Танк ставший кошмаром для вермахта⁠⁠

В марте 1940 года советское правительство решило, немедленно запускать в серийное производство танк Т-34. Конструкторы экспериментальной машины Михаил Кошкин, Александр Морозов и Николай Кучеренко даже не представляли, что создали лучший танк в истории человечества.

Пробег на «тридцатьчетверке» по маршруту «Харьков-Москва-Харьков» стоил Михаилу Ильичу Кошкину жизни. Во время испытаний он простудился и скончался 26 сентября 1940 года.

После войны командующий 2-й танковой группой Гейнц Гудериан писал об октябрьских боях 1941 года:

«4-я танковая дивизия была атакована русскими танками, и ей пришлось пережить тяжелый момент. Впервые проявилось в резкой форме превосходство русских танков Т-34. Дивизия понесла значительные потери. Намеченное быстрое наступление на Тулу пришлось пока отложить. Потери русских были значительно меньше наших. Наши противотанковые средства того времени могли успешно действовать против танков Т-34 только при особо благоприятных условиях. Например, наш танк Т-IV со своей короткоствольной 75-миллиметровой пушкой имел возможность уничтожить танк Т-34 только с тыльной стороны, поражая его мотор через жалюзи. Для этого требовалось большое искусство».

Гудериан вспоминал, что танки Т-34 по качеству серьезно превосходили немецкие машины, своими двигателями, пушками, броней и гусеницами. Советская промышленность «штамповала» этот танк как горячие пирожки. Гитлер же так и не смог найти свой «идеальный» танк, постоянно запуская новые типы машин, что подрывало работу германского ВПК.

После разгрома III рейха Гудериан предупреждал «будущих» вояк, чтобы они предельно серьезно относились к русскому инженерному и конструкторскому таланту.

Сегодня можно прочитать в воспоминаниях офицеров вермахта как снаряды, выпускаемые из 37-мм противотанковых пушек «Pak 35/36» рикошетили от лобовой брони Т-34 и с диким визгом уходили вверх.

В 1941 году Т-34 уничтожались в основном немецкой авиацией, сказывалось превосходство противника в воздухе. В то время экипажи только учились воевать на новых машинах, в том числе устраивать профессиональные танковые засады. О том, как рождалась новая тактика, позже вспоминал Маршал бронетанковых войск Михаил Ефимович Катуков:

«Даю команду по радио ввести в бой танковые засады. В бинокль вижу, как из-за пригорка выскочило несколько «тридцатьчетверок». Сверкает пламя выстрелов. Один за одним, словно наткнувшись на невидимую преграду, застывают гитлеровские машины. А юркие, стремительные «тридцатьчетверки» выскакивают и выскакивают из-за стогов сена, из-за сараев, из-за кустарников, делают несколько выстрелов и стремительно меняют позиции».

О качестве Т-34 может свидетельствовать история, рассказанная бывшим директором нижнетагильского «Уральского танкового завода №183 имени И.В. Сталина» Юрием Евгеньевичем Максаревым:

«К концу войны, когда мы выпустили юбилейную «тридцатьчетверку», нарком предложил поставить этот танк у ворот завода на пьедестал – тогда мы уже могли позволить себе такую роскошь. И вот тридцать пять лет спустя при расширении заводской территории в другом месте поставили новый постамент. Прямо на старом пьедестале расконсервировали танк, бак заправили горючим. Мотор, через 35 лет запустился, что называется, с пол-оборота, и танк своим ходом прошел маршрут и взошел на новый пьедестал».

В сентябре 2018 в немецком журнале «Штерн» вышла статья «Для танка Т-34 немецкие танки были легкой добычей», вот что в ней в частности говорилось:

«Главным секретом Т-34 была его простая и мощная конструкция. Именно благодаря этому советской промышленности удалось наладить его производство в столь огромных масштабах.

Этого немецким конструкторам понять так и не удалось. Сталину приписывают фразу: «У количества есть собственное качество». Пока русские в огромных количествах производили простые и мощные «массовые продукты», немцы разрабатывали свои танки как «шедевры ручной сборки», которые мог производить лишь специально обученный персонал и лишь в небольших количествах. Т-34 сваривали, зачастую даже не покрывая лаком и лишь посыпав известью, отправляли прямиком на фронт. В Германии же рабочие тщательно защищали сварочные швы и ставили на танки свои личные печати».