Серия «Под розовой звездой»

На утро, впрочем, ничего запланировано не было, поэтому Ее Высочество проводила время в соответствии с привычным распорядком: пряла в своих покоях. Это архаичное действие носило скорее роль ритуала: за работой она принимала посетителей из числа приближенных, обсуждала новости и планировала день.
Вот и сегодня великая княжна сидела в компании Евдокии, старшей фрейлины, когда в ее покои вошел ее нареченный жених, Иван Владимирович Кирасов, в парадном мундире, со скромными, но заметными атрибутами своего геройского драгунского прошлого: эполетами, шпорами и саблей в ножнах на боку.

- Настя... - вместо приветствия выдохнул он, глядя на возлюбленную.
Анастасия, ранее задумчиво и грустно смотревшая в окно на заснеженный пейзаж, вращая веретено, посмотрела на него, и лицо ее озарилось радостной улыбкой.

- Ваня! как хорошо тебя видеть!

- Ты бледна, - озабоченно произнес Иван. - С тобой все в порядке? Как спалось?

- Не спалось, - задумчиво ответила Анастасия. - Всю ночь тревожилась.

- Не беспокойся, праздник должен пройти как запланировано, я все сам проверил.

- Я не поэтому. Такая жуткая тревога, потусторонняя тоска... Я чувствую беду. Прямо как тогда, когда...

- Змей?.. - вырвалось у Ивана. Рука непроизвольно сжала рукоять сабли.

Он подошел к окну и выглянул на главный двор. Дворец был расположен полукругом вокруг заснеженного двора, покои Ее Высочества располагались в левом крыле - двор был виден весь. В том числе исполинский череп, висевший над главным входом. Снег лежал на вытянутом черепе и острых зубах приоткрытой пасти, и с этого ракурса выглядело, будто он улыбается. "Ну что, Иван, еще увидимся" - как бы говорил он. Иван помотал головой, сбрасывая морок.

- Не бойся. Змей или что-то другое - я рядом, чтобы защитить тебя.

- Я знаю, - опять улыбнулась царевна. - Поэтому мне с тобой спокойно. Но все же - будь внимателен и осторожен. - Иван молча кивнул. - Опять же, ворон этот...

- Какой ворон?

- Несколько дней тому назад. Большой, черный, сел на дерево перед окном и нахально так "Кронк! Кронк!". Я не суеверна, но меня от него такой жутью обдало. А знаешь, что самое странное? Евдокия и другие кто были в комнате - ничего не заметили, и ворона не увидели. Нехороший знак.

- А это... предчувствие... - Иван осторожно выбирал слова, - как-то связано с твоей волшебной силой?
Царевна на некоторое время задумалась.

-Не знаю, - неуверенно ответила она. - Ты же помнишь, я силой не владею, я просто носитель. Говорят, что эта сила приносит благодать всему царству, а вот прикладного значения, к сожалению, не имеет. Но иногда... - она опять вздохнула.
Нет, так никуда не годится, решил Иван. Надо как-то исправлять ситуацию.

- Что ж ты сегодня какая царевна Несмеяна, - сменил он тон. Анастасия улыбнулась его шутке. - Мне тут Женя (граф наш Евгений Александрович Остафьев) рассказывал, что пока они вчера в наши предгорья поднимались, зайца спугнули. Белого такого, ну знаешь, в зимней шубе. Прям возле дороги сидел, под телеграфным столбом, ничего не боялся.
Иван умоляюще посмотрел на Евдокию. Она поняла его замысел заболтать царевну и отвлечь ее от грустных мыслей:

- А у нас тут другая живность. Служанки вчера жаловались, что крысу видели - огромную, черную, наглющую! Хотели ее прогнать, выписали Кузьку-крысолова, кота дворового, в кухню его принесли...

- И что же? - с интересом спросил Иван.

- А он в холодную залез и стерлядь поел, паршивец!
Иван расхохотался, искоса глядя на Анастасию. Оттаивает, похоже.

- А ты будешь присутствовать на нашем маленьком дружеском турнире?

- Ох, мальчишки. Вам лишь бы в витязей поиграть и подраться, - закатила глаза царевна. Затем в ее словах опять появилась тревога: - Я правда хотела посмотреть, как ты покажешь себя во всей красе. Но сейчас... мне кажется, будет лучше, если я не пойду. Нехорошо на душе. Займи гостей ты.

Маленьким дружеским турниром Иван назвал соревнование по фехтованию. И правда небольшое, всего 16 участников из приглашенных гостей или их свиты.
Когда Иван вышел от Анастасии, во дворе прямо напротив черепа Змея уже оборудовали площадку - дорожку для фехтования, трибуну для судей и палатки от ветра для зрителей. Иван заспешил одеться к турниру.
Рассудив, что в толпе гостей в плаще поверх фехтовального костюма он будет смотреться нелепо, воспользовавшись тем, что протокол не предписывал ему никаких действий, он не пошел через главный вход, а вышел через один из выходов для слуг. Обходя дворец, Иван вдруг заметил что-то то ли коричневое, то ли рыжее на снегу, недалеко от прохода к коммуникациям дворца. Подойдя поближе, он вдруг с удивлением заметил, что это матерый котище, свернувшись клубком, лежит на снегу. Вроде ничего странного… но почему на снегу? Иван подошел к коту; кот не шелохнулся. Иван дотронулся до него ботинком, затем перевернул. Кто оказался мертв. На горле запеклись красным рваные раны. "Крыса, огромная, черная...", "выписали Кузьку-крысолова" - пронеслось в голове у Ивана, и тревога Анастасии обрела черты в его сознании.

Впрочем, турнир не ждет. Иван добрался до площадки, представился судье и уже совсем скоро вышел на дорожку. Против графа Евгения Александровича Остафьева, право называть которого Женей Иван заслужил не так просто. Кирасир, спортсмен и просто замечательный человек выдал шикарный поединок, правда, больше похожий на дружеский спарринг, с красивыми выпадами и эффектными парированиями. Иван отвечал тем же, зрители аплодировали. Слегка запыхавшись, и решив, что для первого поединка хватит, Иван не менее эффектно выполнил комбинацию, обозначив бедро и корпус. Граф заулыбался, подал руку, раскланялся перед зрителями и под руку с Иваном ушел с дорожки, восторженно делясь с ним впечатлениями и особо интересными моментами поединка. Их остановил журналист с массивным фотоаппаратом и запечатлел пару соперников на фоне дворца и исполинского черепа. Затем граф предупредительно ушел в сторону, и фотоаппарат запечатлел Ивана одного.
Поединки первого круга прошли быстро, и герольд объявил:

- Иван Владимирович Кирасов! Тимур Мухамедович Ятаганов!

На дорожку уже выходил человек возраста примерно самого Ивана, смуглый, гладко выбритый, с блестящими глазами. Офицер, но не из числа непосредственно приглашенных, а из свиты, видимо, специально чтобы добавить перчинку в фехтовальный турнир. Значит, драться будет серьезно.

