exe081

смело начнем путину

Док.

Шум двигателей убаюкивал и Юрка уснул, развалившись на мягком кресле. В отличие от большинства населения, летать ему приходилось часто, правда, в основном, на вертолётах, но и опыт путешествий на самолётах тоже был. Авиация нового мира шагнула назад, лет на шестьдесят: тут не нужны стали огромные скорости и огневая мощь, стирающая города, пополам с запредельной стоимостью эксплуатации. И реактивные птицы замерли на вечной стоянке- для них уже не было достойных целей. А пассажирские лайнеры стали просто не нужны.. Разве что, штурмовики дослуживали свой век, а крылатые машины стали иными- поршневые, нетребовательные двигатели, минимум электроники- воздушные корабли копировали предков: ДБ, Пе-8, Ли- 2. Конечно, конструкции были иными, как и материалы- слепо копировать архаичные элементы никто, естественно, не стал.

Этот самолет был иным- удобные кресла, а не откидные жёсткие лавки, большие иллюминаторы, ковёр на полу.. тут даже был стюард, покормивший друзей. Для Фроси, лежавшей в хвосте, нашёлся сухой корм- давно просроченный, но она ела, не обращая на это внимания.

Садились несколько раз- на площадки в густом лесу, а один раз- на широкую автостраду. Молчаливый экипаж принимал и выдавал груз- маленькие металлические контейнеры. Выдавал пустые, а взамен получал полные, опечатанные и опломбированные. В пункт назначения прибыли в сумерках- Юрка не сразу понял, что это конец пути, он дремал урывками, устав от полета. Усталость была, скорее всего , психологическая- тело ощущало себя прекрасно.

Аэродром был в густом лесу- длинная полоса из бетонных плит, а вокруг густая, нехоженая тайга. Она поприветствовала друзей порывами холодного ветра, каплями осеннего дождя. Тут было ощутимо холоднее, чем в Васюках.

Их встречали – пять,  безликих в темноте, молчаливых людей. Они споро забрали прибывший груз, вещи  пасажиров и бесшумно скрылись в лесу.

Доктор, пожав плечами, отправился в неизвестную тьму, Семенов за ним, а следом потрусила довольная концом полета Фрося. Позади пыхтел экипаж самолета, вполголоса матерясь и подсвечивая себе путь жужжащим фонариком. Юрка шел в серебристых сумерках, любуясь необыкновенной картиной, пока замечтавшись, чуть не сбил Дока с ног. Ночное зрение угасло само, оставив лёгкую головную боль и чувство голода. Пришлось идти в полной темноте, ладно еще, натоптанная дорога смутно белела песком, позволяя сносно шагать по ней. Путь был недолог- всего минут десять. Тропа вывела их к железке, на безликую станцию. Кирпичная коробка вокзала с рухнувшей крышей и пустыми оконными проемами, была тёмная и безжизненна, да и вообще, похоже выгорела. По пустой бетонной площадке ветер гонял какой-то мусор, сухие листья и стебли, а вот в стоящих в тупике вагонах, тускло мерцали огоньки. Тут было людно- на земле горели костры, пахло кашей и жареным мясом. Повеселевшие лётчики свернули туда, запинаясь в нечетком, рассеянном свете об рельсы и шпалы, скользя с хрустом по мокрой щебенке.. Друзья поспешили за ними, рассчитывая на отдых и тепло..

Впрочем, поужинать им не дали: какой-то дерганный, сердитый мужичок погнал троицу в темноту- к короткому составу из трёх вагонов, из которых только один был пассажирским.

Ехали долго, уныло, медленно. Доктор спал, Фрося осторожно, таясь, грызла кресло, выспавшийся Семенов таращился в темноту, разглядывая смутные тени за окном.. Несколько раз долго стояли- зачем, почему- непонятно. Рассвет был серый, с мелким противным дождиком, холодом и низкими тучами. Высадили их на точно такой же полузаброшенной станции- практически, один в один. Похоже доктор тут уже бывал- он огляделся, видимо, припоминая и двинулся через рельсы, в сторону низких гор, на секунду выглянувших из серой хмари. Шли долго, монотонно и постоянно в гору- даже двужильная Фроська, носившаяся поначалу, устала и уныло плелась позади. Сильно мешали скользкие от дождя камни, предательски выворачиваясь из-под ног, так  приглашая растянуться на мокрой, грязной земле.

