Существует главный миф о бродячих собаках, который активно и целенаправленно насаждается частью сообщества, именующего себя зоозащитным. Согласно этому мифу, почти каждая бродячая собака — это выброшенный питомец. Однако данный эмоциональный нарратив не отражает действительности и создаёт ложную основу для действий, целенаправленно сводя всю проблему к вине человека. Несомненно есть и выброшенные животные, которые частично пополняют популяцию бродячих собак, но как правило это низкий процент.
На самом деле, подлинную основу проблемы составляет не поток выброшенных питомцев, а сформировавшаяся в городской среде популяция бродячих собак. Это сложившаяся и устойчивая группа, которая существует и размножается сама по себе. Подавляющее большинство собак на улицах наших городов — это не бывшие питомцы, а потомки многих поколений, родившихся и выросших вне дома.
Важно понимать принципиальное различие: домашняя собака, сформированная как вид-компаньон и выращенная в условиях человеческого дома, оказавшись на улице имеет крайне низкие шансы на выживание. Это связано с фундаментальными различиями в инстинктах и социализации. Домашний питомец генетически и поведенчески ориентирован на жизнь в человеческой семье, в непосредственной близости и зависимости от человека. В силу одомашнивания и содержания в искусственных условиях у него попросту не формируются ключевые навыки самостоятельного выживания: поиска пропитания в конкурентной среде, защиты от других животных, выстраивания иерархии в стае, избегания городских опасностей. Он не способен конкурировать с уличными собаками за ресурсы и чаще всего становится их жертвой. Более того, домашняя собака лишена необходимой для выживания на улице устойчивости, в то время как сложившиеся уличные популяции за счёт естественного отбора отличаются более крепким иммунитетом и адаптированы к местным погодным условиям.
Таким образом, современная городская стая — это не случайные выброшенные питомцы, а сложившаяся популяция. Её представители — это особи, чья генетика, поведение и иммунитет формировались в этой среде десятилетиями, что позволило группе не просто выжить, а прочно занять свою нишу. Внешний вид типичной бродячей собаки наглядно свидетельствует о её происхождении. Это обычно животное среднего размера неопределённого происхождения (дворняга), чей экстерьер представляет собой случайную смесь анатомических черт без признаков какой-либо породы. Именно эта характерная беспородность, являющаяся результатом многолетнего свободного скрещивания, прямо подтверждает принадлежность особи к самовоспроизводящейся уличной популяции, а не к массе выброшенных питомцев.
Чтобы понять природу этой популяции, необходимо обратиться к её историческим корням. Они уходят к древнему симбиозу: собаки жили рядом с человеком, выполняя охранные или санитарные функции. Но их статус кардинально отличался от статуса сегодняшнего домашнего питомца. Они были важны как рабочий инструмент: охранники, помощники на охоте, потребители отходов, а не как эмоционально значимые существа. Именно эта многовековая модель «частичного» или функционального сосуществования создала почву для формирования устойчивых популяций, способных существовать бок о бок с человеком, не становясь его питомцами в нынешнем понимании этого слова.
При этом те особи, у которых нужные человеку рабочие или декоративные задатки проявлялись наиболее ярко,постепенно стали отбираться, и их качества стали развиваться в ходе многовековой селекции. Так они и становились теми самыми современными домашними питомцами. В то время как собаки, не представлявшие особой ценности для селекции, продолжали существовать рядом с человеком, но уже сами по себе.
Столетиями они свободно скрещивались между собой, постоянно смешивая генетический материал — от случайно оказавшихся на улице породистых особей до таких же беспородных. В результате этого хаотичного, неконтролируемого скрещивания и возникло то видимое разнообразие форм, размеров и окрасов, которое мы видим у современных бродячих стай. Тем самым, через поколения естественного отбора и размножения, они и сформировали отдельную, самовоспроизводящуюся популяцию городских синантропов.
