user9423004

А еще у Демона был приработок: штрафы за превышение скорости. Конечно, не тех, энергичных, разве их остановишь? Других, медленных. Правда, в Термодинамике с этим нелегко. Вот несется частица с явно недозволенной скоростью — но как поймать ее, если за секунду она все государство может пересечь сотню раз! Ну, допустим, ты ее поймал. Но какая была скорость? Это принципиально невозможно установить — ты точно знаешь или скорость частицы, или ее местонахождение. И вообще — она ли нарушала? Все частицы в микромире принципиально на одно лицо. Поэтому Максвелл не затруднял себя доказательством чей-то вины, а тормозил всех подряд. Когда в государстве есть каста неприкасаемых, у тех, кто к ней не принадлежит, вина всегда найдется.

Так и жил бы припеваючи наш Демон, но от халявной работы начал толстеть. И так раздуло, что не смог выполнять свои обязанности. В микромире это закон — если твоя масса слишком большая, ты уже ему не принадлежишь. Но поскольку Демон исправно делился с кем надо, его не оставили без внимания. Дали тепленькую должность в разделе сильных взаимодействий. Прямо в центре, в ядре. Место надежное и прибыльное. Если что не так, всегда можно пригрозить цепной реакцией.

А на перекрестке теперь стоит другой регулировщик. Свято место пусто не бывает. Только почему-то святые места чаще всего занимают демоны.

ЗЫ: Автор Олег Палек, «50 современных сказок».

Работал здесь Вася уже около двадцати лет, и все жильцы от мала до велика знали его в лицо. Дети, играя, порой подбегали к люку, и кричали что-нибудь, наподобие: «Дядя Вася, сожгите мой дневник. И мой. И мой». Он отвечал им по-доброму: «Кидайте, хлопцы, все сгорит». Случайный прохожий бывало заглянет в люк и спросит: «Зачем, жгёте, гражданин».

«Не положено отвечать, военная тайна, получается», — бойко отрубал Вася, по правде говоря, он и сам плохо понимал, зачем нужна его работа. По молодости лет его это тоже интересовало, он спрашивал у девушек выдающих зарплату, у мужиков, подвозящих мусор для топлива, и даже писал в газету «Аргументы и факты», но никто ничего не мог ему объяснить. Надо и все тут. В промышленных целях, полезен костер внутри люка и баста. Вам зарплату выдают? Выдают. Чего тогда беспокоитесь.

Работа Васе нравилась, хоть зарплата и небольшая, зато тепло и как-никак местная знаменитость. Сидишь посреди двора и в ус не дуешь. А денег ему и не надо, детей нет, жена, как и Вася неприхотлива, работает уборщицей, а основное время проводит, как все нормальные люди за телевизором. Случалось Васе и подхалтурить, когда мусор из сумасшедшего дома сожгешь, а когда и какие-то ценные документы. Платили обычно бутылкой, подойдет врач в белом халате и говорит, заглядывая в люк: «Вася, кинь-ка это в костерок», — сует папочку, а сам ехидно улыбается. Как-то ради интереса, заглянул Вася в папку, ерунда, какие-то каракули.

Даже ночью снились ему сны про огонь и костры. Вчера приснилось, вспомнишь — обомлеешь. Приснился ему черт с копытами и говорит: «В нашем аду кочегаров мало. После смерти, айда ко мне на полтары ставки». В воображении своем, представлял себя Вася неким малым духом хранителем. Сейчас наблюдает за костром в люке, а потом, авось поднимут, доверят какой-нибудь вулканчик или, на худой конец, гейзер. Не подумайте плохого, такие мысли не были частыми гостями в голове Васи, обычно он не только не фантазировал, но и вообще ни о чем не думал. Только смотрел на огонь, на уходящий вверх столб белого дыма и подкидывал топливо

Иногда, по воскресеньям он встречался со своим другом Валерой, сидел с ним на кухне, вели разговор. Говорил по большей части Валера, а Вася слушал. Валера очень увлекался политикой, и постоянно упрекал Васю:

— Вот ты человек бесполезный, только небо коптишь.

— Жечь костер, тоже умеючи надо. Когда подбросить, когда нет. Когда крышку люка открыть, когда закрыть. Искусство, понимаешь.

— Оправдывайся, оправдывайся. Вот я человек рабочий, на заводе, в цехе при всех делах. Скоро мастером стану. Пуговицы медные делаем, сто тысяч в час. Каждая блестит, глаз слепнет.