Бой начался. Тимур действовал очень осторожно, прощупывая оборону и разрывая дистанцию при любом подозрении на контратаку. Противный, изматывающий стиль. Иван совершил несколько финтов и казалось, поймал его; по крайней мере, это стоило бы проверить - он сделал выпад. Вернее, попытался. Толчковая нога не нашла опоры и улетела назад, растягивая жилы и разрывая узкие штаны. Иван в глупейшей позе начал падать, а Ятаганов, еще не понимая, что произошло, в контрвыпаде коснулся турнирной саблей предплечья Ивана.

- Какой позор, - мысленно завопил Иван. - Как хорошо, что Настя не видит!
Раздался крик Жени, Ятаганов, стоявший над Иваном, повернулся, поймал на лету плащ и протянул Ивану. Дождавшись, пока Иван прикроет разорванные штаны, Тимур протянул ему руку.

- Какая ужасная случайность, - сказал он, похоже, искренне сочувствуя Ивану. - Однако мышцы ног у вас - мое почтение. Штаны - в клочья!

Комплимент был рискованный, однако Иван решил его принять, как защиту самолюбия от досадного инцидента с штанами.

Иван, морщась от боли в растянутом сухожилии и чуть хромая, еще раз обошел дорожку в поисках места, на котором он поскользнулся. Но нет, льда нигде не было, шершавый гранит был тщательно очищен от снега и ледяной корки. Он стоял там в задумчивости, пока судья не сделал ему знак освободить дорожку.
В толпе зрителей Ивана, который теперь сам стал зрителем, его нашел Женя и начал говорить какие-то благоглупости, но Иван его не слушал - он был слишком раздосадован своим поражением.
Вдруг он услышал приглушенный голос из толпы:

- И это защитник Ее Высочества? Позорище какое-то!
Иван завертел головой, пытаясь найти того, кто это сказал. Однако все зрители, казалось, поглощены следующим поединком.

- С саблей он и правда плох, - прозвучал другой голос. - Может быть, Ее Высочество нашло в нем что-то другое? - ехидно добавил он.

Кровь бросилась в лицо Ивану, он в ярости принялся выискивать скаредника - без толку.

Стало невыносимо тоскливо.

- Знаешь, Евгений Александрович, я, пожалуй, пойду, - сказал Иван Жене. - После падения как-то неловко.

- Понимаю, Иван Владимирович, - ласково ответил Женя. - От души желаю здоровья. Когда оправишься, мы с тобой еще так же позажигаем. А я с твоего позволения останусь, досмотрю чем кончится.

К врачу идти казалось стыдным. Иван пошел к себе и переоделся.
Выходя и все еще прихрамывая, он заметил на столике в кабинете свежий выпуск газеты, только что из типографии, даже еще влажный.
На передовице красовался его афедронъ в момент падения и лопнувшие штаны. Заголовок гласил: "Царский примак показывает себя на фоне дутых подвигов". Примак! - это они значит так назвали будущего принца-консорта. Дутых подвигов значит! В глазах потемнело, но прежде, чем бумага клочьями разлетелась по кабинету, глаза выхватили еще несколько заголовков: "А был ли Змей?" и "Что такого в женихе Ее Высочества".
Проклятие! Наказать их! Вздернуть! Иван тяжело дышал, бессмысленно оглядываясь в приступе ярости. Но нет, нельзя - скажут, что "примак" в приступе ярости чинит личные расправы!
Как все погано-то.
Взгляд его упал на графин с мутной оранжевой жидкостью. Иван подошел, снял крышку и поднес графин к лицу. Водка. Облепиховая. Обычно он не держал такого в своем кабинете, но сейчас это выглядело уместно. Он налил себе рюмку. После второй тяжелый узел в груди начал развязываться. Ладно, неудачи бывают у каждого.
А сейчас нужно успеть к началу банкета.

Глава 2. Нави

На банкете Иван был мрачнее тучи.
Ее Высочество кратко встретилась с ним перед банкетом, почуяла его дыхание, сморщилась недовольно, но ничего не сказала, за что Иван был ей благодарен.
Именинница сидела во главе длинного стола. Иван был не рядом с ней, так как свадьбу еще не сыграли, и сидел строго напротив. Ближайшие гости сидели за столом, а другие приглашенные - за двумя такими же длинными столами по бокам. Все это было в каминном зале на втором этаже. Камины радостно пылали, пока подали закуски, а сам банкет должен был начаться вскоре.
Иван находился в зале и пытался развлекать костей, но во-первых, музыканты справлялись лучше, а во-вторых, он не мог себя заставить излучать позитив. И если с Евгением Александровичем он еще поговорил - тот рассказал ему, что Ятаганов занял второе место, срезался в финале - и с самим Ятагановым тоже, тот опять выразил сочувствие и справился о здоровье, прежде, чем отправиться за свой стол - то на других сил Ивана уже не хватило. Он нарычал на какого-то незнакомого господина, который хотел затеять с ним светскую беседу - в рамках приличия, конечно, но уже на грани. Некоторое время отвечал на бессмысленные реплики незнакомой же пожилой дамы и в итоге сделал вид, что ему срочно нужно идти. Куда идти, он не придумал, поэтому подошел к столу с закусками; на глаза ему попался аперитив. Иван пригубил его, ощутил горькую сладость и пошел к столу.
И тут на него буквально налетел молодой паренек с большими наивными глазами.

- Иван Владимирович, вы? - выдохнул он, картово проглотив букву р.

- Я, - снисходительно ответил Иван. - С кем имею честь?

- Юрий Нарвский, правда, все знают меня по прозвищу из навигацкой школы - Нави. Я из свиты князя Десницкого.

- Вы что-то хотели... Нави?

- Я просто хотел выразить вам свое восхищение, не сочтите за лесть. Вы сегодня были великолепны, я все видел.

- Все сложилось не очень удачно, к сожалению.

- В бою бывает всякое, - философски заметил Нави. - Даже промахнувшийся лев остается львом.

- Спасибо, Нави, но в утешении я не нуждаюсь.

Нави аж покраснел.

-  Какое утешение! Для нас вы просто былинный герой. Подумать только, одолеть змея, спасти царевну и стать ее женихом! Это просто архетипичнейший сюжет!

- На самом деле хронология немного другая. Когда появился Змей, мы уже были обручены. А в первый раз я проявил себя на глазах Его Величества в деле при реке Осиновке, будучи драгунским ротмистром.

- А расскажите про Змея! Вы сами его убили? Тяжело было? Как вам удалось? - Нави смотрел почти мальчишескими любопытными глазами.

- Да наверное Бог помог, - ответил Иван. Такое неподдельное восхищение льстило ему, на душе становилось легче. Значит, не все его грязью поливают. - Это долгий разговор, давай предварительно промочим горло.

- Ого! Выпить с таким героем - это честь для меня. Позвольте, я принесу? Анисовую?

- Я до этого пил Облепиховую. Это на "О". Значит, теперь надо на "П".

- Перцовую! - ахнул Нави. - Я сейчас.

Граф Евгений Александрович конфиденциально наклонился к распорядителю вечера.

