user8140024

Причина, по которой мой муж заглянул в её ноутбук, заключалась даже не в текстах. Дело в том, что она лгала о том, куда идёт, возвращалась домой на несколько часов позже, и иногда без всякой причины сердилась на меня и отца. Мы беспокоились, что она начала приобретать вредные привычки, поэтому, пока она была с друзьями, он проверил её ноутбук. То, что мы обнаружили, не было ни наркотиками, ни какой-то драмой из-за парня, ничего подобного.

Это был целый секретный писательский проект, над которым она, по-видимому, работала больше года. Там были черновики в Google Docs для нескольких книг, заметки, планы, хронологии, описания персонажей, генеалогические древа, материалы по созданию мира, удалённые сцены, альтернативные концовки и множество других папок. У неё были и отдельные побочные истории, которые, как она позже объяснила, не являются каноничными для основной истории, а также переписки с друзьями, где обсуждались идеи сюжета и персонажи.

Больше всего нас задело то, что она начала с переписывания фрагментов любимых ею детских серий, потому что ей больше не нравился автор, и она хотела получить творческое упражнение. Но в итоге это превратилось в целую оригинальную серию, написанную ею самой. Я могу уважать её творчество, правда могу, но нас расстроило само содержание. Оно мрачное, очень мрачное. Там есть насилие, предательство, домашнее насилие, манипуляции людьми, темы культов, смерть и множество других болезненных вещей.

В книге также одновременно развиваются несколько романтических сюжетных линий, персонажи изменяют, расстаются, снова сходятся — всё в таком духе. Мы также обнаружили, что в некоторых побочных историях, которые она написала, присутствовал сексуальный контент, ничего слишком откровенного, но всё же достаточно, чтобы нас шокировать. Мы христиане, и хотя я знаю, что люди пишут всякое, всё это очень сильно отличалось от того, как мы её воспитывали. Я понимаю, что это не делает книгу автоматически злом, но это было слишком для нас и наших личных убеждений.

Мы также увидели папки с пометкой «edits», и сначала подумали, что это какие-то видео или слайд-шоу. Честно говоря, мы понятия не имели, что это такое. Когда мы спросили её об этом, она объяснила, что «edits» — это, по сути, фанатские видеоролики, которые люди делают с изображениями, музыкой и персонажами. Она тоже сделала кучу таких видео, плюс доски на Pinterest и версии своих персонажей из Sims. Там было так много всего, что казалось, будто она живёт в совершенно другом мире, а мы ничего не знаем. Мой муж был больше всего расстроен из-за секретности, а я — и из-за секретности, и из-за содержания.

Мы сказали ей, что нас задевает то, что она не доверяет нам настолько, чтобы рассказывать о том, чем занимается, особенно учитывая, что мы всегда были с ней довольно откровенны в отношении книг, веры и того, что, по нашему мнению, полезно, а что нет. Она сказала, что она взрослая, и писатели не дают незаконченные работы на утверждение родителям. Я это понимаю, но всё равно больно.

Мой муж сказал, что нам следует на время забрать у неё ноутбук и ограничить время, которое она тратит на всё это, пока мы не убедимся, что она не слишком увлекается.

Она сказала, что это слишком контролирующий подход, и что мы не имеем права контролировать её творчество, потому что она взрослая. Теперь она почти не разговаривает с нами и несколько дней живёт у своей тёти. Тётя говорит, что она просто пишет художественную литературу, и мы должны гордиться её талантом и перестать так зацикливаться на этом. Но нам кажется, что она скрывала от нас целую вторую жизнь, а потом обиделась, когда мы наконец её увидели. Я всё думаю, может быть, мы поступили неправильно, но в то же время трудно не чувствовать, что это уже не просто безобидное хобби, если ей приходилось так много от нас скрывать.

Клитор прекрасен… так почему же он спрятан?

