Сообщество - Creepy Reddit
Добавить пост

Creepy Reddit

483 поста 7 054 подписчика

Популярные теги в сообществе:

Creepy Reddit

Вы когда-нибудь играли в “Ты бы?..” (часть 1 из 2)

Ты бы отрезал себе мизинец, чтобы получить миллион долларов? Ты бы убила неверного супруга, чтобы выйти замуж за мужчину своей мечты? Ты бы съел собачье дерьмо, чтобы выиграть годовой запас мороженого?

Именно из таких нелепых вопросов и состоит игра “Ты бы?..”, которая похожа на безумного родственника настольной игры “Что бы ты выбрал?..”. Но, в отличие от настольной игры, в “Ты бы?..” ставки реальные. Ставки высоки, как жизнь или смерть... или даже выше.

Я на собственном горьком опыте убедился в этом, после того, что произошло с Сети, моей сестрой. На самом деле ее зовут Сентябрь, но все звали ее Сети, так же как и меня Тоби (на самом деле меня зовут Октябрь – и да, мы ненавидим наших родителей за это). Сети всегда была склонна к соперничеству, даже в раннем детстве. Но я не понимал, насколько, пока она не придумала игру “Ты бы?..”.

Скучными летними вечерами мы играли дома. Вначале только Сети, я, наша старшая сестра Джулс (Джулай, но все зовут ее Джулс) и ее лучший друг Даррен.

Это Даррен добавил карты в игру. Структуру. Он был, откровенно говоря, ботаником и любил настольные игры, хотя неохотно соглашался играть со мной и Сети. Считал нас слишком маленькими и азартными.

Игра в том виде, в каком она существует сегодня, во многом создана Дарреном.

Есть семь карт, которые всегда сдаются по порядку:

ТЫ БЫ [РИСК (глагол)] [РИСК (существительное)] ЧТОБЫ [НАГРАДА (глагол)] [НАГРАДА (существительное)]

Например: ТЫ БЫ [УБИЛ] [СВОЕГО СОСЕДА ПО КОМНАТЕ], ЧТОБЫ [ВЫЛЕЧИТЬ] [РАК]

В большинстве случаев случайное вытягивание карточек приводило к абсурдным комбинациям, которые больше походили на бред сумасшедшего, чем на "правду или действие". Очки начислялись за прогнозы – догадки других игроков, согласится ведущий или нет. Часто самым веселым было то, как игроки начинали оправдывать свой выбор, например: “Конечно, есть собачье дерьмо это ужасно, но две минуты мерзости стоят целого года вкусняшек”. Это была глупая, безобидная забава.

В том, что игра превратилась во что-то ужасное, есть моя вина. Даже в то время я знал, что не должен был поступать так, как поступил. Но я был в ярости на Сети. Она вытянула вопрос: “ТЫ БЫ ЛИЗНУЛА ТАРАКАНА, ЧТОБЫ НЕ ИДТИ В ШКОЛУ”. И конечно тут же согласилась.

– Сети всегда говорит “да”! – не выдержал я. – Это фигня какая-то она просто врет! Она никогда бы такого не сделала.

– А вот и сделала бы! – Сети, которой в то время было около семи лет, сжала кулаки. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, чтобы играть со старшими ребятами и не быть изгнанной.

– А вот и нет, – огрызнулся я, устав от ее лжи.

Пару минут мы так препирались, пока я, в конце концов, не объявил, что ввожу новое правило: Правило вызова. Любой может бросить вызов другому игроку, и тот должен будет сделать то, на что согласился. Если вызов будет исполнен, игрок, принявший его получит награду. “Не идти в школу” означало, что мне пришлось бы прикрыть Сети перед родителями, чтобы она могла прогулять.

Лицо Сети резко покраснело. Она явно не ожидала, что я придумаю такое правило. Я, жестокий старший брат, только что предложил ей лизнуть таракана.

Признаю, это было не очень порядочно.

Она посмотрела на меня с недоверием в блестящих от слез глазах. Сети всегда восхищалась мной, боготворила меня. Я хотел бы сказать, что в тот момент пожалел о том, что заставил ее сделать. Но тогда я лишь злорадствовал.

Малышка Сети не принимала поражения. Даррен пошел за тараканом (он и Джулс вообще-то должны были присматривать за нами, но парень был просто в восторге от мысли, что кто-то будет лизать таракана). Он вытащил трупик насекомого из одной из ловушек и положил перед Сети на салфетку. Нижняя губа моей младшей сестренки задрожала. Ее большие глаза встретились с моими. А потом она наклонилась вперед, зажмурилась, и высунула язык.

Розовый кончик коснулся таракана.

– Она реально облизала его! – восхищенно заорал Даррен, хватаясь за голову.

– Ф-у-у! – прокомментировала Джули, а я воскликнул: “Отвратительно!!!”

Но теперь я задолжал ей прогул школы. Торжествуя, она завернула дохлого таракана в салфетку и выбросила ее в мусорное ведро.

– Я выиграла, – заявила Сети.

– Ага, а еще ты облизала таракана, а значит лузер по жизни, – парировал я.

– Я ВЫИГРАЛА!

С тех пор действовало правило вызова. Но я должен был понимать, что это глупое и опасное правило не доведет до добра.

На следующей игре в первом же наборе карт Сети попалась карта “УБИТЬ”. Она некоторое время смотрела на нее. Губы Даррена сложились в букву “О” в предвкушении, а мы с Джулс обменялись обеспокоенными взглядами. Использование карты "УБИТЬ" было спорным, но иногда с ним складывались просто уморительные комбинации, например: “ТЫ БЫ УБИЛ СВОЮ ЖОПКУ, ЧТОБЫ СТАТЬ ПОТЕРЯННЫМ СОКРОВИЩЕМ”. Для взрослого человека это кажется бессмыслицей, но десятилетний я считал подобное жутко веселым. Хотя, возвращаясь к этому слову, некоторые комбинации могли получаться совсем неудачными. Сети продолжала тянуть: "СВОЕГО БРАТА/СЕСТРУ.… ЧТОБЫ… ВЫИГРАТЬ… ЭТУ ИГРУ”. Она помолчала, скривив рот в усмешке и рассматривая карточки.

– Отменяем, – заявила Джулс.

– Нет, нет, нет. Мы все еще можем сделать прогноз, – засуетился Даррен, а Сети просто молча положила перед собой карточку с ответом рубашкой вверх.

– Даррен... – Джулс пыталась возразить, но Даррен уже тоже выложил свою карточку. Мы с Джулс последовали его примеру, а потом разом вскрыли ответы.

Даррен и Джулс предположили "НЕТ". На моей карточке было написано "ДА". Я знал свою глупую сестру. И Сети… на ее карточке тоже было "ДА".

– Так и знал, – сказал я, спокойно глядя на нее.

Она безмятежно улыбнулась мне в ответ.

– Да ладно, чушь собачья! – Даррен презрительно скривился, не желая проигрывать. Джулс толкнула его локтем, но он проигнорировал недвусмысленный сигнал и прорычал: – Вызов.

– НЕТ, – воскликнула Джулс. – О, нет, нифига. Нет, никакого вызова.

– Что? Все по правилам, – огрызнулся Даррен. – Если она убьет Тоби, то выиграет игру. – Он посмотрел на Сети и многозначительно добавил: – И я не засчитаю выигрыш, если она будет жульничать. Или блефовать...

– Хватит, – сказала Джулс.

Моя младшая сестра собрала карточки, разложенные на столе, отложила в сторону карточки с ответами "ДА" и "НЕТ" и разгладила юбку. На этот раз она не покраснела. Не заплакала и не смутилась. Она встала, повернулась к Даррену и сказала:

– Ну какой же ты дурачок. Разве ты не знаешь, что это всего лишь игра? Давай, Тоби. Пошли.

У меня что-то сжалось в животе, когда пальцы сестры переплелись с моими. Неожиданное облегчение разлилось по сердцу, когда стало ясно, что, несмотря на азартность, Сети может понять, когда все заходит слишком далеко…

…внезапно ее рука обвилась вокруг моей шеи, дернув меня назад в удушающем захвате. Я ударил ее по предплечью. Цепкие пальцы кинжалами вцепились в мою плоть,  мое лицо побагровело, горло жутко сдавило, а перед глазами потемнело. А потом вдруг все закончилось. Даррен и Джулс оттащили Сети назад, вопящую во всю силу легких:  “ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! ПУСТИТЕ!”

– СЕТИ, ПРЕКРАТИ! – закричала Джулс.

Сети не замолкала ни на секунду, пока они тащили ее в спальню.

– Господи… да она двинутая, – проворчал Даррен.

Джулс объявила, что больше никаких игр не будет.

– Если убью Тоби сегодня вечером, я выиграю! – хрипела Сети, по ту сторону запертой двери. – Я выиграю! Скажите, что я выиграю!

– НИКТО НЕ ВЫИГРАЕТ, СЕТИ! – Джулс не выдержала. – Не могу поверить, что мне приходится это говорить! Я все расскажу маме и папе. Какого черта ты так слетаешь с катушек? Господи! Игра закончилась, ты меня понимаешь? Все кончено, победителей нет. И мы больше никогда не будем играть в эту гребаную игру!

***

Игра была забыта на долгие годы.

Сети, конечно, нашла для себя другие развлечения. Менее опасные. Она была хороша в этом и сколотила состояние на казино, лотереях, карточных турнирах, инвестировании (по ее словам, биржа сама по себе была квинтэссенцией азарта). Конечно же ко всему этому она подходила с полной отдачей и почти непревзойденным мастерством, хотя иногда и страдала от ошеломляющих потерь – прямого следствия огромных рисков. Она знала все приемы этого ремесла – трюки с тасовкой, ловкость рук, взвешивание игральных костей, подсчет карт. Вопреки мнению, которое могло у вас сложиться, Сети была хорошей сестрой. Большую часть времени. Именно Сети заботилась о наших родителях, следила за тем, чтобы их счета были оплачены, газон подстрижен, а в большом доме всегда царил порядок. Она зачастую успевала переделать все домашние дела – приготовить, убраться, прежде чем нанести макияж и отправиться вечером в казино или выпить с деловыми партнерами. Она никогда не училась в колледже, выбрав заботу о родителях, но, с другой стороны, колледж ей был не нужен. Дедушка и бабушка и оставили нам порядочную сумму в наследство, а Сети аккуратно приумножила ее, управляя инвестициями для всей семьи. Она делала это с полной прозрачностью и честностью. И хотя иногда по-крупному рисковала, но только своими деньгами, никогда с нашими. Для нее было важно вкладывать деньги в соответствии с нашей готовностью принять риск.

И все же…

Когда я учился в колледже (а Сети заканчивала среднюю школу), она возродила игру “Ты бы?..”

И на этот раз не было рядом никого, кто мог бы ее приструнить.

Я узнал об этом от Кедара, одного парня из ее школы. Он рассказал, что Сети начала играть с группой старшеклассников.

Я попытался отмахнуться от этого. Ну и что с того? Мы все выросли, пусть играет во что хочет. Не будет же она сходить с ума, правильно?

Только позже я узнал, что она снова изменила правила. Однажды она и несколько других старшеклассников решили, что абсурдные порождения рандома уже не так интересны, как в детстве, и что игрокам теперь полагается тянуть карты до тех пор, пока не составится предложение, которое, по мнению большинства, будет иметь смысл. Конечно, даже тогда большинство предложений все еще не выдерживали испытания реальностью, но были и другие. Например: "ТЫ БЫ СЪЕЛ ЖУКА, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ ВЫИГРЫШНЫЙ ЛОТЕРЕЙНЫЙ БИЛЕТ". Реалистичная подходящая комбинация, к тому же вполне выполнимая. Когда один из друзей Сети вытянул ее, он заявил, что определенно это сделает. Сети бросила вызов. Парень съел несколько муравьев, а моя сестра покупала лотерейные билеты, пока не попался выигрышный. Конечно он почти ничего не выиграл в итоге, три доллара, если я правильно помню, но карточки ведь ничего об этом не говорили.

И вот так все и началось – Сети стала своего рода гарантом этой игры.

А потом у нее появились деньги. Наследство стало хорошим подспорьем, да и сама она скопила достаточно большую сумму на ставках и каких-то мутных делах (я так и не узнал, чем еще она занималась, но полагаю, что что-то из этого вполне могло быть нелегальным). Она теперь могла позволить себе добавить в игру перчинки. Поэтому, когда выпала комбинация "ТЫ БЫ РАССТАЛАСЬ С ПАРНЕМ, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ НОВЫЙ IPHONE", Сети бросила вызов. И когда ее подруга выполнила это условие, пообещала, что подарит ей новый телефон.

Это был прецедент. Рискованный и вредный для здоровья. Но, я думаю, не более, чем любой другой вид азартных игр.

Пока не стало еще хуже.

Несколько лет спустя к Сети пришли друзья. Я отказался присоединиться: еще в детстве поклялся никогда не играть в эту игру. Если я оказывался рядом, в Сети как будто с удвоенной силой разгорался дух соперничества, поэтому я держался в стороне от группы и наблюдал за происходящим с другого конца гостиной. Люди веселились, смеялись и выпивали, парочка человек курили, но это определенно было не мое дело. Комбинации, которые они вытягивали в основном звучали абсурдно.

