихим скрежетом дверная ручка медленно поворачивалась. Точнее её поворачивали.

До того, как скрипнули петли Роджер успела закрыть дверь на засов. Тот жалобно скрипнул, но послушно заехал в железную скобу, прикрученную к дверному косяку.

Ручка скрипнула, возвращаясь в исходное положение.

Тишину, которая повисла внутри радиовышки можно было резать ножом, настолько она казалась густой и плотной. Правда долго она не продержалась. Послышался неравномерный стук, закончившийся одним мощным глухим ударом.

Засов дёрнулся. Заходили ходуном скобы, на которых он был закреплён. Но дверь выдержала. Не открылась.

- Кт… то… т… ам?

Шаг назад. Ещё один. Тело упёрлось в столешницу. Краешек глаза ухватил стоящую на ней микрофонную стойку. Металлическую, маленькую, компактную. Тяжёлую.

Сперва было затишье, верно? Потом ей встретился тот странный одиночка в Баре, как-то связанный с Чистым Небом. Славный. Он интересовался радиовышкой. Не просто так. Детали, из которых она была сделана, напрямую связаны и с Монолитом, и с Центром Зоны и, чёрт знает, с чем ещё. А потом одиночка пропал.

«Как раз накануне, когда… Да! Точно! Перед той ночью, когда я потеряла сознание!»

В голове опять всплыли смутные видения. Синий свет, чьи-то голоса.

«Что если вышка так отреагировала на предполагаемое "возрождение" Монолита? По времени всё сходится…»

Потом обнаружились все эти записи в дневнике о событиях, которые Роджер не должна была знать или помнить. Девушка схватила со стола блокнот, судорожно пролистала несколько страниц. Излучатели о которых вспомнил Лесник! Про них там тоже что-то было! Что-то важное!

- Фриц! Что вы там с Долгом опять делите?

- Много чего. Деньги, территорию, влияние, распутных женщин. Сейчас вот излучатели Кайманова у них отбили.

- Излу… Слушай! Очень внимательно! Не могу объяснить откуда я это знаю, но за ними по пятам идут бойцы Монолита.

- А ещё они нужны Долгу, - как бы невзначай вклинился Фриц.

- Что? Ну… Возможно. Это не важно! Твоему Долгу от Монолита уже досталось. Возможно, как раз и из-за этих излучателей. Если я права… А я очень надеюсь что это не так… И если, ну, например, эти хреновины Кайманова сейчас находятся где-то рядом с вашей базой, то… Фриц, вы следующие.

На том конце рации повисло какое-то нехорошее молчание, которое сменялось нарастающим шумом.

- У вас там всё в порядке…? Фриц…? – девушка сжала рацию в руке. Различила среди помех звуки выстрелов.

- Слушай, радистка, - голос главы Свободы, вынырнувший из тишины спустя пару минут, был как-то пугающе расслаблен, - Вруби в своей шарманке что-нибудь бодрое. И это… Дверь… забаррикадируй… На всякий случай.

Дыхание стало сбивчивым, судорожным. Перед мысленным взором всплыл список всех, кто мог бы противостоять возрождённому Монолиту. Ещё чуть-чуть и из него можно будет вычёркивать ещё одного участника.

- Пожалуйста, просто уходите оттуда…

Рация выплюнула ещё несколько минут помех. Роджер смотрела на неё не моргая. Отстранённо. Отрицая произошедшее. В голове было пусто. Если бы сейчас её жизнь оборвалась, она бы даже не почувствовала разницы.

И тут раздался хлопок.

В щели между косяком и дверью, которую настоятельно рекомендовали забаррикадировать, ворвался яркий красновато-жёлтый свет.

Шаг. Поворот ручки. Знакомый скрип дверных петель.

Где-то на горизонте, там, где была база Свободы, в воздух взметнулся яркий огонёк сигнальной ракеты. За спиной затрещала и вновь ожила рация.

- Ну всё! Прощальный салют дали! Месите их, чуваки! Роджер? Ау! Ты там ещё?

- Д… да…

- А чего так неуверенно? Эй, куда прёшь?! А ну пошёл нахрен! Монолит, монолит… Знаешь куда я тебе твой монолит сейчас засуну?! - речь заглушила чья-то автоматная очередь. Голос главы Свободы пробивался через этот фон обрывками, - Эй! Я тут интервью хотел бы дать! Тыкай свой диктофон! Тыкнула?

- Фриц… Бегите… Вас же…

Но свободовец её не слушал, продолжал говорить самозабвенно, словно тетерев на токовище.

Больше в Зоне не было безопасных мест. Помощь? Её было просто не от кого ждать. Раньше можно было рассчитывать на Долг, но… Они понесли чудовищные потери в последней стычке с Монолитом. Военные? Они тут больше для устрашения, а не для чьей-либо защиты. Какая-то надежда была на учёных, но… Все рядовые сотрудники сейчас в панике бегали по Зоне и квадратными от ужаса глазами смотрели на показания приборов. Уровень радиации неуклонно поднимался. Датчики зашкаливали и выходили из строя. Маячки, отмечавшие прежние границы ЧЗО оказались бессмысленны, потому что «границы» в том месте больше не было. Почти везде она сдвинулась на несколько километров, отхватив немалый кусок за пределами кордонов.

