Джедай.
Моя самая большая четырехлапая любовь и самая же большая боль. Но я ни о чем не жалею.
Немного предыстории.
Моя нежная и трепетная любовь к сфинксам началась в 14 лет на кошачьей выставке, чьи местоположение и название за давностью лет память моя девичья сохранить не пожелала. Да и леший с этим.
Пока подружка шутила: "О, кошка наизнанку!" - я глубоко задумчиво и сосредоточенно рассматривала неведомого лысого зверя - "Зверь, именуемый кот!" (Л.В. Соловьев) - который, в свою очередь, не менее глубоко презрительно смотрел на меня и окружающих в целом. Розовый-розовый, лысый-лысый, морщинистый-морщинистый.
- Простите, а можно потрогать?..
Вот так и пропадают люди: потрогают инопланетян, а потом те уносят их сердечки и сознания в неведрсые звёздные дали.
И началась дома затяжная окопная война с мамой-таксятницей, которая мало того, что терпеть не могла кошек, так тут ещё и "это что за лысые уроды?!".
Упорства мне, как той воде, что камень, говорят, точит, было не занимать. И вот, спустя полгода после смерти последней нашей таксы-спинальницы в почтенном семнадцатилетнем возрасте, мама, привыкшая к наличию дома четырехлапой активной живности, сдалась:
- Пенёк с тобой, сова, но чтоб не розовое и не совсем кожаное! И взрослое! Кошка!
Слава Императору! Ура Золотому Трону! Где там мой список питомников...
Зеленоглазая изящная красотка Бахити ждала меня в Туле. Для бешеной совы 300 километров ни в каком боку не крюк! Поехала знакомиться. Строю глазки этой очаровательной царственной вредине ("Кормить буду! Любить буду! На руках носить! Вкусняшками осыпать! Ходить и лелеять! Только выходи за меня!"), и вдруг вижу, как в комнату на полусогнутых лапках втаскивается НЕЧТО. Лихо одноглазое, шкура как после артобстрела и укладки против чешуи крупной наждачкой, прихрамывает. И хрипит так жаааалобно... (позднее я узнала, что это он так мяукает).
- Япона медь, какому зомбячьему поскребышу руки оторвать?! Что с котом?!
И заводчица рассказала мне крайне печальную историю, цитировать которую я не буду, иначе опять впаду в священную ярость.
- Знаете... Я его у вас заберу. Да, вместе с Бахити. Да, я уверена. Сколько ему по прогнозам осталось?.. Плевать. Хоть три месяца, а в любящей семье проживёт. В своей семье. В следующие выходные приедем.
Дома же...
- Маааам... Смотри, вот это Бахити! А вот это... Не, это не покажу. Но мы его берём!
- Кого ещё берём?!
- Его зовут Джедай. И ему очень нужны заботливые ручки. Мы с парализованными таксами справлялись, пожал...
- Ладно. Привози... Вижу же, что мозг мне выковыряешь все равно.
(Да, на шее у Бахити была царапина, не беспокойтесь, все давнооо было обработано и давнооо зажило).
16 февраля (мамин День варенья вот как раз, да) довольно поздно вечером я ввалилась в квартиру с переноской, где подозрительно молчали до того активно матерившиеся котики, и торжественно вжикнула молнией.
- Ну и где эти твои лысые чудови... - мама осеклась, глаза её загорелись. - Какие лапочки! Дай, дай мне на ручки!
Ее королевское величество Бахити такому повороту событий явно не была довольна, но секунд 30 на ручках милостливо посидела. И свалила. Под ванну.
А вот Джедай... Моё лихо одноглазое робко жалось к стене и плакало. Иди ко мне, иди на руки, бедное моё солнышко...
Через пару дней попали к ветеринару. Бахити здорова, как нас и было известно, состояние же Джедая...
Подтвердили рахит, пальчики на передней правой лапке были раздавлены и криво срослись. Когти в подушечки не убирали б, даже с правильно обрезанными Джедик все равно цокал, как собака, по ламинату. Инфекция, ставшая хронической, из-за которой он лишился глаза и которая ураганом пронеслась по всему организму на лихом коне заражения крови, вежливо (и не очень) стучалась в уши, мочеполовую систему, ЖКТ, гарцевала по всей шкурке и покушалась на второй глаз. Аллергия буквально на почти все. Подбор лекарств, питания достойны были иллюстрации "Камлание шаманки" и образцов танцев с бубнами.
Почти год стойкой ремиссии от всей дряни. Разве что наизнанку сама не вывернулась ради Джедая.
Добрый, верный, терпеливый, отважный, ласковый... Я караулила его ночами, следила за дыханием и сатурацией, просыпалась на малейший хрип не в той тональности, как у него обычно. Спал он рядом с моей подушкой на специально купленной мягком-мягком пледе. Его сестрица Бахити спала у меня между ног или на спине. И безумно любила его. Да, Баха, прости, но Джедая я любила больше.
5 мая этого года он умер у меня на руках. Заснул и больше не проснулся...
Я не хочу вдаваться в подробности. Рак. Очень агрессивная форма. Вылезла из ремиссии вся его хронь. Две недели боев за кота. И... К сожалению, в этот раз я проиграла. Я не смогла его спасти. И до сих пор не могу себя за это простить.
Но я ни о чем не жалею. И даже если повернуть время вспять, я все равно бы его забрала.
Спасибо тебе, Джедай, за то, что ты был рядом со мной.
Взять заведомого больного кота - это больно и тяжело. Это маленький подвиг. Но, поверьте, вся их любовь того стоит. Как бы больно не было потом.
Сейчас со мной живут его старшая сестрица Бахити и его как бы племянница Терра. Иногда в её мордочке я вижу его...
P. S. Да, фотки на тапки. Серые такие. Пушистые.