Сырой распадок густо зарос буреломным лесом, под ногами ныряя в камни, бежал мутный ручей. Док шел уверенно, замирая иногда на секунду, а затем продолжая путь. Он бормотал что-то себе под нос, неразборчиво, едва слышно. Постепенно они забирали левее, совсем в гору, камней стало больше, но деревья поредели и видимость улучшилась, сквозь марево мороси проглядывала лысая, покатая вершина невысокой горы. Доктор, похоже, держал курс на нее. Семенов брел позади, мрачнея с каждым метром- местность была дикая, без следов присутствия человека, а значит, когда вскоре стемнеет, им придется ночевать так- под дождём, с сырыми дровами и промокшей одеждой. Док же, наоборот, был весел, он неутомимо шагал, помахивая срезанной палкой, сбивая ей высохшие сорняки, выбирая себе жертву, по ему одному понятному алгоритму.

Сквозь усилившийся дождь, на склоне зачернело пятно- как раз на пути их следования. Это был кусок бетонного коридора, сечением три на два метра, ведущего в тело горы. Когда-то конструкция была скрыта породой, но время и погода постарались, открыв серый бетон. Он выкрошился, зеленел мхом, рыжел голой арматурой, но упрямо сопротивлялся враждебному окружающему миру. Выбитая изнутри дверь валялась внизу, присыпанная камнями. В нынешнем мире, в этом глухом углу об маскировке можно было уже не заботиться- животным людские секреты были безразличны.

Юрка обрадовался- тут можно было переночевать в относительном комфорте. Фрося же, прикрыв глаза, жадно нюхала затхлую темноту. У входа был небольшой завал из сора, веток, валялись кучки перьев, костей и помета, видимо, таинственный вход служил логовом лесным обитателям.

Семенов уже хотел скинуть надоевший рюкзак- под крышей из бетона и гранита было сухо, а окружающая обстановка так и тянула отдохнуть. Но у доктора было иное мнение, он пошарил рукой в глубокой трещине, прошедшей через лопнувший шов меж плитами и достал оттуда обыкновенный фонарь, нынешнего, уже кустарного производства. Жестяная коробочка с дужкой, примитивный рефлектор и диафрагма, позволяющая настраивать пучок света. Источником освещения была толстая парафиновая свеча.

Отряд двинулся вглубь хода, сохранив прежнее построение. Шли молча, разговаривать совсем не хотелось. Неровный бугристый пол, потеки воды, плесень и нетронутая грязь- здесь уже давно никто не ходил. Фонарь давал слишком мало света, да и тот был зыбким и неверным. Юрка запнулся об какой-то предмет, с звоном и грохотом укатившийся в темноту, судя по всему, это была стеклянная бутылка. Ночное зрение почему-то не включалось, и Семенов, вздыхая, торопливо шагал за Доком, стараясь не отставать.

Шедший прямо ход, стал ощутимо забирать вверх, а затем также понижаться. Два раза путь ломался под прямым углом и каждый поворот встречал выломанной гермодверью. В неясном сумраке, на потолке виднелись стеклянные плафоны в защитной сетке, по стене тянулись кабели, изредка в стенах попадались ниши с закрытыми дверьми. Глухие, металлические, с приржавевшими штурвалами запорных механизмов, они могли скрывать, как богатство, так и какое-нибудь барахло. По ощущениям Юрки, они прошли со всеми поворотами метров пятьсот, может чуть меньше. Надоевший до отвращения коридор, вывел их к шахте лифта. Точнее, Семенов подумал вначале, что ход привёл отряд в тупик- пустая, удивительно сухая комната с голыми стенами и пылью на полу, но доктор вновь смог его удивить.. Кусок стены, снятый с креплений, скрывал пульт, густо усеянный кнопками. Теперь Док, наморщив лоб, набирал один только ему известный код, приплясывая от нетерпения.

