Умирать страшно. Но оказаться погребенным заживо — страшнее во сто крат. Поэтому в XIX веке появились так называемые safety coffins, «безопасные гробы», защищающие своего хозяина от ужасной участи похороненного досрочно.

Истории о людях, оказавшихся погребенными заживо, или драматически принятыми за мертвых — не такая уж редкость. Причем самая крутая случилась относительно недавно и рядом: в 2011 году в морге Симферополя ожил «труп», услышавший звуки heavy-metal репетиции, которая проводилась здесь же, среди мертвецов. Гражданин вскочил и начал зажигать вместе с рокерами. Те, судя по всему, упустили возможность войти в легенды и просто сбежали в панике.

Более мрачные случаи происходили на протяжении всей истории, но особенно распространены оказались в Средние века. Во время вспышек эпидемий мертвецов хоронили в тот же день — боялись заражения. Впоследствии, во время эксгумаций, оказывалось, что некоторые из погребенных, судя по позам и состоянию тел, какое-то время были живы и пытались выбраться.

Или вот Петрарка, один из величайших поэтов Ренессанса — проснулся на собственных похоронах и испытал великое потрясение, от того, что едва не оказался погребенным заживо. Впрочем, после этого его гений запылал только сильнее.

Сюда же можно добавить намеренные погребения заживо — казни в Китае, Древнем Риме и России XVII века, как минимум. Любопытно, что в последних двух случаях заживо хоронили исключительно женщин: весталок, нарушивших обет девственности в Риме, и жен, убивших своих мужей в России. В любом случае, люди всегда имели представление о том, что существует шанс оказаться в могиле еще будучи живым. Так что тафофобия, то есть боязнь однажды очнуться живым в гробу под слоем земли — не такой уж бессмысленный страх (и теперь он, кажется, разовьется еще и у вас).

Самый первый безопасный гроб был создан по заказу прусского генерал-фельдмаршала (а по совместительству масона и принца Брауншвейгского) Фердинанда в 1792 году. Он настолько боялся в один кошмарный день очнуться в душном гробу, что предусмотрел несколько степеней защиты, вроде вентиляции и смотровых окон в склепе, а также замков гроба, которые открываются изнутри.

Тогда, на волне тафофобии, его поступок посчитали вовсе не эксцентричным, а вполне разумным и даже достойным подражания. Наступивший вскоре XIX век, кроме прочего, стал еще и веком безопасных гробов.

Устройства для спасения погребенных делились на две категории: те, которые позволяли дать сигнал о том, что усопший жив и не слишком счастлив находиться в могиле, и те, которые позволяли выбраться из нее самостоятельно. Львиная доля заказчиков отдавала предпочтение первому варианту, поскольку он был в разы дешевле. В противном случае на мертвецах можно было бы разориться.

Сигнальная система была проста до безобразия, но вскоре обросла массой нюансов. От гроба на поверхность проводилась трубка, через которую наружу шел канат или цепь, прикрепленная к колоколу. Очнувшийся мог подергать за эту веревку и дать сигнал кладбищенскому сторожу. Попутно трубка служила для подачи свежего воздуха. Дешево, просто и сердито.

Правда, стоило безопасным гробам стать относительно массовым явлением, как выяснился критический недостаток конструкции. Оказалось, что трупы, раздуваясь и деформируясь, начинают двигаться. Привязанные к их рукам и ногам сигнальные веревки, таким образом, заставляли звонить сигнальные колокола. Гроб откапывали, а внутри оказывался не более чем «необычно подвижный» труп (отличное, кстати, начало для хоррора).

В итоге все стало еще более дико. Для того, чтобы обезопасить себя от ложных спасений, родственники усопших начали устанавливать смотровые трубки с оконцами из толстого стекла. Представьте себе инфернальную картину: кладбище, где каждая могила снабжена такими шахтами. Работа сторожа в этом случае превратится в перманентный ад на свежем воздухе: гуляй и целые дни напролет проверяй лица мертвецов.

Особо на поприще создания подобных систем отличился немецкий доктор Адольф Гутсмут, который, судя по всему, первым в мире запатентовал принцип безопасного гроба. Чтобы испытать и прорекламировать его, он сам несколько раз был похоронен в нем заживо. В 1822 году, во время очередной демонстрации, он не только провел в могиле несколько часов, но даже умудрился поесть там поданный снаружи суп, сосиски и пиво.

Отец Альфреда Нобеля, Эммануил Нобель, как и сын, был знаменитым в свое время изобретателем. Но, кроме тяги к инженерии, он был известнейшим тафофобом, так что неудивительно, что ему принадлежат патенты на целую линейку безопасных гробов с различными модификациями. Очевидно и то, что похоронен он был в одном из собственных изобретений.

Помимо сигнальных гробов, существовал и более продвинутый способ спасения — гробы, которые позволяли выбраться ожившему наружу, не дожидаясь спасения. Они были крайне дороги, поскольку требовали сложных замков и машинерии. К тому же, по понятным причинам, такая система работает безотказно только в условиях склепа. Существуют модификации гробов с самоспасением даже из-под земли, но проверять их эффективность не хотелось бы.

Сейчас, спустя двести лет после бума тафофобии, безопасные гробы все еще существуют. Итальянский бизнесмен Фабрицио Казели вообще построил на этом небольшую бизнес-империю. Его гробы, известные на весь мир, снабжены системой оповещения, вроде домофона, приспособлениями для дыхания и даже кардиостимулятором. Но главное — там есть Wi-Fi, чтобы очнувшийся клиент не скучал, пока его будут откапывать.