После ухода со службы на пенсию десяток лет работал безопасником в энергетике. С бродячими блоховозами была постоянная война. Как только территория предприятия очищалась от очередной стаи, тут же через непродолжительное время появлялась или та или другая. Очистка территории поначалу проводилась следующим методом: писалось письмо в службу ответственную за отлов собакенов и они их с разной долей успешности отлавливали. Само собой бирку в ухо и на волю. Навсегда очистить территорию от блоховозов удалось только радикальными методами: тотальный ремонт забора и приказ директора запрещающий прикорм на территории и в непосредственной близости под страхом выговоров и лишения премий. А жирную точку уже ставил я сам приезжая на объект по вечерам с винтовкой и тупо отстреливая появившихся пёселей. А так как объект режимный зоошизу туда не подпускали и на пушечный выстрел. Я уже лет пять как не работаю там, а мой приемник говорит, что территория стерильна до сих пор.

Бродячие собаки это дикие животные, просто живущие рядом с человеком и его не боящиеся. В следствии этого смертельно опасные и подлежащие уничтожению. Сказки о том что это брошенные или сбежавшие животные совершенно не соответствуют реальности. Бывшие домашние питомцы погибают в первую неделю как раз от диких стай. Даже течных сук разрывают суки из стай, им конкурентки не нужны.

Когда же у нас во власти появятся вменяемые руководители?

Вопрос с бродячими собаками сколько времени не закрыт,все какие то полумеры,стерилизация(которую бойкотируют зоошизы)чипирование(да,кому оно мешает? ни людям ни собаке) возврат на место отлова (это вообще какой то треш) вернуть собаку на место прикорма,которая будет жить своей собачьей жизнью.

И люди будут жить собачьей жизнью,оглядываться,прислушиваться,бояться зайти во двор,убегать,отбиваться,лечится с больницах или вообще их жизнь закончится до окончания их срока жизни.

Пора разобраться с этим беспощадным законом ОСВВ,с лобби которое защищает этот закон,эта невозможная статистика нападения собак на людей,которую никто наверху не принимает всерьез.