Едва слышный гул и вибрация, показали, что часть механизмов еще работали. Монолитную стену пересекла рукотворная трещина- створки раздвинулись, явив друзьям тёмную кабину лифта. Места тут было полно, хватило бы с комфортом разместится трем таким отрядам..

Спускались долго, медленно, практически в полной темноте, разгоняемой только блеклым светом фонаря, под непрекращающееся ворчание доктора о паразитах, выкручивающих лампочки в лифтах и о том, чтобы он с ними сделал.. Кабина дергалась, скрипела, вызывая в животе Юрки неприятные ощущения, на секунду он представил, что они застрянет сейчас тут, в железной коробке, на неизвестной глубине..

Лифт дернулся особенно сильно, наверху что-то затрещало, зашипело, вызывая у Семенова нездоровые опасения, но все обошлось- створки дрогнули, выпуская пассажиров на свободу.

- Дом, милый дом, - Док развел руками, - Пошлите, полковник, нас уже заждались.

На взгляд Юрки, тут ничего милого не было- какой-то подземный ангар, с ржавыми колоннами, теряющимися в темноте, тусклые, редкие светильники на противоположной стене, висящие над несколькими выходами, сырые, в пятнах плесени стены. Была тут и техника- застывшие навечно БТРы, штук пять, на спущенных колёсах, с распахнутыми люками, слепо таращащиеся бесполезными стволами на двери лифтов. Ну и воняло тут конечно.. совсем не Парижем. Но доктору было плевать, он замурлыкал под нос песенку на незнакомом языке и направился в крайний правый выход. Фрося, тенью носящаяся по помещению, бросилась догонять хозяина.

Этот ход был другим- полукруглый в сечении, он плавно изгибался, уходя вниз. Идти по нему было одно удовольствие- решетчатый металлический пол был, относительно, чистым, а освещения от ламп было довольно ярким. Шум и лязг от шагов разносился эхом, отражаясь от стен, но, обычно, осторожный доктор, теперь не парился об этом.. И вновь на пути преграда- металлическая, в полосах ржавчины стена, намертво перегородившая дорогу. Док застучал по ней, подавая сигнал, и стена, оказавшаяся дверью, скользнула вбок, открыв проход. За ней оказался точно такой же коридор, перегороженный новой дверью. Позади зашумело и Семенов оглянувшись, увидел, как дверь закрыла им путь к отступлению.

- Внимание, сейчас будет произведена  дезинфекция. Закройте глаза, задержите дыхание- искаженный голос донесся откуда-то сверху. В углах что-то зашипело, заполнив помещение лёгким туманом. Зарычавшая на непонятного врага Фрося, закашлялась и испуганно прижалась к хозяину.

Он валялся в пыли, глотая воздух как рыба, с ужасом понимая, что вот и все.. конец этой жизни, жизни нелегкой, но все-таки такой желанной, а дальше- только ничто.. Пустота. Вновь что-то взорвалось, Максима катнуло по полу. В окна втекала толпа орущих и визжащих бестий с ножами, кусками арматуры, труб, да и просто безоружных. Выпученные глаза, налитые кровью, бледные рыла, не знавшие солнечных лучей и зубы, готовые рвать вкусное мясо.. Где-то там, далеко, в другом мире, загрохотали взрывы, да так, что здание затряслось. В шум боя вклинился другой звук- чужеродный, свистящий гул.. Уши Макса, пострадавшего от контузии с трудом улавливали его, но он понял- это вертолёт. Похоже был нанесён удар, рассеявший противника- в брешь обороны никто больше не лез. Но и забравшихся внутрь, с лихвой хватило, чтобы разорвать отряд на две неравные части.

Максим отстранённо наблюдал, как в углу, отмахиваясь лопатками, тесаками, четверо бойцов держали строй, а доктор с еще одним солдатом ломали доски, закрывавшие шахту лифта.. Макса дёрнуло за ногу и потащило вглубь, но он успел увидеть, как Док скрылся внизу, спрыгнув в темноту подземной парковки, а за ним следом в шахте исчезли остальные бойцы, преследуемые «водопадом» мутантов. Они исчезли в ласковой темноте, разорванной неожиданным взрывом, обрушившим вниз часть конструкций, наполнившим паркинг невидимой пылью и танцующими в потревоженной затхлости подземелья золотистыми спорами, жадно облепившими долгожданную добычу..

