Yokker

- Проклятый ветер! - Сделав шаг к стенке остановки в очередной попытке спрятаться от постоянно меняющего направление ветра, я обеими руками поднял ворот видавшей лучшие годы куртки.
- Скорее бы уж эта зима закончилась. - В животе заурчало от голода и мысли сразу же перескочили от холода к другой проблеме:
- Черт!  Ну хоть бы один заказик свалился! Хоть самый маленький - лишь бы поесть по-человечески! - Весной и летом работы по моему основному профилю было много, и я работал по 12-14 часов в сутки беря все заказы подряд. Работал на износ, чтобы, как медведь в лесу, "нагулять жирок" и прожить осень, зиму и начало весны - дотянуть до момента, когда самые богатые конторы начинали звать таких как я - промальпинистов - чтобы привести свои небоскребы в порядок: помыть, подкрасить, подкрутить - в общем, сделать всё, что связано с высотными работами. Но это будет не раньше, чем через две-три недели, а сейчас был самый трудный период - первые дни марта - то самое время, когда днём всё тает и течет ручьями, а ночью замерзает, превращая улицы в каток, а я вынужден хвататься за любую работу. В эту зиму мне повезло - я устроился сторожем в небольшой промтоварный магазин. Платили, конечно, копейки - мне едва-едва хватало, чтобы заплатить за съемную комнату в коммуналке да не умереть с голоду. С моей внешностью я был рад и такой работе. И именно поэтому оказался в восемь часов утра на этой остановке.
Докурив сигарету до фильтра, я щелчком пальцев отправил её в щель между стойкой и загнутым краем жестяной стенки остановки, проследив за её, едва видимым в утренних сумерках, полётом. Негромкий звук неподалеку заставил поднять взгляд: у подъезда соседнего дома стоял черный седан представительского класса с открытой правой задней дверью., за которой стоял человек - видимо, водитель. Дверь в подъезд открылась, и голова водителя  качнулась вниз-вверх, словно он поприветствовал кого-то. Через несколько секунд он аккуратно закрыл заднюю дверь, быстрым шагом обошёл машину и сел за руль. Едва слышно урча мотором автомобиль покатился вдоль дома.
Проводив взглядом красные огни машины и нахмурившись от смутного ощущения чего-то неправильного я повернулся обратно к дороге, чтобы тут же облегченно вздохнуть и выкинуть увиденное из головы: - Наконец-то! - к остановке подъезжал долгожданный автобус.


Дойдя до остановки я глянул время на стареньких отцовских часах и невесело хмыкнул - вчера я пришел сюда ровно в тоже время - минута в минуту. Достав сигарету, я шагнул в угол остановки, прячась от ветра, и чиркнул зажигалкой. Затянувшись и выпуская дым, поднял взгляд: вчерашний автомобиль снова стоял возле подъезда. Щелкнул замок, водитель обошёл машину, распахнул заднюю дверь и, также как и вчера, застыл не двигаясь. Некоторое время ничего не происходило и я принялся разглядывать видимый мне с этого края остановки салон автомобиля, выполненный в светлых, почти белых тонах. Я поморщился:
- Мне на такую всю жизнь работать!
Дверь подъезда распахнулась, но из неё никто не вышел, а через несколько секунд она  закрылась притянутая своим доводчиком. Я почти уже отвел взгляд в сторону когда заметил, что водитель кивнул, а затем белоснежное заднее сиденье прогнулось под надавившей на него тяжестью. Прогнулось точно также, как если бы на него кто-то сел. Кто-то, совершенно невидимый. Забыв о сигарете, я проводил взглядом огни удаляющегося автомобиля и лишь когда он скрылся за углом дома тряхнул головой:
- Это что, блин, такое сейчас было?


В этот раз я не пошёл на остановку, а занял позицию за углом дома - в четырех-пяти шагах от подъезда. Услышав шорох шин, я глянул на часы, убеждаясь, что они показывают тоже самое время, что и вчера, дождался тихого скрипа двери подъезда и осторожно выглянул. Отсюда было видно намного лучше, чем с остановки, и я совершенно ясно увидел, что водитель кивнул глядя на того, под чьим весом промялось сиденье автомобиля. Моя челюсть отвисла, а брови поползли вверх:
- Офигеть!
Закрыв дверь за своим пассажиром, водитель двинулся в обход машины, но поравнявшись с багажником он неожиданно застыл на месте, словно к чему-то прислушиваясь, а затем резко повернул голову в мою сторону. Встретившись с ним взглядом, я отпрянул и непроизвольно вжался в стену. Несколько мгновений мне казалось, что моё сердце грохочет так, что его слышно не только мне, но и всей округе. Сделав глубокий вдох, и для верности зажав рот рукой, я закрыл глаза и прислушался: тихий хруст льда замерзших за ночь мелких дневных лужиц показался мне грохотом, сопровождающим приближающиеся шаги. Мои глаза распахнулись, а в голове вспыхнула только одна мысль:
- БЕГИ!