- Это… глупо, - наконец сказала она, - нелепо и жестоко. Мы ведь здесь сидим как в мышеловке. Просто ждём смерти и даже не пытаемся что-либо сделать… Не помогает ни сила, ни ум. Та же Наука сейчас практически обезглавлена. Вот помните, вы говорили, что у руля сейчас Хасьянов? А знаете где тот, кто был до него?

- Это ентот? Паренёк такой? Кличка у него ещё забавная была…

- «Хоббит». Всё верно. Он пропал без вести. По Зоне расползся слух, что его заказали Наёмникам. И если его кучерявая голова хотя бы покажется из той ямы, в которую он залёг, с ним сделают что-то очень нехорошее. Чёрт! Пока всё вокруг горит, мы грызёмся меж собой. То территорию делим, то артефакты, то документы, то приблуды какие-нибудь!

Лесник примирительно положил руку на плечо девушки. По-отечески приобнял, успокаивая. Его одежда пахла лесом, прелой листвой и горьковатой чайной заваркой.

- Всё так, - наконец тихо сказал старик, отстраняясь. - Дык ведь и за кордоном также. Тут люди просто честнее. Если сволочи, то сволочи до конца. На доброту и честность это правило вроде как тоже должно распространяться.

Мягкий тон заставил немного остыть. То, с какой теплотой в голосе Лесник рассуждал о Зоне, подкупало. Давало надежду.

- Всё будет хорошо, возможно просто не у нас?

- Вот-вот! - старик рассмеялся. - Хотя на счёт грызни это ты верно подметила. Вот, например, слыхала как Долг со Свободой какие-то там излучатели уже не первый день делят? На кой чёрт они им нужны, и сами толком ответить не могут. Долгарей снарядили на поиск местные умники, учёные то бишь. А свободовцы по каким-то своим каналам на них вышли. И вот опять «красные» с «зелёными» что-то делят. Ну да ладно. Тебе, девица, на вышку на твою пора. Вдруг важное чего объявить надобно будет. Или может сама чего хорошего услышишь.

Прощание вышло тёплым. Дружеским. Роджер взобралась на вышку, завела генератор и поставила на зарядку, севшую ещё вчера, рацию. Та мгновенно разразилась треском.

- …Твою… перемать! Да где её черти носят?! Фриц вызывает радиовышку! Приём! Приём, Роджер, так твою разэдак!

Чуть прищурясь, будто ожидая удара, девушка нажала на кнопку связи.

- Роджер слушает…

- Да неужели! У тебя там всё нормально?

- Ну… Насколько это возможно, - до слуха донеслись звуки далёких выстрелов. Их было слышно ещё в дороге, но в тот момент они были совсем далеко. Сейчас же отрывистые хлопки звучали гораздо отчётливее. Ближе.

Роджер нахмурилась. Не дав собеседнику время для вопросов, спросила сама.

- Прости, все эти нервы только чтоб узнать, как у маленькой радиоведущей дела? Или есть вопросы посерьёзнее?

В рации раздался лёгкий смешок.

- Тебе Кот передавал предложение о сотрудничестве?

- Эм… Да? Нет? О чём вообще речь?

- С твоей помочью мы хотели бы придать происходящее в Зоне огласке.

Девушка немного опешила.

- Внезапно. Ладно, допустим, - в голосе радиоведущей не осталось даже намёка на энтузиазм. - Вот только антенна бьёт не так далеко. Цепляет ближайшие стоянки, базы и плюс-минус полторы сосны в лесу. А ещё твой план предполагает какие-то, ну… время и силы на реализацию. Может до Бара придётся прогуляться или ещё куда. Но… знаешь, снующие по округе фанатики явно не отличаются дружелюбными намерениями. Сделают из меня решето раньше, чем я доделаю какие-нибудь дела. Личные или общественно-полезные.

- На-ка, послушай, - Лесник протянул девушке сильно потрёпанный КПК, - Будто кто специально запись включённой оставил.

Проигрывание последнего и, вероятно, единственного уцелевшего файла начиналось со звуков перестрелки.

- …повторяю, возле базы Чистого Неба… - запись незнакомого голоса прерывалась ругательствами и чьим-то неразборчивым мычанием, - бойцы Монолита!

Лесник пояснил, что в какой-то момент на чистонебовской базе в живых остался только один парнишка. Боец не сдавался, отстаивал родные рубежи до последнего. На записи было слышно, как стрекотал его автомат, не подпуская противников.