Коричневое марево колыхалось перед глазами.. Максим попробовал пошевелить головой, но чуть не умер от резкой боли.. Резкий скрежет металла по металлу, вызвал новый приступ, огнём простреливший затылок. Макс застонал и над ним склонилось бородатая харя.. Впервые серые пятна и полосы обрадовали Максима- это явно был не мутант.

Лицо было смутно знакомо… Макс напрягся, вспоминая. Точно- это был Витька Мясо, попавший в бригаду настоящим добровольцем, сбежавшим из нищей, полувымершей деревушки, прельстившись дармовой жрачкой и отсутствием изнуряющей работы.. Мясом его прозвали за удивление в столовой, когда они находил его в тарелке и крики: «Мужики, опять, значит, мясо!!!!» А Витек, вытерев простодушно руки об максову застиранную простынь, сунул ему в губы трубочку, торчащую из бутылки, напоив холодной водой. Одет Мясо был в странную одежду, напоминающую женскую сорочку, с завязки на спине..

Максиму стало легче- он даже смог повернуть немного голову, оглядывая помещение. Это была древняя армейская палатка, с дощатым полом, окнами и распахнутым входом. Скрежет вновь повторился- Витька, сидя на соседней кровати, отскребал засохшую кашу из котелка, жадно глотая сухую гречку..

- Эй, Полжопы, на осмотр,- донеслось с улицы и Витёк, бросив еду, смешно заковылял к свету. Макс этого уже не видел, уснув беспокойным, тяжёлым сном..

Так потянулись тоскливые дни- запихнутые в дальний угол на территории полевого лазарета, Макс и Витька были никому особо не нужны.. Да и спасли их по причине неразберихи при эвакуации, а потом уже было поздно. Ну и толика везения- к врачам они попали самыми первыми, до вала раненых солдат. Поэтому их и прооперировали, можно сказать от скуки..

- Эта.. значит.. Орут- раненых на крышу. Эвакуация значит.. А нас- с бригады, трое осталось значит.. Ну и ты валяешься, значит.. Ну и мы смекнули- бросят нас прикрыть отход, значит. Цапнули тебя, значит, за руки- ноги, и ходу, значит..Прям на крышу, значит.. А там, значит, ужас.. Вертолеты летают, зелёнку, значит в хлам… Горит все, дымит.. Опять взорвали, значит, чет внутри, лестницу вроде.. Ну и полезли в вертолёт.. Сначала эти.. пятнистые, а затем и мы, значит.. Хорошо не выгнали, значит.. Я последний- хрясь, значит, внезапно, за жопу меня.. Повис сзади урод - сам , значит, мелкий, рычит, зубищи – во! С мизинец, значит.. Оторвали его от меня- держат за ногу, а этот урод, значит, жуёт мое мясо, вместе с трусами, формой и резиной.. Скинули вниз падлу- проветрится, значит..- Витька рассказывал это уже много раз, с новыми подробностями , с неизменным задиранием в конце рассказа подола и демонстрацией правой ягодицы, с дырой в ней, размером, примерно, с кулак взрослого человека. Выкушенный фрагмент уже зарастал серыми нитями и беспокоил Полжопы все меньше и меньше. Он, пользуясь деревенской смекалкой, влился в окружающую жизнь- таскал утки, помогал носить раненых, подметал, раздавал еду… Да мало ли было работ, грязных тяжелых. Вскоре Витька стал частью сложной машины, еще одним винтиком, слишком удобным, чтоб от него избавится.. А Максу было все хуже- раздробленный пулей позвоночник, порванный спинной мозг- даже симбионт с этим не мог справиться, подавленный дозой радиации.. Так и лежал он, никому не нужный, кроме простодушного Витька.

