Последний свет⁠⁠

- Два. Их всегда было два. Почему я забываю об этом...- бормотал себе под нос Илья, а следом замер и уставился на знак пешеходного перехода,- Где я?

Под ногами, на мокром асфальте, темнел сырой песок. А на обочине снежные сугробы тщетно пытались устоять под напором грязи, воды и тепла. Неброские постройки вдоль дороги кутались в серую дымку. Пепельные обрывки тумана цеплялись за стены, крыши, и обнимали голые ветви почерневших деревьев. В воздухе витала тишина и только редкие капли срывались с дорожного знака и звонко шлепались на асфальт.

Под дорогой, посреди снежного покрывала темнели макушки изгороди, а за ними с угрюмых, пустых окон, глазели низкие дома. Ни яркого света, ни тусклого огонька. Огибая сугробы, трасса ныряла в деревню. Неподалеку от перехода к стылому небу тянулась молчаливая стайка стройных берез. Густые кроны несчастных деревьев утопали в бесконечном тумане, который силился спрятать под собой все вокруг.

По другую сторону трассы, широкая тропа спускалась к большому, светлому зданию в два этажа. Перед входом торчало большое каменное крыльцо со ступеньками. А на фасаде виднелась синяя вывеска, но из-за деревьев надпись было не разглядеть.

Илья не знал как сюда попал. И не знал куда. Совсем недавно, он сидел у себя в квартире на восьмом этаже. В Саратове. Тогда было утро.

- Как такое возможно?

В ответ только робкая капля плюхнулась в лужу. Ни людского шума, ни лая собак, ни ветра.

- Нет-нет,- Илья замотал головой,- Это сон или глюк. Может быть со мной что-то случилось? Потерял сознание? Ерунда какая-то. Я дома был. Чего могло случиться? Подо мной рухнул балкон когда я пил чай пялясь в окно? Упал и ударился головой, пока шел на кухню?

Он полез в куртку за телефоном. Но не нашел его. Обшарил все карманы. Ни ключей, ни денег.

Илья развернулся. Дорога убегала прочь, в густой туман.

- Если я пришел сюда, значит могу и уйти.

Он зашагал. Илья не знал, что в этом посёлке не так. И не хотел выяснять. В тугой тишине раздавался только его топот. Через десять шагов исчезло небо над головой. Его заменила дымка. Черед двадцать, туман густо налип на деревья и дома, будто пластилин. Стемнело. Через полсотни Илью окутал дым, что бывает, когда горит сухая трава или солома. Но не было ни запаха, ни горечи. Илья поднял руку, пытаясь прикрыть глаза и разглядеть хоть что-то. Но видел только носки своих ботинок и огрызки асфальта. Он споткнулся. Это было что-то большое и мягкое. Краем глаза Илья заметил белесую руку. Но побоялся остановиться и осмотреть. Сердце колотилось, руки дрожали, а дыхание сбилось, как после пробежки. Там, за спиной, чье-то тело. Это мертвый человек. Или еще живой? Нужно вернутся и помочь? Что с ним случилось?

Илью обуял страх, что сейчас, посреди густого тумана, он увидит яркий свет фар и его собьют. Он захотел сойти к обочине. Побежал в сторону и выскочил из густого марева. Он снова стоял у дорожного знака и пялился на двухэтажное здание с большим крыльцом.

- Может было бы лучше, если бы меня сбили.

Это не бред и не сон. Воображение отозвалось, именно тогда, когда его никто не просил. В голове ожили картины: умер и попал в чистилище; поехал в область — и угодил в иной мир; попал на проклятую землю; или все дело в каком-то вирусе, что заразил страну или даже планету? У Ильи не было ответов.

Он просто стоял и смотрел на дома, грязный снег, на деревья, что тянулись черными, кривыми пальцами к стылому небу. Илья дышал и думал.

- Я не могу покинуть это место,- вслух сказал он. Работая, он часто вот так проговаривал проблему вслух,- Это очевидно. И я ничего не знаю. И пока все так остается, я как слепой котенок. Мне нужны хоть какие-то ответы.

Илья горько усмехнулся:

- Хотя, вопросов-то я не задавал.

Не успел он сделать и шага, как заметил одинокий, несмелый огонек. В том самом здании, с крыльцом.

