Почему арабы живут в Аравии⁠⁠

В 1902 году немецкий учёный Фридрих Делич опубликовал работу «Babel und Bibel», посвящённую заимствованию некоторых библейских мифов из вавилонских сказаний. Несложно заметить, что в русском переводе, «Вавилон и Библия», часть созвучия теряется. Почему же в некоторых русских словах мы находим -в- там, где в западноевропейских языках - -б-? Особенно хорошо это заметно в именах греческого или библейского происхождения:

Как и в случае с колебанием -т- / -ф-, о котором я писал раньше, дело в том, каким путём эти слова попали к нам из греческого.

В классическом древнегреческом была следующая система взрывных согласных:

Взрывные (смычные) – это такие согласные, при произнесении которых органы речи смыкаются, а потом резко размыкаются. В противоположность им спиранты (фрикативные) произносятся без смычки, между органами речи остаётся пространство. Разницу легко почувствовать, если произнести /к/ (взрывной) и /х/ (фрикативный).

Как я уже рассказывал, в начале нашей эры греческие придыхательные перешли в спиранты: φ стал произноситься как ф, θ как первый звук в английском thin, а χ как х. Звонкие согласные изменялись параллельным образом: β из /б/ превратился в /в/, δ стал звучать как /ҙ/ (первый звук в английском the), а γ – как южнорусском произношении слова город.

Такой переход (спирантизация) – одно из самых распространённых фонетических изменений в языках мира. Это неудивительно, ведь для него достаточно лишь начать менее «тщательно» произносить взрывные согласные.

Но вернёмся к греческому. После спирантизации греческая система согласных сильно изменилась, а написание осталось, как правило, прежним:

Какое-то время греки жили без звонких взрывных согласных (б, д, г), но в Средневековье обзавелись новыми, поскольку глухие п, т, к озвончились после носовых (м, н). Например, πέντε «пять» стало произноситься не как /пэ́нтэ/, а как /пэ́ндэ/, λάμπω «я сверкаю» не как /ла́мпо/, а как /ла́мбо/. Написание, опять же, осталось прежним. Вторым источником звонких стали заимствования, причём для их записи в современном греческом используются диграфы μπ, ντ, γκ: μπαλέτο /бале́то/ «балет», ντάμα /да́ма/ «дама», γκαράζ /гара́з/ «гараж».

А вот так по-гречески пишется Бобруйск:

Осуществлялся процесс спирантизации, по-видимому, долго и неравномерно. Первые признаки можно найти уже в некоторых текстах VI–V веков до н.э., когда, например, вместо ῥάβδους (вин.п. мн.ч.) «палки» мы находим написание ῥάυδους и так далее. Однако повсеместным спирантное произношение становится только примерно к IV веку н.э.

Когда римляне завоевали греческие колонии в Италии, а затем и саму Грецию, они были пленены греческой культурой и заимствовали в латынь уйму слов. При этом греческие β, δ, γ передавались как b, d, g: βούβαλος > bubalus «буйвол», διάλογος > dialogus «беседа».

Славяне же стали массово заимствовать из греческого значительно позже, особенно активно после принятия христианства (крещение Болгарии – 864 г., крещение Руси – 988 г.). К тому времени греки уже произносили β, δ, γ как спиранты. Неудивительно, что при освоении греческого алфавита славяне использовали букву Β для передачи звука /в/, а вот для /б/ пришлось придумывать особое решение – путём «разгибания» верхней дужки В была получена новая буква, Б. Соответственно греческое β передавалось как в, поэтому Βαβυλών стал у нас Вавилоном, а не Бабилоном. Для греческих δ и γ точных эквивалентов не было, поэтому они передавались взрывными /д/ и /г/.