— Зачем мне твои пуговицы? У меня пальто на молнии, прогресс, понимаешь. Сейчас пальто с пуговками никто не наденет, вон у дочки спроси, она скажет. Мода сейчас не та, а вы все клепаете.

Однажды, Валера, зашел к нему и с порога зашептал:

— Слушай, что я надумал. Такое дело. Понял я, зачем ты небо коптишь, и зачем я пуговицы делаю.

— Знать не положено тебе, военная тайна.

— Да брось, тут дело хитрое. У нас, сколько люков по стране? В одном нашем районе тыща наберется. И почти в каждом человек сидит, и жгет, а, сколько человек топливо подвозят, а начальство, а бухгалтерия?

— Давай скорее, к чему ты клонишь-то?

— Да к тому я клоню, что если все эти люди будут ракеты делать и танки, что у нас случиться?

— Мировая революция?

— Нет. Американцы тоже не дураки, на каждый наш танк, они свой строят. Что ж им остается. Вот и получиться катаклизм — третья мировая война. Потому, что когда танков и пушек много их девать надо куда-то, не зря же люди старались. А поле боя для этого — лучшее место. Знаешь сколько время жизни танка в современном бою?

— Нет, сколько?

— Двадцать минут, такое дело.

С тех пор Вася сидит в люке и жгет с еще большим усердием. Он знает, что работа его не напрасна — он спасает мир от мировой войны.

ЗЫ: Автор Сергей Чернов.

А снег все падал и падал. Снежинки все чаще опускались Медвежонку на нос, приседали и, улыбаясь, говорили: «Здравствуй, Медвежонок!»

«Очень приятно,- говорил Медвежонок.- Вы — шестьдесят восьмая». И облизывался.

К вечеру он съел триста снежинок, и ему стало так холодно, что он едва добрался до берлоги и сразу уснул. И ему приснилось, что он — пушистая, мягкая снежинка… И что он опустился на нос какому-то Медвежонку и сказал: «Здравствуй, Медвежонок!» — а в ответ услышал: «Очень приятно, вы — триста двадцатая…»

«Лам-па-ра-пам!» — заиграла музыка. И Медвежонок закружился в сладком, волшебном танце, и триста снежинок закружились вместе с ним. Они мелькали впереди, сзади, сбоку и, когда он уставал, подхватывали его, и он кружился, кружился, кружился…

Всю зиму Медвежонок болел. Нос у него был сухой и горячий, а в животе плясали снежинки. И только весной, когда по всему лесу зазвенела капель и прилетели птицы, он открыл глаза и увидел на табуретке Ёжика. Ёжик улыбался и шевелил иголками.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Медвежонок.

— Жду, когда ты выздоровеешь,- ответил Ёжик.

— Долго?

— Всю зиму. Я, как узнал, что ты объелся снегом — сразу перетащил все свои припасы к тебе…

— И всю зиму ты сидел возле меня на табуретке?

— Да, я поил тебя еловым отваром и прикладывал к животу сушеную травку…

— Не помню,- сказал Медвежонок.

— Еще бы! — вздохнул Ёжик.- Ты всю зиму говорил, что ты — снежинка. Я так боялся, что ты растаешь к весне…

ЗЫ: Автор Сергей Козлов, «Сказки о Ёжике и Медвежонке».

Другой академик тоже крутой был, но не международный, а укpaинский. Известное дело: в Укpaине все институты в университеты переименовали, а всех профессоров - в академики. И вот, значит, академик из Полтавской медицинской академии приезжает в Москву на симпозиум, знакомится там с девушкой - а она уже не девушка, а почти что тетенька, молодая вдова - и через год прописывается у нее в квартире. Устраивается работать в клинику Фёдорова, и еще через пару лет изобретает препарат против отслоения сетчатки. Ну, кто не знает, тот не поймет, а кто знает, тот оценит. Вот и нашего академика по достоинству оценили, двадцать пять стран у него разработку купили, разбогател он до неприличия и начал свою жену любить и баловать. Что бы я, говорит, без тебя делал.

Ну, долго ли коротко ли, а и трех лет не прошло, как этот академик помер. Во сне задохнулся - с кем не бывает. Тут, само собой, менты, следствие, все такое - короче, все богатство покойного на адвокатов ушло. Но оправдали её за отсутствием состава преступления, а вовсе не за недоказанностью, как можно было ожидать.