- Откуда он?- прошептал Илья,- Там же ничего не было. Я бы заметил свет раньше.

Так или иначе, но теперь янтарный кружок пятнал большое стекло на первом этаже, подле входа.

Илья натянул шапку на уши, засунул руки в карманы куртки и поспешил на спасительный огонек. Спустился к железной калитке, потом подошел к крыльцу. Вгляделся в синею табличку на фасаде. Оказалось, что он стоит перед одной из средних школ саратовской области. Название посёлка Илье ничего не говорило.

Он поднялся на три ступеньки и ощутил что-то знакомое. Словно уже делал это, только летом и в тот день торопился. Илья замотал головой и отогнал эту мысль. В школе, в которой он учился, были такие же ступеньки.

Впереди длинной ручкой блестела тяжелая дверь. Илья потянул ее на себя и вошел в темный тамбур. Едва разглядев следующую преграду, он навалился плечом на старые доски и слегка приподняв дверцу за ручку, смог пройти дальше.

Внутри пара квадратных колонн делили комнату на две половины, в одной из которых ржавой, изъеденной табличкой Илью встречал гардероб. В углу, у чугунной батареи собирали пыль и гряз полдюжины цветастых башмаков. На одном из крючьев тосковала синяя шапка.

Из глубины комнаты глядели блёклые цветочные горшки. Всякая поросль в них уже давно увяла. Местами открывались серые раны облетевшей штукатурки, а белёный потолок пестрел рыжими пятнами в черную крапинку. Как вены на руке, зеленела толстая плесень. У входа, на стене, даже вырос мох. Кое-где робко капала вода. Старую краску ядовито цвета под собой прятал только стенд с какими-то кубками, пожелтевшими грамотами и кучей едва различимых фотографий. Темные полы вздулись и пошли лопинами.

У окна, на облезлой парте, приютилась лампа с длинной ножкой и куцым абажуром. За столом сидела девушка. С волосами пепельного цвета, в брючном костюме, который как раз подошел бы учительнице. Когда Илья вошел, она вскочила со своего места, но не отошла от света и на полшага.

- Я...- он не нашёл что сказать,- Я Илья.

- Я Лида,- ответила она,- Ты можешь подойти?

Илья это сделал.

- Ты знаешь где мы?- спросил он.

- Ты наверное видел вывеску снаружи,- ответила Лида.

- Ты понимаешь о чем я.

- Мне кажется это ты должен знать больше,- Лида замотала головой,- У меня нет ответов.

- Почему? Я оказался тут четверть часа тому. И успел выведать только то, что не могу сбежать. А ты давно здесь?

- Я...Я не знаю. Я не помню,- пальцы девушки дрожали. Илья вдруг осознал, что в школе холодно, а Лида легко одета. Он снял куртку и дал ей:

- Надень. Ты вся дрожишь.

- А ты?

- Пока сойдет,- отмахнулся он,- Почему именно я должен знать об этом месте?

Лида застегнула куртку, подняла воротник и сказала:

- Я покажу. Сейчас.

Но Илья ее уже не слушал. Он пялился в окно позади Лиды. На улице сгустились сумерки. Илья прошел вперед, отдернул занавеску, вгляделся. Казалось, вот только было часа три дня, а теперь вечер.

- Ты идёшь?- спросила она.

- Тебя не волнует, что на улице резко настала ночь?

Лида вязла лампу за ножку и подняла. Теплый свет обрисовал ее молодое лицо:

- Здесь все не так,- ответила она.

- Ты права. Идём,- Илья отвернулся от окна. Он не мог ничего поделать.

Под ногами Лиды заскрипели половицы. Перед девушкой желтел кружочек света, а следом за ней тянулся короткий провод без вилки. Илья решил не отставать от Лиды.

- На свету с тобой ничего не случится,- сказала она,- Нужно всегда, что бы был свет.

- Откуда ты знаешь?

- Смотри,- девушка ткнула пальцем.

Благодаря лампе, прежде едва различимые образы на фотографиях стали видны гораздо лучше. Дети играли в мяч в спортзале, делали упражнения на матах, юноши отжимались на время, девочки качали пресс.

- На что я смотрю?

Лида содрала фото со стенда и протянула ему:

- Вот.

