user12015358

Бомж…

Мне было лет пятнадцать. Это был, по‑моему, 1995 год. Напротив нашего дома были густые заросли ивы, росшей вдоль гаражей. Как‑то раз, слоняясь по двору, мы с пацанами заметили странного мужика, одетого в какую‑то грязную одежду, — он вылезал из этих самых кустов.Колька, мой друг, сказал, что это бомж и у него там шалаш. Мы с пацанами дождались, пока тот мужик уйдёт, и полезли посмотреть, что там за лёжка у него устроена. Я тогда впервые услышал это слово и не совсем понимал, что оно обозначает. Но пацаны мне разъяснили, что к чему, когда мы залезли в постройку из веток, которую соорудил тот странный мужик.Мне стало очень жалко этого человека: ведь, в отличие от нас, у него не было дома, и, судя по всему, не было и кого‑то, кто мог бы ему помочь.Лето стояло очень жаркое. И как‑то раз, сидя у окна, я увидел того мужика и по детской наивности решил вынести ему воды. Я нашёл пустую «полторашку» из‑под лимонада, налил в неё воды и побежал на улицу.Выбежав из подъезда, я увидел, что бомж стоит у кустов и роется в своей сумке. Вдруг он выпрямился, подхватил сумку и ринулся в кусты.Я подошёл к кустам и позвал:
— Дяденька, я вам воды принёс!В ответ — тишина.Я позвал снова — и снова тишина. Тогда я решился и полез в кусты к его шалашу. Только вот, когда я заглянул в его «жилище», там никого не оказалось.Я вылетел из кустов, как пробка из бутылки, ободрав себе руки и лицо. Никому после этого я эту историю не рассказывал. И мужика этого ни я, ни кто‑либо другой со двора больше не видели…

Старушка...
Было лето, погода стояла жаркая. Мне тогда было около тридцати. Собралась я с подружками в кино, а на вечер у нас был запланирован поход в ночной клуб.Выбегаю из подъезда — настроение шикарное! Солнце заливает двор, всё такое яркое, живое. На скамейке сидит какая‑то старушка. Я ещё удивилась: чего это она в плаще, да ещё и платок на голове повязан — и это в такую жару!— Здравствуйте, — говорю ей. И в этот момент обо что‑то спотыкаюсь и чуть не падаю — еле на ногах устояла. Оборачиваюсь и вижу: по асфальту картошка катится в разные стороны.— Что же вы, бабушка, сумку на проходе ставите! — говорю, смотрю на неё, а глаза у неё злые такие. Она мне в ответ:— А ты чего не смотришь, куда идёшь?Я понимаю, что, наверное, и сама виновата, и давай картошку обратно в сумку складывать. А старушка сидит и бубнит что‑то себе под нос — слов не разобрать, но чувствую: в этом бормотании есть что‑то недоброе.Управилась я с картошкой, разогнулась и говорю:— Хорошего дня вам, бабушка!А она мне в ответ:— Чтоб тебе пусто было!Я одарила её презрительным взглядом и поспешила к автобусной остановке.Не знаю, совпадение это или что… Только в кинотеатре через пять минут после начала фильма отключили электричество. Мы с девочками решили пойти в кафе — для ночного клуба было ещё очень рано. Там официант разлил на моё платье горячий кофе. А в завершение, когда после долгих уговоров подружек я всё же решила пойти в таком платье в клуб, в самый разгар вечера непонятно почему сработала пожарная сигнализация. В итоге мы вышли из клуба насквозь сырыми.Всё потом думала об этой старушке и её словах. Даже соседей расспрашивала о ней, но все говорили, что такой женщины в нашем доме нет и никогда не было.