А потом ночью пришёл Док, пропавший во время бегства, устроив немалую суматоху. Его с трудом скрутили, а затем отправили в неизвестном направлении, вместе с его вещами и мелкой собачкой, притащенной из города. Вновь тоска и скука- Максим равнодушно чувствовал, что скоро умрёт. Ему было хуже с каждым днём- организм устал бороться..

Суета началась утром- Макса вымыли санитары, подстригли и побрили, переодели в чистую пижаму. Витек тоже преобразился- похоже случилось что-то серьёзное. Макса перетащили в новенькую палатку- с телевизором, вентилятором, с хорошими кроватями и матрасами.. Тут же были и раненые бойцы республики. Выглядели они, не смотря на ранения- браво и воинственно. Время коротали за игрой в шашки и домино. Макс, увлекшись, смотрел на играющих- и никто не заметил, как в палатку ввалилась куча журналистов. Дальше начался ад- репетировали, учили слова, принимали нужные позы.. Затем была съёмка и торжественное награждение- Макс и Полжопы стали почетными гражданами, остальные получили ордена и медали. Шумиха улеглась, начальство и корреспонденты удалились на банкет, а Витька и злой, ворчащий санитар, потащили Максима назад, в родную берлогу.

Там их уже ждали- серый, скучный человек в форме без погон и петлиц, с кейсом и два мордоворота – в бронекостюмах, экзоскелетах, увешанные оружием. И у каждого на плече шеврон- щит со змеёй, оплетающей меч. Витька и санитара выгнали сразу, лишь только они уложили Макса. Полжопы украдкой оглянулся- пугающий гость склонился над раненым, проводя какие-то манипуляци..

Утром Витька пораженно ахнул- серые пятна и полосы на коже Макса, прямо на глазах, сливались в одно целое, а кожа покрылась россыпью мелких чешуек.. Полжопы опрометью бросился за врачом, а Максим, подняв руку, завороженно наблюдал за своими дрожащими пальцами, пытающимися сжаться в кулак.

Сбежавшихся от криков Витьки людей, встретила пустая палатка- Макс сбежал.

Броневик с грозной эмблемой «СК» на выезде из лазарета, останавливать не посмели- да он бы и не остановился, честно говоря. Машина, рыча дизелем, уверенно двигалась по разбитому асфальту, игнорируя ямы и рытвины разбитой дороги.

- Наш общий знакомый, Максим Петрович, просил позаботиться о вас, - серый, невзрачный человек закончил перебирать инъекторы в своем кейсе. – Он просил передать вам, чтобы вы, Максим, не терялись из виду. А почаще бывали в местах, которые дороги вам обоим. Какие знаки оставлять, вы должны быть в курсе..

- Да, я все понял, - Макс ещё не отошёл от стремительного выздоровления, а так же, от не менее , стремительного похищения.

- Выслушайте мой совет, ваш старый друг… Он стал непростым человеком, очень непростым. Птица высокого полета.. Не скрою, у нашей организации на него большие надежды и планы. Так вот- не стоит его обманывать, ну и не стоит обманывать нас.. Мы вас достанем везде. И это не угроза- это просто предупреждение.

Укол был практически, незаметен- Максим только успел вдохнуть воздуха, а мир сразу поплыл, потерял четкость..

Макса разбудил раскат грома- ветер гудел в вершинах деревьев, сбивал листву. Чёрная туча затянула горизонт, заползла практически до зенита. Вдали уже были видны струи дождя, серыми, изогнутыми штрихами исчеркав небосвод.. Максим лежал на берегу небольшой речки, под здоровенной елью, тело уже затекло, а в спину давили еловые корни, тоже не добавляя комфорта.. Рядом лежал его старый рюкзак, сданный когда-то на склад, тут же нашлась и его верная «Рысь». Из странного ещё была одежда- забрали то его в пижаме, а теперь на нем была новенькая «Тайга», необмятая, пахнущая какой-то химией. Ну и сапоги- обычные, резиновые. В нагрудном кармане нашёлся жетон гражданина, а также клочок ткани с печатью и непонятным цифро- буквенным кодом. Ломать над ним голову Максим не стал, а бережно припрятал. Рюкзак порадовал отдельно- барахла стало больше, часть была Макса, а часть- совсем чужая. Было похоже, что вещи напихивали второпях, засовывая все, что под руку попадётся.

