Я столкнулся поздно вечером в троллейбусе вроде бы с похожей ситуацией. Входит парень худосочный лет 30. Одет стрёмно, неряшливо как-то. Сел передо мной. Вдруг ему звонок. И начинается разговор. При этом товарищ этот старается говорить тихо, чтобы небольшое кол-во пассажиров не беспокоить. И из этого разговора (а я его слышу) становится ясно, что этот парень - детский хирург. По телефону консультировал коллег, которые остались на дежурстве. Я совершенно другими глазами на этого парня посмотрел. Он просто уставший, у него голова занята работой, предстоящими операциями и тем, как проходит реабилитация больных. И внешний вид для него только способ не замерзнуть в поздний час, когда он едет после тяжелого дня. Мысленно я говорил ему СПАСИБО.
Я столкнулся поздно вечером в троллейбусе вроде бы с похожей ситуацией. Входит парень худосочный лет 30. Одет стрёмно, неряшливо как-то. Сел передо мной. Вдруг ему звонок. И начинается разговор. При этом товарищ этот старается говорить тихо, чтобы небольшое кол-во пассажиров не беспокоить. И из этого разговора (а я его слышу) становится ясно, что этот парень - детский хирург. По телефону консультировал коллег, которые остались на дежурстве. Я совершенно другими глазами на этого парня посмотрел. Он просто уставший, у него голова занята работой, предстоящими операциями и тем, как проходит реабилитация больных. И внешний вид для него только способ не замерзнуть в поздний час, когда он едет после тяжелого дня. Мысленно я говорил ему СПАСИБО.