Страх, волнение, радость. Я поступила. Завтра я еду в Москву. Многие из нас с теплом вспоминают студенческие годы, поскольку чтобы ни случилось хорошего или плохого, они оставят неизгладимый след в жизни.
Новая встреча с друзьями, строгие и не очень преподаватели и даже особый запах стен — это лишь некоторые впечатления первого дня в университете.
Учиться я ехала не абы куда, а в МГУ, правда с таинственным дополнением Сервиса. Специальность тоже была одна из самых востребованных, уважаемых и высокооплачиваемых — социальная работа. В списках на зачисление меня, конечно, не было. В деканате сказали не расстраиваться, а подождать три часа, надо проверить данные в компьютере. Пока можно прогуляться по студенческому городку и ознакомиться с достопримечательностями.
Недалеко от главного корпуса расположились два здания, построенных примерно в 50-х годах 20-ого века. Это Первое и Второе общежития. Мне захотелось посмотреть как живут студенты. Бдительная вахтёрша меня не пустила, потребовав загадочный пропуск. Уже в холле общежития услышала коронную фразу дежурной по этажу. С кухни звучал зычный голос:
— Мальчики, вы яйца мыли? Обязательно мойте, а то вдруг там сальмонеллы.
Университет расположен не в Москве, а в Подмосковье. Посёлок носит романтическое название Черкизово. Вокруг лес. В поселке своя инфраструктура: Дом быта, несколько продуктов магазинов, аптека, киоск и даже ресторан Лунная ночь.
Пришлось вернуться в первый корпус. Там уже стояли девочки и мальчики с мамами или папами. Кто-то был растерян, некоторые плакали, другие смущённо улыбались. Наступило время обеда. Откуда-то доносился аромат кофе. Я не ошиблась, рядом была столовая. Интерьер не уступает роскошному провинциальному кафе. На выбор было два салата: Мужской каприз и Москва-Одесса. Предлагались супы: рассольник и куриный с фрикадельками. На второе пюре или лапша с котлетой. Только я собралась поесть горячего супчика, как женщина за стойкой мне громко сказала:
— Девушка, это столовая для преподавателей. Ваша на этаж ниже.
Пришлось спуститься. Столовая этажом ниже встречала студентов запахом порошкового картофеля и растворимого кофе. Также можно было утолить жажду компотом из чернослива. Студенты были заняты общением и пережевыванием пищи. Я попросила тарелку супа и компот. Потом ко мне подсела какая-то студентка. Мы ели молча. В конце она окинула меня оценивающим взглядом:
— Первокурсница? Ничего, привыкнешь.
Через три часа я вернулась в деканат. Мои документы нашлись. Сказали заполнить анкету. Фамилия, имя, отчество, хобби, желание участвовать в спортивных мероприятиях и художественной самодеятельности. Анкету нужно было заполнять большими красивыми печатными буквами. Мне пришлось переписать её три раза. Сначала буквы были недостаточно красивыми, потом недостаточно большими.
Далее последовало заселение в общежитие. Нужно было получить заветный пропуск. Меня направили в Первое общежитие. Здесь всем заправляла строгая и пунктуальная Людмила Патрикеевна. Она знала всех обитателей Первого общежития в лицо. У нее нужно было получить заветный пропуск, то есть визу на пребывание здесь.
Боитесь жуков, тараканов и прочих насекомых? Поверьте, месяц пребывания в Первом общежитии навсегда излечит от этих фобий. Но вернёмся к Людмиле Патрикеевне. Она задавала вопросы: Кто родители? Где работают? Кто по национальности? Как училась? Есть ли братья, сестры, домашние животные?
Далее Людмила Патрикеевна окинула меня строгим взглядом:
Раскрасневшись, отвечаю тихо:
Голос Людмилы Патрикеевны становится немного добрее:
— Я здесь всяких глупостей не терплю. Я приняла решение. Будешь жить с двумя хорошими девочками, пятикурсницами. Вот тебе ключ и пропуск. И смотри у меня, я всех вас насквозь вижу.
Я взяла ключ и пропуск. В общежитие было два лифта, но не один из них не работал. Пришлось подниматься на пятый этаж пешком. Из коридоров доносились громкие голоса студентов. На третьем этаже жили иностранцы, об этом несложно было догадаться по отчётливому аромату жареной селёдки. Наконец, я зашла в свою комнату. Девочки-соседки оказались и вправду хорошими, а интерьер оставлял желать лучшего.
Далее последовал День знаний. Первого сентября к нам приехала группа Отпетые мошенники. Первокурсников почему-то на площадку не пускали, но можно было стоять за забором и наблюдать за выступлением. Потом была встреча с ректором. Он сказал, что в нашем престижном Вузе учились Вячеслав Зайцев и Алина Кабаева. Если мы будем хорошо учиться, то тоже чего нибудь добьёмся, может быть. Далее начались учебные будни.
Яркой и запоминающейся личностью был преподаватель Концепции Современного Естествознания. Он любил рассказывать анекдоты и разрешил нам есть во время его занятий, потому что считал, что ребята нашего возраста не могут ни быть постоянно голодными. Главное условие — жевать тихо. Один из любимых анекдотов преподавателя Концепции Современного Естествознания:
— Привет, друг. Говорят ты дачу, купил. Поздравляю.
— Ой, Вася, не с чем поздравлять. Жизнь дачника проходит в постоянной борьбе. С детьми соседей, которые считают твой огород своим, и своими детьми, которые считают его чужим.
Полной противоположность была преподаватель Теории еории социальной работы. На ее лекциях мы боялись что-то сказать даже шепотом. Всегда строгая и сдержанная. Тем не менее она помогла нашему одногруппнику. Распознала его настроение по поведению и мелочам, например, что отправил доклад на ее электронную почту в три часа ночи. Родители нашего одногруппника разводились, для него это был мощный стресс, мягко говоря. Он начал отставать, не посещал занятия несколько дней, пропускал экзамены.
Преподаватель собрала нас и попросила поддержать его. Одногруппнику она лишь сказала:
— Просто делай то, что можешь.
Это может показаться не такой уж большой помощью, но в тот момент для восемнадцатилетнего мальчика, который чувствовал, что просто жить — это бремя… это было все. Он до сих вспоминает эти слова с благодарностью.
Социологию у нас преподавал семидесятилетний профессор. На первом занятии мы целый час слушали о, том как ужасна Болонская система образования и как плохо живётся людям в США. Кстати, любимый вопрос: назовите, преимущества Северной Америки. Назовёшь хоть одно, выше тройки тебе не видать. Если ты панк, гот, краситься слишком ярко, то это также справедливо к тебе. Мнение профессора социологии: что в одежде, то и в голове.
Жизнь первокурсницы наполнена событиями, радостными, печальным, увлекательными, страшными и весёлыми.
