Правосудие
Капли дождя лениво сбегали по котелку. Смахнув рукой в кожаной перчатке влагу с головного убора, бывший инспектор Скотленд-Ярда Мордекай Хьюм вышел из-за угла дома из красного кирпича и в некотором отдалении, не привлекая к себе внимание, последовал за младшим сыном лорда Фэйрчайлда Артуром. Хотя он никогда, даже мысленно, его так не называл. Он предпочитал всё называть своими именами. Сейчас, в сумерках дождливого лондонского вечера, он преследовал Джека-Потрошителя. Убийцу и чудовище.
Мордекай знал, что кровожадный монстр внутри этого богатого, избалованного, больного мерзавца не сможет долго ждать. И рано или поздно он снова вернётся на улицы убивать. Пусть не в Уайтчепеле, где его когда-то вспугнули, но мало ли в городе трущоб с дешёвыми шлюхами.
Уже пьяные, еле-еле стоящие на ногах фонарщики начали зажигать на улицах первые тусклые фонари. Отпихнув ногой в сторону облезлого, одноглазого кота-попрошайку бывший инспектор продолжал слежку.
Мордекай стиснув зубы ждал почти три месяца, и наконец его терпение было вознаграждено. Они уволили его из полиции, наплевав на улики и свидетелей, оболгали, выставив дураком и выскочкой, но это ничего не меняет. Пусть Мордекай Хьюм больше и не служит в Скотленд-Ярде. Правосудие всё равно свершится.
От грязной стены отделился тёмный силуэт, и перед Потрошителем встала высокая женщина в зелёном платье и в дешёвых туфлях на каблуках. Светлые волосы её были забраны в пучок на затылке. Она не была блондинкой. Крашеная, на что указывали чёрные брови. Сколько ей? Тридцать? Тридцать пять? А может быть, всего двадцать: жизнь бедняков вытягивает силы, старит быстрее. Работа проституткой - тем более. Если бы дурочка только знала, что только что остановила посреди улицы собственную смерть.
Какое-то время они переговаривались. Женщина улыбалась и явно флиртовала с убийцей. Тот в своём тёмном плаще и цилиндре слушал её, изредка что-то отвечая, а затем протянул руку и коснулся кончиками пальцев её светлых волос. Провёл ими медленно по щеке, шее. Проститутка счастливо засмеялась и потянула Потрошителя за собой. Вместе они пересекли грязную, мощёную булыжником улочку, на которой играли с дохлой кошкой, привязанной к палке, четверо ребятишек, и зашли в покосившийся деревянный флигель.
Мордекай, переступив через коричневую лужу в которой плавала рыбья голова и гнилой кочан капусты, последовал за ними. Он дал возможность парочке подняться по скрипучим ступеням на второй этаж и лишь потом поднялся сам. Внутри флигеля пахло гнилью, прогорклым китовым жиром и мочой.
Нужную дверь, покрытую потемневшей от времени жёлтой облупившейся краской, он нашёл быстро и без ошибки - ведь за ней женщина снова неестественно, театрально засмеялась. Какое-то время задержав дыхание сжимая в кармане шерстяного тёмно-синего пальто кастет, Мордекай прислушивался снаружи. Сейчас он больше всего был похож на сжатую пружину.
Ждать пришлось недолго. Монстр внутри Потрошителя был слишком голоден. Сначала за дверью что-то упало, а затем проститутка испуганно вскрикнула. Потом ещё раз, но звук был словно задушен. Будто рот её зажала мужская ладонь.
Пора! Пружина распрямилась, и Мордекай мощным ударом ноги выбил хлипкую дверь. Даже щепки в разные стороны полетели, а засов звякнув врезался в стену. Внутри на кровати лежала побледневшая от ужаса проститутка. Зелёное платье её было словно разрезано до лобка, на котором виднелись густые тёмные волосы. К обвисшей правой груди женщины был приставлен медицинский скальпель, рот действительно зажат мужской рукой.
Ши-и-их! - Потрошитель ловко ушёл в сторону одновременно взмахнув острым лезвием перед самым лицом Мордекая. Кажется, он даже коснулся его пшенично-жёлтых усов. Тот ждал этого. В следующее мгновение мощный апперкот подбросил убийцу в воздух, а тяжёлый кастет раздробил ему челюсть. Белые зубы разлетелись во все стороны словно жемчужины порванного ожерелья. Вскрикнув, раскинув руки в стороны, спиной Потрошитель рухнул на деревянную тумбу и раздавил её.
Бесцеремонно вытянув потерявшего сознание убийцу за ногу на середину комнаты, Мордекай поймал испуганный взгляд проститутки и, бросив ей пару монет, властно произнёс:
- Ушла отсюда! Быстро!
Женщина не посмела ослушаться. Подхватив с грязного пола свой недельный заработок, она кивнула и, прижимая к груди порванное платье, пулей вылетела из каморки. А бывший инспектор Скотленд-Ярда посмотрел на лежащего у его ног Потрошителя, изуродованное лицо которого было залито кровью, и подумал, что прежде чем вернуться домой, в свой скучный, продуваемый ледяными ветрами Скоттиш-Бордерс, он должен кое-что сделать.
Правосудие? Какие времена - такое и правосудие. Сжав кулак с кастетом, Мордекай Хьюм вздохнул и, склонившись, нанёс младшему сыну лорда Фэйрчайлда Артуру три мощных удара в голову.
Когда по полу растеклась тёмная лужа крови, он вытащил из плаща трупа бумажник, снял с его указательного пальца массивную золотую печатку с рубином, запонки с маленькими изумрудами, нательный золотой крестик на цепочке и крепкие, хорошо начищенные туфли. Всё это он бросил на кровать. Сделав из простыни мешок, бывший инспектор полиции быстрым шагом вышел на улицу и через пару секунд затерялся в погружённых в сумрак трущобах.
Дождь прекратился, но явно ненадолго. Конечной целью Мордекая стал разрушенный мост на окраинах Лондона. Превратив влажную простынь в узел, он сунул туда пару покрытых плесенью древних булыжников помнивших ещё восстание смутьяна Тайлера, и размахнувшись бросил всё это в реку. Зелёно-жёлтые, маслянистые воды Темзы жадно приняли подношение, навсегда унося с собой тайну Джека-Потрошителя из Уайтчепела.
- Вот и всё. Правосудие свершилось, - негромко произнёс бывший инспектор Скотленд-Ярда.
Некоторое время Мордекай Хьюм молча наблюдал за кругами на воде, а потом, подняв воротник пальто и спрятав руки в карманы, отправился на вокзал. До его поезда оставалось всего полтора часа. В какой-то момент он понял, что не избавился от кастета, и даже ненадолго замедлил шаг, однако тут же в голову инспектору пришла мысль о том, что тот сможет ещё пригодиться. Мало ли что…
Канал в МАХ
Страничка ВК здесь
Ссылка на литрес здесь