IlyaOprenko

Откуда взялся эффект Конкорда

Самый наглядный пример я приведу не из финансов. Сверхзвуковой самолет Concorde, совместный проект Великобритании и Франции, стартовал с бюджета около $130 млн, а в итоге обошелся в $2,8 млрд. За 30 лет выпустили всего 14 машин, коммерчески жизнеспособным самолет так и не стал. Оба государства это понимали, но продолжали вливать деньги - именно потому, что уже слишком много вложили. Проект закрыли только в 2003 году. С тех пор эту ловушку часто так и называют - эффектом Конкорда.

Как это работает в инвестициях

В финансах механизм тот же. Инвестор не фиксирует убыток, а начинает усреднять - докупать падающую бумагу, чтобы снизить среднюю цену. Небольшая ошибка превращается в крупную: доля проблемного актива растет, а капитал заморожен там, где перспектив уже нет. Срабатывает та самая быстрая, инстинктивная система мышления, о которой писал Канеман в книге «Думай медленно... решай быстро». Выйти в минус - значит признать ошибку, а психика этому отчаянно сопротивляется. Проще убедить себя, что «надо отбить вложенное».

Четыре вопроса, чтобы не попасть в ловушку

Первый - вопрос «с чистого листа»: если бы этой позиции у меня сейчас не было, купил бы я ее по текущей цене на те же деньги? Если нет, значит, вы держите актив только по инерции. Второй: оценивайте актив по будущему потенциалу, а не по цене покупки - рынку все равно, за сколько вы вошли. Третий: разделяйте «признать ошибку» и «понести убыток». Убыток вы уже понесли, вопрос лишь в том, продолжите ли вы его наращивать. И четвертый: берите второе мнение у того, кто не участвовал в первоначальном решении, - у него нет вашей эмоциональной привязки к вложенному.

Что в итоге

Умение вовремя выйти и перераспределить капитал требует дисциплины и финансового плана. Но именно это отличает управление капиталом от азартной игры на рынке.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

За годы работы с капиталом я привык, что в периоды высокой неопределенности (а в нем мы живем уже давно) клиенты чаще всего спрашивают об одном и том же: все меняется так быстро, стоит ли вообще строить долгосрочный план, если он устареет через полгода?

Отвечу как практик. Чем менее предсказуема внешняя среда, тем важнее иметь финансовую систему, которая позволяет принимать решения не под влиянием новостей и эмоций, а исходя из заранее определенных целей и приоритетов. План нужен не вопреки неопределенности, а именно из-за нее.

Три сценария вместо одного прогноза

Финансовое планирование не требует, чтобы мы точно знали курс доллара или доходность облигаций через пять лет. Оно строится на сценариях, и их как минимум три: базовый, консервативный и стрессовый.

Приведу пример. Если клиент планирует через семь лет купить недвижимость за рубежом, мы не закладываем одну "правильную" цену и один прогноз курса. Мы оцениваем сразу несколько вариантов: рост стоимости объекта, ослабление валюты капитала, снижение инвестиционной доходности, перенос срока покупки, увеличение сопутствующих расходов и налогов. И только после этого считаем не абстрактную доходность портфеля, а вероятность достижения конкретной цели при разных условиях.

План - это живая модель капитала

Качественный финансовый план не составляют один раз на двадцать лет. Это постоянно обновляемая модель, в которой заранее предусмотрены резерв ликвидности, средства на цели ближайших лет, долгосрочный инвестиционный капитал, валютная диверсификация, страховая защита, наследственная и юридическая структура, а также критерии, при которых стратегия пересматривается.

Важно понимать: само по себе изменение ключевой ставки не означает, что план нужно полностью переписывать. Цель может остаться прежней - меняется тактика: доля инструментов денежного рынка, дюрация облигаций, последовательность размещения капитала.

Что в итоге

Задача финансового планирования - не устранить неопределенность, это невозможно. Задача в другом: сделать так, чтобы неопределенность не разрушала ваши долгосрочные цели. Снижение ставок - хороший повод проверить, готов ли ваш портфель к завтрашнему дню, а не живет ли он все еще реалиями вчерашнего.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

Что от этого инвестору

Первое и главное достоинство – крупные переводы. Для физлиц они бесплатны, поэтому инструмент удобен, когда нужно перемещать большие суммы во время сделок или при расчетах с другими людьми.