- Скажите, а что за лейтенантик трется возле нашего витязя? И подносит ему вино не хуже Фёдора Басманова?

- Это... сейчас... это Юрий Сергеевич Нарвский, лейтенант флота. А тут он в свите князя Десницкого.

- Это точно?

- Он так назвался. В перечне он есть. Я его в лицо не знаю, его личных документов не видел. Но это нормально, тут есть люди, которых я не знаю. Тут один благородный господин мелькал, я его не идентифицировал. Куда-то делся. Еще одна дама тоже... Ну и вот этот. Остальных вроде бы знаю.

- Благодарю вас.

Слова распорядителя не успокоили Евгения Александровича. Он дошел до князя, но Десницкий не помнил такого, да и не обязан он помнить, ведь в его свите много людей, и чем вам вообще не угодил мой человек, давайте после банкета, а лучше завтра, вместе дойдем до него и это всё уладим.
Не добившийся толку от князя, Евгений Александрович вернулся к столу, терзаемый странной тревогой.
А за столом уже говорили тост - церемониальный тост от жениха к невесте, и Иван уже поднимал чашу, наполненную шустрым лейтенантиком. Речь была в целом неплоха, а то, что Иван сбился пару раз - нормальное следствие сегодняшнего стресса.
А потом Евгений Александрович встал в очередь на поздравления Ее Высочества. Когда подошла его очередь, прошло уже немало времени. Анастасия сидела как на иголках, глядя широко раскрытыми глазами, а подарки и поздравления принимала не то чтобы небрежно, но не от всей души. Как будто мысли ее были заняты другим. Тоже что-то чувствует, мелькнула мысль у графа. Едва слышно, она произнесла: "Спасибо, Женя". У графа от такого близкого обращения все внутри перевернулось. Как бы ей помочь, облегчить ее печаль.
Для начала нужно вызволить Ивана.
Но было уже поздно. Иван дошел до кондиции, не в силах подняться со своего места. За его столом возвышалась бутыль с мутным содержимым. Зловредного лейтенантика нигде не было видно. Надо будет завтра поставить на вид князю Десницкому этого его человечка.
Граф сделал знак распорядителю, и тот пригласил гостей в другие залы, уже готовые для карточных игр и танцев. Ее Высочество бросила сочувственный взгляд на жениха и вышла из зала.
Свет в зале притушили, слуги принялись убирать со стола, оставив павшего героя в покое.

Когда слуги убрали все со стола, в тусклом свете догорающих каминов Иван остался один за столом. Голова его покоилась на столе, а вернее на тарелке с остатками салата. Скоро слуги заберут его в спальню, но пока на короткое время он оставлен в зале.
Незримо, как тень от пламени, в комнату проскользнул Нави. Но он был не похож на себя: взгляд его из восторженно-наивного стал липким, цепким и целеустремленным. Липкость его взгляда выражалась в том, что независимо от поворота тела и даже головы Нави, маневрирующего между мебелью, взгляд его неизменно оставался прикован к Ивану.

Зайдя за спину спящему, Нави выхватил нож и нанес три удара под ребра. Иван выгнул спину, захлебнулся хрипом и принялся шарить невидящими глазами вокруг. Он был еще жив, и таковым пробудет еще пару минут, но шансов у него уже нет.

- А ты хорош, витязь, мистический защитник, - негромко проговорил Нави. - Было бы жалко оставлять твою силу. Однако, на полноценный ритуал времени нет. Придется что-то быстрое, что-то в стиле северных индейцев. КПД, конечно низкий, да и неэстетично это. Зато дешево, надежно и практично.

С этими словами Нави схватил агонизирующего, еще живого Ивана за волосы, надрезал кожу на лбу, а потом медленно стянул скальп. Ноздри Нави расширились, он прикрыл глаза и вдохнул горячую эманацию силы Ивана. А Иван опустился обратно за стол, положив голову на руки, роняя капли крови на скатерть. Мертвый. Весь ритуал занял меньше, чем половины минуты. Но настоящий приз - впереди.

Сунув кровоточащий скальп в карман флотского бушлата, Нави бросился прочь из зала. Уверенно нашел служебную лестницу и начал подниматься в покои Ее Высочества. Едва он ступил на лестницу, внешность его изменилась: вместо молоденького лейтенанта нам предстал мужчина лет 35 на вид, жилистый, с сухим лицом и внимательными темными глазами. Знаки различия также исчезли, теперь он был совсем неприметен.
На полпути он внезапно наткнулся на фрейлину Евдокию.

- Стой! Кто, куда? - накинулась она на него.

- Дератизатор, - брякнул Нави первое, что пришло в голову. Видя непонимание в глаза Евдокии, он уточнил: - Крысолов.

- А, вы по поводу этой черной крысы! А почему наверх, не в подвал?

- Иван Петрович сообщил, что крысу видели наверху тоже. Видимо, вентиляция или какой-то другой канал. Осмотрюсь там, если найду следы - раскидаю яд. Домашние животные есть, которые по дворцу ходят? Лучше заприте на пару недель.

- Хорошо, - удовлетворилась Евдокия и продолжила путь.

Нави продолжил восхождение.

Итак, вход в покои принцессы. Двое гвардейцев, почетный караул. Кирасы, алебарды, мечи. Таких ножом не возьмешь. Но есть и другие способы.
От резкого падения кровяного давления помутилось в глазах, и гвардейцы стали медленно оседать. Нави подхватил алебарды и аккуратно поставил их к стенке.
Теперь дверь. Нави приложил руку к замку, замок послушно щелкнул. Быстро отворив дверь, Нави затянул туда бессознательных гвардейцев, затем занес их алебарды, закрыл дверь и опять приложил руку к замку; замок щелкнул. И только после этого огляделся.
Никого. Ее Высочество не было в ее покоях. Ни в общедоступной части, где стоял Нави, ни в будуаре за второй дверью. Кровать не тронута.
Нави растерянно огляделся. Где она? Как теперь до нее добраться? Он закрыл глаза и произнес:

- Что. Тут. Произошло.

И услышал голос Анастасии. Высокий, почти истеричный.

- Пожалуйста! Мы должны уйти, как можно быстрее! Я чувствую! Готовьте карету!

- Но Ваше Высочество, - пытался возражать голос распорядителя. - На ночь глядя, в метель…

- Я сказала! Это приказ! - царевна похоже была на грани.

- Евгений Александрович, образумьте Ее высочество, - попытался возражать распорядитель.

- Я считаю так, - раздался третий голос, - Любой каприз Ее высочества - для нас закон. Но при одном условии: давайте возьмем с собой человек двадцать гвардейцев. Тут же есть гарнизонные кавалергарды? - пауза, видимо ответом был какой-то жест. - Ну тогда офицеров из числа свиты. Подготовьте все пожалуйста как можно быстрее, а я пока пойду кину клич офицерству. Ваше Высочество, извольте пожалуйста одеться и подготовиться к прогулке.

- Спасибо, Женечка, - опять голос царевны. Хлопок двери. И вдруг неожиданно всхлип: - Ах, Ваня мой, Ваня!

