Мои девяностые начались в 1988-89 годах, кода я учился в восьмом классе обычной общеобразовательной школы в небольшом городе на Волге. СССР все еще существовал, но все больше номинально, я естественно тогда этого не сознавал и речь собственно немного про другое. Просто хочу передать свои настроения тех времен и освежить часть событий, которые сейчас мне кажутся маловероятными.
Мои родители развелись и давно не жили вместе. Моя мама работа каким-то клерком в одном из отделов городской администрации, отвечающем за коммунальное хозяйство. Зарплата у нее была не большая, по-моему, примерно 80-120 рубле в месяц. По моим детским впечатлениям денег в доме хватало, хотя мама всегда жаловалась, что приходится бороться за существование. Деньги в основном тратились на продукты. По выходным ходили на колхозный рынок, там продукты были подороже, но выбор и качество лучше, чем в обычных продмагах. С барахлом было грустно, в основном ездили за покупками в Москву и шили под заказ. Работа в администрации в то время не было таким престижным занятием как сейчас, но бонусы были. В основном профит выражался в натуральном выражении, помню, как по осени нам привозили ящики с помидорами и другими овощами из подведомственного колхоза. В то время и позже, я интересовался у мамы насчет откатов, оказывается предложения были и даже достаточно приличные по тем временам. Но советская закалка была такова, что основная часть представителей низших слоев бюрократии наличные не позволяла себе брать.
Постепенно задул ветер перемен, запахло рынком и инфляцией. Размеренная жизнь понемногу начинала сбоить, в магазинах появились пустые полки и бесконечные ряды однотипной консервации, морская капуста, яблочный сок в трехлитровых банках, все это могло стоять бесконечными грядками. Мама, не являясь великим экономистом, приняла решения потратить небольшие накопления на приобретение дорогостоящих вещей не первой необходимости. Постепенно в доме появился большой ковер из натуральной шерсти, импортный телек и даже видеомагнитофон. Естественно, я меньше всего оценил ковер, который до этого лежал долгое время в соседнем магазине. А телевизор и видак, как потом выяснилось, оказались очень выгодной инвестицией.
Постепенно в городе стали появляться видеосалоны, импровизированные мини кинотеатры, которые располагались в кафе или просто в пустующих помещениях. В таких помещениях устанавливался обычный бытовой телевизор с подключенным видеомагнитофоном и за плату показывались художественные фильмы. Такой незамысловатый бизнес оказался очень прибыльным из-за отсутствия видеотехники у основной массы населения и долгого запрета в СССР на целые пласты импортного кинематографа. А люди очень хотели зрелищ.
В какой-то момент наличие собственной видеотехники с подвигло на организацию собственного бизнеса по организации видеосалона. Место под новый бизнес нашли в гостинице - региональном образце сталинской архитектуры в старом центре города. Помещение вмещало порядка тридцати человек и пикантности ему придавало, что это был «красный уголок», в котором как положено, была трибуна и бюст Ленина. Чтоб осуществлять ежедневный показ видеофильмов, приходилось каждый день снимать бюст Ленина со своего постамента и ставить на его место телевизор, который хранился в камере хранения гостиницы. Бюст накрывали красно тряпицей, чтоб не смущать посетителей и не шокировать вождя триллерами и эротикой.
Среди посетителей били жители города и постояльцы гостиницы. Приходили парочки, компании друзей и одиночные посетители, люди самых разных возрастов. Наиболее колоритными посетителями были постояльцы гостиницы, среди которых многие жили по долгу и вечерами захаживали на просмотры. Зимой такими долгожителями были приезжие из Абхазии, которые самолетами возили апельсины и торговали ими на рынках города. Иногда они приносили нераспроданный товар и пытались навязать его в качестве бартера или просто в подарок. Еще запомнилась семейная пара из Черновцов, они возили шмотье из приграничных польских городков и торговали у нас на вещевых рынках. Они приезжали не зависимо от сезона и судя по всему дела у них шли не плохо. В каждый новый приезд они были на новом авто, по началу это были восьмерки и девятки, позже иномарки. Что гости с юга, что с западной Украины говорили на очень хорошем русском, были вежливы и дружелюбны, но в те времена я на это совсем не обращал внимание и считал абсолютно естественным. С украинской парой мы сдружились и часто проводили свободное время, приглашали их в гости к нам домой, ездили на шашлыки и экскурсии по местным достопримечательностям. Единственное чем тогда меня шокировал украинский глава семейства, это своей мечтой, отдать сразу после школы своего сына в армию, после которой купить ему билет в один конец в США и отправить его в эмиграцию. Советская армия в той мечте нужна была обязательна, в СССР, только отслуживших выпускали за границу. На мои вопросы, а чем он там будет заниматься? Был ответ хоть чем, хоть сантехником или дальнобойщиком, главное там. Для меня того времени такие мысли вызывали удивление и казались бессмысленной фантастикой, но в силу моего возраста и недостатка жизненного опыта в дискуссии я не вступал, а воспринимал такие разговоры за чудачество.
