Родительское собрание, посвященное «исключительной ситуации в Снеговой Пади», прошло вечером 12 мая в школе № 82. На нем собрались мамы и папы, представители полиции и подразделения по делам несовершеннолетних, прокуратуры, ФСБ, городской администрации, эксперты по экстремизму и учителя других школ города. Вела встречу, посвященную в основном подростковому экстремизму, уполномоченная по правам ребенка при губернаторе Анна Личковаха.
У родителей и полиции накопилось немало вопросов друг к другу. Первые винят во всем учителей, которые «ничего не делают», стражей порядка, которые «плохо охраняют», инспекторов по делам несовершеннолетних, которые не сидят в школе постоянно. Вторые же говорят: проблема давняя, но почему-то заявления стали поступать только 10 мая. Напомним, по словам местных жителей с зимы в Снеговой Пади действует организованная группировка подростков, которые бьют школьников, вымогают деньги, угрожают и рисуют на стенах нацистские символы.
«Происшествие это — чрезвычайного характера. Оно не является локальным, школьным. Это проблема краевого уровня. То, что произошло, — результат провальной воспитательной работы, — говорит Анна Личковаха, уполномоченная по правам ребенка при губернаторе. — Когда в прессе и соцсетях появилась информация об этом, я обратила внимание, что в публичное пространство стали даваться имена и фамилии пострадавших — а это в первую очередь нарушение их прав. Пострадали не только дети, которых побили, но и те, кто бил. Они сейчас попали в поле зрения правоохранительных органов. А ведь это в том числе имеет последствия для будущей карьеры».
Преподаватель ВГУЭС, ведущий эксперт в области профилактики экстремизма Надежда Олешкевич призвала родителей быть бдительными и следить за соцсетями и мессенджерами детей.
«Это явление, которое за последние 15 лет стало бичом многих стран постсоветского пространства. Есть заинтересованные круги, которые хотят, чтобы в России распространялись такие движения. Мы живем в государстве, где есть запреты на распространение определенного типа информации», — отметила Олешкевич. И перечислила признаки «юного экстремиста». Молодые люди, вовлеченные в незаконные организации, становятся агрессивными, неадекватно реагируют на те или иные темы: религия, национальность, субкультуры. Употребляют слова-клише: хачи, жиды. На одежде появляются наклейки, значки, кулоны, надписи или символы, порой непонятные для родителя. Сама одежда скрывает тело: молодые люди надевают балахоны, капюшоны — так, по словам эксперта, можно спрятать предметы, которыми можно нанести удары.
Ольга Корнеева, начальник отдела по делам несовершеннолетних городского УВД, отметила, что с 8 мая в полицию поступило шесть обращений по пяти фактам причинения вреда подросткам. «Уже 10 мая задержаны подозреваемые. Их опросили. Главный зачинщик задержан. Он находится под арестом, сейчас решается вопрос о возбуждении уголовного дела. В ходе проверки по указанным выше фактам поступило еще несколько заявлений от родителей. Чтобы не получилось так, как 8-10 мая, хотелось бы, чтобы родители обращались в полицию. К нам пришли не в первую очередь. Хотя многие знали, но никто не сообщал. Ситуация серьезная, и сотрудники полиции примут меры».
Тут же встала мама первоклассника, которая рассказала, что ее ребенка избили 11 мая около 12.00. «Я подошла к директору. Первая ее реакция: "Где это случилось? А, за территорией школы — тогда все понятно!" И такое облегчение сразу», — возмущенно выступила Татьяна. Зал зашумел. Кстати, с заявлением в правоохранительные органы Татьяна на момент собрания не обратилась.
А вот Светлана — мама еще одного ученика 82-й школы — рассказала, что заявление в полицию писала и раньше, только хода делу не дали. «Моего ребенка избили 18 марта. 22 марта мы написали заявление в полицию. Сегодня 12 мая. Звонили сегодня узнать, что и как — дело так и лежит. А "побои" с улицы Лазо до сих пор не забраны», — заявила Светлана. А ее супруг передал документы заместителю начальника по охране общественного порядка Первореченского РУВД Владимиру Кубыре, который пообещал разобраться. Кстати, телефон отдела полиции № 3 на Овчинникова, 30 — 8 (423) 236-15-07.
Отец одного из школьников Александр пришел на собрание прямо после службы, в форме. И первым делом задал прямой вопрос: сколько детей и взрослых участвовало в организации. Ответа не последовало. «Сейчас, говорят, что якобы мальчик побитый кому-то предлагал спайсы или что-то еще. Эти пацаны пришли на собрание у Адмирала Горшкова. Сняли на видео сотрудников полиции, "хи-хи, ха-ха". Родители писать никуда не будут — они боятся. Я постоянно с Горшкова, 20 гоняю этих пацанов. То они технический кран откроют, то пожарный гидрант зимой на лестничную площадку выбросят. В полицию звонил. Телефон дежурной службы был постоянно занят».
«Это жизненный парадокс, что в микрорайоне, где большинство — военные, происходит такая ситуация, — выразила мнение начальник Управления по работе с муниципальными учреждениями образования администрации Владивостока Марина Фролова. — Как вышло, что военные люди не знают, как управиться с хулиганами?»
Зал зашумел. Надавать по шее хулиганам давно хотят многие, но мешает уголовный кодекс. Встала мама шестиклассника Елена. «Нам в микрорайоне необходим полицейский патруль — хотя бы для успокоения человеческих душ. Наши мужчины — люди государевы. Даже любая записка о плохом поведении ребенка в школе будет иметь последствия. Не может человек просто выйти и настучать по голове. Мы планировали просто выходить и идти патрулировать».
Собственно, на этом собрание и закончилось.
Источник — VL.ru
