В последний год проблема насилия среди подростков вышла на новый уровень: драки, нападения и видеозаписи, распространяемые в социальных сетях, стали предметом широкой общественной дискуссии. В то время как общественный дискурс фокусируется в основном на самих инцидентах, исследования последних лет предлагают более широкую перспективу, анализируя контексты, которые могут провоцировать агрессивное поведение.

Одним из таких факторов является употребление никотина в подростковом возрасте, которое в различных работах связывают с травлей и участием в насильственных действиях.

Международные исследования указывают на возможную корреляцию между курением в подростковом возрасте и склонностью к дракам, ношению оружия и агрессии. В масштабном исследовании, охватившем около 187 000 подростков в возрасте от 12 до 17 лет в 55 странах, было зафиксировано, что частота употребления табака прямо пропорциональна уровню агрессивного поведения.

Подростки, употреблявшие табак от 1 до 5 дней в месяц, сообщали о вдвое большем количестве насильственных инцидентов, а у тех, кто курил 20 дней и более, этот показатель возрастал в 4 раза. Важно учитывать, что в подростковом возрасте мозг находится в процессе активного развития, поэтому воздействие никотина на этом этапе отличается от влияния на взрослого человека.

Никотин воздействует на нейронные пути, которые еще формируются, особенно на префронтальную кору — область, отвечающую за принятие решений, контроль импульсов, эмоциональную регуляцию и исполнительные функции.

Помимо известного вреда для здоровья, воздействие никотина в молодом возрасте связывают с нарушением внимания, когнитивных способностей, снижением способности к самоконтролю, а также с повышенным риском возникновения синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) и расстройств настроения, таких как тревога и депрессия. Таким образом, курение среди подростков — это не только опасная привычка, но и фактор, способный вмешаться в критический период формирования мозга.

Доступность различных курительных изделий для подростков постоянно растет, в том числе за счет распространения электронных сигарет. Для многих подростков это первое курительное изделие, с которым они сталкиваются. Оно выпускается с различными вкусами, выглядит менее «серьезным» и зачастую не воспринимается как полноценное курение. Однако электронные сигареты также подвергают подростков воздействию никотина, формируют зависимость и вовлекают их в более широкий круг табачных изделий.

По данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США (CDC), табачные изделия содержат вызывающие привыкание вещества, способные нанести вред развивающемуся мозгу. Социальный аспект также играет важную роль: подростковый возраст — это период, когда социальное давление, потребность в принадлежности, эмоциональные колебания и поиск острых ощущений приобретают значительный вес. Когда курение происходит в среде, включающей употребление алкоголя, бродяжничество или силовое поведение, риск принятия деструктивных моделей поведения существенно возрастает.

Разумеется, не каждый курящий подросток склонен к опасному поведению. Однако сочетание воздействия никотина в период развития систем регуляции с социальным давлением и средой, где агрессия становится нормой, повышает риск участия в насильственных инцидентах.

Важно подчеркнуть, что связь между курением и агрессией не обязательно является односторонней. Исследования показывают, что подростки с экстернализированными поведенческими трудностями, такими как импульсивность или склонность к вызывающему поведению, находятся в группе более высокого риска начала употребления табака.

Например, голландское лонгитюдное исследование показало, что проблемы с поведением в 13 лет предсказывали начало курения через два года. Параллельно было выявлено и обратное направление: курение в начале исследования было связано с более поздним появлением поведенческих проблем.

Курящие подростки также демонстрировали более высокие уровни враждебности, агрессивной реакции и цинизма. Поэтому курение среди подростков следует воспринимать как маркер неблагополучия или трудностей с регуляцией, а иногда и как фактор, усугубляющий эти паттерны. Идентификация начала курения — это возможность для раннего вмешательства, а не просто повод для замечания о вредной привычке.

В родительских сообществах распространена тенденция винить родителей подростков, вовлеченных в насилие. На практике родитель не может контролировать каждый социальный выбор ребенка. Что можно сделать? Прежде всего, создать атмосферу открытости и доверия для диалога. Важно выявлять поведенческие изменения, следить за кругом общения ребенка и подавать личный пример. Согласно данным CDC, подростки чаще используют табачные изделия, если видят курящих в своем ближайшем окружении. У курящих родителей есть двойная возможность: бросить курить ради собственного здоровья и стать примером для своего ребенка.