Это был смотр «строя и песни» к двадцать третьему февраля. Ученики маршировали по спортзалу. И в середине строя Илья узнал самого себя:

- Что это? Как такое...- все дети с фото посмотрели на него, а следом превратились в серые кляксы. Уцелел только тот, что был похож на самого Илью.

- Ты это видела?- спросил он.

- Что?

- Все дети...они...- Илья запнулся,- Ты ничего не заметила?

- Нет. А ты что-то…

- Не знаю. Может быть. Думаешь это я там?- он указал на фотографию.

- Ты мне сразу показался каким-то...знакомым. А когда пригляделась, так сразу и вспомнила. Ты здесь учился?

- Я этой школы в глаза никогда не видел. Я учился в городской.

Из коридора, следом за перекличкой капель, вынырнул краткий стон, который затем угас неясным шёпотом.

Илья и Лида замолчали и прислушались. Девушка направила лампу на звук, но никого не было. Блеснули только плитки на полу и алым мазком моргнула какая-то ветошь.

- А,- Лида снова посмотрела на фото,- Наверное, показалось. Как и ты на фото. Просто кто-то очень похожий. Да?

- Очень похожий,- согласился Илья. Синие джинсы и серая кофта — так он был одет в старших классах. Даже эта дурацкая челка на месте,- Я бы сказал, что это я и есть. Но...Я никогда тут не был. И уж тем более не заканчивал эту школу. А ты сама? На фотках тебя нет?

- Я тоже здесь не была. А может быть...была. Я не помню. Но на стенде меня нет.

- Не помнишь?

- Почти ничего,- Лида опустила голову,- Как жила, что делала, как сюда попала. Мне кажется, что я неправильная...что я какая-то…

- Подожди. Мы совсем ничего не знаем. Попробуем выяснить. Может все дело в страхе? Ты испугалась и потому все забыла? Я читал, что такое бывает. Ты же не забыла как говорить, не забыла буквы. Помнишь свое имя.

Лида посмотрела ему в глаза и на ее светлом, в блеске лампы лице, проступила робкая, как первая проталина, улыбка:

- У меня был бейджик,- тихо сказала она.

Ночь застала их, с Лидой, рядом с костром. В школьной столовой нашлись спички. Потом Илья притащил стулья и сломал несколько для дров. Чтобы дым уходил, он развел огонь подле входа и заткнул за дверь один из старых башмаков.

Илья глядел в пламя, а напротив, в его куртке, сидела Лида со своей лампой. Девушка с ней не расставалась. Вокруг костра бесились кривые тени. Запах стоял, что не продохнуть, но дым уходил через приоткрытую дверь в тамбур и дальше, на улицу. С наступлением ночи темнота в длинных школьных коридорах выросла и окрепла. Зло глядел каждый закуток. Во мраке, где-то в глубине школы, капли воды барабанили по кафелю. А порой стонал и шуршал ветер.

- Кем ты работаешь?- спросила Лида

- Даже не знаю, стоит ли отвечать,- Илья пожал плечами,- Я учитель. Снова связан со школой, да? Может в том все дело? Я умер и попал в ад. И теперь моё наказание провести вечность на своей работе.

- Может я тоже учительница? - предположила Лида.

- Только мы двое такие никудышные учителя, что загремели в ад? Думаю, всё-таки, нет. Погоди...Слышишь?

Илья вгляделся в коридор. Вот только дальше трёх шагов от костра не было видно ни зги. Но все слышно. С той стороны нарастали шум и гвалт.

- Боже, кто это?- вскрикнула Лида и вскочила,- Сколько их?!

Это походило на топот школьников сразу после звонка. Будто они все ломанулись домой или в столовую.

- Бежим отсюда!- сказал Илья и выскочил в тамбур. Но с улицы то же доносился топот. Кем бы они ни были, они окружили школу.

- Что там?- спросила Лида.

- Выхода нет.

- Тогда не отходим от света,- сказала девушка.

Илья встал рядом с Лидой. Взял её за руку. В другой руке он крепко сжал деревянную ножку от стула. Девушка держала свою лампу.