ТЫ БЫ ПОЦЕЛОВАЛ МИССИС УИТИНДЖЕР, ЧТОБЫ СПАСТИ ВЫВОДОК КОТЯТ

Раздался коллективный стон. Миссис Уитинджер была директором старшей школы Сети. Чтобы вы понимали, в игре “Поцелуй, женись, убей” ее всегда выбирали для варианта “убить”. За столом разгорелся спор, действительно ли погибнет выводок котят, если игрок скажет "НЕТ", не слишком ли высока цена – всего-то необходимость поцеловать мерзкую директрису. Сети задумалась над вопросом на минуту, переплела пальцы и заявила, что, поскольку котята были вытащены из колоды “НАГРАДА”, а не “РИСК”, игра не подвергнет зверюшек опасности.

– Короче говоря, Скотт, если поцелуешь ее – совершишь доброе дело, если нет – ничего плохого не случится, – заявила она.

– Ну да, но если я не поцелую ее, то где-нибудь могут погибнуть котята, так что... думаю, мне придется поцеловать Уитинджер. – Скотт усмехнулся, услышав дружный стон игроков.

– Вызов, – Сети отреагировала почти автоматически, рутинно.

Скотт действительно пришел в старшую школу с выдуманным делом и поцеловал директора в щеку. Она была удивлена такой внезапной любовью со стороны бывшего никудышного ученика, но и весьма тронута, а Сети сдержала свое слово и наградила Скотта: она нашла где-то выводок котят и приютила их. Кошки до сих пор живут в доме наших родителей, под опекой и заботой.

Но я рассказываю вам об этой игре не по этой причине.

Видите ли, вскоре после выигрыша Скотта другая наша подруга, Розалинда, вытянула комбинацию, вызвавшую настоящий ажиотаж:

ВЫ БЫ ОТРЕЗАЛИ СЕБЕ ПАЛЕЦ, ЧТОБЫ ВЫИГРАТЬ МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ

После секундного потрясения, комната наполнилась возбужденным шепотом. Все присутствующие на той вечеринке знали, что, если задание будет выполнено, Сети, потенциально, может расстаться с миллионом долларов. В те годы она как раз погрузилась в инвестирование и вполне имела финансовые возможности обеспечить вызов. Она и раньше уже выдавала дорогие награды, но эта сумма… Это было исключительное событие. Самое большее, что она когда-либо дарила, – это оплаченную на поездку на Багамы.

– Я бы точно это сделал, – сказал Скотт.

– Ни за что, – отозвался другой парень. – Я бы ни за что на такое не пошел.

– Но миллион долларов?..  – раздался голос из толпы.

– Это же гипотетически, правильно?

Сети слушала это спокойно откинувшись на спинку кресла с блеском в глазах и ленивой улыбкой на лице.

– Очевидно да, – отозвался Скотт, – ну кто просто так возьмет и отдаст миллион?

– Сети могла бы.

– И правда.

– А, к черту. – Розалинда шлепнула свою карточку на стол. – Играем. Делайте прогноз.

Проголосовали все. Половина за вариант “ДА”, другая – за “НЕТ”. Розалинда перевернула свою карточку:

ДА

Головы синхронно повернулись к Сети. Она спокойно поднялась, подошла к бару, налила стакан крепкого себе, затем еще один – Розалинде. Потом пошла на кухню и открыла ящик стола.

Мое сердцебиение участилось. Сети вытащила что-то из ящика и пошла к плите. В ее пальцах поблескивал металл. Она простерилизовала нож над газовой горелкой, положила его на поднос вместе с напитками, бинтами и аптечкой и принесла его Розалинде.

Глаза девушки стали круглыми, как блюдца.

– Черт, – неверяще прошептал Скотт.

Потрясенная тишина над столом стала почти осязаемой.

Я затаил дыхание. Нет. Не делай этого.

Что можно было предпринять? Позвонить в полицию? До сих пор не могу ответить себе на этот вопрос. Никто не заставлял Розалинду что-либо делать. И все же…

Сети откинулась на спинку мягкого кресла, лениво взбалтывая бурбон в бокале. Она с улыбкой посмотрела Розалинде в глаза и прошептала: “Вызов”.

Все застыли.

И тогда Розалинда взяла нож…

~

Оригинал

Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта

Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)

Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.

Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.

Показать полностью
Creepy Reddit

Прежде чем ложиться спать сегодня вечером, проверьте кое-что. Это может спасти вам жизнь

Когда мне было лет восемь или девять, случилась одна из тех ночей: я просто никак не могла уснуть. В комнате было жарко, а я весь день провела в ней, поедая мороженое и пялясь в телевизор... Теперь в ушах стоял странный гул, все тело дергалось, словно наказывая меня за целый день безделья.

Хуже всего дела обстояли с подушкой. Никогда раньше она не была такой комковатой. Наволочка сразу же промокла, я перевернула подушку, но пара минут – и она снова стала влажной. Сколько бы я ни ворочалась, мне никак не удавалось устроиться поудобнее.

В конце концов я поднялась и спустилась вниз в гостиную, где отец смотрел бейсбол. Увидев меня, он выключил звук и спросил, не нужно ли мне чего-нибудь.

Я пожала плечами.

– Моя подушка отстой. Вот и все.

Он кивнул и как-то странно улыбнулся.

– Может, это мистер Подушка?

Первое, что вы должны знать, мой отец – чертов шутник. Мама ушла, когда мы с сестренкой Мэдисон были еще маленькими, но он очень старался и любил нас за двоих. В походах он всегда рассказывал нам дурацкие истории о привидениях, о бешеных оленях или медведях, приходящих на запах девичьего шампуня, а потом, конечно, подкрадывался и гремел палаткой посреди ночи, чем пугал нас до потери сознания.

– Я только наберу воды и вернусь в постель, – пробормотала я, бросив взгляд на телевизор. Команда "Брюэрс" проигрывала с разницей в восемь очков, так что, возможно, он просто пытался отвлечься.

– Он был настоящим отморозком, знаешь – продолжил отец, не обращая на меня внимания. – Конечно, тогда его не называли мистером Подушкой. Кажется, его звали Дуглас. Любитель пробраться в комнату к детишкам, чтобы задушить их до смерти.

– Спасибо за эту информацию, – сказала я, наливая стакан воды. – Это определенно поможет мне заснуть.

– Конечно, в конце концов его поймали. Был большой суд и все такое. Но прежде чем вердикт был вынесен, сокамерник задушил его подушкой.

– Ясно.

Заглянув в холодильник я нашла там остатки пиццы и начала осторожно выковыривать пепперони, пока отец продолжал.

– Странная вещь произошла следующей ночью, – продолжал отец. - Они нашли сокамерника мертвым. Задохнувшимся. Вот только в камере больше никого не было. Некому было совершить это преступление. Я знаю, что можно подумать... возможно, это сделали охранники, так ведь? Возможно. Но потом начали умирать и другие люди. Другие заключенные, которые не ладили с Дугласом. Все они задохнулись в своих постелях. Тогда Дугласа стали называть мистером Подушкой.

– Оооо… Становится жууутко.

– Но на этом история не закончилась. Вскоре дети в районе неподалеку от тюрьмы тоже начали умирать. Матери находили их мертвыми в кроватях. И единственное, что связывало эти смерти – это то, что некоторые из детей накануне вечером упоминали, что им было неудобно засыпать, и спрашивали, не меняли ли родители подушки.

– Папа. Это самая глупая история на свете. Просто прекрати.

–...А утром они находили старые подушки детей спрятанными, причем на кровати не было вообще ни одной подушки! Как будто они просто исчезали.

Я не обратила внимания на последнюю фразу и просто направилась в свою комнату. За спиной снова заговорил комментатор бейсбольного матча.

Подходя к своей комнате, я готова была поклясться, что услышала шаги и скрип открывающегося окна. Я вошла. Посмотрела посмотрела на кровать. И без шуток: на ней не было подушки. Окно было открыто настежь, я подбежала к нему. На улице царила темнота, лил дождь, и не было никаких следов чьего-либо присутствия. Наконец я закрыла окно, пару раз подергав ручку для уверенности.

Мое сердце билось с частотой, наверное, около тысячи ударов в минуту. Я подошла к шкафу. Открыла его. Моя подушка лежала на нижней полке. 

Я завизжала и пулей слетела вниз по лестнице.

– Папа!

Он сразу же выключил игру и подбежал ко мне. Я попыталась рассказать про окно, подушку и все остальное.

– Скажи честно, это была просто глупая история, да? Самая глупая на свете?

Папа кивнул.

– Я ее нахожу сочинил. Прости меня. Я не должен был тебя пугать. Мистер Подушка? Правда. Я думал, ты уже достаточно взрослая, чтобы не испугаться.

Но пока говорил, папа выглядел каким-то нервным, будто что-то подспудно его беспокоило... Внезапно его глаза расширились.

– Подожди здесь, на диване. Я сбегаю и посмотрю как Мэдди, не напугал ли ее трой крик.

Я никогда не видела, чтобы мой отец бегал так быстро. Он взлетел по лестнице пропуская по две ступеньки за раз. И все время, пока его не было, я представляла себе младшую сестру мертвой или умирающей, кричащей, бьющейся под мягкой подушкой, обхватывающей ее лицо, высасывающей из нее жизнь… Я не могла поверить, что убежала, не проверив ее.

Через несколько секунд отец спустился вниз, держа на руках мою спящую сестру.

– Я подумал, что нам всем будет весело провести вечер в обнимку на диване, – сказал он. – Что скажешь?

После этого случая папа больше никогда не упоминал мистера Подушку. Но, конечно, ему и не нужно было. Даже сейчас, когда мне уже за 30, я все равно каждый вечер перед сном проверяю этикетку на внутренней стороне наволочки и убеждаюсь, что она самая обычная.

Время от времени я все еще слышу о том, что какой-то ребенок в моем городе внезапно умер ночью. Конечно, у меня есть своя теория о том, что происходит, но я считаю, что нет смысла делиться ею. Кто поверит в такую глупую мистификацию, как мистер Подушка, верно?

Простите. Я знаю, это звучит как бред, но я просто хотела поделиться этим, вдруг это поможет кому-то еще. Перед тем как лечь спать сегодня вечером, проверьте наволочку на своей подушке. Убедитесь, что вы узнали этикетку внутри.

Это может спасти вам жизнь.

~

Оригинал

Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта

Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)

Перевел Березин Дмитрий специально для Midnight Penguin.

Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.

Показать полностью

"Мишутка" Страшная история из моего детства. Крипипаста. Страшилка на ночь

Поиграем в бизнесменов?

Одна вакансия, два кандидата. Сможете выбрать лучшего? И так пять раз.

СДЕЛАТЬ ВЫБОР

Creepy Reddit

Если с вами происходит нечто подобное, обратитесь к врачу!

Я не скажу вам, где мы живем. Я не назову настоящих имен.

Но эта история произошла на самом деле. Если что-то из описанного покажется вам знакомым или происходит с кем-то из близких, обратитесь к врачу. Не тяните. Люди умирают, а нам об этом не говорят.

Вот как это произошло с моей семьей.

***

– Ты стал таким отстраненным в последние дни.

– Хм… Я не заметил. Понятия не имею, почему. Я чувствую себя прекрасно. Немного подавлен, но не более того.

Муж пообещал мне и детям, что постарается за этим следить. Я подумала тогда, что все из-за того, что ему вот-вот стукнет сорок. Мы только что вернулись из поездки в Диснейуорлд, и, по его мнению, все было замечательно.

Пару дней после возвращения у него держалась небольшая температура, после посадки не сразу разложило уши, а в остальном все и правда казалось нормальным.

Я чувствовала себя сукой, упрекая его в отстраненности, но это было настолько не в его характере…

Прошла неделя. Он жаловался, что все время чувствует себя паршиво, но понятия не имел почему. Жутко потел. Я заставила его сходить к врачу. Вердикт – гайморит. В носовых пазухах у него скопилось много слизи, избытки отложились в ушных каналах. Ему дали антибиотики и отправили домой.

Однажды ночью он проснулся в холодном поту. Сказал, что его ногти горели, как будто под ними что-то было. Я никогда раньше о таком не слышала. Он принял пару таблеток аспирина и попытался снова заснуть.

Не вышло.

Прошло несколько дней, а он так и не мог спать. Стал рассеянным и нервным. И все время сгибал и разгибал пальцы. Все. Время. Они беспрестанно двигались.

Я поискала информацию в Интернете в попытке узнать, не сталкивался ли кто-нибудь еще с такой же проблемой.

Ничего.

А потом проснулась однажды ночью и не обнаружила его в постели. Он стоял на кухне, опустив руки в раковину. Из крана лилась вода, такая горячая, что кухонное окно запотело. Рядом на столе стояла коробка соли для ванн.

– Джордж? Что ты делаешь?

– О! Ничего! Возвращайся в постель, детка. Я сейчас приду.

– Что происходит?

– Ничего.

Я подошла ближе. Он повернулся, пряча содержимое раковины. Но я успела увидеть, что вода была розовой.

В растерянности, я огляделась. На кухонном столе лежали плоскогубцы.

– Что за черт! Джордж?!

– Я в порядке. Серьезно, посмотри на меня. Я в порядке. Я чувствую себя намного лучше. Знаю, как это выглядит…

Он удалил все ногти до единого с каждого пальца.

– Это выглядит безумно!

– Знаю я. Я посмотрел несколько видеороликов о том, как сделать это безопасно.

– Ты с ума сошел? Что тут безопасного?!

– Просто какой-то тихий голосок в голове подсказал мне ответ. Я все сделал и принял пару таблеток. Боль прошла. Температуры нет. Я чувствую себя прекрасно.

Я настаивала, чтобы он завтра же пошел врачу. Джордж не стал возражать. Теперь я понимаю, что нужно было идти с ним, проконтролировать… но тогда об этом даже не подумала.