Лучшее лечение — это профилактика. Наиболее эффективным подходом является предотвращение курения еще до развития зависимости. Если курение уже началось, подростку следует предложить профессиональную помощь. Сегодня существуют различные решения: от поведенческих инструментов до медикаментозной поддержки. Важно проконсультироваться со специалистом, чтобы адаптировать помощь к возрасту, уровню зависимости и эмоциональному состоянию подростка.

Автор является ведущим специалистом в области пульмонологии и заведующим 4-м детским отделением в детском медицинском центре «Шнайдер» группы «Клалит.

Перевод с иврита

ИСТОЧНИК

Также, в соответствии с частью 1 статьи 93 УК РФ, к лицу, совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте, осуждённому к лишению свободы, после фактического отбытия одной трети срока наказания, назначенного судом за преступление небольшой или средней тяжести, а также за тяжкое преступление, и после фактического отбывания двух третьих срока наказания, назначенного судом за особо тяжкое преступление, может быть применено условно-досрочное освобождение от отбывания наказания (УДО).

Таким образом, поскольку, согласно действующему российскому законодательству, лицо считается достигшим совершеннолетия со следующего дня после своего 18-го дня рождения, то, ни одно лицо, совершившее любые особо тяжкие преступления, такие как убийство при отягчающих обстоятельствах и/или или убийство двух или более лиц (причём даже за несколько или множество эпизодов, и по совокупности приговоров), не может получить более строгого наказания, чем 10 лет (120 месяцев) лишения свободы, а уже всего через 80 месяцев, то есть 6 лет и 8 месяцев, имеет право спокойно выйти на свободу.

И это действительно является несправедливым, поскольку разница в возрасте, составляющая один или даже несколько месяцев, абсолютно не представляет никакой разницы, в плане физического, психического, сексуального и психологического взросления и воспитания. А более того, лица в возрасте 16-17 лет, мало чем отличаются от 18-летних по этим параметрам, а иногда и ничем не отличаются.

Благодаря чему, соучастники совершеннолетних преступников, в возрасте 16-17 лет, зачастую берут на себя всю вину, тем самым спасая их от значительно более суровых наказаний.

Практический результат:

Более справедливые наказания, более справедливая практика вынесения судами приговоров, с учётом возрастов всех преступников.

Несовершеннолетние преступники в возрасте от 16 до 18 лет станут значительно реже брать на себя вину, с целью безнаказанности своих совершеннолетних соучастников.

Решение:

Увеличить максимально допустимый срок наказания за совершение особо тяжких преступлений для несовершеннолетних в возрасте от 16 до 18 лет до 15-20 лет.

За совершение тяжких преступлений – до 12-15 лет.

P. S. От себя добавлю, что я также считаю данную инициативу правильной и целесообразной, поэтому проголосовала «ЗА».

А как на данную инициативу посмотрит уважаемое сообщество Пикабу?

https://www.roi.ru/149789/

Банда подростков из Нижневартовска получила приговор за убийство сверстника

Игнорировать жестокую реальность, верить в «партнерство» и воевать по правилам — значит обрекать себя на поражение. Чтобы этого не допустить, надо научиться защищать своих граждан прежде всего у себя в стране. Пока же получается наоборот — и здесь, и на фронте

В Государственном комитете по проблемам семьи, женщин и детей заявили, что этот случай еще раз показывает: к вопросам, связанным с несовершеннолетними, нельзя подходить односторонне.

В ведомстве отметили, что значение имеют не только поведение девочки или мальчика, но и семейная среда, родительский контроль, связь школы с семьей и та модель воспитания, в которой растут подростки.

Особо в комитете подчеркнули роль воспитания мальчиков. По мнению ведомства, у них с раннего возраста должно формироваться чувство ответственности, уважительное отношение к женщине и ребенку, а также понимание последствий собственных поступков.

Комитет также указал на опасную привычку общества воспитывать девочек как тех, кого нужно постоянно “беречь”, а мальчиков – как тех, кому многое позволено.

Такая разница в подходах, считают в ведомстве, в итоге может приводить к тяжелым последствиям.

Этот случай в Губе – не просто криминальная или семейная история. Он снова поднимает вопрос о том, кто на самом деле отвечает за жизнь подростков: родители, школа, государственные структуры или общество в целом. Ответ, судя по реакции комитета, не может быть удобным и простым.

