Ого, что это ещё за подводная Нюша? Ну неужели этот мультяшный улыбчивый смешарик – настоящее животное?

Ага. Водоплавающее недоразумение из вод Тихого и Атлантического океанов называется Helicocranchia pfefferi, или кальмар-поросёнок. Да-да, это кальмар, и то, что вы приняли за задорную чёлочку над глазами – это его коротенькие щупальца. Да и вообще у него на «морде лица» из настоящего только глаза.

Так получается, и нос тоже – не нос? Не-а. Это специальный вырост мягкого кальмарьего тельца, напичканный фотофорами, то есть биолюминисцентными органами. Без них кальмар останется голодным. Сам он, мягко сказать, товарищ некрупный – больше 10 см не вырастает – но хищный.

В меню – мелкая рыбка, креветки и крохотулечные собратья-моллюски, рассекающие океанические просторы на глубине от 100 до 200 метров. Не замечая свинкоподобного хищника, они плывут на свет фотофоров, надеясь закусить этой интересной мерцающей штукой, и сами становятся обедом, попадая кальмару прямо в рот. Вот это я понимаю – «подложил свинью», как говорится.  

Не видят они хитрого поросёнка потому, что его студенистое тельце почти полностью прозрачно – есть только небольшое количество пигментных пятен, одно из которых как раз и образует подобие очаровательной улыбки как раз под «носом».

Прозрачность, кстати, помогает не только охотиться, но и защищаться: ведь хищникам побольше разглядеть свинюшку так же непросто, как и жертвам. Однако если кто-то окажется слишком глазаст и направится к лениво дрейфующему в толще воды кальмару, то тому есть чем удивить нападающего. В одно мгновение он весь подбирается, с силой выталкивает из себя воду, и только его и видели. Где кальмар? Не было никакого кальмара, вам показалось!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Что творится на этом фото? Что за световое шоу у побережья?

На самом деле это не представление, это практически оргия – а точнее, нерест. Каждую весну прибрежные воды японского залива Тояма оказываются залиты ярко-синим светом: это волны выносят на берег десятки тысяч малюсеньких кальмаров ватенсий, или кальмаров-светлячков.

Всю свою недолгую жизнь эти кальмары проводят на глубинах от 100 до 300 метров, где радуют своим сиянием исключительно морскую живность. При свете ватенсии выглядят совершенно обычно, но в непроглядном мраке глубин напоминают прекрасные новогодние гирлянды.

Впрочем, светятся кальмары, разумеется, не для создания в море праздничной обстановки, а исключительно в практических целях, и нерест – далеко не первая из них, а как раз-таки последняя, ведь кальмары будут светить во имя любви и продолжения рода в последний раз.

Тело этого маленького кальмара, длиной не более 7 см, покрыто множеством фотофоров (от 850 до 1100 у одной особи) – специальных органов, в которых и рождается биолюминесценция за счёт окисления особого вещества люциферина кислородом в присутствии фермента люциферазы.

И самое первое и главное предназначение свечения – это поиск пищи. Все мы хотим кушать, и кальмар не исключение. Питается он мелкой рыбкой, ракообразными и некрупными сородичами-моллюсками. Слабое перемигивание фотофоров в тёмной воде ошибочно принимается их добычей за пищу, и она сама плывёт кальмару в рот.

Но ведь так можно и кого-то крупного случайно привлечь? Да запросто. Но кальмар к этому готов. Если он заметит приближение большой рыбы, то вместо слабого свечение организует в своих фотофорах серию коротких, но очень ярких вспышек. Рыба разбираться не станет, у рыб всё просто: непонятно – значит гипотетически опасно, плывём отсюда куда подальше.

Но и днём на меньшей глубине, куда кальмар-светлячок периодически поднимается в поисках пищи, фотофоры не оказываются бесполезными. Они подсвечивают брюшную сторону тела моллюска и как бы размывают его силуэт, делая его практически невидимыми снизу на светлом фоне освещенной солнцем воды.

Ну и, конечно же, сияние необходимо для размножения. Один раз. Дело в том, что кальмары-светлячки размножаются только один раз в жизни, и для привлечения партнёра они врубают свои «фонари» на всю мощность.

Все ресурсы организма эти животные тратят на формирование половых клеток и этот последний яростный свет, так что после нереста просто погибают – не от старости, а от истощения. Но происходит это не моментально, какое-то время их тела ещё поддерживают жизнь и свет в фотофорах, но бороться с морской пучиной они уже не в состоянии, вот и выносит их течение к берегам заливов, где они встречают свой конец, радуя глаз праздных наблюдателей.

Ну а на следующее утро побережья многих японских островов выглядят вот так. Грустно, но не забывайте: в море уже зародилась новая жизнь. Не зря родители так старались!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.