Джордж не пошел к врачу. Позже он расскажет, что что-то подсказало ему не делать этого.

Два дня он спал как младенец. Даже отпросился на день с работы. И, если не считать забинтованных пальцев, снова стал самим собой.

Я настаивала на том, чтобы он сходил к психотерапевту. Я беспокоилась.

А на третий день после той ночи, нашла его в гараже. Он смотрел в стену. Что-то бормотал. Казалось, он говорит задом наперед.

Он говорил на родном языке, но все слова были странно искажены. Наверное это можно назвать вербальной дислексией? Из его рта вылетали фрагменты слов, перемешанные в случайном порядке.

Только так я могу это описать.

Я подошла к нему, похлопала по плечу, Джордж сразу пришел в себя. И смотрел на меня так, будто бы ничего не случилось.

– Наверное я просто лунатик. Наверное снилось, что я с кем-то веду светскую беседу. – Он отшутился, оделся и пошел на работу.

Через пять часов Джордж был дома. Он угрожал убить коллегу. Его уволили. Полицию не вызвали только потому, что он согласился на увольнение.

И он не мог ничего сказать по этому поводу. Был так же ошеломлен и напуган, как и я.

– Я совершенно не помню, чтобы такое произошло! Едва помню, как добрался домой. Что со мной происходит?

– Не знаю. Нужно кое-что проверить.

Моя первая мысль – опухоль мозга. Я записала мужа на прием на следующее утро.

***

Ранним вечером у него снова поднялась температура. Я попросила сестру забрать детей на ночь, высадила их у ее дома и побежала в магазин за лекарствами.

А, вернувшись домой, еще с улицы услышала как он плачет.

Стены в прихожой были разбиты в хлам. Рыдания доносились из нашей спальни в конце коридора.

Я пошла к мужу, по пути с ужасом замечая, что он пробил зияющие дыры в каждой стене. Гипсокартон и клочья утеплителя валялись кучами на полу. И повсюду, ПОВСЮДУ кровавые отпечатки ладоней…

Джорджа я нашла в дальнем углу спальни. Голого. Скорчившегося на полу. Рядом с ним лежала кувалда. С его пальцев текла кровь, все бинты отвалились.

– Холли! Холли, что, черт возьми, со мной творится?! – Он был в поту, руки в крови… Он весь горел.

– Боже мой!

– Холли? Что не так?

– У тебя жуткая температура.

– Там в стенах… там что-то есть, детка… я его слышу… оно не затыкается! Оно сводит меня с ума!

– Тебе нужна скорая.

– Мне нужна скорая.

Я побежала в ванную и наполнила ванну ледяной водой. Кто знал, сколько скорая будет добираться до нас: мы живем в тридцати с лишним киллометрах от города.

Я на ходу позвонила в 911, попутно высыпая весь лед из морозилки в ванну. Его оказалось совсем немного, поэтому туда же отправились замороженные продукты.

Тело Джорджа было жутко скользким, я едва могла его удержать. Он с трудом доковылял до ванной, поскользнулся и упал прямо в воду. У него в ноге хрустнула кость, но Джордж даже не отреагировал. А вот на что он отреагировал – это на воду.

– Слишком холодно. Нет... слишком холодно...

Он пытался вылезти. Начал снова говорить тарабарщину. Умолял меня отпустить его, помочь выбраться из холода.

Я объясняла, что ему это нужно, что нужно остыть… и тут его затрясло.

Я не знала, что делать. Держала его голову над водой и старалась, чтобы он не бился и не поранился. Я видела, что у него сломана нога: она болталась в ванне, как резиновая змея.

Его голова то и дело уходила под воду. Я изо всех сил старалась держать его лицо, не позволить захлебнуьтся… А когда на улице завопила сирена скорой, конвульсии постепенно прекратились.

Что-то теплое вылилось на мою руку, поддерживающую его голову.

Большое насекомое, похожее на многоножку, выползло из уха Джорджа мне на ладонь. Я инстинктивно отдернула руку. Многоножка шлепнулась в воду.

“Нужно вытащить его из ванной! Нельзя, чтобы эта тварь снова прикоснулась к нему!” Только об этом я могла думать.

Я не могла его вытащить.

Все, на что я была способна – подталкивать воду рукой, отбрасывая насекомое на другую сторону ванной.

Многоножка дергалась и извивалась… а потом затихла.

– Что происходит?

– Джордж?

– Я так устал… помоги…

***

К тому времени, когда мы добрались до отделения неотложной помощи, температура у Джорджа спала. Он начал нормально говорить. Если не считать сломанной ноги и рук, с ним все было в порядке.

Я выловила насекомое из воды пластиковым пакетом и отдала его врачу в отделении неотложной помощи. Он тут же сунул его в карман халата.

И не задал ни единого вопроса.

Врачи оставили Джорджа на ночь. Дали ему сильное успокоительное. Он тут же вырубился, а я заснула на стуле возле его кровати.

***

Посреди ночи в палату вошел незнакомый врач. Кое-как разлепив глаза я взглянула на него. Он прижал палец к губам.

Потом присел на корточки рядом со мной и прошептал:

– Мне нужно кое-что проверить. Пожалуйста, соблюдайте тишину. Хорошо?

Я кивнула.

Врач подошел к моему мужу и повернул его голову вправо. Положил на прикроватный столик несколько металлических инструментов, маленькую бутылочку спирта и пластиковый контейнер, а затем посветил фонариком в ухо Джорджа. Я молча наблюдала, как металлический инструмент вошел в ухо мужа.

Раздался легкий хлопок.

Врач взял длинный пинцет и выудил на свет маленькую опухоль… Влажный мешочек, размером с небольшую виноградину. Мешочек отправился в пластиковый контейнер. Доктор подхватил его, флакончик со спиртом и подошел ко мне.

Он присел на корточки, надавил на опухоль пальцем. Она лопнула. Внутри контейнера рассыпались сотни крошечных червей. Они ползали друг по другу.

Я не могла оторвать взгляд.

– Вашему мужу очень повезло. Я рад, что вы приехали вовремя. Потомство вот-вот должно было вылупиться. Обычно самка не покидает гнездо, пока не появится выводок. Должно быть, ледяная вода вынудила ее уйти из теплого местечка. Детеныши должны были пожрать ее в первые часы, а потом они распространились бы внутри хозяина. Это окончательно свело бы вашего мужа с ума, но не раньше, чем черви распространились бы на вас, ваших детей и любых домашних животных в доме.

Доктор поставил пластиковый стаканчик на пол и налил в него немного спирта. Маленькие червячки забились в конвульсиях, а затем медленно перестали двигаться.

Он снова посмотрел на меня.

– Я скажу вам то, что нельзя озвучивать официально. Здесь замешано слишком много денег. Вы в последнее время бывали во Флориде, Алабаме или Миссисипи?

– Пару недель назад вернулись из Диснейуорлда…

– Понятно. С вашим мужем все будет в порядке. Многие врачи и патологоанатомы на востоке страны сообщают о похожих случаях, и те, кто высказывается публично, теряют лицензию. Врачи лечат пациентов, но это никогда не будет задокументировано. Они никогда не признают этого. И я не собираюсь. Никто не слушает нас, потому что им за это заплатили. Те, кто ответственен за эту напасть пытаются все исправить. Но они не смогут. Станет только хуже. Когда корпорации заигрываются с генетикой и выпускают эксперименты в дикую природу, мутации неизбежны. Не только у плодов эксперимента – у всей цепочки, которая ими питается. Официально – это все миф и конспирология. Но мутации распространяются. Держитесь подальше от тех, кто ведет себя, как вел ваш муж.

Он встал и ушел.

Симптомы Джорджа списали на приступ психоза.

Я предупредила близких родственников и друзей, но не думаю, что этого достаточно. Поэтому написала этот пост.

Берегите себя.

~

Оригинал

Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта

Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)

Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.

Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.

Показать полностью

Это не предсмертная записка!

Три месяца назад я узнал о кончине моего дяди. Мы не были особо близки, но он завещал мне один из своих домов. Я был тронут, но решил продать его. У меня недавно появились дочки-близняшки, и мне не хотелось заниматься чужой недвижимостью.

Чтобы ускорить процесс, я решил проехать полстраны и пожить в этом доме, пока не продам его. Для работы мне нужен только ноутбук и телефон, поэтому мне разрешили поработать удаленно. Жену, к сожалению, с работы не отпустили, так что я поехал один.

Поначалу я относился к этому как к маленькому отпуску. Я надеялся, что продам дом за неделю, но это оказалось куда сложнее, чем я думал. Домом в основном занимается риелтор, но прошел уже месяц, а я все еще здесь.

Я сразу заметил, что в этом доме что-то не так. Я часто не мог найти вещи в том месте, куда их положил. Краем глаза я замечал тени. И постоянно терял счет времени.

Я думал, что это из-за стресса. Одиночества. Конечно, иногда приходил риелтор с новыми покупателями, но в целом этот дом — самое тихое место, где я когда-либо бывал.

Прежде чем я окончательно сошел с ума, ко мне пришла соседка с собакой. Пожилая женщина объяснила, что ухаживала за собакой, пока мой дядя лежал в больнице. И раз теперь здесь живу я, она подумала, что золотистому ретриверу Бастеру лучше жить со мной.

Соседка, похоже, была немного рассеянная, потому что думала, что мой дядя скончался только на прошлой неделе. Как бы то ни было, Бастер покорил мое сердце, и его присутствие меня спасало. Я даже подумал, что это был бы потрясающий подарок для моих девочек, и надеялся, что жена меня поддержит.

Однако даже пес чувствовал, что с домом что-то не так. Бастер быстро привык к новым условиям жизни, но никогда не поднимался на второй этаж сам. Но это не казалось мне проблемой. Я думал, что так будет легче следить за ним.

А потом Бастер исчез.

Ну, то есть, буквально: я открывал банку с его вкусняшками, а он стоял передо мной. Я отвернулся буквально на секунду, чтобы поставить банку на место, а когда повернулся, он исчез.

Я оббегал весь дом и все время звал его. Кухня в доме соединена с гостиной, в конце гостиной — главная спальня и кабинет. Другой конец кухни ведет в столовую, которая соединяется с прихожей, она также ведет в гостиную и по лестнице на второй этаж.

На втором этаже можно пройти по балкону, который с одной стороны выходит на гостиную, а с другой — на вход. Слева — комната для гостей и игровая. Справа есть еще две комнаты для гостей и ванная в конце коридора.

Я заглянул в каждую комнату и вынужден был признать, что пес каким-то образом выбрался на улицу, хотя в доме не было дверцы для животных, а все двери и окна были заперты.

Я не сдавался и еще час обыскивал окрестности. И когда пришел домой, уже думая о том, чтобы развесить объявления, я открыл входную дверь и услышал, как Бастер бежит ко мне из кухни.

Конечно, я был безумно рад, но никак не мог понять, как же я его не заметил. В ту ночь Бастер спал со мной.

Но тут на работе дела пошли в гору, и вскоре я забыл обо всех странностях этого дома. Клиенты звонили и звонили, но я вполне справлялся и заключил несколько крупных контрактов подряд. Я работал сутками, но знал, что меня ждет повышение, как только я вернусь домой.

Несколько раз я терялся в телефонных разговорах и таблицах и внезапно осознавал, что уже наступила ночь. Я был настолько поглощен работой, что не обращал внимания на то, что Бастер скулил и просил поесть или выйти на улицу. Я начал ставить будильники, чтобы не терять счет времени, но клиентов было слишком много, и я не мог сбавить обороты.

Я был на седьмом небе от счастья, но работа плохо влияла на мое здоровье. Иногда я забывал есть и даже спать. Всегда были какие-то дела и разговоры. Однако я даже начал лучше заботиться о Бастере, по крайней мере, лучше, чем о себе.

Но однажды мое хорошее настроение упало с грохотом. Буквально. Я заканчивал очередную таблицу, Бастер скулил у меня за спиной. А потом мы услышали, как наверху хлопнула дверь.

Впервые с тех пор, как я привел Бастера в дом, он сам побежал наверх. Я чуть не позвонил в полицию, но, взяв телефон, почувствовал себя глупо. Я начал сомневаться, что вообще что-то слышал.

И если в дом кто-то пробрался, Бастер наверняка отреагировал бы более шумно. Поэтому я собрался с духом, который у меня еще остался, и прокрался наверх, взяв для самообороны сковородку.

Наверху было темно, но лунного света из окон нижнего этажа было достаточно, чтобы я разглядел Бастера, стоящего в дверях ванной. Когда я последний раз обходил весь дом в поисках пропавшего пса, я специально закрыл все двери, но эта дверь была распахнута настежь.

Я включил свет в коридоре, но ничего не произошло. Не придумав ничего лучше, я поднял над собой сковородку и медленно пошел в ванную. Окон здесь не было, поэтому внутри царила кромешная тьма.

Я жутко испугался.

Что странно, Бастер будто застыл на месте. Его хвост встал торчком, и он стоял, будто указывая на дверь. Он все еще не лаял, и я попытался убедить себя в том, что это хороший знак. Именно это в конце концов заставило меня переступить порог ванной.

Мои глаза постепенно привыкали к темноте, да и ванная была слишком маленькой, в ней никто не мог спрятаться. Я почти расслабился, но потом сделал шаг вперед и наступил во что-то липкое.

Тут я вспомнил, что у меня в кармане лежит телефон. Я вытащил его и включил фонарик. И тут же выронил его из рук, потому что увидел, что стою в ярко-красной луже.