Нави бросился к окну. Какая-то суета и отблески света на заднем дворе, в районе конюшни. И тут трубы пропели сигнал тревоги - нашли, похоже, Ивана. В запертую изнутри дверь забарабанили. Не страшно.

Нави открыл окно, перевалился через подоконник, едва слышно прошептал, как молитву: “Держи меня, Ночь!” - и выпрыгнул в метельную хмарь. Проехал по скату крыши и сорвался с высоты третьего этажа. А затем приземлился на ноги на заснеженный гранит двора.

Так, с территории карета сможет выехать только через главный вход. Нави метнулся туда. Череп Змея будто бы усмехался. Не беспокойся, мое сильнейшее создание, я сделаю то, что ты не смог, подумал Нави на ходу.

Охрана уже бежала ему наперерез. Грохот, вспышка, двое бойцов откатились по граниту к забору; остальные бестолково заметались по двору, и только двое хладнокровно упали, закрыли голову руками и пытались осмотреться - молодцы, стреляные - отметил Нави. Но без Ивана никто тут не обладает силой, способной мне противостоять. Он скрылся в ночном снежном мареве.

Выбежав из ворот, Нави сумел только увидеть вдалеке уезжающую карету. Причем уезжала она не вниз по склону, в сторону цивилизации, а почему-то вверх, в горы.

Нави раздосадованно махнул рукой. Вроде все откалибровал, все предусмотрел… А все равно что-то почувствовала. И правда, велика ее сила. И тем больше желание этой силой завладеть!
Карета скрылась. Нави шел как собака по следам по дороге вдоль телеграфных проводов на столбах; ему захотелось подтянуть их, настроить и взять аккорд.

В поисках поддержки Нави вновь и вновь обращался к своей темной богине, внутренне пропевая литургическую строку: "Держи меня Ночь, качай меня, неси меня вверх!"

Фонари закончились быстро, теперь путь ему освещала только розовая звезда. Нави почему-то никак не мог вспомнить ее название, хотя такая приметная звезда наверняка была бы более известна, чем даже Полярная.

Телеграфные столбы и торная дорога тоже закончились - ушли влево, к перевалу. А вот следы от кареты и множества копыт почему-то пошли вправо, на небольшую дорожку, поднимавшуюся в Белым Скалам. Нави бывал там - там ничего не было. Какой-то заброшенный то ли монастырь, то ли наблюдательный пункт, отсюда и дорога; но сейчас там никого нет. Что задумала царевна? Нави был уверен, что это не просто каприз, она совершенно точно почувствовала его присутствие и угрозу.

Снежный занос. Глубокие следы от колес, вокруг натоптано. Похоже, тут карета застряла, и ее выталкивали. Судя по следам, толкали сзади и руками вращали колеса. Подъем не сильно занесен снегом, но все равно достаточно крут и скользок. Нави воспрял духом - тут у пешего больше шансов.

И только на самом верху подъема, там, где низкие облака уже касались белых скал, Нави смог различить в метели карету и всадников. Ему даже показалось что-то белое высунулось из окна и раздался пронзительный крик: "Он близко! СЕСТРИЦА, СПАСАЙ".

И вдруг все изменилось. Нави зафиксировал мощное магическое излучение; он хорошо его знал - это портал между мирами. Мощный спящий портал просыпался. Вход в него - сразу за границей облаков. Царевна уходит.

Нави бегом бросился к границе облаков - входу в Портал, намереваясь если не догнать царевну, то хотя бы проследовать за ней в другой мир, куда ведет портал.

Жар на лице. Нави мгновенно метнулся в сторону за секунду до того, как яркий луч вырвался из розовой звезды и ударил сверху вниз туда, где должен был находиться Нави, плавя снег и лед и выпуская белые клубы пара.
Он отступил и попятился, не сводя взгляда с розовой звезды. Ощущение жара на лице исчезло. Нави сделал шаг вперед. Опять лицо обдало жаром. Нави опять попятился, безнадежно глядя, как следы кареты упираются в облака. Ему туда нельзя.

Постояв так с минуту, Нави поднял воротник и пошел вниз по склону, стараясь восстановить дыхание после погони. Сунул руки в карманы и наткнулся на Иванов скальп. "Ну куда мне его девать", подумал Нави и повесил его на выступ Белых скал.

“Упустил. Но ничего, может быть однажды я доберусь и туда, куда она ушла. Пройду розовую звезду. Иван тоже казался непобедимым. И потом, миров и источников силы много. Я испорчу еще не одну песню Олега Медведева”.

- Анастасия Николаевна, Ваше Высочество... а что вообще происходит?

Анастасия ответила устало, но непривычно четко:

- Мы в Селестиане. Это другой мир. Не удивляйтесь, у нас это не афишируется; подробности объясню потом. Я запросила помощь у Сестрицы - принцессы Марибель. Она моя... - на секунду задумалась, - крестная сестра, получается. Между нашими домами династический союз и клятва взаимной помощи. Я позвала ее в момент опасности, и она откликнулась.

- Но от чего мы вообще бежали? Какая опасность нам грозила? Я видел того человека и молнии из этой звезды... - он поднял голову; розовая звезда сияла над ними с голубого неба среди бела дня. - Но кто он и что ему нужно? И что произошло во дворце?

Анастасия смотрела на него широко раскрытыми глазами:

- Я не знаю, - просто ответила она.

Граф подъехал к всадникам, которые уже спешились и пытались навести комфорт - снимали стеганые плащи и колеты, надевая кирасу обратно на хлопковые рубахи, освобождая коней от зимних попон.

- Господа офицеры! - обратился к ним Евгений Александрович. - Благодарю вас за то, что вы вызвались добровольцами в нашу прогулку в метель, - послышались смешки. - К сожалению, а может, и к счастью, наше путешествие приняло неожиданный оборот, - далее он довел до них информацию от Ее Высочества. И в заключение добавил: - Наша задача остается прежней: обеспечить безопасность и почетный эскорт Ее Высочества. Надеюсь, я могу и впредь на вас рассчитывать.

Офицеры согласно загудели.

Ее Высочество приказала ждать здесь, пока не станет ясно, что делать дальше. Все расположились в тени деревьев неподалеку от небольшой речки.

Граф только сейчас узнал Ятаганова. Соперник Ивана на фехтовальном турнире разглядывал речку, и вдруг замер и произнес:

- Вижу лодку.

Сияя на всю реку, к ним приближалась золоченая лодка. На борту стояли двое: златовласый витязь в золоченых доспехах без шлема и стройная девушка в красном полушубке с длинными черными, как смоль, волосами, украшенными жемчужными нитями. Она правила лодкой самолично серебряным веслом. Увидев путешественников, она отпустила весло и замахала им рукой.

- Сестрица, привет!

Нос лодки зарылся в мягкий песок. Витязь легко спрыгнул на берег и подал руку девушке. Анастасия Николаевна вышла из кареты.

