Работа в РЖД или как сыграть в казино
ВАЖНО: это локальный случай — в разных регионах всё по‑разному. Этот пост сделан, чтобы поделиться опытом и для тех, кто мог столкнуться с таким. Это не значит, что то же самое случится с вами. Вопрос случая и везения.
Начало 2024 года. Тысячи вакансий разом вываливаются на площадки по поиску работы: помощник машиниста тепловоза, электровоза, пригородного движения и даже «космического корабля». Будто все разом уволились и РЖД срочно требуются люди. Из требований — никаких: обучат и даже будут платить стипендию от 50 000 рублей. Даже на возраст и образование, как пишут, не посмотрят. Взамен честно предупреждают, что придётся отработать 3 года. Цифры не страшные и условия отличные, чтобы полностью сменить вектор развития.
Как и многие, я тоже решил пойти и попробовать себя в железнодорожном деле. По условиям договора всё прозрачно: вы учитесь 6–8 месяцев в графике 6/1 по 3–5 часов в день, проходите +-6 дублёрских поездок, а после официально устраиваетесь на работу сразу на должность. Во время обучения вам выплачивается стипендия. В случае увольнения до истечения учебного договора вам выставляют счёт за обучение — и даже так суммы небольшие.
Обучение. С самого начала я заметил странную вещь: во‑первых, вместо очного оно дистанционное. Когда я задавал вопрос: «Почему так?», получал ответ: «Очное обучение будет в конце, примерно 2 месяца». Как по мне, это очень мало для понимания управления и обслуживания локомотивов. А учитывая, что мою группу отправили учиться сразу и на тепловоз, и на электровоз, мне стало тревожно. Но я не падал духом, так как «сделка» уже заключена.
На самом обучении я также заметил, что среди учеников уже есть люди, работающие в РЖД, — это успокаивало. Ну люди же знают, что творится в компании? Смущало одно: на прямые вопросы они либо уклонялись, либо не знали, что ответить. Это настораживало меня ещё больше, но я продолжал обучаться.
Стоит отметить, что в обучении не было структуры, а преподавателей часто не хватало. Из‑за этого могла происходить рокировка: вместо изучения базы по работе локомотива нас могли отправить повторно слушать лекцию по электробезопасности, которую мы уже проходили несколько раз. С каждым месяцем настроение обучающихся было похоже на качели.
Часть занятий превратилась в игру «вопрос—ответ», где люди из моей группы обсуждали, что будет после обучения и почему никто не может ответить на вопрос о текучке среди помощников в РЖД. Во второй половине обучения уже никто в группе не понимал, где мы находимся: каждый задавался тонной вопросов и не получал ответов. Каждый день люди пытались «выбивать» начальство на ковёр, чтобы оно ответило на всё; пару раз это даже получалось, но ответов как не было, так и нет.
Преподаватели тоже были не в восторге: они жаловались на огромную нагрузку и слабые стороны дистанционного обучения. Из‑за этого уже к 5‑му месяцу у большинства пропала какая‑либо мотивация. Впрочем, очная часть обучения была на три головы выше, и практика сильно подняла уровень знаний, но этого было мало.
Нас обманули ещё на стадии обучения, потому что сократили его время. Вместо 3 месяцев очного нам поставили 3 недели. Три недели практики на симуляторах локомотива — это как один день посидеть в машине и на следующий идти сдавать госэкзамен. Самое забавное, что итоговый экзамен на все «корочки» прошли 100%.
И вот кульминация! То, к чему все шли весь 2025‑й: дублёрские поездки и трудоустройство!
Что такое «дублёрки»? Это когда вы катаетесь третьим лицом в кабине и заёбываете всех в ней в надежде понять принцип работы. Скажу так: знания, которые нам давали на обучении, почти (а местами и полностью) не совпадали с настоящими требованиями к помощнику машиниста. От любого вопроса машиниста я «сыпался» почти моментально, изредка отвечая. И дело не в том, что я плохо учился, а в том, что нас так учили.
Пришлось учиться повторно — уже сидя в кабине и впитывая каждое слово закреплённой за вами бригады. Скажу сразу: 6 поездок было мало. Вдобавок они все были на тепловозе грузового движения и электровозе пассажирского, а назначили меня на тепловоз хозяйственного. Работы было мало. Депо пустое: только слесари и пара машинистов грузового. Я ждал две недели вызова и наконец вышел на работу.
В целом всё было отлично: мне нравилась эта профессия, и я даже справлялся. Моим машинистом был парень‑одногодка, и мы отлично поладили. Но настроение в депо было скверное. Работы становилось всё меньше, желающих туда устроиться — всё больше. Фраза «за забором очередь» никогда не была так верна.
С другой стороны, люди увольнялись — много и часто. Это были такие же «срочники», как и я, вот только им повезло меньше, и выбить ставку они себе не смогли. Да, именно выбить — потому что никому нет дела до вас.
После обучения вы сами по себе, и лишь изредка какому‑нибудь менеджеру по персоналу будет до вас дело. Тонна бюрократии при трудоустройстве даст вам понять, что вы тут «должны» больше. Вы будете бегать по всему депо и искать начальников для подписей. Вы будете бегать и сами узнавать, когда вам на смену. Вы будете бегать и отчитываться при каждом вопросе к вам. Это очень похоже на контрактную армию. Только к вашему «командиру» очередь из таких же олухов, и чтобы задать ему вопрос, нужно отсидеть в коридоре полчаса.
Что касается работы — мне не повезло. У меня были старые машины, а старые машинисты в 90% случаев будут вас хаять, потому что вы ничего не знаете. Начальники будут вводить новые инструкции, которых и так миллион; знать их все невозможно, но за них спрашивают.
Та же бюрократия: чтобы даже уволиться, нужно собрать подписи со всего депо и даже с самого «унтер‑фельдфебеля», иначе не уволят. Вы всегда будете слышать бесконечное нытьё — от перегонщика до инструктора‑машиниста. Вы всегда будете видеть локальную дедовщину, где бригады занимаются полной хуйнёй вроде уборки территории перед приездом «штабс‑фельдфебеля». И вы никогда не будете знать, будет ли работа весь месяц или вы будете сидеть дома «на телефоне» в надежде, что вас не вызовут в два часа ночи.
Кому‑то повезло больше, кому‑то меньше, но в целом, если найти хорошее депо, это отличная работа для работяги‑трудяги. Карьерный рост тут очень быстрый: спустя полгода работы помощником вас отправят на машиниста, а там и зарплата больше, и трупы из‑под локомотива вытаскивать не придётся. Да и сцеплять вагоны — тоже. Сидишь, рулишь и молишься, что не посадят за превышение.
Извините за мрачность и скомканность. Я не хочу раскрывать многие детали, зная, как РЖД умеет бегать по судам, но кто там работал — всё поймёт с первого предложения. Спасибо за прочтение.