apocalipsya

Я был там. На том крошечном мирке во всеми забытой системе удаленного уголка галактики: там мы нанесли мощный удар по Воителю-отступнику и его альянсу забытых и проклятых. Там, на Малом Дамантине. Я был среди горстки, стоявшей против многих. Брат, проливавший кровь братьев. Сын, отрекшийся от слова упрямого отца. И то слово было… ересь.

Мы сражались весь тот кровавый день, который был длиннее древнего терранского года. Все мы были олимпийцами. Железными Воинами, которые откликнулись на зов примарха и Императора. Их холодные глаза следили за нами издалека. Они судили. Они надеялись. Они вели Железных Воинов подобно невидимым богам, привлеченным к проблемам смертных запахом боя: тем незабываемым ароматом крови и огня.

Я был там, когда Кузнец Войны Крендл бросил на нас тучу «Штормовых птиц». Извергнутые из нутра огромного крейсера «Бентос», загруженные войсками и техникой, боевые корабли затмили звезды и обрушились на нас подобно крылатым молниям. Прорвавшись сквозь плотные облака к негостеприимной поверхности Дамантина, «Штормовые птицы» пронеслись по сети пещер и извергли на наши готовящиеся к бою позиции ужас. К счастью, всего за пару часов до этого Кузнец Войны Дантиох приказал разрушить Орфические Врата, поэтому их ракеты взорвались на голых скалах.

Я был там, когда могучие боги-машины Легио Аргентум, которые также не смогли преодолеть врата, шагали под кислотными адскими бурями Малого Дамантина. Словно ослепшие страдающие чудища, они с трудом шли сквозь шквалы и циклоны, их бронированные корпуса покрывались ржавчиной, а крупные ходовые системы постепенно давали сбой. «Омния Виктрум», раскалыватель сотни миров, был одной из трех потрепанных машин, которой удалось войти в достаточную для их размеров карстовую воронку. А уже внутри завывающие экипажи богов-машин натолкнулись на невообразимый лабиринт грандиозной сети пещер, и они поняли, что могут блуждать в их темных глубинах до скончания веков.

Я был там, когда Кузнец Войны Дантиох приказал включить гигантские помпы, отчего озеро сырого прометия вышло из берегов и затопило пол нашей пещеры-дома бушующим черным ихором. Я видел, как «Надир-Мару» 4-го Юнтарианцев и другие бомбардировочные орудия, числа которым было не счесть, утонули в масле и смерти. Я возопил от гнева, когда колонны моих братьев-предателей прошли по мелям к помпам, дабы разрушить огромные устройства. Я взревел от восторга, когда мой Кузнец Войны приказал поджечь маслянистую поверхность сырого прометия. Яркое пламя не только изжарило Железных Воинов в их же доспехах, но и осветило пещеры на такую глубину, о которой мы даже не подозревали.

Я был на укреплениях Шаденхольда, когда наша артиллерия превратила резервные «Штормовые птицы» Кузнеца Войны Крендла в полыхающие обломки. Я видел, как небольшие группы, которые высадились на твердыни и башни, срывались с инверсных зданий подобно каплям дождя. Я сражался с Сынами Дантиоха – генетически взращенными великанами – когда они уничтожали 4-ый Юнтарианцев в огневых мешках и внутренних дворах. Я стоял вместе с Девятым Часовым Ангелойских Адамантифрактов полковника Круишанка, когда они слаженным лазерным огнем освещали укрепления и обращали предателей в дымящиеся груды мяса. Я глядел на утопающую в резне крепость, где тебе приходилось шагать по трупам и вдыхать кровь, смертельной дымкой висевшей в воздухе.

Наконец, я сражался в узких коридорах и ужасных зданиях Кузнеца Войны. Я обрывал жизни собратьев Железных Воинов. Убивал во имя Императора с той же холодной уверенностью, что и мои братья. Губил с той же бесчувственной логикой и огнем в груди, что и мои враги. Я измерял свою силу кровью предателей, чья сила должна была быть измерена моей. Я был там. В Шаденхольде. На Малом Дамантине. Где горстка стояла против многих, где в кошмаре битвы братья убивали братьев, и где ересь обрела свой лик.

©

Перевод: Voss.

Источник: сборник Age of Darkness.