- Сестрица Марибель! Братец Зенит! - обняла сестрицу, с братцем вышла заминка: обниматься в доспехах неудобно, но он быстро нашелся, встал на одно колено и поцеловал ей руку.

- Привет, - Зенит широко улыбнулся Анастасии. - Господа! - повернувшись к эскорту, выполнил воинское приветствие.

- Добро пожаловать, Сестрица Анастасия! - радостно произнесла Марибель, но в глазах сквозила тревога. - Что у вас стряслось? Где твой суженый и защитник, Иван?

И тут силы изменили Анастасии. Она упала в объятия Сестрицы и разрыдалась.

- Иван убит... нас преследуют... Я не понимаю, что происходит!

- О боже мой, - только и смогла сказать Марибель.

Граф стоял, как громом пораженный. "Иван убит..." - эхом отдавалось в его ушах.

Зенит подошел к графу, протянув руку для рукопожатия. Граф вздрогнул, оправившись от шока, представился и пожал руку.

- У нас есть только обрывочные сведения: Марибель услышала зов о помощи и открыла портал, я ударил Розовой звездой в преследователя. Что у вас произошло?

Граф потратил несколько мгновений, собирая метущиеся мысли в кучу, затем сказал:

- У нас был праздник. Иван... в какой-то момент перебрал с выпивкой; ему постоянно подливал какой-то тип. Я оставил его за столом. Боже мой! Если бы я его не оставил, но я не думал...

- Возьмите себя в руки! - мягко одернул его принц. - К тому же, уверен, ваше присутствие бы ему не помогло. Тот, кто смог опоить Ивана - а честным алкоголем его не возьмешь - справился бы и с вами.

- Возможно, вы правы. Спасибо. Так вот, Ее Высочество пришла в сильное волнение и потребовала покинуть дворец. Мы собрали эскорт и поехали в сторону гор. В какой-то момент мы увидели странного человека, который нас преследовал. Ее Высочество обратилась к Сестрице, открылся портал, Розовая звезда метала молнии в преследователя. Больше я ничего не понял.

- Незваный гость... - значимо проговорил принц. Видя недоумение графа, он пояснил: - Так мы называем залетных колдунов. Они охотятся за деньгами, артефактами, но главное - они охотятся за чужой силой - выпивают ее, как упырь выпивает кровь.

- И... много их у вас? - осторожно спросил Евгений.

- Чем больше незваных гостей, - принц грозно положил руку на эфес - Тем меньше незваных гостей!

Анастасия уже почти взяла себя в руки. Граф удивился, как они похожи с Марибель - будто и правда кровные сестры.

И дело не во внешности - у Марибель смоляно-черные волосы, у Анастасии каштановые, и она чуть повыше. И даже не в выражении лица - Марибель похоже всегда была готова взорваться звонким смехом или горькими рыданиями, в противовес спокойной Анастасии. Но что-то было неуловимо похожее в манере держать себя, в сдержанном изяществе движений.

Девушки о чем-то переговаривались, потом помахали им, призывая подойти.

- Мы с Сестрицей поедем на лодке, - объявила Марибель. - Евгений Александрович, если хотите, возьмем вас с собой. Зенит, проведешь эскорт через наш парк?

- Я с вами, - коротко ответил граф, взглянув на Анастасию. Оставить ее в такой момент, пусть даже с Сестрицей, показалось ему неправильным.

- Граф, ваша лошадь меня не съест? - спросил Зенит. - Если нет, я с вашего позволения ее позаимствую.

Трое в лодке наблюдали, как золотой витязь легко вскочил в седло и объявил:

- Господа офицеры, извольте следовать за мной, - и двинулся вглубь парка, хрустя копытами по гравийной дорожке. Офицеры, будто сами собой, построились в колонну по два и следовали за принцем.

- Позвольте, я возьму весло, - предложил Евгений Александрович.

- Ну попробуйте, - лукаво ответила Марибель. Ее настроение менялось как блики солнца на волне, но это было настолько искренне, что не казалось неуместным.

Граф взялся за серебряное весло и чуть не охнул от его тяжести. Оно было где-то на треть тяжелее, чем если было бы целиком из железа. Марибель продолжала смотреть на него лукаво. Он сделал несколько гребков, лодка закачалась и повернулась, но с места не сдвинулась. Он попробовал еще раз и даже чуть запыхался, но толку не было.

Наконец Марибель рассмеялась, и даже у Анастасии в уголках рта появился намек на улыбку.

- Ладно, я все понял, - сдался граф, решив, что в этом мире решает не физическая сила.

Марибель хлопнула в ладоши и лодка сама собой двинулась вверх по реке.

Река сделала излучину, деревья расступились и путешественникам открылся город. Дворец на холме был доминантой, с ансамблем из трех башен в середине. Ниже к дворцу буквально лепились здания пониже самого дворца, этажей по 5-6, да еще на разных по высоте участках склона - и напоминали птенцов, вытягивающих шеи в борьбе за внимание мамы. От дворца город растекался равномерной 2-3 этажной застройкой.

Река с парком примыкали к дворцу и тоже были отгорожены стенами от города. Получался такой зеленый анклав. Истока речки не было видно.

Лодка с тремя путниками сама собой подплыла к песчаному берегу возле дворца. Офицеры из эскорта Анастасии уже добрались сюда - стояли пешими в сторонке, выпуская густые клубы сигарного дыма. Они переговаривались приглушенными голосами, с удивлением обсуждая незнакомую архитектуру.

Принц Зенит стоял перед строем и общался с важным человеком в деловом костюме.

- ...выдать комплект экипировки и белья, организовать питание. Размещение... размещение... - он огляделся и увидел подошедших. - О, Марибель! В гостевой домик, да?

- Да, это отличная идея, - улыбнулась Марибель. - Как раз близко к дворцу и достаточная приватность для целой наследницы престола союзной династии, - она подмигнула Анастасии.

- Тогда принято, организуйте пожалуйста - продолжал Зенит для человека в деловом. - Тогда еще надо обслуживание организовать. Подготовьте список слуг.

- Будет сделано, Ваше Высочество, - важно ответил человек.

- Отлично. О, Евгений Александрович, принимайте личный состав. Кони уже заведены, господа офицеры покажут, где конюшня, - не дав графу Остафьеву вставить даже слово, Зенит повернулся к сестре. - Мне пора. Марибель, займешь гостей?

- Да, братец. Беги, играй в солдатиков, - послала ему воздушный поцелуй Марибель. Зенит насмешливо посмотрел на нее, как бы говоря: "Понял, принял, жди ответки", и быстрым шагом направился в сторону дворца.

- Сестрица! - воскликнула Анастасия. - Как нам послать весточку отцу?

- Проще простого, - пожала плечами Марибель. - Отсюда до Торговой лиги через волшебное зеркало, потом телеграфом. На всю передачу обычно 3-4 часа.

- Тогда ради бога, пойдем, напишем побыстрее!

- Конечно. Надо же дать твоему папе знать, что ты благополучно прибыла к нам в гости. И узнать подробнее, что и удалось узнать об инциденте.