Я рванул со второго этажа, Бастер побежал за мной. На этот раз я сразу же вызвал полицию. К счастью, патрульная машина стояла поблизости, и через пару минут приехали двое полицейских.

Их мощные фонарики разрезали темноту, как ножи. Но оказалось, что у меня течет труба: сверху крикнули, что лужа — это просто ржавая вода.

Они настояли, чтобы я поднялся, и я отчетливо увидел в ванной грязно-коричневую лужу. Наверное, тот хлопок был от того, что лопнула труба. Оба полицейских посмеялись надо мной, но в целом отнеслись к ситуации с пониманием.

Они даже дали мне номер хорошего сантехника, но после падения в лужу мой телефон сломался. Теперь придется пользоваться стационарным телефоном на кухне.

Я отпустил полицейских и пообещал утром первым делом вызвать сантехника. И хотя я сильно вымотался, от волнения я не смог уснуть и решил подготовить еще несколько важных рабочих документов.

Не успел я опомниться, как Бастер в очередной раз сделал свои дела в гостиной. Я смертельно устал и наговорил Бастеру кое-что, чего не должен был говорить, и сделал с ним то, что определенно не должен был делать.

Я решил избавиться от постоянного стресса и тем же утром поговорил с руководителем. К моему удивлению, он был рад предоставить мне недельный отпуск, своего рода разгрузку для мозга. Вот так у меня забрали все мои выдающиеся наработки.

От нечего делать я решил уделять больше внимания Бастеру. Я играл с ним и кормил его вкусняшками, чтобы компенсировать свое прошлое поведение.

А потом я нашел первое сообщение.

Я не сразу его заметил, потому что редко поднимался на второй этаж. Но в какой-то момент я понял, что так и не вызвал сантехника, и поднялся наверх посмотреть, не прорвало ли трубу совсем.

И сразу же увидел сообщение, написанное красным на стене коридора. «Теряешь рассудок?»

На секунду я действительно почти его потерял. Я до смерти перепугался от мысли о том, что кто-то прокрался в мой дом, пока я был здесь. Возможно, пока я спал.

Не буду повторять все, что я сказал или сделал после этого, достаточно сказать, что я не стал храбрее с момента хлопка в ванной. В конце концов я открыл дверь спальни и пошел на кухню в компании Бастера.

Я снова позвонил в полицию. Приехали те же двое полицейских, и вместе мы обыскали каждый уголок дома. Но никого не нашли. Все двери и окна были заперты. Никаких следов взлома.

К моему недоумению, полиция отнеслась ко мне серьезно — они объяснили, что я не первый в этой местности, с кем такое происходит. Здесь произошла серия взломов, после которых ничего не пропадало, но полицейские все равно предложили оставить у дома на ночь патрульную машину.

И хотя я принял их предложение, вскоре я понял, что сегодня в этом доме я точно не усну. Поэтому я позвонил своему единственному другу в городе и, если честно, во всем штате — бывшему соседу по комнате в колледже, который по совпадению жил в 30 минутах езды отсюда.

Он предложил заехать за мной и Бастером через несколько часов, так что я начал собирать чемодан. Я не знал, сколько времени мне понадобится, чтобы прийти в себя, поэтому собрал практически все, что привез с собой в дом.

Я вышел из комнаты забрать игрушки Бастера, когда позвонил друг и сказал, что ждет меня на улице. Я положил трубку и решил сразу встретить его. Мне нужна была компания, и он мог бы помочь мне перенести в машину мои вещи.

Но на дороге никого не было. Ни друга, ни машины. Я тут же перезвонил ему, но он уверял, что ждет меня у дома. Я услышал, как он вышел из машины и подошел к входной двери. Он постучал, и я услышал, что дверь ему открыла пожилая женщина.

Мой друг спросил, не знает ли она меня, и упомянул моего дядю. Женщина ответила, что не знает ни его, ни меня. Поблагодарив ее, мой друг ушел и спросил меня, слышал ли я все это. Я сказал, что, скорее всего дал ему неправильный адрес. Он на одном дыхании выпалил правильный адрес и повторил, что стоит именно здесь.

Я попросил его подождать и снова вышел из дома. Я хотел взглянуть на номер дома на адресной табличке и почтовом ящике. Вот только номеров не было. А на табличке было сообщение: «Теряешь рассудок?». Красными буквами.

Соблазн уйти отсюда сейчас же был огромен. Я мог бы просто идти, не останавливаясь. Но нужно было собрать вещи и, что еще важнее, забрать Бастера, поэтому я зашел в дом в последний раз. Когда я вернулся в комнату, мой чемодан был пуст. Все, что я собрал за последний час, лежало на своих местах.

Как бы сложно это ни было, я сосредоточился только на одной цели. Нужно было уходить отсюда. Я надел на Бастера поводок и ужаснулся от того, насколько пес был изможденным. Я решил загладить свою вину перед ним, когда все это закончится.

Я попытался выйти из входной двери, как будто ничего не случилось, но не смог ее открыть. Ручка поворачивалась, но засов не отодвигался. Я жутко испугался, но рядом был Бастер, и это меня спасало. Я опустился на колени, чтобы обнять его, и пока он облизывал мое лицо, мне в голову пришла идея.

Все, что здесь происходит, точно не дело рук какого-то маньяка. Но я все же не знал, какие силы пытаются противостоять мне, поэтому подошел к задней двери и громко сказал: «Ну что, Бастер, пойдем гулять!»

Стеклянная дверь легко открылась.

Бастер радостно выскочил на улицу. Похоже, я давно не выпускал его. Я вышел из дома более осторожно и впервые внимательно осмотрел задний двор. Вокруг дома стоял забор с зазором между прутьями, через который Бастер легко мог пройти.

И тут я увидел. Увидел дерево, растущее очень близко к забору, несколько ветвей проросли сквозь прутья забора и над ним. Я предполагал, что ворота тоже будут заперты каким-то сверхъестественным способом, так что это был мой выход.

Бастер сразу все понял. Он терпеливо ждал меня с другой стороны, пока я с трудом подтягивался и перелезал через забор. Я вдруг осознал, насколько слабым и усталым я стал с таким образом жизни.

Пока я спускался с дерева, Бастер зарычал и пулей помчался к ближайшему холму. Я спрыгнул вниз и бросился за ним.

Он исчез за вершиной холма, и я начал карабкаться наверх, подъем был неожиданно крутой. К счастью, я нашел место, где кто-то заложил сбоку несколько кирпичей, чтобы было легче подниматься.

Подъем все равно был слишком крутым. Чтобы не поскользнуться, мне пришлось сосредоточиться на том, как я ставлю ноги, поэтому я смотрел вниз. И когда я в очередной раз потянулся вверх, я ухватился рукой за ковер.

Растерявшись, я поднял глаза и увидел площадку второго этажа. Я посмотрел вниз и увидел остальную часть лестницы, которая вела в прихожую и гостиную. Бастера нигде не было.

Я совсем расклеился и смертельно устал, поэтому прополз последнюю пару ступенек и какое-то время просто сидел на площадке и время от времени звал Бастера. А потом на кухне зазвонил телефон.

Что бы там не издевалось надо мной, я понял, что оно не может помешать внешним силам помочь мне. В спешке я скатился по лестнице и тяжело приземлился на холодную плитку внизу. Мое оцепенение длилось всего пару секунд, и вскоре я уже был на кухне с телефоном в руке.

Мягкий голос моей жены зажег во мне надежду. Она беспокоилась, что я давно не звонил ей. Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз пытался это сделать.

Когда я решил попросить ее вызвать полицию, одновременно со мной она сказала, что я уже неделю не появлялся на работе, и меня потеряли. Ее слова вызвали у меня тревогу.

— О чем ты? — спросил я. — Мне дали неделю отпуска.

— Милый? Я думала, ты должен был продолжить работать, как только приедешь в дом.

— Ну-у... Да, но мне дали неделю отпуска, потому что я много стрессовал из-за работы. Погоди-ка. Сколько я уже здесь?

— Милый, ты уехал уже 9 дней назад.

У меня внутри все сжалось, но я тут же сказал:

— Слушай, ты должна позвонить в полицию. Что-то не так. Кажется, мне срочно нужна помощь врача.

Я попытался придумать предлог, чтобы у жены не возникла куча вопросов, но в итоге понял, как можно объяснить все это.

Возможно, в доме утечка газа или у меня опухоль мозга. Как ни странно, оба этих варианта звучали лучше, чем жизнь в доме с призраками.

Жена спросила:

— Дорогой, что случилось? Ты в порядке?

Мне показалось, что краем глаза я заметил движение тени, но я ответил:

— Да, я в порядке, но мне все-таки нужна помощь. С этим домом что-то не так.

— Я тебя не понимаю.

— Просто послушай меня: позвони в полицию, скажи им имя моего дяди. И попроси их приехать в этот дом, возможно, понадобится скорая помощь. Пожалуйста, помоги мне.

— Пожалуйста, помоги? Пожалуйста-препожалуйста? Умоляешь?

Я уставился на телефон, из которого продолжал звучать голос моей жены. Это был ее голос, но я никогда не слышал от нее такого насмешливого тона.

— У тебя не болит животик? Когда ты в последний раз ел? Интересно, каков на вкус Бастер.

Я швырнул трубку, но нечто по ту сторону провода говорило правду. Живот болел. Я не смог вспомнить, когда в последний раз ел. Как по заказу, я услышал, как наверху скулит Бастер.

Когда я побежал вверх по лестнице, я вдруг заметил, что мои ноги все в синяках и сильно болят из-за того, что я упал с этих ступенек. Я преодолел боль и продолжил подниматься наверх.

Бастер лежал на боку у двери ванной и выглядел невероятно худым.

«Теряешь рассудок?» — теперь эти слова были написаны по всему коридору, даже на потолке и на полу. На этот раз я точно знал, что послания были написаны кровью, она еще капала с некоторых букв.

Я подошел к Бастеру и взял его на руки, и тут в дверь постучали. Если бы не Бастер, я бы подпрыгнул. Я услышал, как открылась входная дверь, и кто-то представился полицейским. Я даже узнал голос — это был один из полицейских, которые уже приходили сюда. Почему я не могу вспомнить, как его зовут?

Крикнув, что я наверху, я повернулся, держа на руках Бастера, и увидел перед собой коридор, который был в несколько раз длиннее, чем обычно. Хотя Бастер выглядел худым, теперь он казался очень тяжелым. Я понимал, что это очередная уловка, чтобы я не увиделся с полицейским.

Возможно, я и правда разговаривал с женой. Наверное, она все-таки позвонила в полицию, просто окончание разговора испортили призраки. Поэтому я как можно быстрее пошел к лестнице и всю дорогу кричал.

А потом полицейскому ответил какой-то голос. Женский голос. Голос моей жены. Я услышал, как она сказала:

— Извините, мой муж плохо себя чувствует. Он отдыхает в спальне. Может, я могу помочь?

Я закричал изо всех сил, чтобы привлечь внимание. Но без толку. Я услышал, как полицейский сказал:

— Все равно я бы хотел его увидеть.

— Конечно-конечно, проходите. Он вон там.

Это был настоящий кошмар. Я сильно вспотел, мне казалось, что с каждым шагом я остаюсь на месте. Я попытался идти еще быстрее, но коридор только удлинялся.

А потом я услышал душераздирающий крик мужчины внизу. Внезапно коридор резко оборвался, и я каким-то образом очутился прямо наверху лестницы.

По инерции я двинулся вперед. Я упал с лестницы и тяжело приземлился.

Прямо на Бастера.

Он взвыл от боли, но, по крайней мере, он был жив. Я увидел длинный густой кровавый след, уходящий за угол под закрытую дверь моей спальни.

Под дверью была чья-то тень. Я с трудом прокрался на кухню и схватил свое верное оружие — сковородку, а потом максимально тихо вернулся к двери спальни.

Я нервно наблюдал за движущимися тенями. Что бы это ни было, оно убило человека. Значит, могло убить и меня. Но если оно могло нанести физические повреждения, значит, наверняка ему тоже можно нанести физические повреждения.

Поэтому я поднял сковородку и начал медленно поворачивать ручку. Но прежде чем я успел это сделать, дверь распахнулась, и ко мне что-то повернулось.

Я опустил сковородку. Передо мной с застывшей на лице улыбкой стоял полицейский. Мы оба посмотрели на нож, торчащий из его груди. Моя рука все еще сжимала ручку сковородки.

Он повалился набок, а я упал назад, тяжело опустившись на теперь уже чистый пол. Я был уверен, что держал сковородку. Я чувствовал ее вес. Но теперь я вспомнил, как пошел на кухню и взял нож.

Я всерьез задумался, не схожу ли я с ума. Я посмотрел вниз и увидел в руках нож. Я тут же отбросил его и двинулся обратно посмотреть, как там Бастер.

Он не двигался. Я положил голову ему на бок, он был еще теплый, но не дышал. Я расстроился. Я не знал, что делать, поэтому не сделал ничего.

Я долго ничего не делал. Я был в летаргическом состоянии, но каким-то образом добрался до дивана в гостиной. Я просидел там до наступления темноты, а потом уснул.

Когда я проснулся, я подождал еще немного. Теперь я был уверен, что со мной ничего не происходит, пока я ничего не делаю. И не хотел бы это менять.

Но в доме все еще лежали тела Бастера и полицейского. Нужно было что-то делать. Когда я наконец встал с дивана, у меня заурчало в животе. Еще одна проблема от того, что я ничего не делал.

