Поход. Глава 6⁠⁠

Предыдущая часть

Прежде чем лес окончательно погрузился во тьму, Лёха успел подметить далёкий просвет между деревьями, словно там пролегала широкая просека. Здесь местность слегка изменилась: появились холмы и глубокие овраги, и Сумрак слегка сбился с направления преодолевая очередной подъём. Пришлось забирать западнее, чтобы обогнуть отвесный склон, а когда Лёха выбрался на гребень, то просеку уже видно не было. Темно, хоть глаз коли.

Сумрак включил фонарь на среднюю мощность и помог Катя подняться.

— Ты как? — спросил Лёха.

Катя пожала плечами. Сумраку показалось, что черты лица её заострились ещё больше, а быть может, это всего лишь игра света?

— Ты же тоже видела просеку?

— Кажется, да, — кивнула Катя.

— Давай попробуем добраться до неё, — предложил Лёха.

— Давай.

Сумрак переключил фонарь на максимальный уровень и просветил путь. Никого.

С наступлением темноты Лёхе теперь мерещилось всякое: шорохи, мелькающие серые тени в периферическом зрении, голоса. Ему не доводилось ранее путешествовать по ночному лесу, и пускай Лёха отдавал себе отчёт, что это всего лишь игра воображения, но избавиться от постоянно нарастающей тревоги ему не удавалось. Хорошо, что он был не один. Как Катя бродила в одиночестве в этом лесу — он даже представить себе не мог.

Ночной лес оживал. Где-то заревел лось, да так неожиданно, что Лёха дёрнулся и выронил компас. Сумрак надеялся, что это был лось, хотя как ревёт это животное он не знал.

— Слышала?

— Ерунда, — отмахнулась Катя. — Звери должно, быть. Надо бояться сову.

— Сову?

— Да.

Сумрак поджал губы.

«Странная она какая-то».

Фонарь он теперь не переключал с максимального режима: уж лучше высадить аккумулятор, чем натурально обмочиться при встрече с лосем или ещё кем. Трусом Лёха себя не считал и, быть может, легко прогулялся по ночному лесу, если бы не одно «но»: всё, что случилось с ним, явно граничило с фантастикой, а при таком раскладе может случиться всё что угодно. В голову лезли всякие дурные мысли о вампирах или оборотнях.

Лёха ускорил шаг.

— Почему сову, — спросил он.

— Совы не то, чем они кажутся.

— Блин, ты серьёзно? — Лёху передёрнуло. — Зачем ты это вспомнила?

Сумраку привиделось движение и он перевёл фонарь влево, затем вправо, потом назад.

— Меня всегда пугал Твин Пикс.

— И ты решила напугать меня, — буркнул Лёха. — Поздравляю — у тебя получилось.

— Прости.

Сумрак выругался про себя, отогнал возникшие образы из сериала и ещё сильнее ускорил шаг чуть ли не переходя на бег.

Взобравшись на очередной холм Лёха наконец заметил просеку метрах в двухстах левее. Осветил фонарём округу — вроде спокойно: ни людей ни животных ни какой ещё иной твари, силуэты которых теперь мерещились чуть ли не за каждым стволом.

— Я туда не пойду, — Катя замерла и нервно зыркала по сторонам. — Только не туда.

— Почему?

Рыжая начинала раздражать Сумрака.

— Я… я не знаю.

— Так, слушай, — Сумрак старался не повышать голос. — Я понимаю, что тебе страшно. Я тоже готов ссаться под каждой сосной и если бы не ты, то наверное уже бы так и сделал. Смотри, лес, наконец-то, стал меняться. Это наш шанс. Давай выберемся хотя бы к воде.

— Нет, я не могу, — Катя отступила на шаг.

— Катя, послушай, — Лёха приблизился к ней и положил руку девушке на плечо. — Нам нужно…

— Нет! — воскликнула она и зашипела, словно разъярённая кошка.