Они убежали во дворец. Евгений Александрович проводил их взглядом. Затем повернулся к офицерам эскорта.

- Господа, докуривайте и пойдемте... размещаться.

"Гостевой домик" оказался большим прямоугольным трехэтажным особняком на территории дворца с выходом к плацу и парку. Внешняя стена рядом с ним превращалась в забор из высоких прутьев, украшенных позолоченными пиками; за забором была какая-то улица, респектабельная, судя по виду домов. На третьем этаже располагались господские комнаты (конечно же, для Ее Высочества), кабинет и служебные помещения для персональных слуг. На двух нижних этажах удалось разместиться вдвадцатером вполне комфортно.

Быстро организовавшись, выставили караул на третьем этаже у комнат Ее Высочества и внизу у входа, там же внутри пост дежурного. Поделились на четыре смены, как раз вышло по пять человек.

Переодевшись в подоспевшую форму местной гвардии - позолоченные мундиры, темно-желтые штаны - шестеро офицеров, включая Евгения Александровича, отправились на разведку. Основные цели разведки - точки скопления вина, табака, мяса и места проведения азартных игр - все, что нужно кавалерийским офицерам. А еще, как со спокойным удивлением вдруг заметил граф, точки расположения охраны, маршруты патрулей и возможные пути эвакуации. "Неужели я не считаю эпизод законченным?" - спросил себя граф.

Граф Остафьев вышел на улицу через неприметную калитку в заборе. Спускаясь в сумерках с холма, по улице, освещенной керосиновыми фонарями, он рассматривал незнакомый город. Вскоре он понял, что в этом районе были в основном посольства, резиденции важных людей, банки и другие учреждения. Деловая жизнь кипела где-то в другом месте. Пройдя мимо ресторана, смотревшегося скорее как дорогие декорации для важных переговоров, граф увидел отделение банка.

Очень кстати, надо решать вопрос с деньгами. Евгений Александрович показал клерку у входа два своих перстня - с голубым топазом и с сапфиром, оба белого золота. Тот сразу все понял:

- Господину нужна ссудная казна? Извольте следовать за мной.

Он привел графа в отдельный кабинет. За столом сидел пожилой мужчина с ухоженной бородкой с моноклем в глазу. Взяв перстни в руки в белых перчатках, он внимательно рассмотрел каждый под яркой настольной лампой.

- По сто селестов под залог каждого, еще столько же при окончательной продаже! - провозгласил он. - Залог первый месяц бесплатно, потом 6%.

- Вот этот, пожалуйста. Отдаю окончательно без выкупа, - показал Евгений Александрович на перстень с топазом, отметив про себя хитрого оценщика, ставящего сапфир вровень с топазом.

- Как изволите, - ответил оценщик. - Если хотите, можем еще вашу серьгу рассмотреть.

- Это на похороны, - ответил граф. Клерк удивленно уставился на него, зато оценщик был вынужден прикрыть рот перчаткой, чтобы не расхохотаться.

Когда слуги-доставщики принесли ящики с бутылками, сигарами и вяленым мясом к калитке, граф с некоторым неудовольствием отметил несколько похожих ящиков, уже ранее доставленных в особняк: другие разведчики тоже времени не теряли.

- Евгений Александрович, обед через полчаса, - сказал ему дежурный, удобно раскинувшись в кресле недалеко от входа. - Надо будет пройти в столовую, Ятаганов знает куда.

Анастасия Николаевна вернулась от Марибель как раз в эти полчаса.

- Господа офицеры! - закричал один из караульных снаружи. Дежурный едва успел принять вертикальное положение.

Зайдя в "гостевой домик", она огляделась.

- Устроились? Молодцы.

- Сюда пожалуйста, - граф жестом указал ей на лестницу. - Будете вина? Есть ли новости?

Анастасия поморщилась:

- Нет, вряд ли я когда-либо еще захочу вина. А новости есть, отец уже ответил. Пойдемте, там есть кабинет? Я вам покажу.

Войдя в кабинет, Ее Высочество скорчила кислую физиономию:

- "Я, конечно, рад, что ты жива и здорова, но раз уж ты оказалась в этом мире, то на правах дипломатического посла сделай-ка вот что..." - и длинный перечень государственных задач. - она вздохнула. - По финансам - они пока решают, как открыть кредитную линию в местном банке, там сложности с юрисдикцией миров. Так что, если повезет, бытовых проблем у нас не будет... хотя я смотрю у вас их и так нет.

- Я прошу прощения, что возвращаю вас обратно в ужас вчерашнего дня, - мрачно сказал граф, - но есть ли подробности вчерашнего инцидента?

- Да, читайте, - Анастасия небрежно подала ему смятый листок.

Прежде чем читать, Евгений Александрович осмотрел его. Телеграфное сообщение, переписанное от руки. Очень экономный почерк, очень тонкие и блеклые линии текста. Что-то не так... одинаковые. Все буквы одинаковые, как будто их набирали в типографии одним кеглем. В некоторых местах чернила смазаны, круглые пятна - очевидно, капли.

Быстро пробежался по тексту. "Отравление... Три ножевых ранения... Скальпирован..." Боже мой, какая ужасная смерть! Граф чуть не добавил новых капель на лист. И еще постскриптум. Вспомнили, что он, граф, спрашивал про этого мутного Юрия Нарвского по прозвищу Нави. Так вот, такового не оказалось среди людей князя Десницкого. И в перечне его тоже не было. Распорядитель при этом утверждает, что в перечне он точно был. "Вот так дела, - подумал граф, - мы же с ним вместе видели его в списке". А потом в ушах эхом отозвался голос Зенита: "Незваный гость...".

- Евгений Александрович, вы мне будете нужны послезавтра, - произнесла вдруг Анастасия. - Будете сопровождать меня на траурных мероприятиях.

- Что?? - граф перестал что-либо понимать.

- Послезавтра вторая годовщина трагической гибели принца Зефира, брата Марибель и Зенита. Будет литургия. Мы должны быть. Потом аудиенция с моей крестной, королевой Ноктюрной.

- Да, Ваше Высочество, - отвечал граф и вышел.

Спускаясь по лестнице, он вдруг услышал сзади голос, тихий, на грани слышимости: "Боже, за что! От одной трагедии до другой! Зефир, братец, я же помню тебя, мы же в детстве три лета вместе провели... я же помню тебя живым! Почему так?..". Граф поколебался несколько мгновений, решая, как среагировать. И решил, что он ничего не расслышал.

Далее началась литургия. Два часа. Два часа концентрированной скорби. Анастасия время от времени прикладывала платок к глазам, оплакивая Ивана и Зефира одновременно. Даже Марибель не меняла настроения все два часа. Костяшки Зенита побледнели на эфесе меча. Из уголка губ лениво скатывалась струйка крови - граф помахал ему и указал на нее. Зенит как будто очнулся от тяжких мыслей, кивнул благодарно и вытер кровь платком.

Обычно граф делал над собой усилие, чтобы сохранять подобающее выражение во время церемонии. Сегодня этого не требовалось. Тяжкие мысли одолевали его. А еще он так и не смог за два предыдущих дня ни у кого допытаться, как именно погиб Зефир.