В эпоху Возрождения в Европе интерес к Античности и греческому языку резко вырос, а его изучение облегчилось благодаря турецкому завоеванию Византии, которое привело к бегству многих книжников в западноевропейские страны. Эти книжники привезли с собой рукописи, а также современное им греческое произношение. Те филологи, которые учились непосредственно у них, также читали античные тексты с произношением XV века. Самым известным из таковых филологов был немец Иоганн Рейхлин (1455–1522), который в письме папе Льву X хвастался: «я первым из всех вернул греческое в Германию».

С началом Реформации греческий стал важен и в религиозном плане. Протестанты хотели вернуться к истокам христианства, а Новый Завет был написан на греческом. Здесь на передний план выходит фигура Эразма Роттердамского (1466–1536), который полагал что при чтении греческих текстов желательно стараться приблизиться к античному произношению. Надо сказать, что эразмово чтение несколько анахронично, оно не соответствует древнегреческой фонетике в полной мере. Однако именно эта система победила и является основной при обучении древнегреческому в университетах (за исключением самой Греции), а также при передаче грецизмов на современные европейские языки.

Коротко разницу между эразмовым и рейхлиновым произношениями в их русских вариантах можно описать следующим образом (Славятинская М.Н. Учебник древнегреческого языка. М., 2003. С. 31):

В Петровскую эпоху в русский язык стали активно проникать западноевропейские заимствования, многие из которых имели греческие корни. Греческий, конечно, передавался по-эразмовски. Это привело к появлению у нас дублетов – случаев, когда этимологически один греческий корень в одном русском слове произносится через -б-, а в другом – через -в-. Яркий пример – Аравия, но араб. Несложно догадаться, что первое слово мы взяли из греческого напрямую, а второе – через западноевропейское посредство. При этом ранее существовало и слово арав, а в XVIII веке можно найти и Арабию:

И егда того ради Ираклий посла на аравов воеводу своего с воинством, арави же и срацыни, избравши онаго Махомета воеводою, поразиша трижды римская воинства и изгнаша их из Сирии. [А. Лызлов. Скифская история (1692)]

Если же Рим столь долго оное пренебрегал, сколь долго упражнялся в пролитии крови, то хватился он за торг, как скоро отдохнул от сего упражнения: благополучная Арабия привлекала тогда к себе римских граждан. [Д. И. Фонвизин. Торгующее дворянство (1766)]

Аналогичным образом слово Вавилон пришло к нам непосредственно из греческого, а вот Библия – из западноевропейских языков, иначе мы бы говорили *Вивлия. И по той же причине у нас вместо вивлиофики теперь библиотека.

Оговорюсь, что Новиков выбрал для названия своей серии слово вивлиофика как нарочито архаичное: в XVIII веке общеупотребимым уже было современное библиотека.

Сие мудреное слово (которого выговорить я не могу, да и написать едва мог с великою трудностию) поставил я шутя и нарочно вам в угождение: ибо оное слово, сказывают, взято из глубокой древности и не знаю кем-то вытащено на свет; но ведаю то, что оно дерет уши, также что оно ни французское, ни русское; поставлено же оно вместо весьма употребительного во Франция и в России слова библиотека. Библиотеку все знают, а вивлиофики никто не разумеет. [Н. И. Новиков. Кошелек. Еженедельное сочинение 1774 года (1774)]

Литература:

Déniz A.A. Spirantization // Encyclopedia of Ancient Greek Language and Linguistics. Vol. 3. Leiden, Boston, 2014. Pp. 315–316.

Dillon M. Erasmian Pronunciation // Encyclopedia of Ancient Greek Language and Linguistics. Vol. 1. Leiden, Boston, 2014. Pp. 568–570.

Kazazis J., Chairopoulos P. History of Teaching of Ancient Greek in Germany // Encyclopedia of Ancient Greek Language and Linguistics. Vol. 2. Leiden, Boston, 2014. Pp. 162–174.

Краткое резюме: всё дело в том, что в греческом буква β первоначально обозначала звук /б/, который впоследствии перешёл в /в/. В заимствованиях из греческого напрямую в русский эта буква передавалась как -в-, а если посредником выступал один из западноевропейских языков, то как -б-.