lIIl0001

Извините за картинку, постилась уже везде. Обратите внимание на верх патриаршей шапки ( куколя). А далее смотрим картинки.

В Москве трое священников РПЦ заразились коронавирусом, его наличие подозревают еще у двоих. Об этом сообщает РИА "Новости" со ссылкой на рабочую группу при патриархе по координации деятельности церковных учреждений в условиях коронавируса.

Коронавирусом заразились иерей Николай Рыжков из храма иконы Божией Матери "Утоли моя печали" в Марьино, иерей Виктор Волков из храма Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском и иерей Георгий Дехтярев из храма Вознесения Господня на Гороховом поле.

Кроме того, у настоятеля храма Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском Георгия Бреева и клирика того же храма Дмитрия Карпова выявлены симптомы коронавируса, но диагноз пока не подтвержден. "Контактировавших с указанными священнослужителями просим быть внимательными к своему здоровью и самоизолироваться", - говорится в сообщении рабочей группы.

Заболевание 83-летнего Бреева подтвердил его сын, член издательского совета РПЦ Николай Бреев. "Печальные новости. Отец Георгий сейчас в больнице с двусторонней пневмонией. COVID-19 пока не подтвержден, анализ придет завтра", - написали вечером 5 апреля в Facebook прихожане со ссылкой на Бреева-младшего.

"Фонтанка" сообщает, что Бреев оказался в числе тех, кто не перешел на дистанционные богослужения. Он не стал закрывать свой храм и 1 апреля провел богослужение с участием десятков прихожан.

РПЦ долгое время отказывалась вводить какие-либо ограничения на фоне роста числа заболевших коронавирусом. Митрополит Томский и Асиновский Ростислав ранее заявил, что заразиться коронавирусом, как и холерой, в храмах нельзя. "Церковь неоднократно заявляла о том, что через божественное тело Христа никакая инфекция не может передаваться. Это проверено опытом и историей Церкви на протяжении 2 тыс. лет. Даже во время холеры люди причащались, святое причастие - во исцеление души и тела", - сообщил он.

СМИ писали, что представители Русской православной церкви саботируют распоряжения об ограничении служб в храмах на время коронавируса. Так, руководитель правового управления Московской патриархии игумения Ксения (Чернега) выступила с критикой распоряжения властей Петербурга запретить посещение храмов в связи с угрозой заражения коронавирусом.

В то время как Федерация еврейских общин России закрыла свои синагоги по всей стране, а в московских мечетях перестали совершаться публичные намазы, РПЦ ограничилась рассылкой циркуляра по епархиям и заявлением для СМИ о том, что храмы закроют лишь тогда, когда прекратится работа общественного транспорта и всех магазинов.

Согласно инструкции патриархии, разосланной по приходам, следует лишь чаще проводить дезинфекцию, протирать лжицы во время причащения мирян, использовать одноразовые ватные палочки при помазании елеем и одноразовые стаканчики для запивки. Но даже эти полумеры в большинстве случаев не соблюдаются: бедные провинциальные приходы ссылаются на отсутствие средств, а богатые монастыри (например, Троице-Сергиева лавра) утверждают, что инфекция вообще не передается через причастие. При этом в Сергиевом Посаде уже зарегистрированы первые случаи заражения - глава местной старообрядческой общины в тяжелом состоянии госпитализирован с коронавирусом в ГКБ N 40 в Коммунарке.

Мэр Москвы Сергей Собянин, возглавляющий рабочую группу Госсовета по коронавирусу, предупредил, что с 30 марта, когда в Москве закроются почти все офисы, рестораны, кафе, непродуктовые магазины и т.п., будет ограничен и доступ в помещения религиозных организаций. Рабочая группа Московской патриархии, хоть и "с пониманием", но негативно ответила на предупреждение Собянина. "Пастырский долг духовенства будет в полном объеме исполняться по отношению ко всем тем верующим людям, которые находят для себя необходимым в нынешнее трудное время прийти в храм", - заявила группа.

17 марта патриарх Кирилл потребовал ужесточить санитарные правила при богослужениях. Воздержаться от посещения храмов и других религиозных учреждений он призвал граждан только 29 марта. При этом в Ростовской области пообещали ввести спецпропуска для прихожан, заявив, что закрытие храмов "ввергнет народ в пучину депрессии".

