Он говорил: «Удача не существует. В математике она не предусмотрена».

{мочалка идёт ниже. по животу. по бёдрам. круговыми движениями.}

Асламова не знала, кто он. Она думала — просто игрок. Просто физик. Просто человек с холодными глазами. Она написала его как персонажа. Она не знала, что пишет прототип. Она просто видела мужчину, который смотрит на неё, как на подопытную зверушку. И это её заводило.

{ставлю ногу на бортик. беру пемзу. медленно чищу пятку. потом вторую.}

Дальше — реконструкция. Я не знаю точно, как это было. Но есть версия.

Статья — вместе с описанием системы ставок, с формулами, с банкроллом — уходит в рассылку. По куче адресов. Возможно, в Голливуд. Возможно, в никуда. Никто не отслеживает открытия. Просто текст. Просто выброс.

{беру специальный инструмент. аккуратно. медленно. поправляю зону бикини.}

Через двадцать лет в Брайтон-Бич приезжает человек. В кепке. С блокнотом. Он ходит по русским магазинам. Слушает разговоры. В парикмахерской ему дают стопку старых журналов.

Он не читает по-русски. Водит пальцем по строчкам. Переводчик выдаёт абракадабру. Но одна фраза застревает. «Лас-Вегас — город без нюансов: ты либо выиграл, либо проиграл».

{беру шампунь. выдавливаю на ладонь. наношу на волосы. массирую. медленно.}

Он перечитывает десять раз. И видит не репортаж — сюжет. Девочка приезжает в Вегас. Проигрывается. Знакомится с богатыми мужчинами. Ей предлагают выйти замуж в часовне в шесть утра. Она отказывается. Её пытаются взять силой. Она смеётся.

Он переписывает. Журналистку превращает в танцовщицу. Иронию — в наивность. Билла — раздваивает. Одному отдаёт деньги. Другому — кожанку. Но Алан Вудс — тот самый математик, который считал вероятности, — исчезает. Его нет в фильме. Его нет в титрах. Его нет нигде.

{смываю пену. вода льётся на лицо. закрываю глаза.}

Это не кража. Это перевод. Не с русского на английский. С русского на американский. А это разные языки. Потому что язык — это не слова. Язык — это контекст. То, что в Москве — трагедия, в Лос-Анджелесе — комедия.

{беру кондиционер. наношу на кончики волос.}

Статья двадцать лет лежала в архиве. Как семя под асфальтом. Никто его не поливал. Никто о нём не помнил. А потом оно проросло в другом языке.

{беру скраб. растираю между ладонями. наношу на икры. круговыми движениями.}

Мы всё время спрашиваем, украл ли Голливуд русскую историю. Но, может быть, это не Голливуд перевёл Асламову. Может быть, Асламова первой перевела Голливуд. Просто мы заметили это через двадцать лет.

{выключаю воду. тишина.}

Я всё это время говорила про Асламову. Про Бейкера. Про перевод. Но посмотрите на меня. Я стою под душем. Я — женщина. Я — та, которую вы видите. Но я — тоже перевод.

{беру полотенце. медленно вытираю волосы. потом шею. потом грудь. под мышками.}

{подхожу к зеркалу. пар медленно оседает.}

{беру крем. наношу на лицо. медленно втираю.}

Плечи. Декольте. Руки. Это не мои плечи. Это плечи, которые вы хотите видеть. Это декольте, которое вы хотите помнить. Это руки, которые вы хотите чувствовать. Я — не тело. Я — то, что остаётся, когда тело уходит.

{наношу лосьон. на плечи. на декольте. на руки. движения точные. без суеты.}

{провожу рукой по запотевшему зеркалу. остаётся след.}

{смотрю в зеркало.}

{в отражении — Анора. Молодая. Уставшая. С мокрыми волосами.}

{пауза.}

{протираю зеркало ещё раз.}

{в отражении — Иван. Мальчик с деньгами. С пустыми глазами.}

{протираю ещё.}

{в отражении — Игорь. Молчаливый. В кожанке. С добрыми глазами.}

{протираю ещё.}

{в отражении — Николай Захаров. Олигарх. С усталой улыбкой.}

{протираю ещё.}

{в отражении — Галина. Жена. С холодным взглядом.}

{протираю ещё.}

{в отражении — Торос. Армянин. С золотой цепью.}

{протираю ещё.}

{в отражении — пусто.}

{пауза.}

{смотрю в пустое зеркало.}

{медленно провожу рукой по шее. по ключицам. по груди.}

Это тело.

{пауза.}

Не моё.

{пауза.}

Но моё.

{пауза.}

{убираю руку.}

{смотрю в зал.}

Перевод.

{исчезаю.}

Свет гаснет.

Котовое:

https://t.me/kotovoe12/1989