И вот тогда-то к нашей девушке, которая уже совсем тетенька стала (шутка ли, двух мужей потерять), и седина в волосах, и темные очки не от солнца, а от морщин, и засыпает по два часа, всё ворочается, места себе не утопчет – вот тогда-то к ней и подкатился третий академик. Полковник из милицейской академии, большой специалист по всякой криминалистике. Сошелся он с ней не от большой любви, а скорее из любопытства - интересно ему стало, как она все это делает. Женился он на ней и начал наблюдать.

И заметил, что она очень любит позу "женщина сверху". И очень любит, когда мужик сразу после этого на спине засыпает; а если он иначе засыпает, то она его на спину переворачивает. И еще заметил, за ней другую странность - лимон в холодильнике. То есть, само по себе это совсем не странно - подумаешь, лимон в холодильнике! Странно другое: сама она лимонов не ест, но у нее в холодильнике всегда есть свежий лимон - вот ведь интересно, зачем ей свежий лимон?

И вот, когда академик все эти странности заметил, он, конечно, обо всем догадался. Написал для неё завещание, заверил его по всей форме - а сам снотворные принимать перестал и ждет, что будет.

И однажды ночью лежит он, как положено, на спине и притворяется спящим. И слышит, как жена его на кухню вышла, а потом вернулась и подносит ему под нос половинку лимона! Он, хоть и не спал, чуть слюной не захлебнулся, но таки не захлебнулся, а перевернулся на живот и спокойно доспал до утра.

А утром и спрашивает: "Ты чего это, Наташа, сегодня ночью мне лимон под нос совала? Небось, хотела, чтобы я слюной захлебнулся, и все имущество мое чтобы тебе отошло?" А она ему отвечает: "Окстись, дорогой! Это тебе, должно быть, приснилось. Виданное ли это дело, чтобы мужчина от такой ерунды помер?"

Тут-то академик и задумался, не паранойя ли его гложет. Ведь и в самом деле, не было в его практике таких случаев. Хотя, с другой стороны, чисто теоретически оно ведь возможно - но на практике, если бы это был такой эффективный способ, то половина Москвы им бы точно пользовалась. И, короче говоря, решил он проверить, так ли это на самом деле.

И вот, на другую ночь, лежит он на спине, а она снова подносит ему лимончик. А он лежит, не переворачивается - и чувствует, что начинает слюной захлебываться. А потом и в натуре захлебывается и умирает, захлебывается и умирает, и таки умер. На самом деле.

И после этого случая стала Наташа богатой вдовой и смогла, наконец, реально помочь своей маме. Для того-то вся эта охота на академиков и затевалась, чтобы маме помочь, потому что ближе и роднее у Наташи никого не было, да не очень-то и хотелось. А у мамы вся правая половина у ней парализована, и смотреть на это жутко и страшно, а для хорошего лечения нужны очень хорошие деньги. И теперь, когда эти деньги наконец получились, стала Наташа свою маму по заграницам возить и докторам показывать. А доктора, знай, денежки гребут, но ничем помочь не могут. Так они и вернулись домой, несолоно хлебавши, и у Наташи после этого характер сильно испортился. Нервная она стала, дерганная, заберется в ванную и плачет, чтобы мама не слышала, а то еще выйдет на кухню, включит радио и сидит с потухшим взором. А мама всё спрашивает: доча, что с тобой? доча, что с тобой? А она отвечает: "Ничего" - и снова в ванную плакать.

Ну, долго ли, коротко ли, а повстречался на Наташином скорбном пути толковый психоаналитик. Ей, надо сказать, вообще на мужиков везло - просто так за хлебом вышла и в очереди познакомилась. Рассказала ему про мамину беду – а доктор и говорит: "Привози ко мне свою маму. Есть большая вероятность, что я ей смогу помочь".

И, представьте себе, он её вылечил! За пять сеансов весь паралич как рукой сняло. Оказалось, что главная проблема там сидела в подсознании. Наташина мама мастурбировала с раннего детства; а Наташина бабушка как-то раз ее за этим поймала и застращала: будешь, мол, с писькой играться - рука отсохнет. Было это очень давно, и прошло, и быльем поросло, но в какой-то момент случайно наружу вылезло - и опаньки! Сбылося бабушкино пророчество: отсохла и рука, и нога в придачу. И мировые светила неврологии ничего понять не могут: нервы, вроде бы, в порядке - а конечности явно не работают! А для толкового психоаналитика тут никаких загадок нет - но его ведь никто не спросит. Паралич - это считается как бы не по его специальности.