Переход к городской среде обитания стал решающим фактором, превратившим эту популяцию в масштабную и повсеместную проблему. Вслед за человеком в ходе массовой урбанизации эти животные переместились в города, где нашли неисчерпаемый источник ресурсов и стали повсеместными обитателями городского пространства. Их потомство рождалось и социализировалось уже на улицах, положив начало формированию городских стай, которые могли выживать без прямого контроля человека. Таким образом, в основе современной проблемы лежит не мифический массовый выброс, а историческая предрасположенность к адаптации вблизи человека без полного одомашнивания.
Сегодня бродячие собаки — уже не просто случайные обитатели, а вид, прочно закрепившийся в городской экосистеме, став полноценными городскими синантропами, прошедшими путь вторичного одичания. При этом решающим фактором выживания и роста этой популяции стала целенаправленная деятельность человека: собаки получают регулярную подкормку, люди строят для них будки, самовольно открывают доступ в подвалы и утепляют технические помещения, создавая идеальные условия для размножения и повышая их выживаемость. Тем самым популяция не просто существует, а активно содержится и охраняется.
В созданных такой «заботой» комфортных условиях их высокая скорость размножения приводит к стремительному росту численности. Каждое новое поколение рождается и социализируется уже в стае, всё сильнее отличаясь от домашних собак по поведению и генетическим признакам, адаптированным к выживанию в городе, хотя и продолжая зависеть от созданной им среды. Итак, численность бродячих собак в городе постоянно растёт, потому что мы имеем дело не с отдельными брошенными животными, а с самостоятельной популяцией, которая живёт, размножается и воспроизводит саму себя.
Миф опасен тем, что заставляет воспринимать проблему как бесконечный поток жертв, то есть новых выброшенных питомцев, а не как устоявшуюся систему — самовоспроизводящуюся популяцию. Характерно, что в качестве «доказательства» мифа приводят случаи, когда уличная собака, будучи формально пристроенной и став «владельческой», позже возвращается в городскую среду, потому что люди не могут с ней справиться. Этот факт трактуют как историю о «выброшенном питомце», хотя он лишь доказывает изначальную принадлежность этой собаки к уличной, а не домашней популяции.
Миф о массовых выбросах часто подкрепляется историями о якобы «брошенных дачниками» собаках. Однако на практике источником таких животных обычно служит не массовый выброс, а либо стихийные приюты, из которых собаки легко сбегают, либо систематическая подкормка местной стаи на территориях СНТ теми же зоозащитниками или сердобольными гражданами, что в результате ведёт к росту численности животных.
Именно намеренная и активно продвигаемая подмена понятий лежит в основе двух ключевых требований зоозащитников: массового строительства приютов и программы «Отлов-Стерилизация-Вакцинация-Возврат» (ОСВВ), которые преподносятся как единственно гуманные решения. Путем целенаправленного раздувания мифа о «выброшенных питомцах» они внедряют в общественное сознание ложную идеологию, исходящую из предпосылки, что каждое уличное животное — это потенциальный домашний питомец, которого нужно «спасти» и либо содержать в приюте, либо, после стерилизации, вернуть в городскую среду.
Однако в контексте самовоспроизводящейся популяции оба подхода оказываются не просто проблематичными, а принципиально несостоятельными: они бесполезны для контроля численности и экономически неоправданны. При этом программа ОСВВ, помимо неэффективности, создаёт дополнительную опасность для населения и домашних животных, повышая риски нападений и распространения зооантропонозных заболеваний (общие для человека и животных).
В заключении можно сказать, что необходимы жёсткое разделение и понимание принципиальной разницы между действительно домашними животными (потерянными или выброшенными) и одичавшими городскими синантропами.
Для первой категории — домашних животных, необходим принцип ответственности владельцев. Это подразумевает контроль и меры воздействия в отношении нерадивых хозяев. Параллельно должна быть обеспечена работа, при которой потерявшийся или выброшенный питомец попадает в приюты для последующего временного содержания, поиска новых хозяев или возврата прежним.
Однако вторая категория, самовоспроизводящаяся популяция синантропов, представляет собой принципиально иное явление. Это не «бывшие домашние», а отдельная биологическая группа, сформировавшаяся в городской среде. Она представляет прямую угрозу экосистеме и общественной безопасности. И как метко выразился Николай Валуев, такая популяция должна подлежать уничтожению, гуманным способом.
