Семейная сказка⁠⁠

Сказка из прошлого моей семьи.

На одной маленькой чабанской стоянке жила была девочка. И вдруг, раз - и пришла чёрная оспа. И все умерли. Все, кто жил на стоянке.

А она осталась жива и почему-то её дед. Неизвестно, почему не заболели, никто хроник и наблюдений не вёл. В общем, остались они вдвоём - пяти-шестилетняя девочка и дед, доисторического года рождения.

Прошло немного времени - дед тоже заболел, ослеп, слёг и тоже умер. И напоследок сказал - "иди, внученька, на закат, там стойбище соседей".

Собрала девочка в узелок лепёшек, полоски вяленого мяса и пошла на закат, как дед велел. И на пятые сутки, обессилевшая, вышла на стойбище соседей, возле тайги стоящее, не в степи, как у неё. Ну, там, конечно, охи-ахи, её приютили, на родное стойбище люди выехали, всех похоронили, как предки завещали, а она так у них и осталась (никто не заразился, сам не знаю почему).

Время шло, девочка чуток подросла, показала себя смышлёной и хозяйственной настолько, что жена хозяина стойбища решила её за своего младшего сына выдать замуж (в степи дети рано взрослели тогда).

Но, не случилось семейного счастья. Закипела в стране Гражданская война. Загуляли по Сибири войска адмирала Колчака и воевали с ним все, кто жил в Сибири, потому что кровушки Колчак лил немеряно и не смотрел, чья эта кровь - красных или обычных. Собственно, как и отряды Щетинкина-Кравченко (кто в Сибири живёт, тот знает).

Ну, рано или поздно, налетел на стойбище отряд щетинковцев. То ли, сказали им, что живут тут белые, то ли их семьи - неизвестно. А только налетели они и начали саблями верхами людей рубить.

Девочку ту, хозяйка успела в ларь с мукой запихать и шепнуть, чтобы сидела тихо. Не усидела девчонка, забоялась да выскочила. В углу в корзинке, младенец пищит, схватила она того младенца в охапку и побежала. Глянула, а по улице всадники скачут и всех вокруг саблями рубят. Выскочила и попалась прямо какому-то всаднику под коня, махнул тот саблей - сама отшатнулась, а младенца в руках прям надвое разрубило, мозги на руки так и брызнули. Без памяти, пустилась она к деревьям и, чудо, спаслась - убежала прямо в чащу.

Просидела в лесу какое-то время, поняла, что больше никто не спасся и пошла снова на закат.

И через трое суток, вышла к обозу барона Унгерна, отступающего из Монголии по Усинскому тракту, и огрызающегося на все стороны от налетающих большевиков.

Девочка выжила и стала, впоследствии, моей прабабушкой Аней, по линии мамы.

По линии папы (он дворянского происхождения), родная тётя стала доктором исторических наук, "бабушкой анархического движения". Приезжая в мой родной город и видя памятник Щетинкину, говорила мне и моему старшему брату: "Дети, запомните - это наш классовый враг!".

А я так, сижу, компы починяю.

Но помню и детям рассказываю.

Всем добра.