Второе – снижение зависимости от конкретного банка. Раз деньги находятся на платформе ЦБ, а не на балансе коммерческой структуры, для состоятельного клиента это дополнительный, независимый контур для расчетной ликвидности. Полезная опция, когда важна устойчивость.

Но держать там значительные суммы на постоянной основе я смысла не вижу. Пока капитал лежит в цифровых рублях, он не работает. В условиях высоких ставок депозит, фонд денежного рынка или короткие облигации для временно свободных денег выглядят куда рациональнее.

Смарт-контракты – вот что действительно интересно

Самая перспективная для инвесторов часть – возможность смарт-контрактов. Со временем платеж цифровым рублем можно будет автоматически привязать к выполнению условия: например, к регистрации перехода собственности или исполнению обязательств по сделке. Для крупного капитала это потенциально ценно при покупке недвижимости, долей в бизнесе, в частном кредитовании и других внебиржевых сделках. По сути, цифровой рубль постепенно может взять на себя функции, которые сегодня выполняют аккредитивы и эскроу, только быстрее и дешевле.

Конфиденциальность и наследование

Здесь важно не обманываться: цифровой рубль – это не аналог наличных. Операции идентифицируются, на счета распространяются обычные требования банковского контроля, AML и исполнительного производства. Информация при этом защищается банковской тайной. Поэтому я советую воспринимать его как еще одну форму безналичных денег, а не как более анонимный способ хранения капитала.

С наследованием принципиальных отличий нет. Цифровые рубли входят в наследственную массу и переходят наследникам. Для владельца крупного состояния такой счет – просто еще один актив, который стоит учитывать в наследственном планировании.

В сухом остатке

Специально переводить инвестиционный капитал в цифровые рубли сейчас незачем: доходности они не дают и существующие инструменты для размещения свободной ликвидности не заменяют. Практическая ценность – в другом: бесплатные крупные переводы, независимый от отдельного банка расчетный контур и, в перспективе, автоматизация крупных сделок через смарт-контракты. Мой вывод простой: смотрите на цифровой рубль не как на новый актив, а как на новую платежную инфраструктуру вокруг вашего капитала.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

Куда смещается капитал HNWI

Доля альтернативных активов в портфелях глобальных семейных офисов выросла до 42%, а премиальная недвижимость прибавила 3,2% за 2025 год, опережая динамику широкого рынка жилья. Инвесторы готовы жертвовать частью потенциальной доходности ради снижения концентрации рисков – эта тенденция становится определяющей для структуры крупных портфелей.

Четыре структурных вызова для российского капитала в 2026 году

В отчете отдельно разобраны риски, специфичные для российского инвестора: инфляция издержек, которая размывает реальную доходность длинных облигаций и депозитов; геополитическая фрагментация, ограничивающая доступ к части зарубежных активов; регуляторные риски, связанные с валютным контролем и санкционным законодательством; и локальный риск РФ – пространство для снижения ключевой ставки при сохраняющихся высоких инфляционных ожиданиях. Для каждого из этих вызовов в отчете предложены оптимальные классы активов, выполняющие защитную функцию в текущих условиях.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

Как это проявляется у инвестора

Негативное влияние этого эффекта может выглядеть так. Допустим, инвестор имеет внутреннее предубеждение о каком-то активе – например, считает акции определенной компании надежным вложением. В этом случае велика вероятность, что он охотно воспримет информацию, которая подтверждает его убеждение. И пропустит важные сообщения, говорящие об обратном – например, новости о том, что у компании серьезные проблемы, способные привести к убыткам и падению цены на акции.

Этот же эффект может побуждать инвесторов игнорировать важнейшее правило работы на рынке – диверсификацию вложений. Исследование 2001 года, проведенное экономистом Гуром Хуберманом, показало, что трейдеры с большей вероятностью вложат средства в знакомые им отечественные компании, хотя это, скорее всего, и не самая прибыльная, и не самая безопасная стратегия.

