Построить дом своими руками? Вполне осуществимо, если вы человек. Ну а если – осьминог?

Перед вами аргонавт – совершенно уникальный осьминог, который «живёт» в раковине. И его раковина очень сильно отличается от раковин собратьев-наутилусов, не говоря уже о раковинах брюхоногих и двустворчатых родичей. Все современные моллюски создают свои раковины с помощью мантии, а вот аргонавт отличился. На двух его длинных руках-щупальцах есть специальные лопасти, с помощью которых и конструируется изящная лишённая перегородок раковина из кальцита.

Есть, правда, у этой методики один минус. «Рукотворность» раковины приводит к тому, что она не имеет жёсткого крепления с телом аргонавта, и моллюск вынужден удерживать её щупальцами.

А ещё такие раковины очень тонкостенные и хрупкие – недаром, их частенько называют бумажными корабликами – и толковой защитой, как, впрочем, и опорной конструкцией для мягкого тела аргонавта, служить не могут. Зато плавучесть они повышают отлично. Самки аргонавта захватывают раковиной пузырек воздуха, парой манёвров уменьшают объём этого пузырька до необходимого и плавают с получившимся поплавком, не затрачивая лишних усилий на греблю.

Почему только самки? Да потому, что самцы раковин лишены, хотя иногда самые мелкие из них «проживают» в раковине своей супруги. Обеспечение плавучести – дело, как выяснилось, не главное, главное назначение раковины – служить детской. После оплодотворения самка откладывает в раковину яйца, где они находятся под максимальной защитой.

Почему не спрятать кладку на дне, как это делают другие осьминоги? А потому, что к этому самому дну аргонавты даже не приближаются, предпочитая обитать в приповерхностных слоях воды, а просто так разбрасываться яйцами, не представляя, куда они затем попадут, было бы неразумно. Моря, знаете ли, кишат желающими закусить нерождёнными осьминогами.

Кстати, процесс оплодотворения у аргонавтов тоже интересный и в своё время стал причиной биологического курьёза. Известный натуралист XIX века Жорж Кювье, изучая строение самки аргонавта, обнаружил под её раковиной некое червеобразное тельце, покрытое присосками, и не мудрствуя лукаво зарегистрировал его как неизвестного науке паразитического червя под родовым именем «стоприсосочник».

Позже выяснилось, что это вовсе не червь, а отделённое от тела щупальце самца аргонавта. Дело в том, что у этих осьминогов сперматофор, то есть капсула со сперматозоидами, развивается внутри специализированного щупальца – гектокотиля, которое в момент спаривания целиком отрывается от тела хозяина и остаётся в мантийной полости самки.

Зачем же такие сложности? А всё потому, что самец в десять раз меньше самки, и спариваться обычным способом было бы для них делом непростым. А так всю работу за самца делает его очень самостоятельный орган, самому джентльмену только и нужно что забраться самке под раковину, да потеснее прижаться – и вскоре в океане появится с десяток новых аргонавтов!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Ого, что это ещё за подводная Нюша? Ну неужели этот мультяшный улыбчивый смешарик – настоящее животное?

Ага. Водоплавающее недоразумение из вод Тихого и Атлантического океанов называется Helicocranchia pfefferi, или кальмар-поросёнок. Да-да, это кальмар, и то, что вы приняли за задорную чёлочку над глазами – это его коротенькие щупальца. Да и вообще у него на «морде лица» из настоящего только глаза.

Так получается, и нос тоже – не нос? Не-а. Это специальный вырост мягкого кальмарьего тельца, напичканный фотофорами, то есть биолюминисцентными органами. Без них кальмар останется голодным. Сам он, мягко сказать, товарищ некрупный – больше 10 см не вырастает – но хищный.

В меню – мелкая рыбка, креветки и крохотулечные собратья-моллюски, рассекающие океанические просторы на глубине от 100 до 200 метров. Не замечая свинкоподобного хищника, они плывут на свет фотофоров, надеясь закусить этой интересной мерцающей штукой, и сами становятся обедом, попадая кальмару прямо в рот. Вот это я понимаю – «подложил свинью», как говорится.  