Сумрак прикусил язык от неожиданности. Ноги словно свинцом налились и он не мог пошевелиться. Лицо девушки исказилось: и без того бледная кожа покрылась серыми пятнами, а глаза рыжей превратились в звериные, белки вспыхнули ярко-жёлтым, а зрачки сузились в две точки. Катя вскинула руки и попыталась схватить Сумрака за грудки, но он нашёл в себе силы извернуться и задал стрекача.

— Лёша! Стой. Не бросай меня! — прокричала она.

Но Сумрак и не думал оборачиваться. Он бежал без оглядки, сглатывая кровь наполнившую рот от прокушенного языка. Его мутило, а сердце казалось готово было выскочить из груди, но он бежал.

К просеке.

Катя кажется не преследовала его. Она продолжала кричать ему вслед, но голос её удалялся. Лёха перескакивал через поваленные брёвна, скатывался боком в овраги, карабкался на четвереньках вверх, вскакивал и снова бежал. Наконец ему удалось добраться до просеки.

Выскочив на широкую дорогу со следами старой колеи, Сумрак замер. Высветил фонарём лес за спиной — никого.

— Мать твою, — выдохнул он.

Но липкий страх и не думал отступать. Какая-то неведомая сила толкала Лёху вперёд, предупреждая об опасности. Он посветил фонарём и приметил пеньки. Много пеньков. Вырубка? Колея? Неужели он добрался к людям? Впрочем, секундная радость сменилась новым приступом панического ужаса, стиснувшего желудок ледяной хваткой: за спиной ухнула сова и раздалось хлопанье крыльев. Сумрак поборол желание обернуться и снова побежал.

К вырубке.

Поляна оказалась огромной, мощности фонаря не хватало, чтобы высветить её край даже сфокусировав луч. Лёха бежал. Дыхание его сбилось, а в груди сипело. Перед глазами поплыли круги, но Сумрак не сдавался, продолжая переставлять ноги, хотя скорость его заметна упала. Лямки рюкзака врезались в плечи и Лёха подумывал сбросить ношу, но боялся замедлиться даже на секунду.

Лес остался далеко позади, когда силы окончательно покинули Сумрака и он рухнул на колени. Скинул рюкзак, трясущимся руками открыл молнию нижнего входа и, вытащив топор, вскочил на ноги. Лёха бешено крутил головой из стороны в сторону выискивая опасность, но нападать на него никто не спешил.

— Бред, всё бред, — бормотал Лёха. — Ну, выходи! Где ты, тварь?!

Тишина. Ни сов, ни лосей, ни рыжей твари в облике Кати. Она сразу показалась ему странной. Всё это не укладывалось в голове. Лёха помнил её по стоянке «Восточный Суат». Даже если предположить, что он — Сумрак уже готов был поверить в любую небылицу — оказался в ином мире или параллельном измерении, или где-то ещё, то и Катя должна была переместиться вместе с ним. А значит с ней что-то случилось уже здесь.

— Или я всё-таки сошёл с ума, — печально ухмыльнулся Лёха. — Вот уже сам с собой разговариваю.

Рассказ рыжей был полон изъянов. И даже если допустить, что девушка рассказала правду, ну или полуправду, то история с её спутником в силу последних событий представлялась Лёхе теперь иначе. Эта Катя вполне могла что-то сделать со своим спутником, что-то такое, о чём Сумрак боялся подумать. Её звериные глаза крепко отпечатались в памяти.

Взошла луна, осветив округу мягким серебристым светом. Вдали виднелся лес. Леха сумел добежать до центра вырубки и теперь чувствовал себя одиноким островком среди мрачного, таящего опасности соснового бора. Никаких намёков на пребывание людей Сумрак не обнаружил: ни строительных вагончиков, ни техники, ни домиков, ни свежих опилок. Видимо эту делянку вырубили давно. Ну хоть что-то. Хоть какая-то информация. Люди здесь всё-таки обитали.