Гвалт и рокот накрыли их будто приливной волной. В темноте, на грани света, мелькали серые руки, ноги, плечи. Будто человечьи, но иного цвета. Не показываясь целиком, эти создания рычали, стонали, клацали зубами. Кричали и вопили. Их было много. Очень много. Оно ввалились в тамбур и бесились, будто дикие звери в клетке. Илья вытащил башмак и захлопнул дверь.

- Они боятся света,- напомнила Лида.

- Ты уже говорила. Откуда ты знаешь?

- Так должно быть,- ответила она,- Я просто уверена в этом. Смотри сам.

Твари из темноты порой тянули к ним, с Лидой, руки. Кривые, грязные пальцы с длинными ногтями. Пробовали ухватить за рукав, за волосы, за ногу. И тут же с визгом прятали их обратно, будто словили ожог. Илья несколько раз махнул палкой, но в том не было нужды. Создания не смели переступить круг свет. Потому, поразмыслив, Илья бросил свое орудие в огонь.

- У нас ещё есть дрова. Будет нужно - сожжём все стулья и парты. И у нас есть лампа. Ночь так или иначе закончится,- сказал он. Спроси его, Илья не сумел бы ответить, кого пытался убедить в этом. Себя или Лиду. Сердце бешено колотилось, уши заложило от воплей и топота вокруг. Это походило на мышиную возню.

- Кто они?- спросила Лида.

Илья не знал.

- И что им нужно?

У него не было ответов. Они с Лидой могли только надеяться, что ночь закончится и эти твари сбегут от солнечного света.

Серая, сухая, как кость, рука вынырнула из мрака и почти коснулась плеча Лиды. Илья потянул девушку ближе к себе. Тварь взвыла и скрылась. Громко ударил колокол.

- Церковь? Здесь есть церковь? - спросил Илья.

Темнота взорвалась визгом. Таким громким, что Илья и Лида рухнули на колени. Девушка едва на разбила лампу. Колокол ударил снова. Казалось, что вот-вот лопнут стекла на окнах, а из ушей потечет кровь. Но следом за воем и визгом, затопали бесчисленные ноги. Третий удар колокола шуганул их прочь, будто пёс овечье стадо. Илья хотел подняться, но голова закружилась. Последнее, что он заметил, пока не провалился в сон: за окном светало.

Когда они очнулись был день. Илья отряхнулся и помог подняться Лиде. Она поставила лампу на парту. Та светила. А девушка хмурилась.

- О чем ты думаешь?- спросил он.

- За то время пока я здесь, такого не было. Теперь пришел ты, и появились... они.

- Не знаю почему. Я и сам не рад.

- Этот звон... Его не было. Я не знаю, что все это значит, но оно как-то связано с тобой. Ты что-то изменил. Или кого-то.

- Мне кажется, в нем есть нечто важное. В колоколе. Хотя бы для меня.

- Если есть колокол,- сказала Лида,- Значит есть и тот, кто в него позвонил. Так ведь?

- С тобой не поспоришь. Кажется, я не видел церкви. Но в поселке точно есть кладбище. Если уж где и быть колоколу, то там.

- А если нет? То есть, если на кладбище нет колокола?

- Мы посмотрим везде. И найдем. Колокол не пуговица. Судя по звону он большой.

В светлых глаза Лиды читалась надежда, а Илья толком не знал, что ждет их впереди. Но и сидеть в этих стенах он не собирался.

- Твоя лампа...Она будет «работать» на улице?

- Я не пробовала,- Лида показала оборванный конец провода,- Но она и сейчас не должна. Пойдем по коридору. В конце есть запасной выход. Потом выйдем на главную дорогу и повернем.

Илья ничего не сказал но, ему показалось что он знает куда нужно повернуть. Стоило только подумать о кладбище и в голове всплывали какие-то деревья, кресты, могилы, куцый сруб в стороне. Но это могли быть фото или картинки, которые он видел когда-то и где-то.

- Ты же вроде не покидала школу. Откуда ты знаешь куда идти?

- Сейчас покажу.

- Тогда веди.

Он сказал «веди», но шагали они вместе. Лида не отпускала свою лампу. Большие окна бросали яркие лужи на грязную плитку под ногами. Ночные создания оставили отметины и на обветшалых стенах: мазки грязи, кривые полосы, черные пятна, будто кто-то стряхивал краску с кисточки. Чудо что уцелели стекла.

- Вот, гляди,- указала девушка.