Не видят они хитрого поросёнка потому, что его студенистое тельце почти полностью прозрачно – есть только небольшое количество пигментных пятен, одно из которых как раз и образует подобие очаровательной улыбки как раз под «носом».

Прозрачность, кстати, помогает не только охотиться, но и защищаться: ведь хищникам побольше разглядеть свинюшку так же непросто, как и жертвам. Однако если кто-то окажется слишком глазаст и направится к лениво дрейфующему в толще воды кальмару, то тому есть чем удивить нападающего. В одно мгновение он весь подбирается, с силой выталкивает из себя воду, и только его и видели. Где кальмар? Не было никакого кальмара, вам показалось!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Привет, мои дорогие любители необычной земной фауны. Сегодня у нас выпуск о необычном существе, которое отлично характеризует пословицу: "Не всё то золото, что блестит" "Не всё то ангельское, что торчит". И действительно, разглядывая ЭТО вы, скорее всего, не в первую очередь припомните ангелов, мягко говоря.

На сегодняшний герой в живом виде, в естественной среде обитания выглядит как две торчащие из дна трубки, в которых трудно разглядеть, что-то, что можно назвать неземной красотой.

На самом деле это сифон существа, до истинной сути которого нужно ещё докопаться. Причём сделать это в буквальном смысле слова.

Итак, знакомьтесь – двустворчатый моллюск, которого романтики называют крыльями ангела, а загрубевшие душой циничные учёные без фантазии – Cyrtopleura costata, что можно вольно перевести как "закруглёнка ребристая" 😉

Мне всегда было интересно, как некоторые учёные, описывающие новые виды, ухитряются давать им максимально прозаичные названия на латыни. Но потом, я познакомился с одним арахнологом (специалистом по паукам), который описал более сотни видов, и он объяснил, что иногда фантазия просто исчерпывается, и уже не до романтики, особенно если срочно нужно сдать статью в печать. Он, вообще, присваивает видовой эпитет по названию села или района, возле которого обнаружил вид. Но, я отвлёкся.

Наши ангельские крылья обитают на обширной полосе западного побережья Атлантического океана и встречаются от берегов Канады до берегов Бразилии, и вид, в общем-то, не редкий.

По образу жизни они фильтраторы. В свободное от небесноканцелярских дел время моллюск закапывается в грунт, оставляя наружу сифон, состоящий из двух трубок: первой он всасывает воду, а второй – выплёвывает её.

Что примечательно, этот моллюск съедобный. И было бы забавно, если бы его взяли в своё меню KFC, и стали выпускать вместе жареными куриными крыльями и жаренные крылья ангелов.

В США было проведено обширное исследование по разведению этих моллюсков, и получены положительные результаты. Учёные смогли добиться от популяции синхронизации цикла размножения, что даёт возможность выращивать его в коммерческих целях. Так, что кто знает, может мы скоро и увидим его в KFC, а жареные крылья ангела станут обычным блюдом в нашем грешном меню 😉

Ну, а у меня всё. Надеюсь вас развлёк мой небольшой очерк. Он составлен по материалам моего телеграм-канала "Планетяне". Если вам интересно каждый день узнавать о необычной природе нашей планеты, приглашаю на борт:

Канал "Планетяне"

Привет, мои дорогие любители красивых животных. Сегодня у нас речь об улитках с далёкой Кубы, который могут претендовать, пожалуй, на звание самой красивой улитки нашей планеты. Если вы, конечно, с одной со мной планеты 😊

Этот брюхоногий моллюск принадлежит к роду полимит, и имеет видовое название полимита пёстрая (Polymita picta).

Особенностью данных сухопутных улиток является большое разнообразие цветовых форм.

Как и многие сухопутные улитки эти являются гермафродитами, имеющими как женские, так и мужские органы. Впрочем, сами себя оплодотворять они не могут. Зато могут побывать одновременно и самцами и самками.

