user11078614

Посередине стоял стол, прочно прикрепленный к полу, вокруг него были также прибиты стулья. На столе находилась подсвечница, тоже прикрепленная, и в ней лежали свечи. Если вставить свечу в подсвечник и зажечь её, даже при выключенном свете всё начинало освещаться, благодаря стенам, покрытым материалом, отражающим свет, чем-то напоминающим фосфор. Это была интересная задумка, и в помещении было очень холодно, несмотря на то что уже почти наступило лето. Я провел две недели в этом месте с моим старшим, и впервые в жизни увидел нудистов, так как рядом находился нудистский пляж. Но это не главная тема моего рассказа.

Как я уже говорил, мы играли в футбол, и у нас была своя команда. Вскоре к нам присоединились новобранцы, среди которых оказался парень из подмосковного Дмитрова, невысокого роста, которого все называли Мелкий. Несмотря на свои размеры, он отлично играл в футбол. Мне нужен был нормальный человек в команду, и я взял его под свою опеку, чтобы никто не трогал новобранца, ведь вы сами знаете, как с ними обращаются в армии.

Я уехал в командировку на две недели, и первым делом, вернувшись, должен был посетить санчасть, чтобы врачи подтвердили, что я здоров и не несу с собой никакой заразы. Когда я пришёл в санчасть, в курилке увидел Мелкого в халате, курящего сигарету. На его лице были синяки. Я подошёл и спросил, что случилось. Он рассказал, что произошла недоразумение, и его старослужащие по каким-то причинам побили. Так как некому было заступиться, он получил, грубо говоря, пиздюлей. Я пообещал разобраться с ситуацией.

В санчасти я подписал все документы, меня быстро проверили. Выхожу, а он снова сидит в курилке, курит и говорит: "Зато знаешь, что я умею делать?" Я ответил, что не знаю. Он затянулся сигаретой, напрягся, и тонкой струйкой дым пошёл из его уха. Это было удивительно, ведь я никогда не видел человека, который выпускает дым из уха.

С этой мыслью я направился в свою роту и неожиданно встретил моего приятеля Швили, о котором рассказывал в предыдущем рассказе. Вспомнив, что Швили любит спорить, я сказал: "Швили, я знаю человека, который может выпускать сигаретный дым из уха". Он не поверил и начал спорить, как это обычно бывает. Завязалась оживлённая дискуссия. Швили отошёл, посоветовался с кем-то и предложил: "Давай поспорим". Мы поспорили на 50 марок, это были уже Бундесмарки, так как на дворе был май, а Германия объединилась в декабре 1990 года.

Вместе с толпой мы отправились в санчасть, где Мелкий продемонстрировал своё умение. Я получил свои 50 марок, а 10 отдал Мелкому за то, что он показал своё умение при людях. На этом мы разошлись. Вот ещё одна история о моих спорах с Швили.

Создано с помощью @SpeechWriterNewBot

В роте связи служил грузин, которого все называли Шевили. Он был низкого роста, плотного телосложения и служил сержантом. Говорил он на русском языке с безумным акцентом, но был веселым и уважаемым. Все его любили. Он очень любил спорить по различным причинам. Спорить, как спорить? В прямом смысле этого слова — на деньги. Это, видимо, национальная черта, так как многие представители его национальности тоже любят спорить, даже не по делу. У него была очень длинная грузинская фамилия, в которой встречались буквы Ч, З и Х, но его сократили до Швили.

Во время одного из построений командир батальона решил сам проверить количество присутствующих и отсутствующих по фамилиям. Когда очередь дошла до нашего грузинского товарища, он начал запинаться, и в третий раз, произнеся "да еб твою мать, Швили", его фамилия осталась укороченной. Как я уже говорил, человек любил спорить. Первый спор у меня произошел, когда я был молодым солдатом, это было во времена ГДР, когда ГДР объединилась с Германией и система оплаты сильно изменилась.