Несколько дней я ходил пугаясь собственной тени - всё время казалось, что кто-то поджидает меня за каждым углом. На работу и с работы я ездил другим маршрутом, до которого приходилось идти почти километр. В этот раз я был слишком уставшим, чтобы столько идти, и поэтому, спустя неделю, я снова оказался на той остановке.
Глянув на часы, я осторожно выглянул в щель: черный автомобиль бесшумно подкатывал к своему месту, и я замер не в силах отвести взгляд. Водитель, открыв заднюю дверь, как и в прошлые разы встал за ней. Когда открылась дверь подъезда он приветственно кивнул, затем замер на миг и вдруг что-то сказал - словно ответил своему пассажиру. Он поднял взгляд и посмотрел на остановку так, словно и вправду мог видеть меня сквозь тонкую жестянку. Я невольно отпрянул назад, в тоже время стараясь не упустить его из виду.
Закрыв дверь за своим пассажиром, водитель обошёл автомобиль, остановился, повернулся в мою сторону и неожиданно громко позвал:
- Эй ты, на остановке!
При звуках его голоса моё сердце рухнуло куда-то вниз, через миг волна адреналина вскипятила кровь, и я рванул со всех сил через дорогу - лишь бы оказаться подальше. Совсем рядом раздался громкий шум, мелькнуло что-то большое и в глаза ударил яркий свет, чтобы спустя миг погаснуть вместе со всем остальным миром.