Лёха потушил фонарь и сел на пенёк. Света от луны было достаточно, чтобы различать предметы, а вот его фонарь способный достигать яркости в две тысяч люменов в режиме «Турбо» мог легко выдать Сумрака на открытом участке. Страх отступил, а на смену ему пришла усталость. Лёгкие всё ещё горели, а прокушенный язык распух и прилип к небу. Леха достал флягу и сделал несколько маленьких глотков. Литровая фляжка и треть двухлитровой баклажки — вот и весь запас воды. Не густо.

У края вырубки мигнул огонёк. Лёха напрягся. Он прижался к земле и затаился. Луч мощного фонаря бегло пробежался по вырубке и скрылся. Сумрак ждал, но более ничего не происходило. Он выждал ещё полчаса, но тот, кто светил фонарём либо скрылся, либо притаился так же как и Лёха. Сумрак взглянул на стрелку компаса покрытую люминесцентной краской — судя па направлению, фонарём светили с юга. Это слегка обнадёживало. Но вот после встречи с Катей, Лёха теперь опасался заводить новые знакомства в этом лесу.

Целый час Сумрак пытался решить дилемму: идти или не идти? Наконец любопытство взяло вверх. Чем чёрт не шутит, а там могли быть лесорубы. Ну или кто-то из «нормальных» туристов, а быть может лесник или егерь. В конце концов, эта Катя могла привидится Лёхе с перепугу. Стресс и всё такое. Лёха отказывался верить увиденному, а возможно его мозг так защищался, блокируя анализ ситуации.

Собравшись с духом, Сумрак влез под рюкзак, продел кисть в темляк топора и пошёл туда, где видел свет фонаря. За ориентир Лёха взял созвездие Волопаса. Этого, конечно, не требовалось, но Сумрак немного успокоился созерцая знакомые звёзды на ночном небосводе — хоть что-то тут было родным.

Подходя к краю поляны, Лёха приметил среди деревьев отблески костра и не поверил своим глазам. Замер прислушиваясь. Ветер иногда доносил мужские голоса. Сумрак пригнулся и стал пробираться к свету короткими перебежками от дерева к дереву. Глупая затея, но так, кажется, было менее тревожно. Лёха хотел послушать о чём говорят.

У костра сидели двое. Стояла палатка, лежали рюкзаки. Очень знакомая палатка.

— Говоришь — никого?

Голос принадлежал Жеке. Лёха облегчённо вздохнул и хотел было кинуться к другу, но одёрнул себя. Надо присмотреться. Случай с Катей не шёл из головы.

— Да, нет никого, — ответил Виталик. — Я посветил фонарём, но тишина. Если бы кто-то был, то отозвался.

— Думаешь он не вернётся?

— Не знаю. Странный он какой-то.

«Всё. Это точно ребята».

Леха вышел на пятачок света и кашлянул.

— Кого-то потеряли? — спросил он.

Жека выхватил палку из костра и вытянул её перед собой в сторону Сумрака, но разглядев лицо друга, выругался в пол голоса и залился улыбкой.

— Сумрак! Живой!

Жека отбросил палку и бросился к Лёхе с объятиями. Но тот отстранился.

— Но-но, давай вот без этого. — Лёха вскинул руки.

Жека, кажется, был вне себя от счастья. Он хлопнул Сумрака по плечу и потянул в лагерь. У костра сидел Виталик, на скуле его красовался кровоподтёк, а на лбу бугрилась шишка. Скалолаз устало кивнул Сумраку, и подбросил дров в огонь. Из палатки высунула голову Маша и радостно воскликнула:

— Лёша!

— Привет, — кивнул Сумрак.

— Ты цел? — Жека осмотрел друга со всех сторон. — Мы думали те скоты тебя утащили с собой.

— Скоты? — Лёха снял рюкзак и подсел к огню, запах дыма и тепло очага разогнали остатки леденящего душу ужаса.

— Да жесть вообще. На поляне такое творилось, — Жека кивнул в сторону Виталика. — Глянь как Виталю приложили.