Гроза только попугала, уйдя в сторону, разукрасив на прощание тёмное небо радугой. Максим шел по заливному лугу, вспугивая разную живность . Там, совсем не далеко, над извивистой речкой, показались ржавые перила моста. Там была дорога, а значит в этой жизни появилась хоть какая-то определённость.

«Икша»- гласил уцелевший указатель и Макс обрадовался- он теперь знал, где находится. Через километр, у бетонной остановки, Максим свернул направо- ночь он собирался провести в определённом комфорте, в надёжном и проверенном месте, с толстыми кирпичными стенами и крепкой крышей. За спиной вновь громыхало, влажно дышал в спину ветер, гоняя комаров, а Максим уверенно ступал по сырому песку старой дороги. Он вновь был счастлив.

Макс проснулся от шума дождя. Поначалу, вскочив с раскладушки, он потерял связь с реальностью, нашаривая оружие и на мгновение окунувшись в давний кошмар, вернувшийся сном… Максим лежал на пыльном чердаке мертвого монастыря, слушая, как по старому железу барабанят капли, уже спокойно вспоминая былое..

«

Макс.

Монастырь стоял тихий, безжизненный. Да тут все было таким- панельные трехэтажки, молча смотревшие в темноту слепыми окнами, напрасно ожидая хозяев квартир, такие же брошенные коттеджи понаехавших городских, решивших променять дорогу до работы на возможность пожить в своем доме и подышать чистым воздухом. Стояли мёртвыми и домишки местных- неказистые, немодные, но крепко цепляющиеся древними фундаментами в землю.

Макс обшарил монастырь от подвала до колокольни, прирезав по пути парочку обычных тварей, привычно вбивая нож им в глазницу. Он закрыл ворота на засов, подпер калитки и остался один, в безопасности, за высокими стенами. И теперь, грызя энергетический батончик, Максим смотрел на закат с колокольни, торчащей белым клыком над округой. До города отсюда было километров двадцать, даже без бинокля можно было разглядеть крыши высоток. Заросшие поля выглядели безжизненно и дико, ни тропки, ни стежки, ни селедочка..

Спать Макс устроился на чердаке какого-то строения- что тут  было раньше, он не знал и даже не догадывался. Комнатушки- клетушки, какие-то комнаты с хламом, плесень, листы бумаги, обгорелые и рваные книги- картина была насквозь стандартная и привычная. На чердаке было лучше- сухо, пыльно, кучи голубиного помёта, кости и перья птиц. Тут сдохло не одно поколение пернатых, обильно засыпав все вокруг останками своей судьбы. Но Максим был и к такому привычен. Внизу нашлась и была затащена в убежище крепкая на вид раскладушка- спать можно было с комфортом, впрочем, он ночевал бы здесь и так- с чердака легко было выбраться на крышу, а с крыши- на стену, окружавшую монастырь. А за стеной с этой стороны, был заросший камышом пруд, за которым темнел лес. Как припоминал Макс, там был старый совхозный сад, порядком запущенный к началу эпидемии, а теперь он, естественно, совсем одичал.. Еще одним плюсом убежища были двери- надёжные, стальные. Человека они бы не остановили, но зверя или тварь, заставили бы попотеть. Окна дома, дореволюционной еще постройки, были узкими, маленькими, забранными частой, кованной решеткой. Проникнуть тихо сквозь них было невозможно.

Сон

Задремавший Макс больно ударился носом об каску соседа. Митька-Воробей, маленький, взъерошенный, вечно злой, сильно пихнул локтем в ответ. Древние Уралы, переваливаясь на колдобинах, взревывая движками, тащили доблестную Первую Добровольческую бригаду на поле боя. Там «добровольцы» должны были с честью погибнуть, отвлекая на себя противника и давая любимой армии победить с меньшими потерями..