Но вот звуки выстрелов сменились безобидными щелчками. Патроны в оружии были не бесконечными. Спустя минуту настал черёд коротких отрывистых выстрелов. В ход, по всей видимости, пошли пистолеты, но и их хватило ненадолго.

Очередной выстрел.

Сдавленный крик.

На этом запись прерывалась.

Позже выяснилось, что о штурме базы узнал и сам Вездеход. Не ясно достиг ли глава Чистого Неба поставленных целей, но бойцов он развернул. По дороге обратно успел даже с Долгом связаться. Попросить их о помощи. Те согласились. Зря.

- Та кровь на лужайке, - тихо добавил Лесник, - как раз принадлежит одному из раненных долговцев. Я неподалёку был, хотел хоть кого-то из той бойни вывести. Перебинтовал одного из уцелевших. На ходу. Как смог. Он мне за это вот КПК этот передал. Сказал, что прихватил его из лагеря чистонебовцев, но… Раны у долгаря уж больно серьёзные были. Не успел я… До сюдова довёл и… Он прям тут…

Хозяин сторожки невольно посмотрел на маленькую лопату, приставленную к стене. На ней ещё виднелись следы свежей земли.

Так как рассказ затянулся, ночевать пришлось в сторожке Лесника. Тот был этому рад. Выделил ей самый сухой и чистый угол, натаскал туда свежего лапника. Единственная комнатка сразу наполнилась запахом хвойного леса. Этот аромат успокаивал, делал мысли в голове легче и проще. Лесника потянуло на рассказы о жизни, на пересказ слухов и глупых историй. Некоторые Роджер слышала впервые, даже попросила разрешение записать их на диктофон. Другие байки были затёрты до дыр, но и их в пересказе дедушки было интересно послушать.

- Ты слышала, как недавно учёные наши сглупили? - девушка мотнула головой и покрепче сжала в руках кружку со свежим чаем, настраиваясь на очередной рассказ. – Ооо! Значится слушай. Прохожу недавно мимо базы научной. Вечерело уже. Тишь да гладь, только знай себе ходи, да на природу местную любуйся. И тут слышу, как недалече крики! Ругань! Кто-то кого-то чихвостит, аж пыль стоит! Подхожу ближе, а там ентот ваш, как его… нонешний глава у умников… Хасьянов, во! Стоит, руки в бока упёр, а рядом с ним кто-то помладше, тоже в комбезе ихнем, научном, защитном. Ну, вслушиваюсь я. Знаешь, чего оказалось? В общем, сидели учёные в очередной раз на карантине. То ли поганку им кто подозрительную припёр, то ли запчасть монстрятины какой, не знаю. И тут клич. Кто-то толкётся у самых ворот, внимания к себе требует. Ну, младшенького научника к воротам послали, мол, это, выспроси чего хотят. Тот губы подул, ну а что? С начальством-то не спорят. Выходит, значится. А там, картина маслом. Два сталкера, грязные, побитые, третьего связанным да на поводке держат.

- На опыты что ль привели?

- Хех, младшенький тоже подумал, что на опыты. Ну и завёл шарманку: «Карантин! Всех впущать, никого не выпущать! А ежели, говорит, впущу, то лишний час на карантине все сидеть будут!» Тех, ясен-красен, такая перспектива не устроила. Они этому связанному пулю промеж глаз… фигак!

Лесник поймал озадаченный взгляд радиоведущей. Ухмыльнулся в бороду, будто нарочно выдерживая драматическую паузу.

- Вот-вот, девица. У того учёного тоже глаза как блюдца были. Зачем? За что? Не ясно же! И тут выходит сам Хасьянов. Выстрел видимо услышал. Начал этих двоих сталкерюг расспрашивать на кой они товарища в расход пустили. Оказалось вон что. На их отряд напали. Не кто-нибудь, а целый контролёр. Убитый паренёк был в отряде в качестве пленника. Ну, то есть связан, обезоружен, всё как положено. Контролёр-то монстр хоть и сильный, но не шибко мозговитый. Бьёт его силушка всех без разбору. Но тут и сталкеры не лыком шиты, положили гада, хоть и не без потерь. И тут смотрят, а связанный пленник-то тоже! Того! Обзомбячился! Мычит, глазами вращает! Перегрызть верёвки хочет, а потом и глотку чью-нибудь. Ну и что? Потерянных бойцов не вернуть уже, грустить о них смысла нет, а за живого зомби научники могут неплохие деньги дать. Ну и повели они его, а дальше ты знаешь… Зомби пока с ними ковылял, выдохся похоже. Не мычал, не истерил, на людей не кидался. Так и получилось. Одни не разобрались кто перед ними. Другие слов на объяснения пожалели. В итоге все в проигрыше остались. Научники без свежего мяска для опытов. Сталкеры - без товарищей и без денюшек.

Роджер вымучено улыбнулась. Опустив взгляд и уставившись на кусочки трав, плавающие в кружке, мысленно повторила фразу, которая больнее всего царапнула слух.

«Все в проигрыше остались».

«Все».