Наконец, литургия была окончена.

Последовала аудиенция с королевой Ноктюрной. Она по-матерински обняла Анастасию, кратко с ней поговорила, но была настолько слаба, что долгого разговора по существу не вышло.

Марибель с Анастасией вышли на широкий балкон почти на самом верхнем этаже, знаком приглашая графа присоединиться.

- Вы прекрасно держитесь, - включил светскую болтовню Евгений Александрович, - позвольте выразить...

- Только вот вы не начинайте, Евгений Александрович, - выдохнула Марибель.

Повисла пауза.

- Мама очень больна и слаба, - вдруг сказала Марибель. - Уже не первый год. На ее теле незаживающая язва. Даже Зенит со всей его силой не может ее вылечить.

- Боже мой! Мы можем как-то помочь? - аханула Анастасия, сжимая руку Марибель. - Может пригласить врачей, какие-то лекарства, у нас отличная фармакология! Надо написать отцу...

- Нет, - печально покачала головой Марибель. - Болезнь явно имеет магическое происхождение. Обычными лекарствами тут не справиться.

- Его Высочество принц Зенит уже вернулся к делам? - переключил тему граф.

- О да, он же командир Золотой гвардии. У него много работы по сдерживанию всяких...

Тут раздался тревожный голос труб.

...вот этих вот, - невозмутимо закончила Марибель.

- Драконы! Драко-о-оны! Воздух! - раздался крик с башни.

- Давайте сойдем с балкона, - озабоченно предложила Марибель.

Но было поздно - из-за башни дворца вылетели три чудовища - размером с верблюда, с кожистыми крыльями и почему-то с щупальцами. Они почти синхронно замерли, а потом бросились на балкон к принцессам.

- И часто у вас такое? - сквозь шум спросила Анастасия.

- Наш мир на перекрестке порталов, - отозвалась Марибель. - Сюда часто заходят те, кто не надо. Поэтому нам и нужна Розовая звезда и мы постоянно ищем талантливых воинов в гвардию брата.

А твари были уже на балюстраде. К ним наперерез бросились гвардейцы в золоченых доспехах. Но первым у них оказался человек в бесцветном выцветшем ватнике - гамбезоне - с длинным узким мечом. Граф смотрел на него, не веря своим глазам. Вот это движение, вот эта комбинация с мечом... Это же точно Иван, граф хорошо изучил манеру друга двигаться. Но вот ситуация изменилась, боец закрутился между драконами, и наваждение распалось: больше ничего общего с манерой Ивана.

Неизвестный боец пронзил первого дракона, зарубил второго и выстрелил из пистолета в третьего - тот сорвался вниз.

Вытирая меч о лоскут взрезанного когтями ватника, разбрасывая вокруг себя шерсть и паклю, которыми он был набит, воняя кровью, чем-то еще едким и к тому же горьким запахом дешевого пороха, боец развернулся и поискал кого-то глазами; взгляд его остановился на принце Зените, и он двинулся к нему, как бы продолжая прерванный разговор.

- Нифига у вас тестовые задания! Я думал, победить дракона на собеседовании - это такие шутки.

Тут он заметил царевен, заозирался, чувствуя себя неловко. Потом решился.

- Добрый день, благородные дамы.

- Привет, герой, - улыбнулась ему Марибель.

- Ну так уж, - отмахнулся боец. - Мое основное геройство было чтобы этих орлов обогнать, - он махнул рукой на золотых. Те синхронно ударили себя стальными перчатками по кирасам, одновременно выкрикнув что-то вроде "Хха!". А боец продолжал: - Вот, пожалуйста, героев тут и без меня достаточно, - и указал жестом на графа Остафьева. Граф только сейчас понял, что держит в руках взведенный пистолет и убрал его. И опять что-то неуловимо знакомое в манере общения этого воина... нет, ускользнуло.

- Кто ты, воин? - продолжала Марибель.

- Я... - начал было он, но тут взгляд его упал на лица красавиц. Он медленно перевел взгляд с Марибель на Анастасию, замер на несколько секунд, а потом, когда осознал, что такое разглядывание не укладывается ни в какие рамки приличия, залился краской и склонил голову низко. Было забавно наблюдать, как человек, только что одолевший троих драконов, так смущается перед девушками.

- Мое имя Ятсан. Я... - он неуверенно оглянулся на Зенита. - Кандидат в гвардию Ее Величества Луны.

- Принят. Рядовой, полторы нормы, - отчеканил Зенит. Гвардейцы еще раз ухнули кулаками по кирасам, приветствуя нового товарища.

В правильности своего решения Зенит убедился всего через несколько дней.

Граф Остафьев отдыхал в комнате на втором этаже, которую он делил еще с тремя офицерами, как вдруг услышал внизу шум и разговоры на повышенных тонах. Накинув поверх сорочки золоченый мундир, он направился вниз разобраться в чем дело. Подойдя к лестнице, он различил голос Ятаганова:

- А мне плевать, что тут написано! Знаете, что с этой бумагой следует сделать?

- Но я же есть в списке. И документы у меня на руках! Вы мешаете мне выполнять мои обязанности. Я на вас буду жаловаться!

- Жалуйтесь хоть принцу Зениту, хоть самому Господу Богу. Я вас в лицо не знаю, и пропускать вас не буду.

- Ну смотрите, я же с самого начала был в списке слуг. А сейчас освободился от других задач и должен приступить к своим обязанностям здесь.

В этот момент Евгений Александрович уже спускался по лестнице. Невозмутимый Ятаганов спорил с раскрасневшимся от возмущения полным мужчиной в ливрее слуги. Заранее сморщившись в предчувствии скандала с этим типом, а возможно, и с Марибель, граф двинулся к ним.

И в этот момент слуга сделал резкое движение. Граф решил было, что он нанес удар, но нет, его раскрытая ладонь не коснулась Ятаганова. Однако Ятаганов закричал неразборчиво, зашатался, как пьяный, замахал руками, уронив графин с водой со столика дежурного, и ничком повалился на пол. Услышав скрип деревянных ступеней, слуга повернулся к лестнице, увидел графа, и губы его растянулись в ухмылке, а ноздри хищно расширились. Граф выстрелил. Слуга взмахнул рукой - как хлыстом ударил! - и перехватил пулю на лету.

Еще два выстрела слились в один - караульные заглянули на шум разбившегося графина. Слуга повернулся и поймал еще одну пулю другой рукой. А вот третью не сумел. Пуля вошла в живот. Взревев, он бросился прочь из дома, с невероятной силой растолкав караульных у дверного проема. Граф выбежал следом. Фальшивый слуга бежал в парк, отмечая свой путь каплями крови.

- Что за черт? - сказал кто-то.

Евгений Александрович набрал в грудь воздуха и заорал что было сил: "Тревога!" Топот сапог слился с гулом труб во дворце. Нападавший уже скрылся за деревьями.

- Проклятие! Ятаганов! - граф бросился обратно.