Почему мозг расставляет эту ловушку

Предвзятость восприятия возникает потому, что для осмысления всего нового нужно потратить когнитивные ресурсы, а мозг старается их по максимуму экономить.

Психологи сходятся во мнении, что первым шагом в борьбе с предвзятостью убеждения может стать признание того, что такая ловушка действительно существует. Бороться с ней сложно, но вполне возможно.

Как не попасть в ловушку

Для этого надо использовать несколько разных источников информации и сознательно воспринимать аргументы, даже если те не нравятся или кажутся неверными. Перефразируя, можно сказать: не замыкайтесь в своем «информационном пузыре», учитывайте разные мнения и будьте открыты новому опыту.

Что в итоге?

Предвзятость восприятия опасна не тем, что мы чего-то не знаем, а тем, что мы уверенно отсекаем то, что не вписывается в уже готовую картину. На рынке это оборачивается концентрированными портфелями, пропущенными тревожными сигналами и отказом от диверсификации.

Дисциплина инвестора начинается не с поиска подтверждений своей правоты, а с честного поиска аргументов против нее.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

При этом авторы отчета делают важную оговорку, на которую мало кто обращает внимание. На фоне растущего среднего богатства медианное – то, что приходится на человека ровно из середины распределения – снизилось в большинстве из 56 исследованных рынков. Проще говоря, прирост достался верхним сегментам, а типичное домохозяйство нередко осталось на месте.

Что происходит в России

Россия оказалась среди мировых лидеров роста. Число долларовых миллионеров в стране за год выросло на 5,2%, почти на 22 тысячи человек, и достигло 447 тысяч. По реальному среднему богатству на одного взрослого с начала десятилетия страна прибавила 37% – это второй результат в мире после Южной Кореи.

Здесь важно отметить, что UBS считает благосостояние в местной валюте с поправкой на инфляцию, так что дело не в ослаблении доллара, а в фактическом росте оценочной стоимости активов россиян.

Почему для многих это богатство эфемерно

Но не стоит обольщаться: за гордым званием «миллионер» стоит не всегда то, что кажется. Здесь работают два механизма, о которых полезно помнить каждому владельцу капитала.

Во-первых, богатство не равно ликвидному капиталу. Аналитики UBS честно пишут: у новых миллионеров с активами в $1-5 млн крупнейший актив – это жилье. Рост стоимости квадратных метров превращает их в миллионеров на бумаге, не высвобождая при этом ни рубля свободных средств. В России этот перекос выражен сильнее, чем в развитых экономиках: недвижимость традиционно остается для нашего инвестора основным способом сохранения капитала. А ее нельзя ребалансировать, ей не оплатишь образование детей, и она низколиквидна – при срочной продаже приходится отдавать с ощутимым дисконтом.

Во-вторых, надо понимать, что эти цифры – все же «средняя температура по больнице». Средний показатель всегда тянут вверх немногочисленные крупные состояния, поэтому его рост не означает, что богатеет обычная семья. Нагляднее всего это видно на США: там среднее богатство на взрослого с 2020 года выросло примерно на 10%, а медианное упало почти на 20% в реальном выражении.

Что в итоге?

Главный вывод формулирует сам UBS: реальное богатство все больше зависит от доступа к инвестируемым активам и способности их диверсифицировать. Настоящее богатство измеряется не строкой в отчете, а капиталом, которым человек может распоряжаться. Превращение «бумажного» состояния в управляемый капитал и есть, по сути, работа wealth-менеджера.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.

Мы второй раз в истории получаем технологию, которая многократно усиливает самого человека. Первая, машины индустриальной эпохи, дала нам экзоскелет для тела: пар, сталь и конвейер умножили физические возможности не на проценты, а в десятки и сотни раз. Именно эта волна создала плеяду богатейших династий – Рокфеллеры, Карнеги, Ротшильды, Валленберги. Все они сделали ставку на новую технологию до того, как она стала мейнстримом, и перестроили под нее все – производство, организацию, самих себя.

