Друзья, в мою «квантовую теорию быта» пора вносить новый закон: «Привлекательность женщины на первом свидании тает ровно с той скоростью, с которой она начинает спасать планету за твой счет».
На прошлой неделе я совершил стратегическую ошибку — согласился на встречу с Кристиной. В приложении для знакомств она выглядела как лесная нимфа, а в описании профиля значилось загадочное «Ментор по осознанности и Zero Waste». Я-то, наивный, думал, что это про то, как не покупать лишний хлам в Икее, но реальность ударила меня запахом безлактозного матча-латте.
Мы встретились в кафе, где меню напечатано на переработанных чеках, а порции такие крошечные, будто их готовили для Дюймовочки, которая на диете.
Когда официант подошел к нам, я, отпахав смену в отделе урегулирования абсурда (где один клиент полдня доказывал, что наш курьер съел его энергетику через закрытую коробку), хотел только одного: огромный шоколадный фондан. Чтобы сахар в крови подскочил до уровня «я готов любить этот мир».
— Мне, пожалуйста, шоколадный десерт и двойной эспрессо, — заказал я.
Кристина посмотрела на меня так, будто я только что при ней пнул панду.
— Иван, — мягко, голосом учительницы йоги, сказала она. — Ты же понимаешь, какой углеродный след оставляет производство какао-бобов? А сахар? Это же инструмент манипуляции твоим дофамином. Мы здесь, чтобы обмениваться энергией, а не заедать внутреннюю пустоту продуктами эксплуатации природы.
Официант замер. Я почувствовал себя преступником, который пытается заказать не пирожное, а рог единорога.
— Кристина, — попытался я вставить голос разума, — моя внутренняя пустота сейчас размером с Марианскую впадину. Фондан — это просто еда.
— Это не еда, это аддикция, — отрезала она и повернулась к официанту. — Ему просто горячей воды с лимоном. Без трубочки. Трубочки — это смерть для черепах.
Кульминация осознанности:
Следующий час я слушал лекцию о том, что настоящему человеку не нужны вещи, сахар и радость. Кристина рассказывала, как она перерабатывает даже собственные мысли, отсеивая деструктивные. Я в это время «осознанно» пил кипяток и чувствовал, как мой желудок начинает переваривать сам себя от обиды.
Когда принесли счет, выяснилось, что её «экологичный салат» из трех веточек рукколы и надежды на светлое будущее стоит как крыло самолета.
— Ты ведь заплатишь? — улыбнулась она. — Деньги — это просто энергия, они должны течь.
Я заплатил. Энергия из моего кошелька утекла в сторону спасения черепах, а я побрел к выходу, чувствуя себя максимально «очищенным» — и от денег, и от иллюзий.
Дома меня встретил Сергей. Он сидел на ковре и с аппетитом доедал мой любимый кактус. Посмотрев на меня, он громко рыгнул, демонстрируя абсолютное отсутствие осознанности и глубочайшее презрение к углеродному следу.
Я пошел на кухню, достал из заначки честную, вредную, наполненную ГМО и сахаром шоколадку и разделил её с собой.
— Знаешь, Серёга, — сказал я коту, — иногда быть неосознанным потребителем — это единственный способ сохранить рассудок в этом безумном мире.
Сергей в ответ залез в пластиковый пакет и начал им шуршать. Смерть черепахам, триумф здравого смысла.