Для начала я нашел на заднем дворе лопату. Копать было тяжело, и я решил пока похоронить только Бастера. А с полицейским разберусь, когда найду, чем перекусить

Я взял Бастера на руки и вынес на улицу. Его шерсть все еще была теплой. Трудно было поверить, что его больше нет. Но в его больших карих глазах не было жизни. Я осторожно опустил его в яму и принялся за работу.

Чуть позже я зашел на кухню и пошарил по шкафчикам. Несмотря на мои действия, в доме было тихо. Когда я переставал двигаться, воцарялась абсолютная тишина.

Я спросил себя, не пытались ли призраки просто сделать из меня убийцу. Раз у них получилось, может, они отстанут от меня на какое-то время.

Пора бы, потому что я умирал с голоду, и больше не собирался никуда отвлекаться. Я открыл коробку с хлопьями и поднес горсть ко рту, но остановился. Что если я на самом деле ем не то, что я вижу? Что если я сейчас открыл коробку с отравой для крыс? Непонятно, на что еще способны эти призраки.

Я представил, как кладу еду в рот, и она превращается в червей. Подумав об этом, я бросил хлопья на пол и ушел с кухни, больше не чувствуя голода. Нужно было сосредоточиться на том, чтобы выбраться от сюда.

С этими мыслями я подошел к входной двери.

Она была открыта.

Я подскочил к ней, но остановился с протянутой рукой в паре метров от двери. Это могла быть очередная выходка призраков.

Я представил, как дверь захлопнулась у меня перед носом или даже прищемила мне пальцы. Я чувствовал ветерок с улицы, но был слишком напуган, чтобы пошевелиться.

Это была сама невероятная ситуация, в которой я когда-либо оказывался или о которой когда-либо слышал. Все мои чувства уже не раз подводили меня. Но я мечтал о свободе и в конце концов заставил себя шагнуть вперед.

Я медленно вышел из дома, и увидел патрульную машину — она стояла на дороге рядом с моим домом. Дверь была открыла, а на переднем сиденье лежали ключи.

Мой мозг яростно пытался объяснить ситуацию. Возможно, полицейский на самом деле был убийцей и убил предыдущих владельцев этого дома.

В тот момент я не мог придумать другого объяснения своей удаче. Поэтому я отбросил свои опасения и сел в машину.

Я отъехал от дома, но вдруг понял, что все не так просто. Я ехал в патрульной машине по незнакомому городу, без денег и личных вещей, и понятия не имел, что делать дальше.

Поэтому я просто поехал вперед. Приятно наконец выбраться из этого дома. Приятно видеть солнце. Я ехал и ехал.

Налево.

Направо.

Налево.

Направо.

Я не знал, куда еду.

А потом я понял, что уже давно не видел на дороге других машин.

Где все люди?

Где я?

По всему телу разлилось неприятное ощущение. Я откинулся на спинку сиденья и понял, что сижу в кресле.

В доме своего дяди.

Руки подняты, как будто я держу руль. Я заплакал от разочарования а потом встал и закричал.

Сколько я сидел здесь с тупой улыбкой, двигая руками вверх-вниз, как сумасшедший?

Я обернулся и увидел на столе кухни свой ноутбук. Он был включен и светил прямо на меня. Я подошел к нему и увидел открытый документ, в котором было написано: «Уже потерял рассудок? Чудно, теперь можно потерять все остальное».

Внезапно мой кулак стал тяжелым. Я поднял его и снова увидел в руке кухонный нож. И тут же отбросил его.

Я стер сообщение и начал печатать просьбу о помощи. Я решил не смотреть на экран и уставился на клавиатуру, но начал нажимать не на те клавиши, и получилось совсем другое сообщение.

«Простите. Я всех разочаровал. Этого больше не повторится. Прощайте».

Я чуть не закричал, но вдруг заметил, что что-то изменилось. Теперь я был не на кухне. Я был в кабинете. Я печатал и печатал, пока на экране не начали появляться мои слова.

Я разослал просьбы о помощи по электронной почте, написал в аккаунт местного полицейского участка на Facebook, и решил продолжить печатать, несмотря ни на что.

Это моя последняя попытка не сойти с ума окончательно. Каждый раз, когда я перестаю печатать, я оказываюсь в другой комнате, где снова и снова вижу кошмары.

Один раз я открыл дверь кабинета, за которой был какой-то портал в ад, и чуть не наступил в лаву. Может, это была лишь иллюзия, но я не хотел увидеть, как горят мои ноги, поэтому просто закрыл дверь и продолжил печатать.

Я даже не уверен, что это дело рук призраков.

В последнее время я много думаю, но правда в том, что я понятия не имею, что происходит.

Перебирая в памяти все эти безумные события, я понял, что не могу вспомнить имя своего дяди. Или как он выглядел. Я даже не уверен, был ли у меня дядя.

Я все пытаюсь вспомнить, как я сюда попал. Прилетел? Приехал на машине? Не помню. Может, я всегда здесь был?

Еще странно, что я не могу вспомнить имени своего риелтора, мужчина это или женщина. Мы не раз встречались лично. Почему я не помню того, что должен помнить?

Я не помню, как зовут моих дочерей и жену. Может, я вообще не отец?

Может, я вообще не человек? Думаю, все же человек, потому что пишу это сидя у себя в кабинете. Но чем дальше, тем больше я понимаю, что не могу вспомнить своих родителей, как они выглядят, не помню ничего о своем детстве.

Я помню только этот дом и все кошмары, которые я здесь пережил.

Я как будто снова оказался в патрульной машине. Я нашел выход, но не знаю, что делать дальше. Это не жизнь, и сил у меня все меньше и меньше.

Я ужасно хочу есть.

И мне становится все труднее сосредоточиться. Я слышу голоса. Они становятся все громче.

Я знаю, что если перестану печатать, долго я не протяну. Но я уже не знаю, о чем писать. У меня устали руки. Я устал. так уста.л

АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

Шустрая бурая лиса прыгает через ленивого пса.

Нужно печатать. Но я больше не знаю, что сказать.

Как меня зовут? Я не знаю.

Я умру, если перестану печатать. Я умру, если перестану работать.

АБГДЕУЖЗИКЛМНОПРСБИЦЧШЩАЫЮЯ

Шустраябураялиса прыгаетчерез ленивогопса.

Пес. Бастер. Я скучаю по Бастеру. Вот бы погладить его еще хоть раз. Может, он тоже был ненастоящим? Что тогда вообще настоящее?

Я так устал. Я очень хочу есть.

Нужно сосредоточиться.

Шустрая бурая лиса прыгает через ленивого прощайте.

Шустраябураяпростите япрыгает черезвсех разочаро ленивого псапрощайте.

Просшустрая я всехпрыгает черезразочаровал ленивого пса

Простите. Прыгает через вас всех разочаровал ленивого. Этого больше ленивого пса. Прощайте.

Простите. Я всех разочаровал. Этого больше не повторится. Прощайте.

UPD:

Ссылка на оригинал: https://www.reddit.com/r/nosleep/comments/dcwmzt/this_is_not...

Показать полностью
Creepy Reddit

Служба 911 – Красивая комната

Звонок поступил 29.11.2022 в 15:27

Диспетчер: 911. Что у вас случилось?

Абонент: Я заблудился.

Диспетчер: Ты заблудился?

Абонент: И холодно. Очень холодно.

Диспетчер: Как тебя зовут?

Абонент: Брайан.

Диспетчер: Брайан. И сколько тебе лет, Брайан?

Абонент: Восемь с половиной.

Диспетчер: Как думаешь, я смогу поговорить с твоими мамой или папой?

Абонент: Их нет. Я заблудился.

Диспетчер: Хорошо. Как получилось, что ты заблудился, Брайан?

Абонент: Я проснулся здесь.

Диспетчер: А как выглядит “здесь”, Брайан?

Абонент: Это темная комната. Очень темная. Я не знаю. Я подсвечиваю фонариком на телефоне, но… Слишком темно. Пол твердый. Тут пахнет. В стене не хватает кирпича. Я вижу траву. Мне кажется, я вижу красный клен, но сложно видеть сквозь тени.

Диспетчер: Красный клен? Ух ты! Ты много знаешь о деревьях.

Абонент: В моем городе много таких. Бабушке они нравятся.

Диспетчер: Отличная работа, Брайан. Ты можешь быть где-то поблизости. Ладно, давай попробуем вот что. Расскажешь мне, где ты живешь?

Абонент: Я… Я не должен рассказывать об этом незнакомцам.

Диспетчер: Я знаю, но мне нужно позвонить твоим маме или папе, Брайан. Сообщить им, что с тобой все в порядке. Они будут беспокоиться о тебе. Ты знаешь, как я могу с ними связаться? Кстати, меня зовут Сара.

Абонент: Они умерли.

Диспетчер: О. Мне очень жаль, Брайан. Кто присматривает за тобой?

Абонент: Бабушка.

Диспетчер: Хорошо. Как мне связаться с бабушкой? Какой у нее адрес или номер телефона?

Абонент: Э-э-э… Я не знаю.

Диспетчер: Ты знаешь, в каком городе живешь?

Абонент: О, да! Мы живем в [УДАЛЕНО].

Диспетчер: Молодец. Это довольно далеко отсюда, но не волнуйся. Мне нужно имя бабушки, чтобы узнать ее адрес.

Абонент: Я зову ее просто бабушкой. Я не знаю ее имени. Извините.

Диспетчер: Хорошо, все в порядке. Не волнуйся. Как твоя фамилия, Брайан?

Абонент: Смит.

Диспетчер: Спасибо, Брайан.

Диспетчер сообщает информацию.

Диспетчер: Ее сейчас ищут. Все хорошо?

Абонент: Хорошо. Мне очень страшно.

Диспетчер: Знаешь, Брайан, с твоей стороны было очень по-взрослому позвонить нам. Мне нужно, чтобы ты продолжал вести себя как большой мальчик и помог мне, хорошо?

Абонент: Хорошо.

Диспетчер: Начнем с самого начала, что последнее, что ты помнишь перед тем, как проснуться? Ты был с бабушкой?

Абонент: Нет. Я шел домой из школы.

Диспетчер: Ты шел один?

Абонент: Тимми был со мной.

Диспетчер: Как фамилия Тимми, Брайан?

Абонент: Браун.

Диспетчер: Спасибо.

Диспетчер сообщает информацию.

Диспетчер: Это очень поможет нам, Брайан. Ты большой молодец. Что случилось с тобой и Тимми?

Абонент: Он завернул за угол и исчез.

Диспетчер: И что произошло потом?

Абонент: Я его искал.. А потом услышал шорох в кустах у дороги. Там был мужчина. Пожилой мужчина.

Диспетчер: Как думаешь, ты сможешь его описать?

Абонент: На нем было черное пальто.

Диспетчер: Хорошо. Что-нибудь еще?

Абонент: Я не помню. Вы нашли меня? Я смотрел передачу о полицейских, которые могли находить людей по телефонам.

Диспетчер: Мы пытались отследить звонок, но не смогли определить твое местоположение.

Абонент: О, хорошо... Знаете, на улице, кажется, дует ветер.

Диспетчер сообщает информацию.

Диспетчер: Брайан, один из наших сотрудников только что разговаривал с твоей бабушкой... Она сказала, что ты пропал пять месяцев назад.

Абонент: Но я только что проснулся.

Диспетчер: Ты помнишь, что происходило до этого? Помнишь какое-нибудь другое место?

Абонент: Но... Вчера я шел домой из школы.

Диспетчер: Брайан, вы с Тимми Брауном пропали пять месяцев назад.

Абонент: [плачет] Я хочу домой.

Диспетчер: Я знаю, Брайан. Я тоже хочу, чтобы ты вернулся домой. Как думаешь, ты мог бы ради меня набраться храбрости и оглядеть комнату со своим фонариком?

Абонент: Возможно… Тут пахнет.

Диспетчер: Я знаю. Но это могло бы нам помочь. Особенно, если бы ты мог получше рассмотреть эту щель в стене.

Абонент: Хорошо.

Диспетчер: Спасибо, Брайан. Помни, я не вижу, что происходит. Тебе придется мне все описывать.

Абонент: Я посветил вокруг фонариком. С дальней стороны есть запертая дверь. Я пытался открыть ее раньше. И запах становится все хуже. Запах… [крики и звуки рвоты].

Диспетчер: Брайан? Брайан? Ты в порядке?

Абонент: [плачет] На нем одежда Тимми!

Диспетчер: Что ты имеешь в виду, Брайан?

Абонент: На полу лежит скелет, и на нем одежда Тимми.

Диспетчер: Хорошо, Брайан, сохраняй спокойствие. Пожалуйста, сохраняй спокойствие.

Диспетчер сообщает информацию.

Диспетчер: Полицейские обыскивают дорогу, на которой ты пропал, Брайан.

Абонент: Они найдут меня?

Диспетчер: Да, Брайан.

Абонент: И это не займет пять месяцев?

Диспетчер: Я обещаю. В комнате есть еще что-нибудь, что могло бы помочь? Может быть, щель в стене? У тебя есть какой-нибудь способ сбежать?

Абонент: Не хватает только одного кирпича. Я не могу туда пролезть.

Диспетчер: Хорошо. Что ты видишь сквозь щель?

Абонент: Я подойду поближе… Посвечу… Я не достаю... Вижу только траву и красный клен. Там все такое странное. Становится все темнее.

Диспетчер: Что ты имеешь в виду, Брайан?

Абонент:… Трудно что-либо разглядеть. И сильно дует ветер.

Дверь открывается.

Абонент: О, нет…

Диспетчер: Брайан…

Абонент: [шепотом] Я должен повесить трубку. Я не хочу, чтобы он нашел мой телефон.