Подробнее: https://www.newsru.com/russia/06apr2020/three_priests.html

В правительстве РФ согласились по просьбе главы РПЦ МП причислить религиозные организации к категории потребителей газа «Население» и дать им право покупать газ на 20 % дешевле, чем установлено продавцом. Об этом говорится в проекте постановления, подготовленного министерством энергетики РФ и опубликованного на портале проектов нормативных правовых актов, сообщает 2 апреля «Интерфакс».

Документ «подготовлен Министерством энергетики РФ в связи с поручением правительства РФ от 12.02.2020 № ЮБ-П9-837 на основании обращения Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла от 05.11.2019 № 01/6250», — указало минэнерго. В пресс-службе министерства комментировать документ не стали.

РПЦ МП не могла добиться этой скидки последние лет десять, но все изменилось после смены правительства, сообщил информированный источник. Проектом постановления предлагается дополнить категорию потребителей «Население» «религиозными организациями, приобретающие газ для его использования в котельных всех типов и (или) оборудовании, находящихся у них на праве собственности или ином законном основании, для производства электро- и (или) тепловой энергии в целях удовлетворения бытовых нужд на объектах, специально предназначенных для богослужения, молитвенных и религиозных собраний».

К примеру, в Подмосковье цена на газ для промышленности составляет 4 760 рублей за тысячу кубометров, а для населения — 3 807 рублей.

Каждый день православные христиане исповедуют свою веру во Едину, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. С самого начала воцерковления неофиту внушают, что современная церковь имеет историческую преемственность с общиной Иисуса Христа и Древней Церковью. И что все эти бесконечные обряды, запреты и предписания освящены традицией. А иначе не спастись.

Но в новых условиях пандемии мы вдруг слышим удивительные призывы обратиться к примеру древности, когда люди причащались без индивидуальной исповеди, а также без использования какой-либо лжицы.

Например, епископ Пантелеимон, глава Отдела по благотворительности Русской Православной Церкви, в интервью порталу «Милосердие» сказал: «Есть документ, который принят на Архиерейском совещании: „Об участии верных в Евхаристии“. В этом документе говорится, что Причастие не обязательно может быть связано с исповедью и что священник может благословить людей, которые к нему обращаются, на Причастие без исповеди, если они причащались недавно и на совести у них нет тяжелых грехов. Мы знаем, что такая практика вполне допустима».

У многих читателей тут широко раскрылись глаза: «А что, так можно было?» То есть и раньше прихожане могли свободно подходить к Чаше без еженедельного стояния в очереди к Исповеди и почти механического перечисления своих помыслов и всякого там раздражения?

Кстати, в указанном документе (одобрен на Архиерейском Совещании РПЦ 2-3 февраля 2015 г.) указаны более строгие рамки относительно регулярности Исповеди перед Причащением: «В отдельных случаях… духовник может благословить мирянина приобщиться Тела и Крови Христовых несколько раз в течение одной недели… без предварительной исповеди перед каждым причащением». Иными словами, причащаясь по воскресеньям, любой прихожанин просто обязан еженедельно исповедоваться. К сожалению, этот общецерковный документ отнял у духовников власть разрешать причащаться без Исповеди давним прихожанам РПЦ, в жизни которых смертных грехов порой и быть не может (не будем их путать с погрешностями, в которых христиане приносят Богу покаяние на вечернем правиле).

Но к чему тогда могут апеллировать сегодня священнослужители, призывая причащаться без исповеди на протяжении, например, месяца? Правильно, к практике Древней Церкви, когда Исповедь совершалась в случае совершения тяжких грехов, таких как убийство, изнасилование или отречение от Христа.

Второй важный для нас пример — это призыв Святейшего Патриарха Кирилла к прихожанам воздержаться от посещения храмов: «Я бы никогда этого не сказал, если бы не удивительный, святой пример преподобной Марии Египетской… Пример Марии Египетской свидетельствует о том, что и без посещения храма можно спастись».

Здесь мы снова видим обращение к весьма древней монашеской традиции — уходить в пустыню из монастыря на долгое время. Там не было пресвитеров, поэтому причащались такие монахи весьма редко.

Прихожане снова удивляются: почему же в последние годы возрождения церковной жизни нам твердо внушали, что посещение храма обязательно по всем великим праздникам и воскресеньям, а иначе грех великий? А теперь открывается, что «без посещения храма можно спастись».

Одни прихожане впали в смущение от таких нововведений. А другим, напротив, происходящее помогло понять, что исторически существовали самые различные традиции, а то, к чему мы привыкли в последние 30 лет, может быть противоположностью древним обычаям.