Нас стене желтел старый план посёлка. Отметкой для кладбища служил крест с оградой.

- Думаешь они снова придут?- спросила Лида.

- В любом случае мы знаем чего они боятся,- сказал Илья и уставился на расписание уроков. За стеклом, висела склейка.

- Ты чего?

- Я...- он замялся и сам не понимая чего остановился,- Не бери в голову. Какие-то воспоминания.

Лида посмотрела ему в глаза и сказала:

- Все учились в школе. И в каждой школе было расписание. Ты идёшь?

Коридор упирался в большой закуток у лестницы. Лида подошла к двери, толкнула её. Та не поддалась.

- Давай я.

Дверь отворилась с треском, с нее посыпалась синяя шелуха и отщепился кусок. А Илья споткнулся и чуть не расшибся о большие квадратные плиты. Кто-то широко расчистил невысокое крыльцо и тропку с территории школы.

Они, вместе с Лидой, вышли за ворота из ржавых, железных прутьев. Впереди в серой дымке темнели уголки крыш, зияла черными провала какая-то громадина. Её стены пестрели рыжими и грязными пятнами. Недалеко угрюмой стеной тянулся лес, между ветвей которого намертво засел туман.

- Нам сюда,- указала Лида.

Они зашлёпали по лужам в сторону асфальта. Казалось наступила весна. Илье хватило шапки и свитера чтобы не замерзнуть. Снег таял, вокруг капала вода, даже журчали робкие ручейки. Они вдвоем, с Лидой, прошли мимо школы и оказались на трассе. Той самой, на которой вчера очутился Илья.

- А что первое ты помнишь про это место?- спросил он.

- Школу. Я очнулась за партой, а рядом была моя лампа. И я точно знала, что она мне нужна.

- Чем больше я пытаюсь понять, тем больше у меня вопросов.

- Мне всё же кажется, что мы умерли. И это чистилище. Или ад. А те кто приходили ночью — демоны.

- Тогда почему тут только мы?- спросил Илья,- И почему «они» бояться света?

Они повернули направо. В голове Ильи мелькнула мысль, но он не успел за нее ухватиться. Это была краткая вспышка.

- Этого я не знаю,- пожала плечами Лида,- Но мне страшно.

- Мне тоже,- признался Илья.

Они миновали ряд домов, а потом прошли мимо ветхого забора за которым, среди густых, неприветливых зарослей, белела стена и краснела ржавая крыша. Илья остановился и вгляделся.

- Что такое?- спросила Лида.

- Я узнаю это место,- сказал он,- Я там был. Я помню коридор внутри. Помню каморку с постелью. Это была больница.

- Ты уверен?

- Да. Я знаю как это звучит. И я точно знаю, что никогда в этом посёлке не был, но...Я знаю это место.

Из коридоров больницы раздался крик. Лида вздрогнула. Илья отступил на шаг. Следом послышались грохот и шум. Лязг метала о метал. Илья вспомнил, что их ждёт ночью.

- Лучше идём дальше,- предложил он,- Нужно поторопиться.

Лида кивнула.

Следом за больницей посёлок закончился — тыльной стороной блестел дорожный знак. Но насыпь из песка и щебня тянулась дальше. Мимо белых полей с редкими голыми кустами и низенькими ёлками.

- Еще немного,- сказала Лида.

Они миновали табличку. Илья обернулся, но никакого названия не было. Только белый фон.

- Погоди. Кто это?

Следом за ними, с Лидой, кто-то спешил.

- О, Боже!- закричала девушка.

Илья встал как вкопанный. Позади был гигант в два метра ростом. Его лысую голову венчали острые, алые рога. Из под копыт, на мохнатых ногах, летели ошметки грязи. В руках он вертел, как хлыстом, железной цепью.

- Илья, Илья!- звала Лида.

А он пялился и ничего не делал. Видел как адское создание приближается, слышал как цепь скулит в воздухе, видел как вокруг сгущаются сумерки, но ничего не делал. Просто стоял.

- Бежим, бежим!- Лида схватила его за руку и он вздрогнул,- БЕГИ!

И он побежал. Дальше по насыпи. Не оглядываясь. Илья точно знал что преследователь там. Топот копыт и свист железной цепи никуда не делись.

