Ответ на пост «Про кладбище»14
Мне нравится на кладбище, я расцениваю его не как что-то оккультное, магическое, как связь с предками или что-то в этом духе, а как культурное место. Как музей, например, или как тихий сквер, в зависимости от настроения.
Бывало, никого видеть не хочу, настроение так себе, еду на кладбище, где мать похоронена. Подравняю гравий на могиле, протру памятник, выкину старые цветы, положу новые. Для себя, не для матери. Ей плевать, её уже нет, а вот меня это все умиротворяет.
Едешь обратно, смотришь на могилы, и видишь историю: вот старая бабка лежит, умерла 10 лет назад, могила забыта. Вот тут девушка лежит, на 5 лет меня младше, печально, симпатичная была. А вот большое надгробие, 5 человек в один день похороненные. Трагедия для кого-то. А тут пацаны совсем под флагами лежат, какие странные времена. А я еду домой, я жив, у меня всё не так уж плохо.
Просто знать, что в черте города есть «личные» 2 квадратных метра земли, где ты можешь побыть один, подумать о своём, прибрать это место, дорогого стоит, на самом деле. А вокруг ещё целый «музей».
Говорить о творчестве что-то мне не хочется.
Я - поэт особенный, я на том стою,
Чтобы с авторучкою за столом не корчиться,
А идти в интимную, в томную струю.
Чтобы мои плёночки на заветной полочке
Берегли, как старое крепкое вино,
Чтобы мои песенки пели втихомолочку,
Трезвые ли, пьяные - это всё равно.
Я творю затворником песни подзаборные,
Я мыслёнки тайные прячу между строк,
Я беру «Три звездочки» под икорку чёрную
Да шагаю в творческий в тихий уголок.
Обожаю загород городской бугористый -
Меж крестов протопаю торною тропой,
И гитара рядышком, друг мой перебористый,
И твори, что хочется, отдыхай и пой!
Четверть века в трудах да в заботах я,
Все бегу, тороплюсь да спешу.
А как выдастся время свободное –
На погост погулять выхожу.
Там, на кладбище, так спокойненько,
Ни врагов, ни друзей не видать,
Все культурненько, все пристойненько –
Исключительная благодать.
Нам судьба уготована странная:
Беспокоимся ночью и днем,
И друг друга грызем на собраниях,
Надрываемся, горло дерем.
А на кладбище так спокойненько,
Ни врагов, ни друзей не видать,
Все культурненько, все пристойненько –
Исключительная благодать.
Друг на друга мы все обижаемся,
Выдираемся все из заплат,
То за лучшую должность сражаемся,
То воюем за больший оклад.
А на кладбище так спокойненько,
Ни врагов, ни друзей не видать,
Все культурненько, все пристойненько –
Исключительная благодать.
Ах, семья моя, свора скандальная,
Ах, ты, пьяный, драчливый сосед,
Ты квартира моя коммунальная –
Днем и ночью покоя все нет.
А на кладбище так спокойненько
Среди верб, тополей да берез,
Все культурненько, все пристойненько,
И решен там квартирный вопрос.
Вот, к примеру, захочется выпить вам,
А вам выпить нигде не дают,
Все стыдят да грозят вытрезвителем,
Да в нетрезвую душу плюют.
А на кладбище так спокойненько,
От общественности вдалеке
Все культурненько, все пристойненько,
И закусочка на бугорке.
Заболели мы автомашинами:
Дай нам «Волгу», «Москвич», «Жигули»,
Обеспечь запасною резиною
И гараж вынь хоть из-под земли.
А на кладбище так спокойненько
Каждый в личном своем гараже,
Все культурненько, все пристойненько,
Все наездились вдоволь уже.
Старики, я Шекспир по призванию,
Мне б «Гамлетов» писать бы, друзья.
Но от критики нету признания,
От милиции нету житья.
А на кладбище, по традиции,
Не слыхать никого, не видать,
Нет ни критиков, ни милиции –
Исключительная благодать.
А На Кладбище Михаил Ножкин философский стих.