Учитывая, что век их недолог – всего пятнадцать месяцев, – можно понять их желание "взять от жизни всё" в интимном плане 😊

Считается, что базовая окраска полимиты пёстрой – жёлтая с черными и белыми полосами. Но, в зависимости от местообитания и, соответственно, диеты, палитра оттенков на раковине может кардинально отличаться от принятой наукой базы. В её рацион входят мхи и лишайники, произрастающие на стволах и ветвях деревьев.

Учёные полагают, что яркая и постоянно меняющаяся окраска среди особей, сбивает с толку хищников, не позволяя выработать пищевые привычки, грубо говоря, те просто не узнают привычную им добычу.

Необычная и яркая окраска моллюска, помогавшая ему избегать угрозы со стороны хищников, в истории взаимоотношений с человеком сыграла для него дурную роль – улитки стали бесконтрольно добываться браконьерами для продажи в качестве сувениров и украшений, и к сороковым годам двадцатого века вид попал в Красную книгу, со статусом "под угрозой исчезновения".

К счастью, правительство приняло меры, и запретило в 1943 году экспорт этих улиток, за исключением незначительного количества по запросам учёных и зоопарков.

Ну, а у меня всё. Надеюсь вас развлёк мой небольшой очерк. Он составлен по материалам моего телеграм-канала "Планетяне". Если вам интересно каждый день узнавать о необычной природе нашей планеты, приглашаю на борт:

Канал "Планетяне"

Размножение осьминогов — один из самых причудливых и драматичных сценариев, которые только можно встретить в океане. Даже видавших виды биологов поведение этих моллюсков ставит в тупик. В их любовных играх есть место и почти инопланетным странностям, и хитроумным стратегиям выживания, и настоящей трагедии, ведь для большинства головоногих продолжение рода становится последней и фатальной миссией.

Осьминоги по праву считаются одними из самых удивительных обитателей планеты. Их высокий интеллект, феноменальная гибкость и умение мимикрировать под любую среду давно не дают покоя ученым. Анатомия этих созданий тоже словно из научной фантастики: дело не только в восьми щупальцах. У них целых три сердца, вкусовые рецепторы расположены прямо на «ногах», а рот больше напоминает острый клюв попугая.

Было бы странно, если бы размножались эти «пришельцы» скучно и тривиально. Важно отметить: почти все виды головоногих моллюсков (за исключением наутилусов и героев нашей статьи — осьминогов-аргонавтов) дают потомство всего один раз в жизни. Видимо, понимая, что второго шанса не будет, они превращают этот процесс в нечто незабываемое.

В обычной жизни осьминоги — убежденные интроверты и социопаты, старательно избегающие сородичей. Лишь раз в жизни, повинуясь зову природы, они ищут партнера. К этому моменту у половозрелых самцов в мантии (примерно там, где у нас был бы нос) созревают сперматофоры — капсулы с генетическим материалом, которые в нужный час выстреливают через воронку вместе со струей воды.

Процесс ухаживания выглядит специфично: самец удерживает подругу щупальцем, а с помощью видоизмененной руки — гектокотиля — аккуратно помещает сперматофоры в ее мантийную полость. Это продолжается до тех пор, пока даме не надоест и она силой не оттолкнет слишком навязчивого кавалера.

Осьминоги-аргонавты: любовь на расстоянии.

Если описанное выше кажется вам странным, то вы еще не знакомы с осьминогами-аргонавтами (Argonauta). У этих ребят понятие «неравный брак» возведено в абсолют. Половой диморфизм здесь просто колоссальный: самка вырастает до солидных 10–30 см, тогда как её избранник — кроха размером не больше 2 см.

Впрочем, в мире аргонавтов размер действительно не имеет значения. У самки есть уникальный аксессуар — тонкая раковина, которую она использует как мобильный дом. Она может покидать свое убежище и возвращаться обратно, но главная функция «домика» — быть инкубатором. Именно там будущая мать вынашивает яйца, защищая их от внешнего мира.