Чтобы проиллюстрировать этот тезис конкретными примерами, давайте обратимся к ситуации, в которой оказалась Церковь Христова в 313 г., то есть в момент окончания гонений от язычников. Полагаю, что в этот момент церковные общины состояли из христиан, исключительно сознательных и верных Христу. Попробуем нарисовать как бы икону Церкви того периода, одновременно сравнивая ее с тем образом церковной жизни, который наблюдаем в настоящее время.

Итак, в 313 г. н.э. главные догматы христианства еще не были выражены в точных формулировках, закрепленных церковным авторитетом. Еще не существовало общего символа веры, и богословы пользовались разными терминологиями. Почти у всех ранних отцов можно было найти следы субординатизма, то есть учения, согласно которому Сын-Логос и Дух Святой происходят от Бога-Отца и подчинены Ему.

Не был еще сформулирован принцип «согласия отцов» (consensus patrum). Святые отцы использовали достижения современных исследователей природы, не догматизируя подобные размышления при толковании Писаний. Они не боялись спорить, дополнять и исправлять друг друга, а также признавать свои ошибки и «болезни» всего церковного организма: «Ты спрашиваешь, как дела в Церкви? Отвечаю: как с моим телом — всё болит, и никакой надежды на исцеление», — писал в IV веке свт. Василий Великий.

Подготовка к принятию Крещения (устное наставление в вере, а также практические дела веры) продолжалась 2-3 года. Оглашение проходили даже дети.

Многие христиане вообще не принимали Крещение, а откладывали его до смерти, как император Константин, стремясь войти в Вечность сразу после очищения в святой воде Крещения.

Фактически отсутствовал феномен паломничества к святым местам, а видя его зарождение, такие святые отцы, как Григорий Нисский, называли его «душевредным».

Мощи не выставлялись для поклонения (мучеников хоронили в землю). Не существовал обычай разделения мощей на частицы. Римские папы дольше всех остальных епископов противились стремлению открывать гробницы апостолов, обрести их мощи и начать их распространение. Похоже, никакие римские мощи не были обретены до 537 г.

В храмах почти не было икон. Не существовало икон на деревянной основе (например, Владимирская икона датируется XII в.). Еще не возникло предание о Нерукотворном Образе Спасителя. В Испании Эльвирский Собор около 300 г. принял иконоборческое 36-е правило: «Принято, чтобы живописи в церквах не было, и чтобы не служило предметом почитания и обожания то, что изображается на стенах».

Облачения у священников были белого цвета на любом богослужении.

Духовенство вообще не использовало головные уборы во время богослужения.

Различались формы христианского богослужения: городского и монашеского. Песненная вечерня с обилием мелодического пения, антифонным исполнением псалмов, торжественным входом священнослужителей составляла принадлежность кафедрального богослужения. Иной вид вечернего богослужения (правило псалмопения) возник в IV в. в египетских и палестинских монастырях. Этот чин имел в своей основе чтение псалмов.

Монахи подвизались в пустынях или в обителях вне городов.

Монашествующие не принимали священный сан пресвитера и епископа.

Одежда монаха — это лохмотья, а не дорогая и красивая ряса.

Опытный игумен-авва в пустыне принимал у монахов не Исповедь, а лишь откровение помыслов.

Епископ во время богослужения носил фелонь, но не саккос.

Многие епископы были женаты.

Пост в воскресенье был запрещен (а в некоторых местностях и в субботу).

Не было многодневных постов (Апостольского, Успенского и Рождественского). Пост перед Пасхой в регионах империи соблюдали по-разному. Отличалась длительность поста перед Пасхой (от 2-3 дней в III в. до 40 дней в IV в.) и его строгость. По всей видимости, этот предпасхальный пост был одним из элементов интенсивной подготовки к Крещению неофитов, а уже крещеные христиане (верные) постились с ними из солидарности.

Пост заключался в полном отказе от пищи до 15.00, а позже дозволялось вкушение любых продуктов. Лишь позже возник пост, определяемый родом пищи (отказ от вкушения мяса, или дозволение вкушения рыбы, яиц и птицы).

Не было культа Божией Матери и обилия праздников (не совершались празднования в честь Успения, Рождества Богородицы и Введения во храм, а также в честь Её чтимых икон, которые еще не были тогда созданы).