Он был без сознания, но дышал. Граф уложил его на бок и осмотрел: ран на теле не было.

Через две минуты золотые гвардейцы оцепили дом. К графу подошел один из них, с сумкой на поясе и красной повязкой на плече.

- Я санитар. Позвольте.

Он опустился на одно колено возле Ятаганова и осмотрел его. Прислушался к дыханию, поднял пальцем веко, повернул на бок. Затем достал из сумки маленький флакон и поднес его к носу Ятаганова. Тот застонал. Выждав немного, санитар повторил процедуру.

- Архх... все, хватит, - невнятно ответил Ятаганов. Вздох облегчения вырвался у графа - живой!

- Как вы? - спросил санитар.

- Голова... - простонал Ятаганов. - И сил нет.

- Лежите, не вставайте. Вот, рассасывайте, - засунул что-то ему в рот. - Скоро вам должно стать легче.

Через пять минут прибыл сам Зенит.

- Что тут произошло? - резко спросил он.

- Он ловит пули руками! - невпопад ответил граф. - Побежал в парк.

- Где Анастасия?

- У себя. С ней четверо.

- Хорошо, - Зенит огляделся. Когда он заметил следы крови на полу, губы его растянулись в жесткой усмешке. - Видимо, не все пули ловит. Чья пуля попала, кто отличился? - он окинул взглядом графа и караульных.

- Пуля моя, я поручик Майоров, - ответил один из караульных. - А отличились все вчетвером.

- Хорошо, - кивнул Зенит. - Евгений Александрович, будьте пожалуйста с Анастасией. Мы прочешем лес и постараемся найти его.

- Далеко не убежит в *опу раненый джигит, - простонал Ятаганов. Зенит криво усмехнулся и вышел.

Перед домом уже строились человек сто гвардейцев. Зенит что-то говорил нескольким офицерам. До графа донеслось: "Прочесать весь парк... Незваный гость... Колдовство... Очень опасен".

Возбуждение требовало выхода, но что делать - было решительно непонятно. Граф отошел за стол дежурного и прямо тут перезарядил пистолет. Затем нашел на столе документы, отряхнул их от разлитой воды и вчитался. Список слуг, допущенных в дом. Он сам не раз его просматривал, там было шесть человек - имя, должность. А, нет, семь. Некий "старший мажордом Анверац". Граф нахмурился. Он точно помнил, что шесть. Он еще кому-то на пальцах показывал количество, растопырил пятерню - не хватило, пришлось еще один палец с другой руки показать. Документ не менялся с первого дня, вот печать, немного размытая, но в целом читаемая.

Евгений поднялся на третий этаж. Анастасия сидела в кабинете. Двое офицеров стояли у входа, еще один - в кабинете у окна, четвертый расположился в кресле в глубине кабинета, держа в руках заряженный пистолет.

- Женя, - взволнованно воскликнула Анастасия. - Что происходит?

- Мы его спугнули, Зенит здесь, возглавляет погоню, потерь нет, - скороговоркой выпалил граф.

- Кто это был?

- Не знаю, ничего не знаю, - покачал головой граф.

Зенит вернулся через час. С двумя гвардейцами он поднялся в кабинет Анастасии, собранный, но уже не такой резкий. В одном граф узнал одного из офицеров, с которыми Зенит совещался перед погоней. Второй, высокий стройный парень с пепельными волосами и серыми глазами, показался ему смутно знакомым, но откуда - граф не помнил.

Анастасия встала навстречу Зениту.

- Догнали, убит, - начал с главного Зенит. По комнате прошелестел вздох облегчения.

- Теперь чуть больше подробностей, - продолжил Зенит, присаживаясь на край стола. - Сначала нас вели следы крови. Метров через двести они начали прерываться и вскоре исчезли совсем. То ли остановил кровотечение, то ли у этой твари вообще нет крови. Принялись прочесывать парк широкой цепью. Нашли. Уже мертвого. Более того, разложившегося в прах в серном дыму. А рядом с ним, кто бы вы думали? Наш недавний знакомый, - Зенит повернулся к пепельному парню. - Ятсан, расскажи как дело было.

Тут граф узнал его. Точно, тот самый наемник с фееричным собеседованием. Пожав плечами, Ятсан спокойно сказал:

- Мы несли караул у дальних ворот, за парком. Я услышал шум. На правах старшего оставил двоих на месте, сам пошел посмотреть что там. Различил в листве человеческую фигуру. Он сидел на корточках, что-то делал на земле. Я его окликнул. Он бросился на меня. Я выстрелил, точно попал, но он даже не замедлил бега. Дрался как черт, вообще не бросалось в глаза, что в нем пуля или даже две. Но в итоге я смог его зарубить. Он зашипел и принялся разлагаться, пошел вонючий дым. Тут слышу - опять шум. Я туда - а там наши с облавой. Доложил, показал. На этом все.

- Какие-то сверхъестественные вещи видели?

- Да. На земле он чертил знаки. Мы с ним изрядно затоптали их, но из того, что осталось, я узнал - это сумеречные руны. Они чуть более угловатые, чем округлые местные, и еще на конце такие клинышки.

- Что они означали?

- Не знаю, - Ятсан развел руками. - Я не умею их читать.

- Видимо, что-то еще готовил, - произнес Зенит.

- А кто это был? - спросила Анастасия. - Что ему нужно?

- Явно покушение, - ответил Зенит, как отрезал. - Рабочая версия - незваный гость, охотник за силой. К сожалению, самая вероятная - он пришел за тобой.

Анастасия ахнула. Граф процедил:

- Нави!

- Может быть тот самый, из вашего мира. Может быть другой. Пока невозможно делать выводы. Почерк похож, но много кто использует те же методы.

- Зенит, а у вас есть некто "старший мажордом"... со сложными именем типа "Абзац", - вдруг вспомнил граф.

- У нас вообще нет должности "старший мажордом", - нахмурился Зенит. - Откуда вы это взяли?

Граф молча протянул ему список. Зенит пробежал его глазами, затем покачал головой:

- Не вижу.

- Позвольте... - графу показалось, что глаза ему изменяют. Шесть! Опять шесть имен в списке! - Тут только что был еще один пункт в списке, - попытался он объяснить, понимая, что выглядит глупейшим образом.

Ятсан чихнул и тут же смутился:

- Прошу прощения, этот гнусный запах никак не выветрится из моего носа.

- Запах, значит? - Зенит понюхал документ. Затем протянул Ятсану. Тот принюхался, скривился и кивнул. - Это все объясняет. Очевидно, он своим колдовством изменил документ, чтобы его легенда была правдоподобной. С его смертью документ вернулся к исходному виду. Евгений Александрович, спасибо вам за наблюдательность.

Зенит вздохнул:

- Хорошо что все обошлось. Анастасия, мое почтение вашим людям.

Он направился к выходу. Ятсан на секунду замешкался, взглянув на Анастасию.

- Спасибо, что убили его, - сказала она Ятсану.

Ятсан улыбнулся:

- Рад, что смог наказать вашего обидчика, - и вышел.