alex.highscore

Сегодняшнее утро было обычным. Середина ноября, и не сказать, что сильный мороз, но большая влажность и холодный пронизывающий ветер делают своё мерзкое дело. Восемь тридцать утра, а у нас ещё самая настоящая ночь. Лишь небольшое зарево на горизонте говорит о том, что скоро будет рассвет. Через пять минут на небе выстроилась невероятно красивая картина. Солнце ещё не показалось из-за горизонта, но уже ярко озарило всё небо жёлто-розовым цветом. И не было бы этой красоты, если б не перистые и слоистые облака. Это было, будто неведомый божественный художник раскинул по небу свой холст! Я остановился, как вкопанный и уставился в горизонт. От горизонта и до самого верха из облаков выстроилось удивительное изображение, казалось, я вижу огромный залив, на противоположном берегу которого расположилось поле, а на горизонте за этим полем возвышаются горы. Облака медленно плыли по небу, и чем дольше я смотрел, тем больше деталей появлялось в этой картине. Вот я разглядел паруса небольших кораблей в заливе, а вот и избы крытые соломой появились на поле. Над горами облака, и сам я будто смотрю на это с возвышенности. Такая широкая картина создаёт впечатление, как будто я сам там нахожусь. Даже в детстве, когда я любил разглядывать облака, мне не встречалось ничего подобного. Закралась мысль, "и почему я не беру с собой на работу профессиональный фотоаппарат? Да ну и ладно, всё равно он не передаст той красоты, на то она и красота, чтобы смотреть и ощущать, а не целиться на неё через экран телефона, или объектив фотоаппарата".

Прекрасное может быть не только в чем-то природном, ведь природные пейзажи в принципе радуют глаз, а вы когда-нибудь видели прекрасное там, где этого, казалось бы, не должно быть? А я видел и не перестаю замечать!

Обычный летний день, я поехал на машине, куда-то по своим делам. На краю нашей панельной девятиэтажки располагается мусорка. Здесь частенько лазают "люли", это разновидность цыган, которые ходят с тележной и ищут в помойках вещи, которые можно продать или сдать. И в тот момент, когда я не торопясь катился мимо мусорки, парочка таких цыган облюбовала контейнер. Вырисовывается такая картина: стоит цыганка у тележки с хламом и кричит на своем языке, что то типа "пошли дальше, здесь нет ничего стоящего", а цыган махнул ей рукой, "да подожди ты" и высунул из контейнера бутыль с мыльным раствором для больших мыльных пузырей, взболтал, достал эту ручку и начал выдувать большие мыльные пузыри! Они полетели в сторону моей машины, тут я подкатился слишком близко. У цыгана, на лице возникла улыбка до ушей, настоящая, не поддельная улыбка, он увидел, что я смотрю на него и заулыбался ещё сильнее, когда я смотрел на него, сам стал улыбаться, и на нас смотрела цыганка и тоже растянула улыбку. Это всё длилось какие-то секунды, но это подняло мне настроение на весь день.

А насколько по-разному мы воспринимаем человека с улыбкой и без? У меня есть об этом истории, заваривай чаёк с малиной, устраивайся поудобнее, а я расскажу.

Я тогда только пришел работать на карьерный самосвал, задача была не сложная, возить глину, с котлована и отсыпать дорогу. Коллектив суровых сибирских мужиков и я хоть и имел уже опыт работы на самосвалах, всё  равно был самый младший. Поэтому с некой осторожностью относился к коллегам. Самым суровым мне тогда казался бульдозерист Петрович, это огромный дядька выше меня ростом, широкий, с усами и складками на затылке, разговаривает басом. Он ровнял глину на дороге, где мы сыпали. До этого я замечал его только хмурым. Я подъезжал к месту разгрузки, увидел, как Петрович едет по косогору, а у болотного бульдозера есть такая особенность, абсолютно нет боковой устойчивости на льду. Тут как понесло бульдозер боком! Я перепугался, а Петрович растянул улыбку во весь рот, хохоча, пролетел мимо моей кабины в дрифте и залетел боком в кучу глины, смеётся и показывает мол, смотри какой я крутой дрифтер! Когда я узнал всех получше, оказалось, что Петрович очень веселый и юморной человек, и настолько артистичен, что когда по утру, он рассказывает очередную историю, все со смеху валятся, ему б в стендапе выступать. Так что внешность обманчива, не судите по одёжке.

Наступило лето, котлован, который мы копали, планировался как пруд, в нем была вода, бирюзовая, как в Катуни. Лето, жара, скучно на работе, ездим туда-сюда. Стою, жду погрузки, разглядываю бирюзовую гладь котлована. Приходит слесарь Толя с ведром к котловану, суровые хмурые  трактористы и камазисты повылазили из своей техники и столпились вокруг Толи. Я наблюдаю из кабины, а они пошли кучкой к котловану, наклонились, что-то поразглядывали, да как начнут улыбаться, аж светятся! Я выпрыгиваю из кабины, подхожу к ним и спрашиваю - "вы что такие радостные все?"  А они мне: "Анатолий совершил торжественный запуск тридцати карасей в новый котлован!". Вы представляете, человек ловил тридцать карасей, чтобы выпустить их в пруд. Как оказалось, Толя очень любит животных, он им как отец родной. Когда любая машина проезжает мимо ближайшей стоянки дальнобойщиков, местные собаки гавкают, когда приезжает Толя, все собаки, а их там не мало, бегут ласкаться к Толе, он как родной для всей местной живности.

Подрабатывали мы как-то с другом на заводе железобетонных изделий. Огромный цех, где всё стучит, шумит, гудит, а в воздухе повсеместно летает цементная пыль. Кругом бегают туда-сюда суровые рабочие с инструментом и серьёзные мастера в белых касках. Мы же взяли задачу, отремонтировать агрегат, укладывающий проводку, а сделать это мы собрались за один рабочий день. Замучились к вечеру, грязные голодные, сели поесть прямо в цеху возле агрегата. Когда я доедал свою еду, поднял взгляд на забор, разделяющий технические зоны. На заборе висела огромная падающая звезда, сваренная из арматуры. Сама по себе звезда не маленькая и ещё огромный хвост, который тянется за ней. И я подумал, это же прекрасно! Среди этой серой рутины нашелся такой романтик, который согнул на станке, а потом сварил сваркой, ни что-то там, а падающую звезду, и повесил ее на заборе.

Вот такие рассказы, друзья, не забывайте улыбаться, и помните, что-то прекрасное всегда, где-то рядом.