Литургия совершалась только по воскресеньям или раз в году в день памяти мученика.

Чин литургии был очень прост. Не совершались антифоны, не исполнялся Символ веры и гимн «Единородный Сыне». Не произносились молитвы и песнопения, посвященные святым и Богородице.

Причащались на литургии все верные, кто не состоял под епитимией.

Причащение проводилось без лжицы, прямо из Чаши.

Причастие миряне брали домой и там сами себя причащали в будние дни: «все монахи, живущие в пустынях, где нет иерея, хранят причастие в доме и сами себя причащают. А в Александрии и в Египте и каждый крещеный имеет у себя причастие в доме и сам себя причащает, когда захочет» (Василий Великий. Письмо к Кесарии 89-е).

Крестное знамение христиане совершали большим пальцем правой руки, начертывая крест у себя на лбу. Еще в III веке священномученик Ипполит Римский писал: «Всегда старайся смиренно осенять свой лоб крестным знамением». Об употреблении одного перста в крестном знамении говорят святитель Епифаний Кипрский, блаженный Иероним Стридонский, блаженный Феодорит Киррский, святитель Григорий Двоеслов, преподобный Иоанн Мосх и в первой четверти VIII века преподобный Андрей Критский.

Чина Венчания не существовало. Христиане, оформляющие брак по гражданским законам Римской империи, должны были «вступать в союз с согласия епископа, чтобы брак был о Господе, а не по похоти» (Игнатий Богоносец. Послание к Поликарпу Смирнскому, 5). Браки, не объявленные церковной общине, по свидетельству Тертуллиана, приравнивались в Церкви к блуду и прелюбодеянию (Tertull. Ad uxor. II 9).

На Западе свадебные венцы осуждали как языческий обычай.

Свои прегрешения христиане исповедовали Богу келейно в молитве.

Исповедь была допустима после Крещения один раз в жизни в случае смертных грехов.

Библия еще не наполнилась ошибками переписчиков (например, про пост).

Ещё не была изобретена трехъязычная ересь. Христиане молились на понятном для себя языке, читали Писания и понимали прочитанное на латыни, греческом или сирийском языке. Миссионеры возвещали Благую весть также на языке слушателей.

Церковь не преследовала инакомыслящих (не сжигала еретиков).

Клирикам было запрещено отпускать длинные волосы.

Мужчины из числа мирян также имели короткую стрижку.

Не было учения о семи таинствах, и вообще их число не было определено.

В Иерусалиме получение Благодатного огня не имело характера чуда. В храме Воскресения Христова в Иерусалиме зажигались все лампады и свечи, отчего получался «большой свет». «А огонь, — замечает паломница Эгерия, — не приносится извне, но подается из внутренности пещеры, где денно и нощно горит неугасаемая лампада, т.е. внутри пещеры».

Надеюсь, этот перечень позволил читателю крупными мазками нарисовать в своем воображении раннюю Церковь около 313 г. н.э.

Что такой «образ» Церкви может сказать нам, живущим в XXI веке? Предвидя возражения противников реформ, сразу признаюсь, что вернуться в то время Русской Церкви невозможно. Цель нашего анализа иная: понять, что существующие церковные обычаи не упали с Неба, они складывались исторически и очень изменили церковную жизнь в мельчайших аспектах. Надеюсь, подобное понимание поможет современным христианам меньше тревожиться, а также с рассудительностью направляя свои стопы по тропинкам духовной жизни, совмещая единство и разнообразие.

Преодолевая сильное внутреннее сопротивление, путая неделю преподобного Иоанна Лествичника с неделей преподобной Марии Египетской, глава РПЦ МП заставил себя высказать призыв, несколькими днями ранее немыслимый в его устах. Многие сейчас рассуждают о том, как такое “переобувание в воздухе” скажется на остатках его репутации и какую оно вызовет реакцию в консервативных кругах патриархии. Мы же сосредоточимся на другом.

Торжественно провозглашенный Кириллом тезис - “спасаться можно без посещения храмов” - подводит жирную черту под всей “экклезиологией” и моралью советской церкви, под так называемым сергианством, которому еще немного осталось до своего векового юбилея. Ведь главный тезис апологетов сергианства звучит прямо противоположным образом: “Надо любыми средствами сохранить легальные храмы, открытое богослужение, пусть и в минимальном объеме, - чтобы сохранить для народа доступ к Чаше”. Удалив лишний пафос, уточним - “чтобы сохранить клерикальный контроль над доступом к Чаше”. Идея “спасения без храма” - это крах сергианства, а с ним вместе — и гораздо более древней клерикально-профессиональной “церковности”. А признание такой идеи, пусть и невольное, - своего рода капитуляция перед правдой Катакомбной Церкви, которая всем своим подвигом, всем образом служения свидетельствовала: в христианстве есть ценности, ради которых можно пожертвовать храмом. Впрочем, о том же свидетельствует и Евангелие...