— Да я там метался с бревном, отгонял этих взбесившихся, как тут сзади как влепили, — Виталик скривился, потирая скулу.

— Стой, — Лёха вскинул руку. — Давайте по порядку. Я эту историю про поляну уже слышал, а потом видел такое, что… У вас тут всё нормально? Не встречалась вам Катя, или совы? Вы, как погляжу, сидите тут не таясь.

— Вот ты чудак, — Жека улыбался во весь рот. — Ты даже не представляешь, как я соскучился по твоим глупым шуткам.

— Да я не шучу, — обиделся Лёха. — Была со мной Катя. Это вообще жесть полная.

Лёха показал предплечье где до сих пор бегали мурашки.

— Веталь, а тот чудак тоже про какую-то Катю рассказывал. Ну Олег этот.

— Кажется, было дело, — скалолаз кивнул.

Леха вспомнил, что Катя тоже упоминала не то Олега, не то Андрея.

— Что за чудак? — спросил он.

— Да был тут один, — отмахнулся Жека. — Убежал вот вечером от нас. Больной какой-то.

Маша закуталась в спальное одеяло и села рядом с Виталиком на бревно. Лёха покосился на палатку, ожидая, что от туда выберется Алёна, но там, кажется, больше никого не было.

— А где Таня и Алёна? — спросил он.

Жека поник.

— Не знаю, — сказал друг. — Они пропали ещё на стоянке. Как там её, восточный там какой-то аут.

— Суат.

— Ага. Он самый.

— Нужно отыскать их, — Лёха встрепенулся.

— Да мы искали, третий день уже ищем вас всех. Благо связались с МЧС, теперь вот ждём помощи.

Лёха не поверил своим ушам.

— Как связались? — Он вытянул смартфон из кармана, но антенн не было. — Нет же связи.

— Нет, — Жека вытащил свой телефон. — Но я отправил СМС на номер экстренной службы. Видать где-то связь проскочила и смс-ка улетела. А вчера пришёл ответ. Вот.

Жека показал экран. «Оставайтесь на месте. Команда выехала. Включите GPS», — прочитал Сумрак.

— Ну слава богу, — вздохнул Лёха. — Так что случилось? И вас не смущает, что мы совсем в ином лесу?

— Почему в ином? — удивился Жека. — Лес как лес.

— Да потому, что возле плато Мараби нет таких сосновых боров.

— Да и хрен бы с ними. Вот прибудут МЧС-ники и расскажет всё.

Лёха готов был поспорить, но сил на это уже не нашлось. К тому же разболелась голова и хотелось есть. В котелке у ребят что-то варилось и от аромата у Лёхи сводило живот.

— Ладно, — согласился он. — И хрен бы с ним. Рассказывай, что случилось на поляне.

— Да бред, говорю же, — Жека вскинул брови. — Я такое только в фильмах ужасов видел. Туристы словно взбесились. Они бросались на всех подряд: кто с кулаками, а кто и с ножами. Мы с Виталиком отбивались как могли, а потом собрали вещи и дали дёру. Ни тебя ни Тани с Алёной. Я когда проснулся, то вы уже пропали.

Лёха на это лишь хмыкнул.

— Продолжай.

— Ну а что продолжать, — Жека пожал плечами. — Дальше мы стали бродит тут. Вышли на эту вырубку и встали лагерем. Вчера к нам пришёл Олег. Мы его накормили, а он, в благодарность, украл мой нож и убежал. Сучок.

— Почему?

— Да хрен его знает, — Виталик подкинул новую порцию дров в огонь. — Вскочил и побежал.

— Хм, м-да, — хмыкнул Сумрак. — Ну и всё же. Неужели вы не видите, что лес тут другой?

— Ну мы не ты, — Жека пожал плечами. — Как по мне, лес как лес. Звёзды те же. МЧС-ники вот ответили. Найти бы ещё Алёну и с Таней.

— Ну а ты, Лёха, — спросил Виталик. — Ты куда пропал?

Лёха пересказал всё, что с ним случилось за этот день.