Первый спор с ним случился в курилке, когда кто-то сильно обжег язык сигаретой. В этот момент я вспомнил, что сигарету можно затушить на собственном языке, не получая повреждений и болевых ощущений. Я предложил спор: "А спорим, что я затушу зажженную сигарету на своем языке?" Все молчали, и Швили, повернувшись ко мне, сказал: "Спорим. Не можешь, такого быть не может". Он начал расспрашивать о деталях: буду ли я кричать, будет ли мне больно, изменю ли я мимику лица. Я уверял его, что ничего не изменю и затушу сигарету об свой язык. Он предложил, чтобы он прикурил сигарету, а я потушил ее об свой язык. Я согласился, так как знал, как это сделать.

Мы поспорили на 50 марок, что эквивалентно двум месячным зарплатам рядового в Германии. Я затушил сигарету, и мимика на моем лице не изменилась. Я до сих пор могу это делать. Если кому-то это будет нужно, я могу поделиться, но сейчас мало кто курит сигареты, все предпочитают стики или электронные сигареты, которые не затушишь об язык. В этот момент Швили сказал, что у него нет денег, но я знал, что он порядочный парень и отдаст. Я напомнил ему, что мы так не договаривались, и у меня были 50 марок в кармане. Я надеялся, что он понимает, что за слова нужно отвечать. Он ушел и через 5 минут вернулся, отдав мне 50 марок, и мы на этом разошлись. Это была первая история о моих спорах с Швили. После этого было еще две истории, но о них я расскажу в следующий раз.

Я ехал домой на автобусе — как раз из поликлиники.
Мне разрешили сходить к офтальмологу. Там мне прокапали глаза, и я видел примерно как Ван Гог без очков: всё расплывается, свет бьёт в глаза, окружающие люди выглядят как туманные интерпретации человека.

И вот в этот момент мне пришло очень длинное сообщение в Telegram.
Мне нужно было срочно понять, что там, но прослушать — невозможно, а прочитать — тем более.

Я подумал: было бы здорово, если бы я мог просто нажать и сразу прослушать текст. Но обычная версия Telegram, в отличие от премиум-подписки, не умеет превращать текст в голосовые сообщения

Полез искать решения. Ничего подходящего не нашёл.

Тогда решил: а почему бы не написать собственный телеграм-бот? Времени-вагон.

Сначала я проверил, возможно ли это технически.
Потом стал пробовать.

Я не программист. Код никогда не писал.
ChatGPT и другие ИИ могут давать советы, писать фрагменты кода, но мне было непонятно,
как всё это соединить и куда вставлять.

В какой-то момент я наткнулся на один искусственный интеллект, который умеет не только генерировать код, но и сам вставлять его туда, куда нужно. Достаточно зарегистрироваться.
Название намеренно не указываю, чтобы не рекламировать.

Используя бесплатные версии нескольких ИИ, я в итоге написал первый рабочий бот.
Он позволял прослушивать текст, просто вводя ссылку на сообщение или пост в Telegram.

Это оказалось удобно: например, людям с нарушениями зрения бот мог бы помогать слушать новости или длинные публикации целиком, с выбором голоса.

Так появился мой первый бот *************
И самое удивительное — сейчас там уже 840 пользователей.
Я честно не понимаю, откуда они берутся.
Я его нигде не рекламировал — он сам себя нашёл.

Потом я попросил свою сестру, журналиста, протестировать его.
Она сказала:
— Супер. Но мне нужно наоборот: чтобы голос превращался в текст.

Ну раз нужно — сделал второй.
Так появился ********** — бот, который превращает голос в текст и сразу редактирует его под профессию пользователя: юристу — юридически, сценаристу — литературно, офисному сотруднику — нейтрально-делово.
Он умеет распознавать голоса и делить текст по спикерам:
«Спикер 1», «Спикер 2» и так далее.

Оба бота уже работают. Ими можно пользоваться.

Работал я через десктоп-версию Telegram — она действительно позволила сделать всё максимально близко к полноценному SaaS-приложению.
Это был мой способ почувствовать хоть какой-то контроль над жизнью — кроме электрочайника и своей зарядки на 15 минут в день.

Вот, собственно, что я создал, находясь под домашним арестом.

Такой вот короткий, но честный рассказ.