Патриарх капитулировал не добровольно. Его к этому фактически принудила светская, далекая от всякой религии власть. Да, коррумпированная и жуликоватая, но осознавшая вдруг “масштаб исторической ответственности” и свои новые, внезапные риски. Еще накануне, 27 марта, Патриарх пытался отчаянно сопротивляться, вынеся в публичную сферу свой аппаратный спор о “спасении через храмы”. Ведь на этой сергианской экклезиологии были построены все эти “программы 600-200”, все попечительские советы монастырей, многомиллиардные бюджеты, вся концепция “духовного возрождения” и мечта о комфортной и безбедной госцеркви.

Происходящие ныне в мире события имеют поистине библейский и эсхатологический масштаб. Рухнули многие стереотипы, привычки, представления о ценностях, здоровом образе жизни... Под большим вопросом прежняя глобальная экономическая модель и распределение ресурсов. Религиозные организации также столкнулись с испытаниями и “форматами”, с которыми им еще никогда не доводилось сталкиваться. В этом контексте неудивительно, что растерялся поначалу и патриарх Кирилл. Он фактически пустил ситуацию в РПЦ МП “на самотек”, на милость светской власти, и даже вымученная речь 29 марта не содержила четких инструкций для подведомственного епископата и духовенства. Такое впечатление, что Кирилл смирился со своей долей и со своим “уходом из истории”. Он не приказывает директивно закрывать храмы — и пока еще мало где на прострах РФ их реально закрывают. Он лишь умывает руки — и уходит в сторону, в тот непонятный его пастве “затвор”, в котором патриарх находился почти с самого начала российского этапа пандемии.

Своим неизбежным в нынешних условиях распоряжением патриарх увеличивает до критических размеров свою дистанцию с консервативной частью епископата и духовенства, которая сегодня фактически формирует идеологию РПЦ МП. Тот факт, что храмы будут закрываться не по призыву патриарха, а под прямым нажимом карантинных властей, расшатает “вертикальные” механизмы патриархии: теперь станет окончательно ясно для непонятливых, кто и как управляет РПЦ МП “в реале”. Самоустранение патриарха в наиболее критические для его паствы дни, которые не имеют прецедентов в церковной истории, означает добровольную сдачу этого управления внешним силам. В воздухе так и слышится: “Я устал... Я ухожу...”.

Кроме того, эта линия поведения развязывает руки всем недовольным в РПЦ МП, всяческим разновидностям внутрицерковной оппозиции, создает в обозримом будущем хорошую почву для укрепления их “горизонтальных” связей и обесценивает строившуюся Кириллом как “эффективным менеджером” “вертикаль”. А если к этому прибавить крах церковной экономики, основанной не только на доходах от Великого поста и Пасхи, но и на дискредитированной ныне храмово-клерикальной мифологии, то можно с уверенностью сказать: РПЦ МП не выйдет из этого испытания прежней. Пока опыт борьбы с коронавирусом будет еще свеж в исторической памяти, невозможно будет представить себе заклинаний типа “Патриарх спасет Россию” или “Монастыри и храмы — гаранты единства и безопасности нашего народа”.

Собственно же для православных христиан не выглядит случайным, что нынешнее испытание пришлось на центральную, смыслообразующую часть церковного года — на время, связанное с победой жизни над смертью. В самый первый день Великого поста на церковной службе читаются такие слова пророка Исаии: “Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие - и празднование! Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя: они бремя для Меня; Мне тяжело нести их. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови. Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову” (Ис., 1:13-17). Именно теперь, когда “профессиональные” православные готовились в комфортных для них условиях, услаждаясь необыкновенно глубокими и музыкальными произведениями Страстной седмицы, самодовольно праздновать Пасху, внезапно постигло всех нас испытание, обращенное к самым основам человеческой совести и разума. Экзистенциальное испытание. Случайно ли, что именно церковное руководство оказалось беспомощно в эту минуту экзамена? Как и две тысячи лет назад...