Когда 16-летняя школьница оказывается в роддоме, это уже не “частная проблема семьи”.

Это сигнал о провале сразу нескольких уровней контроля – дома, в школе и в системе раннего предупреждения таких случаев.

Вести Баку

комитет, как обычно, спохватился.

когда ещё в нулевые зазвучали первые тревожные “звоночки”, реакции практически не было — всё оставалось без должного внимания и своевременных решений. смысл сейчас за голову держаться?

«Зоны тишины» как основа цифровой гигиены

Вместо тотальных ограничений эффективнее работают чётко обозначенные границы. Психологи рекомендуют внедрить в быт «зоны и часы без гаджетов». Это не запрет, а базовая гигиена цифрового пространства:

• Обеденный стол остаётся территорией живого общения и семейного контакта;

• Спальня становится местом восстановления нервной системы, а не зоной бесконечного скроллинга;

• Последний час перед сном отводится под подготовку ко сну без синего света экранов, который подавляет выработку мелатонина и ухудшает качество отдыха.

Когда подросток сам участвует в формулировке этих правил, он чувствует себя ответственным участником процесса, а не объектом надзора.

«Он постоянно забывает!» — это не лень, а нейробиология

Фраза «забыл сделать уроки/убрать телефон» часто вызывает у родителей недоумение, но с научной точки зрения всё объяснимо. Префронтальная кора головного мозга — структура, отвечающая за планирование, самоконтроль, удержание нескольких задач в рабочей памяти и переключение внимания — окончательно созревает лишь к 20–25 годам. Подростку объективно сложнее отслеживать время, соблюдать расписание и тормозить импульсивные реакции. Цифровая перегрузка лишь усиливает когнитивную нагрузку, истощая ресурсы внимания. Вместо обвинений в безответственности стоит внедрить внешние опоры: визуальные расписания, таймеры, чек-листы и мягкие напоминания. Так вы снимете лишнее давление с ещё формирующейся нервной системы.

Почему отнимать телефон в качестве наказания — опасная иллюзия

Лишить гаджета как кару за проступок кажется быстрым и логичным решением, но на деле это подрывает фундамент доверия. Подросток начинает скрывать онлайн-активность, искать технические обходные пути или эмоционально отдаляться. Гораздо эффективнее работает система привилегий: доступ к играм, развлекательному контенту и соцсетям — не безусловное право, а результат выполнения взятых на себя обязательств. Если правило нарушено, ограничение должно быть логически связано с проступком. Например: не сдал проект в срок → временно сокращается время на развлечения, но сохраняется базовый доступ для учёбы и связи с близкими. Так ребёнок видит причинно-следственную связь, а не произвольную власть взрослого.

Искусство диалога вместо монолога

Как договориться без ультиматумов? Начните с искреннего интереса: «Что для тебя важнее всего в этом приложении?» Возможно, за бесконечным скроллингом стоит страх одиночества, потребность в признании, творческая самореализация или попытка снизить тревогу после учебного дня. Поняв истинный мотив, вы сможете предложить здоровые альтернативы: спортивную секцию, волонтёрство, совместные прогулки, настольные игры или просто выделенное время, когда вы оба убираете телефоны и занимаетесь чем-то вместе.

И главный, но часто игнорируемый пункт — личный пример. Бесполезно требовать от ребёнка цифровой дисциплины, если сами не выпускаете смартфон из рук даже за ужином или во время разговора. Подростки считывают не слова, а поведение. Когда взрослые демонстрируют осознанное отношение к экранам, это становится лучшим педагогическим инструментом.

Вместо заключения

Воспитание в цифровую эпоху — это не битва за внимание, а постепенное наставничество. Мы не учим подростков «правильно жить», а помогаем им осознанно выбирать, как распределять своё время, энергию и эмоциональные ресурсы. Когда правила становятся прозрачными, а диалог — уважительным, гаджет перестаёт быть яблоком раздора и превращается в инструмент, которым ребёнок учится управлять самостоятельно.

Если вам близок такой подход — добро пожаловать в пространство, где психологические темы разбираются просто, без запугивания и с опорой на современные исследования. Подписывайтесь на канал «Психология простым языком» в MAX: здесь мы учимся понимать друг друга, а не переделывать. 💙