Звонок заканчивается 29.11.2022 в 15:39 вечера

***

Звонок поступил 29.11.2022 в 16:50 вечера

Диспетчер: 911. Что у вас случилось?

Абонент: [шепотом] Это я.

Диспетчер: Кто это?

Абонент: Это Брайан. Где Сара?

Диспетчер сообщает информацию.

Диспетчер: Одну секунду, Брайан.

Диспетчер переключает линию.

Диспетчер: Брайан? Это Сара.

Абонент: Привет.

Диспетчер: Ты в порядке?

Абонент: Я выключил телефон, чтобы сохранить батарею. Но, думаю, он знает, что у меня есть телефон.

Диспетчер: Что случилось, Брайан?

Абонент: Он сказал, что знает, что я плохо себя вел, и он не против, но теперь придется замедлить развитие событий. А потом он сделал мне больно. [плачет] Он содрал кожу с моих ног. И заставил меня смотреть, как… он накрыл ею кости Тимми.

Диспетчер: Брайан…

Абонент: Он сказал, что сохранит мою красоту, потому что время уродливо. Он сказал, что такое маленькое существо, как я, не может понять время, потому что я его еще не потратил... Мне страшно.

Диспетчер: Мы найдем тебя прежде, чем он сможет снова причинить тебе боль. Я обещаю.

Абонент: Прошло уже несколько дней! Где ты? Ты сказала, что скоро найдешь меня.

Диспетчер: Брайан… Не могло пройти несколько дней. Мы всего час назад разговаривали по телефону.

Абонент: Нет, не правда! Я не понимаю, зачем ты все выдумываешь!

Диспетчер: Брайан, ты пережил нечто ужасное, и…

Абонент: Я думаю, что эта комната злая, Сара. Я... я не могу уснуть. На улице всегда светло.

Диспетчер: Ты все еще видишь клен?

Абонент: Да. Но на улице больше нет ветра. Там просто… тихо. Солнечно и безмятежно. Весь день. Каждый день.

Диспетчер: Я не думаю, что это солнце, Брайан. Особенно в такое время. Уже почти ночь.

Звонивший: Но... На улице так светло. И я все еще вижу клен.

Диспетчер: Послушай, местные полицейские прочесали каждый дюйм вашего родного города. Они уверены, что уже близко.

Абонент: Мужчина в черном пальто… Он не очень хорошо меня кормит. Вчера я съел бутерброд… Но я так голоден. Он сказал, что оставит меня... достаточно красивым.

Диспетчер сообщает информацию.

Диспетчер: Брайан… Мне только что сообщили кое-что, чего я не совсем понимаю, и…

Абонент: О нет, он вернулся! Я слышу его.

Звонок закончился 29.11.2022 в 16:53

***

Звонок поступил 29.11.2022 в 17:31

Диспетчер: 911. Что у вас случилось?

Абонент: Больно.

Диспетчер: Б... Брайан?..

Абонент: Он снял кожу с моей… руки. Больно держать телефон. Он сказал, что мы… нам еще предстоит пройти долгий путь, чтобы сделать Тимми достаточно красивым.

Диспетчер: Брайан, я не… Я не понимаю. Ты… Ты не должен волноваться...

Абонент: Солнце так сильно греет. Почему оно не заходит?

Диспетчер: Я… Я не знаю, Брайан.

***

Прибывшие на место происшествия полицейские обнаружили дверь в лесной лощине неподалеку от [УДАЛЕНО]. Она вела в подземное помещение, где хранилась окровавленная одежда двух жертв и разлагающиеся фрагменты костей, принадлежавших Брайану Смиту.

Эксперты-криминалисты полагают, что останки Тимоти Брауна были перенесены с места преступления.

В комнате был найден телефон. Исследование подтвердило, что это то же самое устройство, которое использовалось для разговора между Брайаном Смитом и диспетчером Сарой Рэдклифф, что исключает возможность того, что внешний абонент сфабриковал события, описанные выше.

По необъяснимой причине, хотя полицейские обнаружили труп Брайана Смита 29.11.2022 в 16:47 вечера, Рэдклифф продолжала разговаривать с жертвой, пока в 19:09 в его телефоне не разрядилась батарея. Коллеги-полицейские подтвердили доклад Рэдклифф о совпадении времени телефонного звонка и обнаружения тела.

Следователи проявляют значительный интерес к частым отсылкам звонившего на течение времени. Однако по состоянию на настоящее время наш департамент не смог предоставить рационального объяснения противоречивым доказательствам, касающимся времени и дат, в которые происходили события по этому делу.

~

Оригинал

Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта

Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)

Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.

Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.

Показать полностью
Creepy Reddit
Серия Мы с друзьями пошли в поход.

Мы с друзьями пошли в поход. Каждую ночь один из нас исчезает (часть 3, ФИНАЛ)

Мы продолжили идти. Тропа стала еще круче, солнце нещадно палило. Еды и воды осталось мало, наши тела и умы страдали. Отвлечься от плачевного состояния помогла разработка плана.

Простого плана: двое выйдут на тропу первыми и встретятся с Роуэном в лагере у костра. Их задача – отвлечь мерзавца разговорами. тем временем третий должен прокрасться по границе лагеря и вонзить в горло Роуэну нож Гранта. Оставалось выяснить только одно: кто будет этим третьим.

– Наверное пойду я, – объявила Джейми.

– Ты уверена?

– Роуэн же знает, что вы ушли первыми. Если первыми и придете, он вряд ли что-то заподозрит. И потом, это же была моя идея – убить ублюдка. Мне и рисковать.

Весь этот безумный день я не могла избавиться от мерзкого чувства в животе. Лицо Роуэна не шло из головы: пустые зеленые глаза и застывшая, как у деревянной марионетки, улыбка. Что, если план не сработает? Что он с нами сделает? Заставит ли позавидовать ушедшим друзьям?

И в тот момент, когда их имена пришли мне на ум: Тревор, Спенсер, Таша – во мне вскипел гнев. Этого оказалось достаточно, чтобы продолжать идти вперед, на остатках сухофруктов и теплой воды с привкусом металла. Мне приходила в голову мысль о том, что Роуэн не причастен к исчезновению наших друзей, но его вчерашнее поведение практически утверждало обратное. По крайней мере, ему явно не было никакого дела до смертей. Поэтому план нужно было довести до конца.

День клонился к вечеру; солнце взошло в зенит, а теперь неуклонно опускалось. Вскоре мы увидели впереди дым костра.

– Пришли, – отметил Грант.

Джейми глубоко вздохнула.

– Давайте сделаем это. – Ее голос даже не дрогнул.

***

Мы с Грантом подошли ближе, от волнения у меня подкашивались ноги. Роуэн, как и ожидалось, готовил на костре что-то с густым рыбным ароматом.

– Добро пожаловать! – окликнул он нас. – Осталось всего два дня, разве это не здорово?

– Не могу поверить, что уже почти все, – сказала я с неубедительной улыбкой.

– Хотите посмотреть фото, сегодня сделал? – Грант встал рядом с гидом и вытащил свой пластиковый пакет. – Повсюду сплетенные деревья, было трудно удержаться и не сфотографировать каждое из них!

Пока Грант показывал Роуэну целый ворох фотографий, я начала устанавливать палатку поближе к костру, стараясь при этом создать как можно больше шума. И все это время оглядывала деревья в поисках Джейми. Пока что тщетно.

Минуты тянулись медленнее, чем когда-либо. Я успела раз десять соединить и отсоединить обратно опоры палатки, ворча в притворном расстройстве. Грант все продолжал подсовывать Роуэну фотографии, а в голосе гида проскакивало все больше ноток недовольства.

– Кроме того, когда мы обедали, там было дерево, отдаленно похожее на Мону Лизу, видишь? Можно прямо разглядеть лицо и улыбку, ну под определенным углом…

– Оно такое же, как и на предыдущих двадцати фотографиях.

– Ты правда не видишь? – В голосе Гранта звучало разочарование. Сложно сказать искреннее или притворное.

В лесу тихо, почти на грани слышимости разнесся топот. Кто-то бежал.

– Грант, при всем моем уважении, я думаю, что видел достаточно...

Я подняла глаза. Джейми стояла позади Роуэна, обхватив его за шею, прижав нож к его горлу.

Джейми покраснела от напряжения, и я вдруг осознала, что происходит: нож не входил в тело. Джейми снова взмахнула рукой и попыталась ударить еще раз, но лезвие отскочило от шеи гида с глухим стуком. Роуэн просто стоял, по его лицу расползалась улыбка.

– Давай, попробуй еще разок.

На этот раз Джейми попыталась уколоть его острием, и произошло то же самое: нож просто соскользнул, как будто кожа мужчины была сделана из камня. Джейми пыталась снова и снова, кромсая по лицу, по спине, с каждым разом становясь все более неистовой, на глазах у нее выступили слезы. Нож не причинял никакого вреда. Роуэн просто стоял с выражением блаженства на лице, как будто ему делали массаж.

– Трудно резать дерево ножом, предназначенным для мяса.

Джейми рухнула на землю, по ее щекам текли слезы. Роуэн зашелся смехом.

– Ты серьезно думаешь, что из тысяч людей, которых я поглотил, ни один не додумался попробовать меня убить?

Нам с Грантом оставалось только наблюдать, застыв на месте, как Роуэн повел запястьем и Джейми вдруг застыла. Ее кожа стала песочно-серой, а черты лица стерлись, покрытые корой. Он превратил Джейми в деревяшку.

– С этой нет смысла тянуть, – бросил он с явным раздражением. – Удачи в завтрашнем переходе.

И ушел.

Слезы так и просились наружу, но у меня больше не было сил плакать. Грант что-то сказал, но у меня больше не было сил слушать. Я упала на колени, разбила их в кровь, но у меня больше не было сил чувствовать. Я ничего не могла поделать, кроме как наблюдать, как тело моей лучшей подруги распадается в пыль и исчезает в земле.

Как? Как такое могло случиться? Мы подобрали проклятый предмет? Совершили темный ритуал? Пренебрегли божественной силой? Как вселенная, Бог, Зевс, кто угодно мог решить, что мы заслужили такую судьбу? Чем я заслужила проклятие смотреть, как нас убивают одного за другим, зная, что меня постигнет та же участь? Чем мы заслужили быть разорванными на части в том же месте, где встретились: на туристической тропе?

Не знаю, как долго я так просидела. Череда трагедий лишила меня ощущения времени. Но следующее, что помню, – это как лезу в карман и нащупываю единственное, что осталось от Джейми: зажигалку, которую она оставила мне в первый день. Я вытащила ее. Ярко-красная зажигалка почти светилась на моей грязной, покрытой синяками руке. И тут я заметила кое-что еще: браслет.

Он все еще был на том же месте, что и в первый день. Каким-то образом я совершенно забыла о нем, даже не потрудилась снимать на ночь. А теперь оказалось, что снять его невозможно: сплетенные веточки еще плотнее обхватили мое запястье, так что рука больше не пролезала сквозь отверстие. Вспоминая тот первый день, когда Роуэн подарил нам браслеты, я поняла, что это был первый шаг к нашей погибели. Так он превращает нас в дерево.

У меня возникла идея. Но это было бы рискованно. С другой стороны, риск – это все, на что оставалось делать ставку, верно?

Грант подошел ко мне сзади.

– Эш, мне нужно тебе кое-что сказать.

– …хм?

– Я останусь. Ты заслуживаешь дополнительного дня больше, чем я.

– И чего будет стоить этот лишний день, если я не могу провести его с тобой?

Я не могла видеть его лица, но знала, что на нем улыбка.

– Я подумал о том, что ты сказала, и... ты была права. Я играл по правилам Роуэна, как он и задумывал. – Грант сел на землю рядом со мной.

– Ты поступил так, как было лучше для нас. По твоему мнению.

– За счет Джейми. – Он закрыл лицо руками. – Черт, их и правда больше нет, не так ли?

– Может быть они все живы, где-то там.

Но я сама не верила своим словам.

Грант тоже не поверил.

– Это ведь я нашел этот маршрут, помнишь?

– Честно говоря, все, что было до похода, теперь для меня – далекое воспоминание.

– Да… Я знаю, что, возможно, не очень хорошо сумел выразить это... но чувство вины уничтожило меня. Я надеялся, что смогу, по крайней мере, спасти тебя. – На его глазах выступили слезы.

– Ты не знал, – прошептала я, обнимая его за плечи.

– Может быть, ты выживешь. – Голос Гранта дрогнул сквозь слезы. – Может быть, он оставит в живых последнего человека.

Несбыточное желание. Но я оставила эти мысли при себе.

– Поэтому я хочу, чтобы это была ты. Роуэн не заслуживает того, чтобы остался я.

Мы долго сидели в тишине. Мир был совершенно спокоен. Солнце подобралось к самому горизонту, окрашивая небо в яркие розовые и оранжевые тона. Пейзаж наполнился умиротворением. Даже в стране сплетенных деревьев закаты по-прежнему прекрасны.

– Прости, что назвала тебя жадной тварью.

Грант положил голову мне на плечо.

– Я не позволю тебе умереть, – продолжила я. – Не знаю, смогу ли… я сомневаюсь, что это сработает, но у меня есть идея, которая может помочь нам выжить.

Грант оживился.

– Какая?

– Тебе нужно завтра пойти вперед меня. – Я протянула руку. – Думаю, наши браслеты – это ключ к освобождению.

