Путь к народной известности у группы Агата Кристи был долгий. До появления альбома Позорная звезда со шлягером Как на войне с момента основания коллектива прошло целых пять лет. Началось всё, как известно, с двух подряд гротескно-опереточных с налётом советской эстрады записей – альбомов Второй Фронт и Коварство и любовь. Созданные преимущественно на основе материала Вадима Самойлова и Александра Козлова, они имели успех достаточно умеренный, пусть и заявили о себе на локальной сцене. Самыми известными песнями группы той эпохи стали Пантера и Viva Kalman!, но и им было до успеха того же Наутилуса, уже гремевшего в то время на весь Союз, как до Луны. А в 1990 году Агата Кристи свернула в сторону.
Из музыки альбома Декаданс выветрилась вся оперетта, исчез неизбежный ранее дешёвый симфонизм и испарилась вся показушная "эстрадность" звучания. Звучание стало тихим, куда более изобретательным, а гармонии и аранжировки – витиеватыми и намного более сложными. Песни с альбома было трудно петь во дворе под гитару или за праздничным столом, и во многом поэтому Декаданс прошёл преимущественно незамеченным. А жаль. Это интересный и даже уникальный альбом для группы с точки зрения и музыки, и текстов. Песни получились смурными, мрачноватыми, даже интимными, не лишёнными, впрочем, социальной иронии и едкой сатиры, что стало в дальнейшем для тематики песен группы редкостью.
На этот "осенний" лад альбом настраивал с первой же композиции Щёкотно, сменяясь единственной хоть сколько-то зажигательной песней со странным названием Мотоциклетка. Обе песни, как и финальный Пулемёт Максим, полностью написаны Глебом Самойловым, на предыдущих альбомах также по три песни принадлежало его перу (уже с Позорной звезды доля его творчества начнёт разительно увеличиваться). Много было сочинено Александром Козловым, а в Эпидемии он написал даже текст, причём получилось вполне себе неплохо. Во всех остальных песнях слова были написаны Глебом. Вадим же уже с Декаданса демонстрировал снижение авторского участия, предпочитая (или будучи вынужденным) заниматься продюсерско-директорской работой. А из его работы как композитора на альбоме ярче всего выделяется музыка к заглавной песне.
Возможно, причина такой незаметности Декаданса кроется в том, что он стал своего рода водоразделом между ранней, советской Агатой Кристи и новой эпохой группы с новым и цепляющим звучанием, которое уже скоро принесёт музыкантам славу и богатство. Но всё это не делает Декаданс менее любопытным. Во всей нарочитой невзрачности и недоступности этого альбома кроется немало интересного.