***

Негромкий спокойный голос, раздавшийся совсем рядом, словно замкнул выключатель у меня в голове: неясные шумы и звуки сложились в понятные слова:
- Повезло, что водитель успел увести машину в сторону и удар пришелся по касательной. Множество синяков, сломаны пара ребер и, скорее всего, есть сотрясение, но всё это несмертельно, так что жить будет. Думаю, что скоро он придет в себя, так что, если хотите, можете подождать здесь.
- Да, спасибо, я подожду. - От этого голоса я непроизвольно вздрогнул и открыл глаза: я лежал на медицинской каталке в коридоре какой-то больницы, а рядом стояли два человека: врач, судя по белому халату, и человек из-за которого я здесь оказался - водитель невидимки.
Врач ухмыльнулся:
- Ну вот, как по заказу! Как себя чувствуете, молодой человек? Тошнит?
Я хотел помотать головой, но после первого же движения меня замутило так, что я тут же свесился с края каталки, выворачивая пустой желудок наизнанку.
- Понятно, можешь не отвечать.
Пока я сплевывал на пол остатки жгущей рот желчи и пытался справиться с плавающими в глазах радужными пятнами, рядом оказалась медсестра, и в моё плечо вонзилось жало шприца.
- Сейчас станет легче, - врач и медсестра потянули меня под руки, помогая сесть, - Только резких движений не делай.
Я прикрыл глаза и медленно кивнул:
- Угу.
- Как зовут тебя, помнишь?
Потратив несколько секунд на осознание ответа, я не без труда поймал ускользающую мысль:
- Илья. Фомин.
- Хорошо, Илья. Очень хорошо. Сколько тебе лет?
В этот раз было легче - нужные слова пришли почти сразу. Я открыл глаза и глянул на стоявших рядом:
- Двадцать два.
Врач выставил указательный палец:
- Следи за пальцем!  - и начал водить им из стороны в сторону. Я попытался выполнить указание, но через несколько секунд понял, что каждое следующее движение даётся мне всё труднее и труднее, и снова закрыл глаза.
- Что ж, точно имеется сотрясение. Я могу дать вам пару минут, затем мы должны отвезти его в отделение.
- Спасибо.
Голос врача, начавшего раздавать указания, отдалялся с каждой секундой, и у меня внутри всё сжалось от страха. Почти физически ощущая на себе взгляд стоящего рядом, я зажмурился ещё сильнее.
- Илья, не бойся, тебе ничего не угрожает, мы просто поговорим. Ты можешь открыть глаза?
Меня затрясло от страха, но я всё же заставил глаза открыться, и буквально выдавил слова сквозь спазм в горле:
- Кто вы? Что вам от меня надо?
- Пока просто поговорить.
- Пока? - я поднял взгляд - А потом что?! Убьёте меня?! За что?! Я ничего не видел! Ничего! - горло снова сдавило и голос сорвался на тихий хрип.
- Успокойся. Я задам тебе два вопроса и уйду. Но отвечать надо предельно честно. Договорились?
Собравшись с силами, я кивнул и прошептал:
- Да.
- Расскажи, что ты увидел.
Я мотнул головой, заставив мир в глазах снова покрыться пятнами.
- Ничего! Совсем! Совсем-совсем ничего!
- Илья, мы с тобой вроде договорились: ты честно отвечаешь на два вопроса и я уйду. Давай не будем всё усложнять. Еще раз: что ты увидел?
Закрыв глаза, я несколько секунд помолчал, но поскольку убедительного вранья в голову никак не приходило, пришлось отвечать правду:
- Я не знаю как это объяснить. Мне это вообще самому уже кажется бредом!
- И всё же попытайся, - Терпения ему, конечно, было не занимать - на протяжении всего разговора он был совершенно спокоен. Как ни странно, но это спокойствие начало передаваться и мне. А может это был эффект от вколотого лекарства. Так или иначе, трясти меня вскоре перестало, и я, вдруг, понял, что страх прошел вместе с тряской:
- Наверное, проще всего сказать, что я видел человека-невидимку. Точнее самого человека я, конечно, не видел, а вот как он в машину вашу садился и сиденье под ним проминалось - видел. И мне это точно не показалось - я же два раза это видел.
Водитель задумался, молча глядя на меня, и мне снова стало не по себе. Я решил ускорить события:
- А какой второй вопрос?
Не сводя с меня взгляда этот странный человек молчал не меньше минуты - я даже успел закрыть глаза и вздрогнул, когда он заговорил снова:
- Сперва я должен объяснить тебе то, что ты видел.
Я кивнул:
- Хорошо.
- В какой-то степени его можно назвать человеком-невидимкой, но всё же он не совсем человек, да и невидим не по своей воле.
Он перехватил мой удивленный взгляд и поднял руку, останавливая:
- Вопросы потом! - Я осёкся и лишь кивнул.
- Я буду объяснять очень упрощенно, иначе это займет много времени, а доктор, - он кивнул в сторону врача, - уже и так косится на нас. - Он сделал секундную паузу, словно собираясь с мыслями:
- Считается, что душа хорошего человека попадает туда, где ей будет навечно хорошо, а душа плохого, наоборот, обречена на вечные муки. Религии по-разному называют эти места, но суть одна. Но как бы ни называли, всё это не так: нет рая или ада, или их аналогов. Есть другой мир. Он создан и существует по другим физическим законам, поэтому для людей он невидим и неощутим, но он есть. И он здесь, вокруг нас, а то, что люди называют душой - состояние любого живого существа, соответствующее физическим законам того мира. И смерть - переход из одного состояния в другое, из одного мира - в другой. Смерть здесь - начало жизни там.
Но бывает так, что преобразование не завершается, и умерший застревает между мирами. А точнее существует в обоих одновременно. Ты, наверное, слышал легенды и сказки про духов, привидений и подобное - все они говорят об одном и том же: сошедшем с ума злобном существе.
Я кивнул, и он продолжил:
- Очень трудно не сойти с ума, если твоё сознание живёт одновременно в двух реальностях. Такое  могут выдержать лишь единицы. Мой пассажир - один из них: для нашего мира он мёртв и тело его истлело больше двух столетий назад. При жизни он был мелким лавочником, разорился и спился до смерти, а сейчас он один из самых влиятельных существ, как минимум, в этой стране. Много лет он искал то, что не даст ему свихнуться: сперва это были деньги, власть и прочее - имея связь с обоими мирами он многое узнал и довольно быстро создал огромный капитал, влияющий на целые страны, но в итоге ему это надоело. И около ста лет назад он нашёл то, что, скорее всего, займёт его ещё на несколько сотен лет - он изучает оба мира и ищет в них то, что позволит создать способ их взаимодействия. Осознанного взаимодействия. И я верю, что это возможно - ведь я сам результат его трудов и уже имеющихся достижений.
Не выдержав, я перебил его:
- В смысле?
- То, что ты видел - часть его проекции на наш мир. Людей, обладающих способностью видеть, слышать или чувствовать мертвых - единицы: кто-то только слышит голоса умерших, кто-то, наоборот, их только видит. Кто-то и то и другое, но очень-очень смутно. Лично я с детства слышал мертвых. Очень слабо, но этого хватило, чтобы мои родители испугались и сдали в психиатрическую больницу. Там он меня и нашел. Это было сто двадцать два года назад.
Видя, что мои глаза округлились, он улыбнулся:
- Он пытался как-то объяснить мне, как именно это получилось, но я не понял да и не запомнил все эти мудреные слова, что он мне говорил. Главное то, что я стал не только хорошо слышать, но и смутно видеть и чувствовать прикосновения мертвых. А заодно перестал стареть - он назвал это побочным эффектом. И мне этого достаточно, чтобы верить в то, что он делает...