На следующее утро Роуэна не было у костра. Как и завтрака. Возможно, покушение на убийство встревожило его, или он хотел заставить нас страдать. Или и то, и другое. Но это, безусловно, сделало дневной поход еще более трудным. После вчерашнего ужина у нас не осталось ни капли воды, и никакой еды. Подъем в гору просто убивал. Мы то и дело останавливались, чтобы не упасть в обморок. Но, несмотря на пересохшие языки и головную боль, продолжали идти.

Я не знала, сработает ли план. Надеялась, что попытка провернуть это в лагере, уже получив “черную метку”, нарушила бы методичную систему убийств Роуэна. Конечно, существовала вероятность, что, если я приду последней, смерти будет не избежать. Но я знала, что у меня будет один шанс, независимо от того, когда я это сделаю. Оставалось только выбрать наиболее удачный момент.

Когда мы добрались до следующего лагеря, было уже почти темно. В этот раз это место даже лагерем сложно было назвать: просто ровный участок, похожий на предыдущие, но без костра или признаков присутствия Роуэна. Тем не менее, как только Грант ступил на него, по моему телу прокатилась волна тошноты, и я поняла, что время пошло. Я последовала за ним.

– Давай, действуй по своему плану. – Грант включил фонарик. – Уже ночь, так что нам нужно поторопиться.

– Нож все еще у тебя?

Грант протянул мне тот же нож, который вчера дал Джейми. Я поднесла его к запястью и начала пилить браслет, надеясь, что лезвие разрежет веточки.

Этого не произошло.

Я пыталась разрезать его разными способами, под разными углами, но нож даже не оставил царапины. “Трудно резать дерево ножом, предназначенным для мяса”, – вспомнил я слова Роуэна.

– Ну как, работает?

– Нет.

Меня охватывало отчаяние. Головная боль и тошнота, казалось, усилились. Я снова попыталась снять браслет, но он не поддавался, упираясь в косточку большого пальца.

– Эш... – повторил Грант, расхаживая взад-вперед.

– У тебя все еще осталась канистра от бензина для зажигалок?

Грант кивнул, снимая рюкзак. Он протянул мне тяжелую металлическую бутылку. Я морально приготовилась к тому, что последует дальше.

Положив левую руку, ту, на которой был браслет, на землю, я взяла бутылку в правую. Все инстинкты боролись против меня, но я знала, что нужно сделать. Закрыла глаза, взмахнула правой рукой и со всей силы опустила бутылку. Она с глухим стуком впечаталась в мою руку. Вспышка боли.

– Что ты творишь?! – завопил Грант.

Косточка большого пальца заныла, но этого было недостаточно. Тошнота начала одолевать меня, пока еще контролируемо. Закусив рубашку, я снова подняла бутылку и опустила вниз.

Отвратительный треск. Глаза заволокло красной пеленой. Большой палец оттопырился под неестественным углом. Каждый нерв в руке наказывал меня за такое богохульство. Но когда я потянула плетеный браслет, он соскользнул с раздробленной кости и упал, мягко шлепнувшись в грязь. Хотя агония в руке никуда не делась, но как только браслет был снят, головная боль и тошнота разом исчезли, словно от сильного обезболивающего. Впервые за пять дней я почувствовала себя свободной.

Я повернулась к Гранту, который, разинув рот, смотрел на мою руку и браслет. Уже собиралась заговорить, когда увидела тень, движущуюся позади него.

– Не думаю, что кто-то пытался это сделать за сто пятьдесят лет, – раздался голос. Голос Роуэна. Грант обернулся, и в свете его фонарика мы увидели нашего гида. Но он выглядел… иначе.

– Должен сказать, то, на что ты готова пойти, достойно восхищения, – продолжил Роуэн направляясь к нам. – Но, к сожалению, браслет – не единственное мое оружие.

Он приближался, сопровождаемый треском ломающихся веток. И тогда я поняла, что с ним было не так: Роуэн становился больше. С каждым шагом он увеличивался в размерах, виноградные лозы ползли по его ногам и вытягивались, руки удлинялись. Его одежда разорвалась в клочья, открывая нам настоящего Роуэна. Вдвое выше человека ростом, он с головы до ног был оплетен ветвями, как и деревья, которые окружали нас так долго. То, что когда-то было человеческим лицом, превратилось в резную деревянную маску с пустыми глазницами и без рта. Из правой руки Роуэна выросла рукоять с плоским деревянным лезвием, прикрепленным к концу. Топор.

Грант в ужасе упал на землю. Роуэн посмотрел на него.

– Тебе нечего бояться, – сказал он голосом более глубоким и глухим, чем раньше. – Ты пришел первым. Эшли – нет.

Затем он оглянулся на меня и бросился в атаку, занеся правую руку для удара.

Я бросилась бежать так быстро, как только позволяли ноги. Раздался свист, за которым последовала острая боль в спине. Топор Роуэна только задел меня: если бы я хоть секунду промедлила, он переребил бы мне позвоночник.

Я бежала в темнеющий лес. Левая рука безжизненно висела вдоль тела, в правой я все еще сжимала канистру для бензина. Кровь пропитала рубашку на спине, но адреналин заглушал любую боль. Я бежала так быстро, как только могла, учитывая пятидневный пеший переход, и тени сплетенных деревьев проносились на грани зрения. Постепенно скрип Роуэна, преследовавшего меня, начал затихать, но я не останавливалась. Продолжала бежать вниз по склону, стараясь не поскользнуться и не свалиться вниз.

Что-то вылетело из-за сплетенного дерева слева. Инстинктивно я пригнулась и кожей почувствовала, как топор Роуэна пролетел в нескольких сантиметрах над моей головой. Я упала на землю, в ужасе наблюдая, как он выходит из дерева: переплетенные стволы раздвинулись, словно занавеси, приветствующие короля. Увидев меня в на земле, он рассмеялся.

– Неужели ты не понимаешь, что стоишь перед лицом Бога в его владениях?

Он снова взмахнул рукой. Я собрала всю оставшуюся энергию, чтобы поднять свое тело. Топор с треском ударился о землю в том месте, где я только что лежала. По инерции я полетела вниз по бесконечному склону, упала на левую руку, взорвавшуюся болью…Перевернулась и увидела, что Роуэн стоял, наблюдая за мной, и, хотя у него не было рта, улыбался.

Падение остановилось неподалеку от дерева. Я быстро встала на ноги, опасаясь, что Роуэн появится снова. Сквозь пелену боли заметила что-то на земле: жидкость для зажигалок, которую я держала в руке, скатилась вниз по склону рядом со мной. Я сунула руку в карман, нащупала зажигалку Джейми, чудом не выпавшую… у меня родился новый план.

Я схватила бутылку с жидкостью для зажигалок здоровой рукой и зубами отвинтила крышку. Обежала вокруг ствола, разлила бензин по всему дереву, стараясь покрыть как можно большую площадь поверхности. Когда бутылка опустела, оставалось только ждать. Я встала у дерева, крепко сжимая зажигалку Джейми.

Шли минуты. Сердце с силой билось о грудную клетку. К этому времени уже почти совсем стемнело, и я напрягала слух, стараясь уловить треск дерева. Со спины на землю капала кровь. Какая-то часть меня начала задаваться вопросом, не отказался ли Роуэн от погони, решив вместо меня закусить Грантом.

Краем глаза я уловила движение. Попятилась, но недостаточно быстро. Лезвие ударило меня прямо в грудь, так, что ребра хрустнули, словно прутики. Кровь брызнула во все стороны. Перед глазами все поплыло. От потрясения я рухнула на землю.

Сквозь пелену боли пробивался звук, с которым Роуэн отделялся от дерева: скрежет тысяч трущихся друг о друга веток. Я услышала, как он подошел ко мне и что-то сказал. А затем поднял топор. 

Собрав все оставшиеся силы, я протянула правую руку, в которой все еще сжимала зажигалку. Почувствовала, как она  коснулась пропитанного бензином ствола дерева.И щелкнула зажигалкой.

Ствол мигом вспыхнул, обдав меня жаром. Оранжевый свет залил все. А затем я услышала звук. Мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что это был крик Роуэна.

Несмотря на боль, я с трудом подняла голову. Фигура Роуэна танцевала передо мной, объятая пламенем. Он пытался сбить его, но тщетно. В конце концов, пламя погасло само, полностью уничтожив “бога”. Роуэн рухнул на землю обугленной головешкой. Меня засыпала черная сажа.

И тут лес охватило пламя.

Это было самое грандиозное огненное шоу, которое я или, может быть, кто-либо еще когда-либо видел. Один за другим языки пламени взметнулись вверх по сплетенным деревьям, жадно пожирая серую древесину. Огонь поднимался на километры вверх, словно адские столбы. От жара у меня на лбу выступил пот. Едкий запах гари ошеломлял, рев пламени оглушал, а яркий свет слепил. Но я наблюдала за разворачивающимся зрелищем, лежа на земле, на холодной, пропитанной кровью грязи, и это было... прекрасно. Тысячи огненных столбов. Смерть, достойная бога.

А потом огонь погас.

Холодный воздух окутал меня. Я все еще лежала на земле, вглядываясь в темноту. Поднесла руку к животу, она погрузилась в озерцо крови. Я попыталась сесть, но изнеможение приковало меня к земле. Я задавалась вопросом, умру ли я вот так, победив Роуэна, но обреченная стать его последней жертвой.

Но лежа там, глубоко дыша и морщась от боли, я кое-что заметила. Сверчки. Они заходились стрекотом, звуком,по которому я так скучала, даже не подозревая об этом.

Мои глаза привыкли к темноте, и я разглядела ночное небо. С него мне улыбались тысячи мерцающих звезд. У меня получилось. Я выбралась из леса. Сознание начало ускользать, но я улыбалась, принимая свою судьбу.

Кто-то подбежал. Грант.

– Боже мой, нужно отвезти тебя в больницу! – Он вытащил свой телефон.

– Остальные? – Я собралась с силами, несмотря на боль в сломанных ребрах.

– Я... я не знаю. Не смог никого найти, – сказал он, прижимая трубку к уху. – Мы можем заявить о пропаже, может быть, их найдут…

Но что-то подсказывало мне, что они потеряны навсегда. И тогда, купаясь в звездном свете, я поняла, что происходило. Возможно, потеря крови сыграла злую шутку с моим разумом, но я знала, что там, за ночным небом, тысячи душ погружались в последний сон. Включая моих друзей.

И впервые за время, показавшееся вечностью, я заплакала.

~

Оригинал

Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта

Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)

Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.

Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.

Показать полностью

Сможете найти на картинке цифру среди букв?

Справились? Тогда попробуйте пройти нашу новую игру на внимательность. Приз — награда в профиль на Пикабу: https://pikabu.ru/link/-oD8sjtmAi

Сможете найти на картинке цифру среди букв? Игры, Награда
Creepy Reddit
Серия Мы с друзьями пошли в поход.

Мы с друзьями пошли в поход. Каждую ночь один из нас исчезает (часть 2 из 3)

Мы с Джейми подошли к Таше. Она стояла у костра, сжав кулаки, и смотрела Роуэну в спину. Как будто хотела последовать за ним, но не двинулась с места.

– Что… что это за херня про Спенсера? – спросила Джейми тихим голосом.

– Я не знаю! –  простонала Таша, больше не сдерживая слезы. – Он заснул раньше меня, потому что ему было плохо. Я – сразу после. А когда проснулась, его уже не было, как и всех его вещей.

– Ты же не думаешь, что он ушел, потому что заболел?

– Нет, я бы услышала, как он собирает вещи. И он бы, по крайней мере, попрощался со мной, если бы хотел уйти. – Таша посмотрела на нас, стиснув зубы. – Кто-то забрал его, и я уверена, что это был Роуэн, этот подлый маленький ублюдок.

– Мы найдем Спенсера, – заверила я ее. – Он не мог уйти далеко.

Таша кивнула, вытирая слезы с глаз.

– Я проверю позади, откуда мы пришли. А вы может осмотрите лагерь и пройдете вперед по тропе?

– Договорились. Пойду разбужу Гранта.

На этом мы разошлись. В палатке я обнаружила Гранта уже сидящего на спальнике и потирающего глаза.

– Что там?

– Спенсер пропал. Хотим его найти.

Грант секунду помолчал, собираясь с мыслями.

– Эш, надо уходить.

– Что? Почему?

– Каждый, кто вечером приходил в лагерь последним, пропадал на следующее утро. Сначала Тревор. Теперь Спенсер.

– Считаешь это какая-то больная версия игры “кто последний”?

– Вроде того. Эш, мы больше ведь ничего не знаем, но если доберемся до лагеря первыми, возможно сможем…

– Что? Бросить тут Джейми и Ташу? Чтобы их похитили, как остальных? Или еще хуже.

– Эш, пожалуйста, – взмолился Грант. – Как только выберемся из леса или поймаем связь, мы тут же сообщим руководству. Но до тех пор нам нужно продержаться. Пожалуйста, я не хочу потерять и тебя тоже.

Снаружи палатки послышались шаги. Спенсер нашелся? Я откинула дверцу и увидела Ташу, одну.

– Ты быстро вернулась. Там никого?

У Таши перехватило дыхание.

– Обратный путь… он заблокирован.

– Заблокирован? В смысле?

– Одно из тех гигантских деревьев упало и перегородило тропу. А другого пути я найти не смогла.

Мое сердце подскочило к горлу.

– Значит...

Таша кивнула.

– Можно идти только вперед.

Джейми вернулась чуть позже, но ее поиски также не увенчались успехом. Мы в торжественной тишине начали собираться в дорогу, готовясь к дневному переходу. Поскольку нас осталось всего четверо, а Роуэн давно ушел, группа внезапно почувствовала себя маленькой и беззащитной. Возможно, отчасти это было связано с нашим молчанием: мы понимали, что происходит что-то ужасное, но в то же время боялись говорить об этом, будто разговоры могли вызвать ярость леса. Мы молча собрали вещи – ритуал, запечатленный в нашей мышечной памяти. Грант закончил первым, и часть меня опасливо подумала, не оставит ли он нас здесь.