Старушка...
Было лето, погода стояла жаркая. Мне тогда было около тридцати. Собралась я с подружками в кино, а на вечер у нас был запланирован поход в ночной клуб.Выбегаю из подъезда — настроение шикарное! Солнце заливает двор, всё такое яркое, живое. На скамейке сидит какая‑то старушка. Я ещё удивилась: чего это она в плаще, да ещё и платок на голове повязан — и это в такую жару!— Здравствуйте, — говорю ей. И в этот момент обо что‑то спотыкаюсь и чуть не падаю — еле на ногах устояла. Оборачиваюсь и вижу: по асфальту картошка катится в разные стороны.— Что же вы, бабушка, сумку на проходе ставите! — говорю, смотрю на неё, а глаза у неё злые такие. Она мне в ответ:— А ты чего не смотришь, куда идёшь?Я понимаю, что, наверное, и сама виновата, и давай картошку обратно в сумку складывать. А старушка сидит и бубнит что‑то себе под нос — слов не разобрать, но чувствую: в этом бормотании есть что‑то недоброе.Управилась я с картошкой, разогнулась и говорю:— Хорошего дня вам, бабушка!А она мне в ответ:— Чтоб тебе пусто было!Я одарила её презрительным взглядом и поспешила к автобусной остановке.Не знаю, совпадение это или что… Только в кинотеатре через пять минут после начала фильма отключили электричество. Мы с девочками решили пойти в кафе — для ночного клуба было ещё очень рано. Там официант разлил на моё платье горячий кофе. А в завершение, когда после долгих уговоров подружек я всё же решила пойти в таком платье в клуб, в самый разгар вечера непонятно почему сработала пожарная сигнализация. В итоге мы вышли из клуба насквозь сырыми.Всё потом думала об этой старушке и её словах. Даже соседей расспрашивала о ней, но все говорили, что такой женщины в нашем доме нет и никогда не было.

Это случилось, когда мне было лет 12–13 — точно не помню. Выбежал я из подъезда и побежал на площадку к пацанам: они играли с мячом в "минус пять". Площадка была через дорогу, вдоль которой густо росли кусты ивы. В месте, где все её переходили, оставалось небольшое пространство, не заросшее кустарником, — так сказать, просвет. И вот я подбегаю к этому просвету, перехожу на шаг и уверенно шагаю на проезжую часть. В этот момент меня дёргают за правое плечо. Я разворачиваюсь, ожидая увидеть кого‑то из друзей, и в тот же миг боковым зрением замечаю: там, где я должен был сейчас идти, на большой скорости проносится машина. Я замер, посмотрел по сторонам — а рядом никого нет. До сих пор вспоминаю этот случай и то ощущение чьей‑то руки на плече: оно было таким реальным.

А у Вас случалось что-то подобное?

Сосед…Я жила одна в этой старой хрущёвке и вроде привыкла к её скрипам и шорохам — но в тот вечер каждый звук будто бил по нервам. Часы показывали почти полночь. Я только устроилась с чашкой чая, натянула плед, открыла какой‑то сериал — просто чтобы в квартире не было этой давящей тишины. И тут вдруг — стук во входную дверь. Тихий, но отчётливый. Три удара. Я замерла. Ещё раз взглянула на часы, потом на цыпочках пошла к двери. Ещё один стук. Уже настойчивее. Страшно. А тут ещё и «глазка», как назло, в двери нет. Я собралась с духом и спросила:
— Кто там?
Старалась, чтобы голос звучал твёрдо, а не дрожал, но, кажется, не очень‑то получилось. И тут из‑за двери донёсся голос. Старый, хриплый, будто сквозь песок:
— Дочка, я сосед из восьмой квартиры. У тебя спичек не найдётся? Я стояла, вцепившись пальцами в край стены, и молчала. Секунды тянулись, как резина.— Ну, дочка… Спичек нету? Совсем ни одной? — снова прохрипел он.— Нет, — наконец выдавила я. — У меня нет спичек. Тишина. А потом — шаги. Медленные, тяжёлые, будто человек с трудом переставлял ноги. Они удалялись по коридору, затихали, пока не пропали совсем. Я ещё долго стояла, прижавшись спиной к двери, и слушала, как сердце колотится где‑то в горле. Потом, когда дрожь немного улеглась, потихоньку отошла, выключила свет и легла, натянув одеяло до самого подбородка. Заснуть получилось только под утро, когда за окном уже начало сереть. А днём я спускалась по лестнице и встретила соседку с нашей площадки. Она поправляла сумку и улыбнулась:
— Привет. Ты чего такая бледная? Не спала?— Да так… Кошмар приснился, — пробормотала я. А потом не удержалась и выпалила: — Слушай, а сегодня ночью никто к тебе не стучался? Какой‑то сосед из восьмой квартиры просил спички…Она посмотрела на меня странно, чуть нахмурившись.
— Какой ещё сосед? — спросила тихо. — Нет у нас больше соседей. Восьмая квартира пустует уже два года. После того как тот пожилой мужчина сгорел в ней…Я кивнула, будто всё поняла, и пошла дальше. Но спина покрылась холодным потом. Я знала, что не спала в ту ночь. И знала, что тот стук был не во сне.