Водитель говорил что-то ещё, но я его уже не слушал. Я смотрел на человека, словно сошедшего с картинок учебника по истории: густая шевелюра, переходящая в кудрявую бороду, рубашка-косоворотка, заправленная в простые холщовые штаны, подвязанные веревкой, и стоптанные лапти. Подойдя ближе, он легонько хлопнул своего водителя по плечу и густым басом попросил:
- Спасибо, Митяй, дальше я сам. -  и тот, сбившись на полуслове, обернулся и замолчал.
Мёртвый сел на край моей каталки и неожиданно широко улыбнулся:
- Меня Матвеем звать, а тебя?
Сглотнув, чтобы смочить враз пересохшее горло, я невольно улыбнулся в ответ:
- Илья.
Он кивнул, тряхнув кудрями:
- Хорошее имя. - И неожиданно спросил:
- А что, Илья, пойдешь ко мне работать? - И, видя, мою растерянность, хохотнул:
- Да ты не боись! Не обижу!
В голове вихрем пронеслась вся моя жизнь:  авария, унесшая родителей, но оставившая в этом мире семилетнего меня - переломанного, со шрамами, что кривыми молниями расчертили мне и тело и лицо, но всё же живого; последующие три года с костылями и обучением ходить заново;  дележка родительской квартиры и дачи дальними родственичками, и переселением меня в детдом, где не было и дня без драки; постоянные поиски работы и постоянный страх оказаться без крыши над головой; и самое главное, самое страшное - сильнейшее одиночество, грызущее изнутри до слёз в подушку...
Я заглянул в его смеющиеся голубые глаза и увидел в них больше жизни, чем у многих знакомых мне живых людей, и кивнул:
- Да, пойду.

PS: Но соцдистанцию держат исправно.

Когда я впервые узнал про "эффект Мандела", то лишь подумал, что у людей просто проблемы с памятью. В общем, я прочитал статью на Вики, усмехнулся и забыл. Ровно до того момента, пока  не столкнулся с этим сам. Нет, у меня было всё не настолько глобально, как описано в Вики или как рассказано во множестве роликов на ютубе - всё было проще и банальнее - я забыл ребенка в садике. Это по версии жены. По моему же убеждению она вообще не просила меня его забирать сегодня.

Вечером, когда ребенок уже спал, а мы с женой валялись в кровати и пялились в свои телефоны (я читал пикабу, а она смотрела всякую чушь в инсте), я вспомнил про этот пресловутый эффект и (внутренне смеясь сам над собой) решил проверить - память меня (или жену) подводит или всё-таки что-то реально происходит с нашим миром. Проверить было просто: и на телефоне супруги и на моём телефоне настроена запись всех звонков. Я повернулся к жене:

- Солнц, а ты во сколько звонила, чтобы я малого забрал?

Жена молча залезла в список вызовов за день, полистала его и повернула телефон ко мне:

- Вот. Почти в шесть. А что?

- Да не, ничего, - я махнул рукой, - просто понял, что вообще не помню твой звонок. Ладно, забей.

Супруга нахмурилась:

- Ты бы выпил чего-нибудь для горла - вон как хрипишь. - Тут она была права - голос за последние три дня у меня сел почти полностью.