Солнце, словно кусок масла на горячем ноже, вдруг принялось таять, а ночь наоборот спешила пожрать все вокруг. Ноги у Ильи сделались свинцовыми, дыхание сбилось, заболело колено. А пробежал он всего ничего.

Лида, казалось, справлялась куда лучше. Прямо перед девушкой желтело яркое пятно. Она берегла лампу.

Мимо мелькали деревья и чумазые сугробы. Краем глаза Илья заметил, что снег тоже пришел в движение : грязно-белую корку пробила серая рука. Солнце швырнуло прощальные лучи и исчезло. Мрак взорвался воплями, а следом вспыхнул гомоном и возней. Позади неустанно выла цепь, топали копыта. И только свет лампы еще выхватывал осколки дороги.

Илья задыхался, а в горле саднило. Он чуть замедлился и тут же кто-то коснулся его лодыжки. Он закричал и бросился вперед так быстро, что обогнал Лиду. Но не мог бежать без света. Настала глухая ночь.

- Сюда!- крикнула девушка.

Они спустились с насыпи и проскочили за ветхий забор. Повсюду, за низкой оградой, торчали кресты, темнели памятники. Лида вертела лампой. По счастью, светлое пятно угодило на большой бронзовый колокол. Не сговариваясь Лида и Илья бросились к нему. Громада покоилась в деревянной арке.

Ночные создания поднимались и посреди кладбища. Илья их не видел, но слышал. И не смолкал топот, топот, топот. Совсем близко, как ножом по стеклу, взвизгнула цепь. Раздался победный вопль. Звенья с грохотом обрушилась на что-то. Осколки звякнули о колокол.

- Что нам делать?- крикнула Лида.

- Выбора нет,- сказал он и схватился за веревку, что тянулась от колокола. Звон почти оглушил Илью. Ноги подкосились, но он удержался и ударил снова. Вой и визг сделались сильнее. Лида схватила его за руку.

Лампа в ее руках цепляла из темноты только одинокие клочки. Во мраке мелькали серые руки и ноги, головы. Не разбирая, блеснула железная цепь, калеча всё и вся. Мир наполнился стонами и хрустом костей. Илья ударил в третий раз и ночные твари с воплем отступили.

Тьма вокруг сбежала без оглядки. Заалел рассвет. Куцый краешек солнца выполз над горизонтом. Словно оно не спряталось до следующего дня, а выходило покурить. Среди могил темнела грязь. Сколько здесь было тех созданий? Сотни? Они затоптали все вокруг. Переломали кресты, вымазали грязью памятники. Илья огляделся и увидел тот самый сруб у кладбища. Он был там где и должен быть.

- Илья здесь никого нет. Кто же тогда позвонил в колокол первый раз?- спросила Лида и побледнела,- Или это были…

- Мы сами.

- Я не понимаю.

- Я знаю это место,- сказал он.

- Так ты здесь был.

- Нет. Я не был здесь никогда. Потому что этого «здесь», никогда и не было. Я придумал это место. Я его написал.

- Что?- девушка отступила на шаг, а лампа в ее руке моргнула.

- Я не только учитель. Я писатель. Я написал про это место, про рогатого демона, про школу и про тебя, Лида. Я выдумал тебя.

- Не может быть,- сказала она,- Я же... Я настоящая. Я дышу. И также как и ты боюсь, чувствую тепло и боль. Я не могу быть выдумкой.

- Мне очень жаль,- сказал Илья.

- Но разве...ты не придумал мою историю? Почему у меня нет прошлого?

- Я не закончил роман,- признался он,- Бросил на середине. И как-то в него угодил.

Лампа в руках Лиды снова мигнула.

- Что с ней такое?- ужаснулась девушка.

Илья рухнул на колени:

- Я не знал, что написать в середине романа. Но точно знал, что написать в конце: «Никто не подумал, что колокола-то, два».

В ответ на его слова, откуда-то из тишины поселка, раздался звонкий удар. Лампа в руках Лиды моргнула, а солнце покатилось обратно за горизонт. Раздался второй удар колокола и сгустились тени, лампа яростно замерцала, а Лида вскрикнула. Вернулся топот и лязг железной цепи. Раздался третий удар . Лампа в руках Лиды моргнула и погасла навсегда.