Когда Наташа об этом узнала, она от досады чуть не задохнулась. Выходит, напрасно она трёх академиков заморила? напрасно кучу денег потратила? Проблема-то была копеечная, просто решать её надо было с другой стороны! Впору было почувствовать себя безнадёжной дурой - но Наташа этому настроению не поддалась. Она подумала: "Деньги всё равно были не мои, а академики всё равно бы когда-нибудь умерли. И, в конце концов, мама всё-таки выздоровела – а значит, я всё сделала правильно".

И улыбнулась, и стала дальше жить.

ЗЫ: Автор — Дмитрий Гайдук, «Цывильные сказки»

Невеста в шоке, вся родня её тоже. Окружили парня, требуют объяснений. Он докладывает всё как есть: дескать, ради воскрешения возлюбленной последних трусов не пожалел.

Невеста насупилась и шипит: "Прикройся чем-нибудь, балбес, люди же смотрят!" А рядом будущая тёща еле сдерживается, и будущий тесть уже смотрит косо, и невестины братья о чём-то нехорошем шепчутся…

Жених кое-как руками прикрылся и говорит: "Вы что это? Не рады, что ли?" Отец невесты ему говорит: "Мы, конечно, очень рады. И очень тебе благодарны. И мы сейчас скинемся по десять баксов, чтобы ты одёжку себе купил и квартиру снял на первое время. Но только дочку нашу - ты уж нас прости - мы за тебя не отдадим. Обстоятельства, видишь ли, изменились не в твою пользу… ну, короче, ты сам понимаешь". А мать невесты выражается более откровенно: "Да я скорее сама в гроб лягу, чем выдам свою дочку за голодранца голозадого!" Жених к невесте с надеждой - а она, зараза, выразилась ещё откровеннее: "Лучше мне в гробу лежать, чем в нищете пропадать!" И на жениха даже не глядит, уже кому-то другому улыбается.

Тогда парень говорит: "Вот и отлично. Если я тебе не нужен, то и ты мне не нужна. Ты мне больше не невеста, я тебе не жених. Отдавай мои две капли крови!"

А она ему в ответ: "Ах, вот ты какой! Мало того что нищий, так ещё и жадный, и злой, и мстительный!" А у самой, между тем, из носа только кап! кап! - две красные капельки вытекли и к парню вернулись. И рухнула она в гроб и лежит там, как будто и не оживала.

А тут из воздуха даос материализовался и вернул парню его одежду. И пошли они вместе из этого места лёгкой походкой небожителей, радостные и беззаботные.

Тут догоняет их отец умершей девушки, кланяется даосу в ноги и говорит: "Уважаемый святой просветлённый! А нельзя ли мою дочку обратно оживить?" Даос отвечает: "Элементарно вобще. Давай мне всё, что у тебя есть, а ей давай две капли крови. И будет твоя дочка живая невредимая, и даже красивее, чем раньше".

Отец тогда спрашивает: "А дешевле нельзя ли? Мы же люди простые, нам лишние навороты ни к чему, нам и более бюджетный вариант сойдёт. В пределах двух-трёх сотен… ну, в крайнем случае, пятьсот…"

Даос рассмеялся и говорит: "Можно даже в пределах сотни. Но деньги вперёд, и чтобы потом без претензий!" Отец кивнул и деньги отсчитал. Даос их в пояс упрятал, на месте покрутился и в сторону невесты рукавом махнул. И тут же ожила покойница. Но не в том формате, в каком была раньше, а в более бюджетном варианте. То есть, в виде тучи мелких стрёмных насекомых.

Вот так и появились на свете москиты, а до того их не было. И сразу начали сосать кровь у людей и животных, и до сих пор сосут как не в себя. У них в коллективном разуме записано: если какой-нибудь москит высосет за раз две капли крови, то все они снова соберутся в кучу и превратятся в девушку. Вот они и стараются, но пока что ни одному москиту это не удалось. Есть маза, что столько крови в малобюджетное насекомое просто не влезет.

ЗЫ: Автор Дмитрий Гайдук, «Сказки народов мира».