Снова взяв телефон, я залез в журнал звонков и нашел нужную запись: входящий в 17:55. Записи разговора в телефоне не было.  Я задумался:

- Судя по времени, я уже ехал с работы, а значит скорее всего разговаривал в машине по громкой связи. В этом случае разговор в телефоне не запишется, зато он будет записан регистратором в машине.

Я поднялся с постели. Жена глянула на меня:

- Ты чего?

- Да вспомнил, что в машине забыл свет погасить в салоне. Схожу - выключу, а то аккумулятор сядет - утром не заведемся.

- Куртку надень обязательно!

- Ладно.

Взяв из регистратора флешку я вернулся домой. Воткнув флешку в ноутбук, нашел среди записей подходящую и нацепил наушники. Промотав запись до 17.55, я включил воспроизведение и через несколько секунд понял, что означает выражение "волосы встали дыбом": но не от того, что в разговоре супруга действительно просила заехать за ребенком и я согласился, а от собственного голоса - он был совершенно нормальный, без хрипоты и осиплости.

Не веря собственным ушам я прослушал еще несколько записей - всё было точно также: и вчера и сегодня у меня был совершенно нормальный голос.

Я вернулся в спальню и сел на кровать рядом с женой. Мельком глянув на меня она отложила телефон:

- Что случилось? На тебе лица нет.

Я покачал головой:

- Даже не знаю как сказать. Ощущение какого-то абсурда - я помню то, чего не было и наоборот - не помню того, что было.

- Ты о чем?

- Скажи, - я показал пальцем на свое горло, - сколько времени я так разговариваю.

Супруга нахмурилась:

- Ну, вот как домой пришёл. А что?

- А то, что я полностью уверен, что хриплю уже третий день! И простыл я когда забыл переобуться и приехал на стройку в офисных туфлях!

Брови жены поднялись:

- Вчера ты нормально разговаривал. - Она помолчала секунду, вспоминая, затем добавила:

- Да и сегодня, когда я звонила тебе - тоже голос у тебя нормальный был.

Я кивнул:

- Угу, я это уже понял. Когда запись нашего разговора прослушал - он на регистратор в машине записался.

Супруга села рядом и потрогала мой лоб. Я отмахнулся:

- Да нормально я себя чувствую! - Я встал с постели, - Понимаешь, я был полностью уверен, что ты не просила меня заехать в садик! Как и был уверен, что хриплю третий день! А в итоге что? - От волнения я начал ходить туда-сюда - от кровати к окну и обратно:

- В итоге всё ровно наоборот! Но как такое может быть? Ну допустим, когда ты говорила про садик я был за рулем - мог отвлечься на дорогу и пропустить твою просьбу, но как тогда объяснить, что я совершенно уверен, что горло болит третий день, а по записи слышно, что и сегодня днем, и вчера, и даже позавчера с голосом всё было в порядке?! Ведь тогда получается, что у меня проблемы с памятью?! Да и вообще с головой! А если я что-нибудь ещё забыл? Или не забыл, а уверен в чем-то, чего на самом деле нет и не было?! - Перестав мерить спальню шагами я остановился перед не сводившей с меня глаз супругой:

- Вот спроси меня о чем-нибудь! О чем-то, что знаем только мы с тобой!

- Ну-у, - жена задумалась, - я даже не знаю...

- Во! Я знаю! У тебя родинка есть! Вот здесь! - Я ткнул пальцем супругу в грудь, - Рядом с соском!

Растерянно глядя на меня жена подняла футболку: вместо знакомой родинки я смотрел на совершенно чистый и гладкий ареол вокруг соска. Сев на пол прямо там где стоял,  я обхватил голову руками:

- Это пиздец! Это, блин, полный пиздец! Похоже, я схожу с ума! Я абсолютно уверен, что там была родинка!

Супруга присела рядом и заглянула мне в глаза:

- Ты только не обижайся, ладно? Но ты ни с кем меня не путаешь? - И хоть она старалась сохранить нейтральность, но её голос всё равно предательски дрогнул. Я поднял взгляд:

- И семь лет я спал с кем-то другим и целовал какую-то другую грудь?!

Пытаясь справиться с нарастающей паникой, я закрыл глаза и начал глубоко дышать.

Через минуту мне в нос резанул какой-то смутно знакомый запах. Открыв глаза я уставился на протянутую мне чайную ложку с какой-то жёлтой жидкостью и стакан с водой.