У самца раковины нет, зато есть инструмент поинтереснее. Природа наградила его совершенно фантастическим механизмом размножения. Его гектокотиль развивается в специальном мешочке и, по сути, является автономным «щупальцем-торпедой». Достигнув зрелости, этот орган… просто отрывается от тела хозяина и самостоятельно уплывает в синюю бездну на поиски самки.

Самец может даже не приближаться к возлюбленной, наблюдая издалека, как его живой «снаряд» находит цель, проникает под мантию самки и скрывается в ее раковине. Там сперматофоры взрываются, оплодотворяя яйца. Финал для матери трагичен: она полностью посвящает себя заботе о кладке, перестает охотиться и умирает от истощения, как только малыши вылупятся.

А вот крошечный отец-аргонавт — редкий счастливчик среди головоногих. Ему смерть после секса не грозит. Этот бравый ловелас просто отращивает новый «одноразовый» орган и к следующему сезону уже готов к новым приключениям, совершенно не заботясь о судьбе своих многочисленных детей.

Размножение осьминогов — это удивительный коктейль из изобретательности эволюции и жестокой драмы. Здесь самопожертвование матери соседствует с беззаботностью отца, а сложные биологические механизмы напоминают гаджеты шпионов.

Источник.

Что творится на этом фото? Что за световое шоу у побережья?

На самом деле это не представление, это практически оргия – а точнее, нерест. Каждую весну прибрежные воды японского залива Тояма оказываются залиты ярко-синим светом: это волны выносят на берег десятки тысяч малюсеньких кальмаров ватенсий, или кальмаров-светлячков.

Всю свою недолгую жизнь эти кальмары проводят на глубинах от 100 до 300 метров, где радуют своим сиянием исключительно морскую живность. При свете ватенсии выглядят совершенно обычно, но в непроглядном мраке глубин напоминают прекрасные новогодние гирлянды.

Впрочем, светятся кальмары, разумеется, не для создания в море праздничной обстановки, а исключительно в практических целях, и нерест – далеко не первая из них, а как раз-таки последняя, ведь кальмары будут светить во имя любви и продолжения рода в последний раз.

Тело этого маленького кальмара, длиной не более 7 см, покрыто множеством фотофоров (от 850 до 1100 у одной особи) – специальных органов, в которых и рождается биолюминесценция за счёт окисления особого вещества люциферина кислородом в присутствии фермента люциферазы.

И самое первое и главное предназначение свечения – это поиск пищи. Все мы хотим кушать, и кальмар не исключение. Питается он мелкой рыбкой, ракообразными и некрупными сородичами-моллюсками. Слабое перемигивание фотофоров в тёмной воде ошибочно принимается их добычей за пищу, и она сама плывёт кальмару в рот.

Но ведь так можно и кого-то крупного случайно привлечь? Да запросто. Но кальмар к этому готов. Если он заметит приближение большой рыбы, то вместо слабого свечение организует в своих фотофорах серию коротких, но очень ярких вспышек. Рыба разбираться не станет, у рыб всё просто: непонятно – значит гипотетически опасно, плывём отсюда куда подальше.

Но и днём на меньшей глубине, куда кальмар-светлячок периодически поднимается в поисках пищи, фотофоры не оказываются бесполезными. Они подсвечивают брюшную сторону тела моллюска и как бы размывают его силуэт, делая его практически невидимыми снизу на светлом фоне освещенной солнцем воды.

Ну и, конечно же, сияние необходимо для размножения. Один раз. Дело в том, что кальмары-светлячки размножаются только один раз в жизни, и для привлечения партнёра они врубают свои «фонари» на всю мощность.

Все ресурсы организма эти животные тратят на формирование половых клеток и этот последний яростный свет, так что после нереста просто погибают – не от старости, а от истощения. Но происходит это не моментально, какое-то время их тела ещё поддерживают жизнь и свет в фотофорах, но бороться с морской пучиной они уже не в состоянии, вот и выносит их течение к берегам заливов, где они встречают свой конец, радуя глаз праздных наблюдателей.

Ну а на следующее утро побережья многих японских островов выглядят вот так. Грустно, но не забывайте: в море уже зародилась новая жизнь. Не зря родители так старались!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.