Вернемся к делу, вернее к видеосалону. В мои обязанности входило притащить из камеры хранения в красный уголок телевизор. Снять Ленина, поставить на его место видеодвойку и впускать по билетам посетителей. Билеты продавали при входе в гостиницу, импровизированную рекламную афишу рисовали на писчей бумаге формата А4, которую вывешивали в окно салона. В день было по два сеанса и не зависимо от жанра фильма всегда был аншлаг. Точную стоимость билета не помню, но она крутилась около рубля. Хорошим днем считался, когда с выручки откладывали ровную сумму 50 руб., а то что сверху шло на расходы по аренде, оплату грузчику и билетеру, функции которых я совмещал. Таким образом у меня завились деньги, фиксированной суммы не было, но суммы достигали пять-шесть рублей в день, что для восьмиклассника составляли серьезный капитал. При том я иногда пускал соседнюю детвору по несколько человек на один стул за что получал дополнительно рубль-два. В общем бизнес был очень неплохим, сравнивать правда не с чем было и про маркетинг узнали значительно позже. Но пятьдесят рублей в день это полторы тысячи в месяц, а напомню средняя зарплата рядового трудящегося крутилась в то время около 100 рублей. Если не путаю, то по 500 рублей зарабатывали люди на северах, трудясь на вахте в нечеловеческих условиях, добывая нефть, золото и прокладывая трубопроводы.
Постепенно в семье сложились новые ежедневные ритуалы пересчет и раскладывание по номиналам банкнот, пачки которых упаковывались в пустые пластиковые коробки от импортных конфет. Эти конфеты, по-моему, производства фирмы Ферреро Роше, как и другие атрибуты нового времени, стали появляется вместе с вновь открываемыми кооперативными магазинами. Ассортимент таких магазинов поражал и завораживал наших сограждан, привыкших к соцреализму на полках государственных предприятий торговли. В таких отдельчиках могло продаваться вперемешку все что угодно, от продуктов питания, шоколадок, колы, ликероводочных изделий и до промтоваров, одежды, посуды, сувениров. Товары могли быть импортными, привезенными кем-то из турпоездок, а могли быть просто перекупленными из государственных магазинов, где еще периодически выбрасывался товар из системы госраспределения.
У меня тоже постепенно стали появляться новые привычки. Запустив людей на первый сеанс у меня было свободное время до начала следующего, и я чтобы скоротать время и перекусить шел в соседний ресторан. Ресторан назывался «Волна» и это был один из двух ресторанов, которые ежедневно работали в трехсоттысячном городе. Длительность фильма позволяла есть не спеша, тщательно пережёвывая и получая удовольствия от процесса еды, чего я раньше не умел, как все типичные школьники. Позже рядом с нашим салоном появилось кооперативное кафе, открытое иммигрантом из Кипра, в котором я продолжил коротать время между кинопоказами. То кафе с картинами современных художников на стенах, которые можно было купить, и с новым для того времени десертным меню, особенно врезалось мне в память своей новизной и какой-то богемностью, пусть и провинциальной. По утрам я как все ездил в школу, только постепенно все чаще стал делать это на такси. Жили мы в панельки в новой части города, а школа была в центре. Такси до школы обходилось в один рубль, проезд на автобусе стоил 6 копеек. На такси в школу кроме меня ездила еще одна девочка из выпускного класса в очень коротком школьном платье, и мы с ней скоро подружились. Незаметно для себя я обзавелся друзьями старше себя, меня приглашали в новые компании и на мероприятия, где я легко тратил заработанное в видеосалоне. Связи своей популярности с наличием у меня свободных наличных средств я не видел и принимал все за естественный ход событий.
Так продолжалось примерно полтора года. За это время дома скопилось очень приличное количество коробок с наличностью. Бывало откроешь шкаф, чтоб достать полотенце или что-то из одежды, потянешь и следом вываливается на пол пачка денег. Ветер перемен продолжал крепчать, дефицит все увеличивался, инфляция росла. Рок-концерты добрались до нашего городка и даже на соседнем пустыре провели какой-то рок фестиваль. Я не был ярым поклонником «металла», но с удовольствием слушал Алису, Кино и Наутилус, ездил на концерты групп Ария, Круиз и Бригада-С. Стала появляться новая преступность, наперстночники и чуть позже лохотронщики. Вопрос, когда обворуют квартиру владельцев видеосалона становился просто вопросом времени. И после консультаций с сотрудниками милиции было принято решение поставить сигнализацию. Мы жили на последнем этаже пятиэтажки и через балкон с крыши тогда еще не лазили, поэтому сигнализацию поставили только на входную верь. Правильно, через небольшой промежуток к нам залезли с крыши через балкон. Это было первое преступление в городе такого характера и говорило о том, что воры отличались хорошей сноровкой и физической силой, как потом выяснилось из спортсменов. Нам повезло, в момент кражи около дома проходила соседка, которая увидела подозрительных альпинистов на нашем балконе и вызвала милицию. Группа быстрого реагирования приехала быстро, воров не успела поймать, но спугнула, и они умыкнули только то, что было на виду.
Вопрос сохранности нажитого непосильным трудом становился все актуальней не только из-за криминала, но и инфляция стала бить все мыслимые и немыслимые рекорды. Так в пике денег у нас хватало на покупку приличного дома в зажиточном пригороде и новую девятку. А уже через квартал только на одно из двух, дом или машина. Вопрос покупки валюты даже не рассматривался, советская закваска и неотмененная на тот момент статья о валютных махинациях, делали свое дело. В итоге мы так ничего не купили и через два года после открытия видеосалона, аккурат к моему поступлению в университет, деньги в нашей семье закончились. И вот тогда начались настоящие девяностые…