Главный источник женского удовольствия, клитор, — это, по сути, зарытый клад с картой и огромным количеством условий, которые нужно прочитать и принять. Нужно раздвинуть складки, пошевелить кожей, а иногда и спросить дорогу. Если бы у женщин были маленькие пенисы, буквально только клитор, это имело бы гораздо больше смысла. Легко найти, легко стимулировать, легко доставить удовольствие. Больше никаких притворств, будто мы все инстинктивно знаем «тот самый приём» (привет, Хелен). Это сделало бы взаимное удовольствие намного проще и честнее. Если женщина хочет со мной секса, отлично, но мне не нужна степень доктора наук по женской анатомии, чтобы выполнить то, что она от меня ожидает.

Итак, говоря о здоровье, следует отметить, что влагалище требует тщательного ухода и сопряжено с большими проблемами.

Я не понимаю, почему парни продолжают притворяться, что влагалище — это что-то простое. Это внутренний орган, открытый для внешнего мира. Постоянные выделения, кровь раз в месяц, проблемы с pH-балансом, молочница, бактериальный вагиноз, инфекции мочевыводящих путей из-за «слишком грубого» секса или неправильного вытирания — это как содержать биологически опасный орган, который даже не видно полностью. Я просто мою пенис мылом. И всё. Если бы у женщин были наружные половые органы, как у мужчин, половина отдела медицинских товаров в была бы не нужна.

Влагалища — причина того, что секс менее приятен, чем должен быть. Как гетеросексуальный мужчина, я хочу любить вагинальный секс. Но он непредсказуем. Иногда они слишком узкие, иногда нет никаких ощущений, иногда угол неправильный, и ей просто больно. Между тем, если бы у обоих партнеров были пенисы, вы получали бы чёткую стимуляцию, общую механику и прямое общение. Секс был бы более взаимным, вместо этой асимметричной игры в угадывание, где один человек всегда надеется, что сделал достаточно.

Общество функционировало бы иначе и лучше, потому что многие токсичные гендерные отношения проистекают из невидимости женского желания. Если бы у женщин было видимое возбуждение, например, буквально выпуклость, когда они возбуждены, люди, возможно, стали бы серьёзно относиться к их сексуальности. Больше никаких игр типа «она притворяется недоступной», никакого осуждения женщин за инициативу. Если у неё эрекция, значит, она возбуждена. Просто, равноправно, прозрачно. Одного этого было бы достаточно, чтобы уничтожить половину двойных стандартов патриархата в отношении секса.

Зачем стыдиться? Женская одежда создана для того, чтобы скрывать секреты. Прокладки, тампоны, ежедневные прокладки или как это называется — всё это стыд, молчание. Я просто хожу, не притворяясь, что стесняюсь своей анатомии. Представьте, если бы у женщин были внешние половые органы, тогда не было бы культурной одержимости упругостью или девственностью. Больше никаких мифов из раздевалок. Только равенство половых органов, открытое обсуждение. Больше никаких эвфемизмов, никаких табу. Только части тела.

На самом деле, даже порнография от этого выиграла бы. Вы когда-нибудь замечали, как странно выглядят вагины в порно, если ракурс не совсем удачный? Часто это просто какой-то странный портал из плоти, и камера пытается найти способ сделать его похожим на что-то другое, кроме того, чем он является на самом деле, поэтому маленький женский фаллос решил бы эту проблему.

Моя заключительная мысль такова:

Я не говорю, что мы завтра же откажемся от вагин. Я говорю: если убрать эмоции, социальное программирование и 200 000 лет условностей, вагина окажется плохо оптимизированным интерфейсом. Требовательным в обслуживании, сложным в использовании и визуально хаотичным. Пенис, несмотря на свои недостатки, — это превосходная конструкция, и если бы у женщин он был более обтекаемым, чувствительным и функциональным, мир стал бы проще, секс — понятнее, а культура — честнее.

Речь идёт не о том, что я гей, неуверен в себе или что-то в этом роде. Речь идёт о том, чтобы выйти за пределы поклонения и указывать на недостатки дизайна, когда я их вижу.

Редактирование: для тех, кто всерьёз говорит, что это значит, что я гей, представьте 50 Cent с вагиной и Дженнифер Лопес с пенисом. Кто из них более женственный?

Редактирование 2: женщинам, которые говорят, что это оскорбляет женщин, вы подразумеваете, что женственность — это исключительно гениталии, фактически сексуализируя женщин, что в точности соответствует поведению типичного женоненавистника.