— День? — Маша удивлённо взглянула на Сумрака. — Как день?

— Да вот и Катя тоже удивилась, — нахмурился Лёха. — Как-то так.

— М-да, — протянул Жека задумчиво. — Родник тот же, а местность другая. Может коньяк палёный был?

— Да иди ты, — обиделся Лёха. — Что у вас там?

Сумрак кивнул на котелок.

— Гречка с тушёнкой, — отвела Маша и заглянула под крышку. — Ещё пять минут и будет готово.

— А что не так с Катей? — спросил Жека.

— Я не знаю… она странная, — Сумрак мотнул головой, отгоняя звериный образ девушки. — А может мне привиделось. Но нам стоит оставлять дежурных на ночь.

— Ты серьёзно? — Жека обвёл окружающих растерянным взглядом.

— Лучше перебдеть, — кивнул Лёха. — А что те, ну взбесившиеся? Не объявлялись?

— Да там такое завертелось. Как бы не поубивали они там друг дружку. Наркоманы чёртовы, — скривился Виталик, и снова ощупал скулу.

Маша сняла котелок с огня и стала насыпать гречку в железные миски. Лёха сглотнул слюну, и выудив складную вилку-ложку и бокового кармана рюкзака принял из рук девушки свою порцию. Что может быть лучше гречке с домашней тушёнкой ночью посреди леса в компании друзей?

Прокушенный язык мешал жевать, но Сумрак так изголодался, что не обращал внимания на болезненные ощущения. Умяв в один присест половину порции Лёха заметил в миске какой-то странный предмет и включил фонарик. На дне лежало человеческое ухо — левое.

Лёха откинул миску и с трудом поборол рвотный позыв.

— Что за хрень?!

— В смысле? — Жека повернул голову в сторону Сумрака.

Друг улыбался. Он обгладывал какую-то косточку сильно походившую на человеческую фалангу. Виталик тоже покосился на Лёху, на ложке скалолаза лежало второе ухо — правое.

Сумрак стал отползать. Он нащупал древко топора и вцепился в него. Холодная волна ужаса пробежала от затылка до самых пяток. Желудок норовил вытолкнуть содержимое и Лёха закашлялся.

— Не подходите! — прохрипел он, вытянув руку с топором перед собой.

— Сумрак, ты в норме? — Жека продолжал обгладывать палец как ни в чём не бывало. — Может добавки?

Лёха не слушал. Он отыскал взглядом свой рюкзак, вскочил на ноги, размахивая топором перед собой и стал закидывать лямку рюкзака на плечо.

— Я шибану, отвечаю!

— Вот чудак-человек, — рассмеялся Жека.

Виталик с Машей тоже прыснули. Хохот этот показался Лёхе настолько жутким, что все сомнения разом развеялись: эта троица — не его друзья.

Справившись с рюкзаком, Сумрак переключил фонарь в режим «Турбо» специально метя лучом лжетуристам в глаза, а потом пустился наутёк. Второй раз ему приходилось убегать. Что творилось в этом лесу и кто эти люди — Лёха старался не думать. Он усилием воли сдерживал рвотные позыва и нёсся куда глаза глядят. Кажется начался спуск. Сумрак пару раз скатывался на пятой точке вниз, но не останавливался и не оборачивался. Наверное его не преследовали, но проверять он не хотел.

Где-то слева пронзительно завыла собака или волк и Сумрак прибавил ход. Он перепрыгнул через поваленный ствол, зацепился о торчащий корень и, не удержавшись на ногах, кубарем полетел вниз по крутому склону. Три раза перекувыркнувшись через голову, Лёха со всего маха влетел спиной в ствол дерева. Рюкзак смягчил удар, но дух из груди вышибло, а из глаз посыпались искры.

Лёха хотел было подняться, но голова пошла кругом, а мир вокруг вдруг вспыхнул яркими красками. Прежде чем отключиться, Лёха заметил, что настал день, а лес вокруг превратился в буковый. Где-то журчала вода.