Первая волна: экзоскелет для тела

Возьмем шведскую династию Валленбергов. Основанная в 1856 году, за полтора века она прошла подряд через все технологические волны: банки, железные дороги, электротехнику, авиацию, телеком, фармацевтику. Сегодня, уже в шестом поколении, за семьей стоят такие компании, как Ericsson, ABB, AstraZeneca, SEB и десятки других. В 1946 году Маркус Валленберг убеждал брата вывести капитал из железных дорог, на которых семья делала деньги десятилетиями, и вложиться в едва зародившуюся гражданскую авиацию.

Другой яркий пример – семья Рокфеллеров. Джон Рокфеллер понял, что деньги эпохи нефти лежат не в скважине, а в системе: переработка, стандарт качества, логистика. К 1880-м его Standard Oil контролировала около 90% нефтепереработки США, а личное состояние на пике в 1913 году составляло порядка 2,4% ВВП всей Америки. Но технология лишь создала богатство – в династию его превратила система: в 1882 году Рокфеллер основал первый в истории семейный офис. Династия живет и сегодня, уже в шестом поколении.

Вторая волна: экзоскелет для разума

Очередная технологическая революция разворачивается прямо сейчас. Искусственный интеллект – это экзоскелет для разума: он умножает не силу рук, а способность думать, анализировать, решать. И цифры здесь того же порядка. По данным Stanford AI Index, стоимость машинного «интеллекта» фиксированного уровня упала более чем в 280 раз за два года. Карнеги удешевил сталь на 80% за двадцать лет и стал богатейшим человеком мира – а стоимость мышления машины падает на 90% ежегодно.

Технология сама по себе не делает богатым

Очень важная деталь, которую сегодня упускают почти все. По данным McKinsey, более 80% компаний, внедривших генеративный ИИ, не видят от этого эффекта – он не влияет на их прибыль. Причина ровно та же, что погубила выгоду первых электрических фабрик век назад: технологию покупают, но процессы под нее не перестраивают.

Но это, возможно, и хорошо. Если большинство лишь имитирует внедрение, то для тех, кто готов перестраиваться по-настоящему, окно возможностей открыто. Вот только окно это короче, чем когда-либо. Телефону понадобилось около 50 лет, чтобы набрать первые 50 миллионов пользователей. ChatGPT набрал 100 миллионов примерно за два месяца, а к концу 2025 года OpenAI отчитывалась уже о более чем 800 миллионах пользователей в неделю. У фабрикантов прошлой волны было сорок лет на то, чтобы оседлать новую волну. У нас – максимум пять-семь.

Что это значит для вашей семьи

Самые информированные владельцы капитала уже сделали выбор: по данным UBS Global Family Office Report, 65% семейных офисов мира инвестируют в создание стоимости на базе ИИ – от чипов до прикладного софта. Но для семьи ставка на ИИ – это не просто инвестиция.

Исследование Роя Уильямса и Вика Прейссера показало: когда семейные состояния разрушаются при передаче поколениям, свыше 90% провалов связаны с непродуманными действиями и эмоциональными реакциями. Отсюда следует неловкий вопрос: чему равен интеллектуальный капитал семьи, в которой ИИ освоил один человек – да и тот по верхам? Способность главы семьи, его партнеров и его детей работать с усилителем интеллекта становится таким же активом, как портфель ценных бумаг. С той разницей, что этот актив нельзя купить – только вырастить.

Сто лет назад решалось, какие семьи возглавят век машин, усиливших тело. Сейчас решается, какие семьи возглавят век машин, усиливших разум.

Что в итоге?

Индустриальная революция создала плеяду династий, часть которых успешна до сих пор – спустя полтора века и все смены укладов. ИИ-революция прямо сейчас закладывает основу для процветания семей, которые будут определять следующие сто лет. Разница лишь в том, что времени на решение отведено не сорок лет, а пять-семь в лучшем случае.

Мы в Skyfort убеждены: интеллектуальный капитал семьи – такая же часть ее благосостояния, как финансовый, и сегодня он переоценивается рынком стремительнее любого актива. Именно поэтому рядом с финансовым направлением мы строим образовательное – помогаем владельцам капитала, их партнерам и семьям практично осваивать ИИ на реальных задачах.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.