Странная маршрутка ...Я как раз собиралась домой после тяжёлого дня — ноги гудели, голова немного кружилась. Дошла до остановки, а маршрутка стоит — и такая непривычно пустая. Даже странно: в это время тут обычно битком. Ну, думаю, повезло, хоть посижу спокойно.Зашла, приложила карту к терминалу на поручне, села у окна. Водитель будто и не заметил меня — сидит, что-то себе под нос бормочет. Я только плечами пожала: мало ли, день тяжёлый. Маршрутка тронулась, проехала первую остановку — и не остановилась. Я глянула на водителя: лицо у него какое-то отрешённое, будто он вообще не здесь.И тут радио вдруг громко зашипело, а потом из него тихо-тихо, ровно и спокойно прозвучало: «Мама, мамочка, где ты?» И снова: «Мама, мамочка, где ты…» Голос был детский, тоненький, будто шепчет прямо над ухом. У меня волосы на затылке зашевелились, по спине пробежал холодок. Хотелось просто зажмуриться и сделать вид, что ничего не слышу.А потом маршрутка резко дёрнулась и встала. Я вскинула глаза на окно — и выдохнула: знакомая остановка. Не медля ни секунды, выскочила наружу и помчалась к дому, сердце колотилось где-то в горле.Дома я даже куртку не стала снимать — сразу рванула в комнату дочки. Она лежала в кровати, спала, щёки у неё были ярко-розовые, будто она только с мороза. Я коснулась её лба — и похолодела: он был горячий, просто обжигающий. Тут же схватила телефон, вызвала скорую.Врачи приехали быстро. Осмотрели дочку, поставили капельницу, сказали, что температура была уже на опасной отметке — ещё чуть-чуть, и всё могло быть куда хуже. «Вы вовремя успели», — повторил врач, а у меня перед глазами всё ещё стояло это пустое сиденье, бормочущий водитель и тихий голос из радио: «Мама, мамочка, где ты…»Больше я ту маршрутку не видела.

P.S.: Встречались ли Вы с необъяснимым?

Я никогда особо не верила во всякие байки про «нехорошие квартиры». Ну, знаешь, эти истории, от которых у кого-то мурашки, а у меня всегда было: «Да ладно, просто люди себе накручивают». А потом сама в такую угодила.Приехала к подруге на выходные. Сидели на кухне допоздна — чай пили, болтали, вспоминали всякое. Время уже за полночь перевалило, она и говорит: «Оставайся, чего тебе по темноте ехать». Постелила мне в той маленькой комнате, пожелала спокойной ночи — и всё, тишина.Заснула я быстро, как будто с ног валилась. А проснулась посреди ночи от такого странного чувства — будто кто-то прямо за изголовьем стоит. Лежу, лицом к стене, даже пошевелиться боюсь. И тут слышу: тяжёлое, медленное дыхание. Совсем рядом, будто прямо над ухом.Вдох… Выдох…Не выдержала, схватила телефон, включила фонарик и свет туда направила — за кровать. Пусто. Да и быть там некому: изголовье вплотную к стене придвинуто.Подумала, что нервы шалят, успокоила себя, выключила свет. Секунд десять прошло — и снова: вдох… выдох… Только теперь будто ещё ближе, словно кто-то наклонился прямо надо мной.Тут уж меня окончательно переклинило. Схватила подушку и ушла спать на кухню.Утром всё подруге рассказала. Она сначала молчала, будто подбирала слова, а потом тихо так говорит:— Странно… Ты уже третья, кто в этой комнате не смог переночевать. И все рассказывают одно и то же.До сих пор не знаю, что там происходило. Но больше я в той квартире ни на одну ночь не оставалась.
P.S.: Расскажите свою историю с загадочными явлениями.