Первая роль Михаила Пуговкина: из кино на фронт⁠⁠

Как-то раз молодому парню с костромским говором, актёру вспомогательного состава одного из московских театров, именитый режиссёр Григорий Рошаль предложил сняться в фильме «Дело Артамоновых» — экранизации романа Горького. Роль предстояла небольшая, но очень заметная. Молодого актёра звали Михаил Пуговкин, шёл 1941 год.

Семнадцатилетний Пуговкин играл лихого парня-плясуна. Он соревновался от местных в плясном батле с приезжим Алексеем Артамоновым. Алексей переплясал, но поплатился за это. Ему не простили самохвальства, отловили и изувечили, а герой Пуговкина был в этом главный заводила.

Режиссёр остался очень доволен юным артистом. Пуговкин, ободрённый похвалой, рассказал Рошалю, как родные встретили его выбор профессии: «С таким лицом разве берут в артисты?» На это Рошаль ответил знаменитой фразой: «Миша, у вас не лицо, а целая кинобудка».

Сцены с участием Пуговкина снимали в июне. И вот во время постановки того самого эпизода с танцем съёмки неожиданно прервали. Дирекция позвала всю группу к репродуктору. Молотов обращался к народу с объявлением войны.

Завершив свою часть работы на съёмочной площадке, Пуговкин приписал себе лишний год и ушёл добровольцем на фронт. В августе 1942-го его тяжело ранили в ногу, началась гангрена. Врачи уже готовили конечность к ампутации, но юный боец взмолился главному хирургу: «Доктор, нельзя мне без ноги, я ведь артист!» Медики пошли ему навстречу — и ногу удалось спасти.

В Москву Пуговкин вернулся на костылях. Лицо его было покорёжено осколком. В театре, куда актёра зачислили, как раз репетировали пьесу «Москвичка». По сюжету один из героев возвращался с войны в родной двор — изуродованный, искалеченный, отвергнутый девушкой, в которую был влюблён. Эту роль предложили Пуговкину.