- Выпей!

- Что это?

- Валерьянка. Пей!

Вылив содержимое ложки в рот и запив парой глотков воды, я поднялся:

- Пойду покурю, надо успокоиться, а то точно кукушка уедет!

Вернувшись с балкона, я застал жену на кухне - она как раз наливала вторую кружку чая. Подвинув её мне, она села за стол. Я последовал её примеру.

- Может тебе завтра к врачу съездить?

Я скривился:

- И что я ему скажу? Доктор, помогите! У моей жены нет родинки на сиське, а я уверен, что она там должна быть?! Там либо поржут надо мной, либо в дурку закроют. Нет уж, спасибо, не хочется.

- Но так ведь тоже нельзя оставлять, - супруга поставила чашку - в её взгляде читалась тревога, - А если это какая-то болезнь? И если её вовремя не начать лечить, то станет намного хуже?!

Поставив чашку на стол, я качнул головой:

- Нет. - Я поднялся: - Всё. Я спать. Говорят, утро вечера мудренее - вот завтра и будем разбираться. На свежую голову.

- Ладно, - жена кивнула, - Иди. Я чай допью и тоже приду.

***

Утром мы не сговариваясь вели себя так, словно вчера ничего не было: позавтракали под болтовню телевизора, быстренько собрались и поехали: сначала я завез жену на работу, затем малого в садик, а после и сам поехал на работу. Остановившись на светофоре я, от нечего делать разглядывал зад впереди стоящей машины. В какой-то момент я понял, что в её заднем бампере отражаются не только обе фары моей машины, но и оба противотуманных фонаря. Чтобы убедиться, что глаза меня не обманывают я пощёлкал переключателем: обе противотуманки послушно гасли и зажигались. Я выругался в полный голос:

- Твою ж мать! - Дело в том, что я был уверен, что левая противотуманка гореть не должна  - лампочка накрылась больше месяца назад. Из-за конструкции моей машины, чтобы поменять сгоревшую лампочку надо было снимать колесо и мне лень было это делать самому, а до СТО я за месяц так и не добрался и, в итоге, решил оставить до следующего техосмотра.

Я набрал номер жены:

- Солнц! Ты в машине противотуманку сгоревшую не меняла?

- Не-ет, - протянула она, - А что?

- Ну, похоже, что я нашел ещё одну вещь, которую помню не так, как сейчас есть.

- Ты уверен?

- Абсолютно! Лампочка сгорела в левой противотуманке сгорела почти месяц, а сейчас она горит! Понимаешь?! Я твердо помню, что решил поменять её на станции, когда поеду масло менять!

- Тут я тебе не помощник. Сам знаешь, что машиной у нас только ты занимаешься.

Я кивнул, будто она могла меня видеть:

- Ну да. Я потому и уверен в том, что лампочка сгорела месяц назад.

В динамике раздался вздох, а затем то, чего я, почему-то, внутренне ожидал:

- Может, всё-таки сходишь к врачу? Я могу у своих на работе спросить контакты какого-нибудь  хорошего специалиста?

- И будешь всем объяснять, что это не тебе надо, а муж сходит с ума? Нет уж, спасибо.

- Но так ведь тоже не дело?!

- Ладно, всё, давай! Целую! - Я нажал кнопку отбоя.

***

Погрузившись в работу я совершенно забыл о произошедшем и вспомнил лишь тогда, когда снова сел за руль, завел машину и тронулся с места: левая противотуманка снова не горела.

- Что за...?! - Пощёлкав переключателем и убедившись, что левая лампочка не загорается, я набрал номер жены. Едва она взяла трубку я выпалил:

- Солнц! Лампочка опять не горит!

- Чего?! Какая лампочка?!

- Противотуманка! Левая!

- И что? - в её голосе явно звучало недоумение, - Ты мне давно это уже говорил. Лучше скажи где ты? Ты же не забыл, что тебе сегодня в садик ехать?

Моя нога до упора вдавила педаль тормоза, заставив машину визжать резиной:

- Что ты сказала? Повтори!

Из динамика раздался вздох:

- Я так и знала, что забудешь! Ну вот как так можно?! Я тебе специально днём звонила, что сегодня задержусь на работе и тебе придется заехать в садик!

Мои пальцы сжали рук так, что захрустела его оплётка:

- Солнц, сколько дней я хриплю?

- Что? - супруга явно не поняла вопрос.