– Вы трое идите вперед. Я продолжу поиски, – подала голос Таша.

– Таша, ты уверена? Может лучше не отставать от группы?

Она покачала головой.

– Единственный способ выбраться отсюда – дойти до конца тропы. Я не хочу вас задерживать. Догоню позже.

Я беспомощно посмотрела на Гранта. Наши взгляды встретились. “Лучше она, чем мы” – было написано в его глазах. Я отвернулась.

Через несколько минут Джейми, Грант и я вышли на тропу. Каким-то образом она стала еще круче, и мои ноги протестующе заныли. К тому времени мы, должно быть, поднялись на пару километров.

– Как думаете, Таша тоже пропадет? – спросила Джейми. В ее голосе звучала мольба об утешении, но нам нечего было ей сказать.

– Я не знаю. – Грант пожал плечами. – Но если повторится то же дерьмо, что и в прошлые ночи… тогда это возможно.

– Может стоит вернуться и забрать ее?

– Не уверен, что тут можно что-то сделать. Она же была в палатке, когда исчез Спенсер. Прямо рядом с ним. Нам стоит дойти до конца и сообщить о пропавших людях.

– Сколько еще дней нам осталось идти?

– Я думаю, четыре, – ответил Грант.

Смысл этого числа не ускользнул от меня.

Мы продолжали идти, шаг за шагом, переставляя ноги. Хруст гравия, тяжелое дыхание, скрип время от времени отвинчивающейся крышки бутылки – все это начало сливаться воедино. Тропа не сворачивала, не меняла наклона, она только шла вперед и вверх, пока не исчезала между окружающими деревьями. И все деревья теперь были сплетенными; казалось, больше не росло никаких других видов растений, даже низкорослых папоротников или травы. Деревья тянулись так далеко, насколько хватало глаз, словно сталагмиты в гигантской пещере или зубы в гигантской пасти.

День выдался долгим, жарким и изнурительным. К обеду у нас закончилась вода – Роуэн обычно наполнял наши бутылки во время завтрака. Но в тот день мы вышли голодными, что тоже не помогало. Мы съели все оставшиеся сухофрукты и энергетические батончики из наших рюкзаков, но даже этого было недостаточно, чтобы справиться с усталостью.

Наконец, мы добрались до лагеря. Роуэн, как обычно, стоял у костра и готовил еду.

– Добро пожаловать! – сказал он подозрительно нормальным голосом. – Ужин скоро будет готов, не стесняйтесь, расслабьтесь и...

– Хватит вешать нам лапшу на уши, – прервала его Джейми. – Мы знаем, в какую игру ты играешь, и мы знаем, что ты делаешь с нашими друзьями.

– О, да неужели. – выражение лица гида не изменилось. – Уверена, что хочешь об этом поговорить и остаться тут умирать с голоду?

Мы с Грантом переглянулись, во взглядах явно читался страх.

– Н-нет, мы не это имели в виду, – пробормотал Грант.

– Да, спасибо, что готовишь для нас! – быстро добавила я.

Роуэн понимающе улыбнулся нам.

– Так я и думал. – Он накрыл кастрюлю крышкой. – Надеюсь, вам понравится кускус!

Мы с жадностью набросились на еду под взглядом Роуэна, ожидавшего, что мы прокомментируем его стряпню. Ужин, как обычно, был вкусным, хотя я не могла отделаться от ощущения, что еду используют буквально как морковку на удочке, чтобы вести за собой упрямого осла. Мы молча сидели у костра.

За спиной хрустнула ветка. По тропинке кто-то шел, мягкими неровными шагами, словно пьяный случайно забрел в лес. Таша. Спотыкаясь она вышла из темноты и направилась к костру. Бледная, как привидение, с огромными кругами под глазами и пересохшими потрескавшимися губами.

– Таша! – Джейми вскочила с места, но тут же помрачнела, увидев состояние подруги. – Что с тобой…

Таша посмотрела на нас глазами столетней старухи.

– Его нет, – сказала она хриплым голосом. Таша никогда не признавала поражения. Эта фраза напугала меня до чертиков.

– Хочешь воды? Ты выглядишь измученной.

Таша слегка кивнула, я протянула ей свою бутылку с водой.

– Я лягу спать пораньше. Голова ужасно болит.

Мы с Джейми обменялись обеспокоенными взглядами.

– Мы должны присмотреть за ней, – сказала мне подруга достаточно тихо, чтобы Роуэн не услышал.

Я кивнула, затем посмотрела на Гранта, подзывая его.

– Сядем снаружи у палатки или внутри?

Джейми бросила взгляд на Ташу, все еще жадно глотающую воду.

– Останемся с ней в палатке, не будем спать. Если Спенсер пропал, а Таша этого даже не заметила, то кто знает, что там могло случиться.

Идея не привела Ташу в восторг, но она слишком устала, чтобы протестовать.

– Только не надо всю ночь хихикать, – пробормотала она после того, как палатка была установлена, и легла в свой спальный мешок.

– Мы просто побудем рядом, чтобы убедиться, что все в порядке, – заверила ее Джейми.

Несмотря на то, что палатка была рассчитана на несколько человек, четверым было тяжело в ней разместиться. Тело Таши занимало половину площади,а мы сидели, прижавшись друг к другу. Конечно, было неудобно, но страх перед тем, что может случиться в противном случае, заставлял нас продолжать. Мы открыли одно из окошек, выходящее к палатке Роуэна, чтобы проследить за ним.

Сначала мы болтали, чтобы развеять гнетущую тишину, но вскоре Таша заснула, и разговоры прекратились. Весь мир вокруг нас будто вымер: не стрекотали сверчки, не шелестели листья на ветру. Только тихо дышала Таша. Можно было подумать, что мы – единственные живые существа на километры вокруг.

Время шло. Температура постепенно упала, я обхватила колени руками,чтобы не дрожать. Следом навалилась усталость, но беспокойство было слишком сильно. Я начала считать секунды, чтобы уследить за временем – счет уже перевалил за тысячи. Прошли наверное часы… или минут тридцать. Но следующее, что я помню, - это как Джейми подталкивает меня локтем.

– Я больше не слышу ее дыхания, – прошептала она.

У меня по спине пробежал холодок. Джейми была права: где-то в медленном течении времени тихое дыхание Таши прекратилось. Я протянула руку и осторожно положила ее поверх спального мешка. Внутри все еще что-то было.

– Таша? Таша!

Она не пошевелилась.

– Грант, у тебя фонарик с собой? – прошептала Джейми.

– Да.

Раздался щелчок. И то, что я увидела при свете, навсегда останется со мной.

Таша все еще лежала в своем спальном мешке. Но ее лицо и шея были... чем-то покрыты. Казалось, что песочно-серая, изрезанная морщинами древесная кора заменила ей кожу, лишив всех черт лица, словно деревянного манекена. Словно оленя.

Словно стволы сплетенных деревьев.

Ночь без сна. Каждый раз, закрывая глаза, я видела пустое, деревянное лицо Таши. То, что когда-то было яркой, страстной молодой женщиной и близким другом, превратилось в дерево.  Тревора и Спенсера, вероятно, постигла та же участь… Хотелось плакать, но я была слишком ошеломлена, чтобы что-то чувствовать. Полное осознание еще не пришло, но я уже видела, как оно надвигается, словно в замедленной съемке. Не могло же быть, чтобы половина нашей группы просто... погибла, верно? Мой разум лихорадочно искал ответы, альтернативное объяснение, но все, что приходило в голову, – мертвый олень, приросший к дереву.

Я почти не помню событий, произошедших сразу после того, как мы увидели тело Таши. Кто-то закричал, возможно, я. Наверняка, Джейми безуспешно пыталась содрать кору, а затем сделать Таше искусственное дыхание. Конечно все это не помогло. Мы разбудили Роуэна, но за это время тело Таши исчезло. Роуэн даже не стал нам врать, просто молча вернулся в свою палатку. Джейми попыталась схватить его, но он легко отбросил ее в сторону.

– С нетерпением жду твоей очереди, – бросил он ей, исчезая в палатке.

***

Я почувствовала, как Грант толкнул меня локтем. Я открыла глаза, хотя не уверена, были ли они вообще закрыты. Было все еще темно.

– Эш? Просыпайся.

Я издала звук. Что-то среднее между ворчанием и бульканьем.

– Надо идти.

– Куда?

– К следующему лагерю. – Грант принялся сворачивать свой спальный мешок. – Пока все спят.

Я перевернулась на другой бок и застонала, натруженное тело протестовало против каждого движения. Но я все же последовала его примеру, свернула спальный мешок, подстилку, быстро переоделась и натянула походные ботинки. Через несколько минут мы все собрали и двинулись по тропе, освещенной фонариком Гранта. И тогда я поняла, что что-то не так.

– Мы что, бросаем Джейми?

Грант задержал дыхание, словно ждал этого.

– Да, просто чтобы убедиться, что мы в безопасности.

– Значит, мы оставляем ее умирать?

– Если не она, то кто-то из нас, – процедил он сквозь сжатые зубы. – Такой вариант тебя больше устраивает?

– Нет. Но мы даже не попытались выяснить, как спастись всем вместе!

– Эш, теперь мы знаем правила этой игры. Выяснять больше нечего!

– Ты этого не знаешь! Мы втроем могли бы что-нибудь придумать, а теперь даже не собираемся пытаться?

– Теперь это не имеет значения, я убедился, что она нас не догонит, – сказал Грант. Я вдруг поняла, откуда шел тот слабый, но отчетливый запах бензина для зажигалок. От его одежды.

– Что ты сделал?

Даже в слабом утреннем свете было видно, как Грант поморщился.

– Ее вещи… Я собрал все, что смог и… сжег их.

У меня подкосились ноги. Перед глазами все поплыло. Это был не тот Грант, которого я знала. Возможно, физически он все еще был жив рядом со мной, но настоящий Грант уже умер, как и все остальные.

– Ты... сделал… ЧТО?!

– Эш, пожалуйста, - взмолился он.  – Это ради нас, нам нужно…

– ЧТО? Нужно дойти до лагеря, чтобы завтра ты сжег мои вещи? Чтобы бросил меня только ради того, чтобы купить себе еще один день в этом… в этом аду?!

– Эш…

– Кровь Джейми будет на ТВОИХ РУКАХ! – наконец завопила я. Плотина прорвалась, и слезы ручьями потекли по моим щекам. – Ты чертова жадная тварь!

Мы оба молчали, осознавая тяжесть моих слов. В промежутках между всхлипываниями я слышала, как Грант тоже плачет. В голове у меня стучало, возможно, от обезвоживания, усталости, гнева или от всего сразу. Меня начало охватывать сожаление, но я не могла набраться сил, чтобы извиниться. Трехдневный стресс от похода вылился в грязную реку боли. Наши рыдания эхом разносились по холодному, безмолвному, проклятому лесу, захватившему нас в кольцо.

– Я хотел сделать тебе предложение, – наконец выдавил Грант. – Когда мы добрались бы до вершины, на четвертый день похода. Сегодня.

Хотела бы я почувствовать счастье от его слов, но этого не произошло.

– Даже после всего, что случилось?

– Если это действительно наши… наши последние дни, тогда я, возможно, да.

Я вытерла слезы с глаз.

– Ты все еще собираешься это сделать? – Глупый вопрос, на самом деле, но больше мне нечего было сказать.

На лице Гранта появилась едва заметная улыбка.

– Ты же не хочешь, чтобы у тебя был такой жадный муж, не так ли?

Я не знала, что ответить. Мы сидели в тишине, вытирая слезы. Небо постепенно светлело, горизонт окрасился ярко-желтым в ожидании восхода солнца.

– Я не знаю, что бы делал без тебя, Эшли – Голос Гранта снова дрогнул. – Я думаю, именно поэтому… почему я это сделал. Чтобы быть уверенным, что у меня будет как можно больше времени с тобой. – Его голос умолял об ответе, но мне нечего было сказать. – Я... мне очень жаль.

– Бегство не поможет, – наконец ответила я.

Грант опустил голову.

– Я знаю, но… это было единственное, что пришло мне в голову.

– Впереди еще три ночи. Либо мы умрем, выполняя волю Роуэна, либо умрем, пытаясь сбежать.

Теперь уже Грант не знал, что ответить.

Солнечные лучи начали ласкать нас, сидевших в молчаливом созерцании. Я посмотрела на Гранта, голова которого оставалась опущенной. Как мы дошли до этого? Как этот поход смог погубить нас всех, даже тех, кто еще жив?

На тропе послышались шаги. Я подняла глаза и увидела, что Джейми направляется к нам, неся в руках только сумку с палаткой.

– Вы, случайно, не знаете, куда делись мои вещи? – спросила она.

– Э-э-э... – начал Грант.

– Можешь пользоваться моими. – Я сняла рюкзак. – В любом случае, они мне, вероятно, скоро не понадобятся.

– Эш, пожалуйста, не говори так. – Джейми подошла ближе.

Я пожала плечами.

– А что тут еще скажешь?

– Кажется у меня появилась идея. – Джейми наклонилась ко мне. – Роуэн, старый ублюдок, точно виноват во всем, что тут творится.

Я кивнула.

– Он ясно дал понять это ночью.

– Итак, как нам убить его?

~

Оригинал

Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта

Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)

Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.

Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!