- Сколько дней у меня голос хриплый?

- Ну не знаю... - У меня в голове вспыхнул её образ, пожимающий плечами:

- Дня три где-то. А что?

- Да так, ничего, - я откинулся было на спинку сиденья, но затем снова наклонился к микрофону громкой связи:

- А у тебя же есть родинка на левой груди? Прямо возле соска?

- Ой, да иди ты! Нашел время!

- Солнц, ну скажи! Есть или нет?!

- Ну есть! Доволен?

- Очень!

- А теперь быстро за ребенком! Вечно он у нас последний в садике остаётся!

- Всё, Солнц! Лечу!

- Хорошо. - Она положила трубку, а я, улыбаясь, надавил на газ.

Через полчаса, посадив ребенка в детское сиденье и пристегнув, я сел за руль и повернул ключ. Двигатель послушно заурчал, а в витрине магазина, возле которого я припарковал машину, отразились четыре огня: две фары и две противотуманки.

***

Облаченный в белый халат мужчина закрыл серую картонную обложку папки и поднял взгляд на сидящего через стол от него старика:

- Как я понимаю, во всё это, - мужчина кивнул на папку, - так никто и не поверил?

Старик пожевал губами, задумчиво глядя себе под ноги, затем медленно поднял голову и кивнул:

- Ну, раз я здесь, значит никто.

- Да уж... - мужчина откинулся на спинку стула и задумчиво постучал ручкой по столу, а старик снова уставился себе под ноги. Спустя секунд тридцать мужчина поднял на него взгляд:

- А что, если я скажу, что я верю? - Он указал ручкой в сторону папки, - Всему, что написано здесь - в вашем деле. И что вы на самом деле каким-то образом перемещались между параллельными мирами.

Старик усмехнулся:

- Тогда поймёте, что я не мог поступить иначе.

- Ну да, ну да, - мужчина снова легонько постучал ручкой по столу, - Как записано в вашем деле, вы решили, что смерть вашей жены и ребенка остановит эти перемещения?

В глазах старика блеснули слёзы. Он долго молчал, но затем нехотя кивнул:

- Да, верил.

- И как? Помогло? Перемещения остановились?

Седая голова старика снова качнулась :

- Да.

- Но вы остались здесь, в этом мире.

- Да.

Мужчина несколько секунд смотрел на человека в больничной одежде, словно оценивая его, затем достал из нагрудного кармана халата небольшой листок бумаги, что-то быстро на нём написал и протянул старику:

- Через три дня вас выпустят. Как только выйдите - позвоните по этому номеру.

- Зачем?

- Узнаете.

***

Деревянная дверь, скрипнув ржавой пружиной, выпустила из недр одноэтажного здания седого старика. Поёжившись, он плотнее завернул ворот лёгкой куртки и медленно пошёл вдоль улицы. Дойдя до таксофонной будки мужчина оглянулся по сторонам и, заметив молодую пару, идущую по улице, направился к ним на встречу:

- Ребятки, одолжите пару монет - позвонить мне надо.

Парень усмехнулся:

- Дед, ну ты даешь! Таксофоны лет десять, как бесплатные! Сказал бы уж честно - на бухло!

Буркнув: - Извините! - старик вернулся к будке и слепо щурясь набрал номер с листка. Несколько секунд он слушал длинные гудки, а потом, когда в трубке что-то щёлкнуло раздался голос, которого он не слышал много лет:
- Алло?

Всхлипнув, он едва смог протолкнуть слова сквозь вставший в горле комок:

- Солнц, это я.

- Ну, наконец-то! Что у тебя с телефоном?! Я звоню-звоню, а ты вне зоны! Как ушёл два часа назад в магазин, так и всё - с концами! Ты куда пропал-то?

Старик сглотнул слюну:

- Солнц! Скажи, а у тебя на левой груди есть родинка?

- Ты там пьяный что ли?

- Ну скажи! Есть?

- Так! Быстро давай домой!

- Сначала скажи! - Брови старика нахмурились, а в голосе зазвучал металл.

- Ну есть-есть! Куда ж она денется?! Доволен?!

От улыбки на старом лице морщин стало словно в два раза больше. Вытерев рукой текущие по щекам слёзы, он кивнул, словно на той стороне линии его могли видеть:

- Да. Очень.

- Тогда быстро давай домой! Обед уже остыл!

- Иду, Солнц, иду.