Макса, спокойно рыбачившего в низовьях Большой, поймали егеря и совсем уж было, ленясь выяснять, кто он и чем живет, собирались незатейливо пристрелить, да на свое счастье, Максим, забредавший недавно к ГЭС, посмотреть на цивилизацию, припомнил новости и заявил о готовности стать добровольцем, горя помочь, так сказать, родному человечеству. Получив по шее для профилактики, он вскоре бежал, изредка подпинываемый, к Волге, таща нехитрые свои пожитки. Видимо накал патриотизма на его лице был заметен не очень, поэтому руки ему связали, чтоб доброволец не утек, ну и во избежание «всяческих там инцестов», как объяснили сопровождающие.

Потом был наскоро сляпанный лагерь в чистом поле, неделя учений под мат, крик и тумаки инструкторов, гонявших шваль и голытьбу, готовившуюся на убой.. Ладно хоть свои вещи разрешили сдать на хранение, пообещав обязательно все вернуть будущему герою, ухмылки правда , на рожах , были совсем поганые, похоже героев обратно никто не ждал. Смыться отсюда Макс даже не пытался- вокруг стояла куча частей, шарились патрули с собаками. Ну и в первый же день, командир бригады доходчиво объяснил, что будет с десятком, из которого кто-то дезертирует. Десять тел, висящих на перекладинах, здорово подняли уровень бдительности боевых товарищей… Даже в сортиры теперь ходили кучей, приглядывая друг за другом... Хотя некоторым такая жизнь нравилась- спали в тепле, кормили однообразно, но сытно, водили в баню, давали лекарства и даже один раз показали кино, ну а смерть? Да каждый из этих бродяг мог сдохнуть в любую минуту и теперь многие отдыхали, вспоминая, как это – жить спокойно, не оглядываясь. Когда раздали форму, готовясь выступать, бригада забурлила, зашумела- дрянная, старые защитные костюмы, в заплатах, рассыпающиеся противогазы и явно никакие фильтры.. Дураку было понятно- списали людей.. Однако бунт был подавлен едва начавшись- оружия добровольцам предусмотрительно не выдали.

Нижегородская АЭС- была спасением и проклятием города. В самом начале, когда люди сходили с ума, дохли, превращались в тварей, кто-то предусмотрительный успел заглушить блоки, все, кроме одного- выброс был не сильный и загадил, в основном, станцию, но и области тоже досталось. След, пятнами, потянулся до радиоактивных руин Москвы и возможно дальше.. Проверять, дураков не нашлось . Накрыло и сам Нижний- фон был повышен, не смертельно, но достаточно, чтоб жизнь там была не сахар.. Заражение легло лоскутным одеялом, оставив практически чистые участки на окраинах. Радиация погубила паразита, изуродовав тела людей, оставив глубокие шрамы на телах. Ужас перед эпидемией загнал население в глубь зоны поражения, а окружающий мир стал запретным. Теперь полтора миллиона горожан истребляли друг друга, борясь за выживание, деля трупы убитых и стремительно дичая, разбившись мгновенно на банды. Право сильного царило тут повсеместно – слабый отправлялся в котёл или, если повезло, на ферму, а затем в котел.. Мутанты плодились бесконтрольно, размывая своей тупой, злобной массой, прослойку из старых, разумных жителей.. Цивилизация быстро деградировала, скатываясь к новому каменному веку.

Так бы и канул в Лету еще один древний город, если бы не отец Радий. Главарь небольшой банды, он основал свою секту, а себя назначил наместником бога. Исподволь, хитростью, коварством, он подчинил себе несколько таких же банд, подмяв под себя целый район.. Его исступленные проповеди собирали все больше и больше людей, а листовки с Писанием передавались из под полы- в некоторых местах за них можно было попасть на костер или в кашу. Агенты- проповедники, истинные фанатики, не боящиеся смерти, шныряли повсюду, неся благое учение страждущим и убогим.

- Вы не трусливые крысы, загнанные в подвалы,- ревели динамики, вещающие заблудшим овцам,- Мы избранные, Бог накрыл верных сынов своей благодатью, поразившей демонов, а наш город- новый Ковчег, укрывший праведников. Мы – хозяева планеты, раса повелителей, рождённых править, вы достойны другой жизни, сытой, чистой и богатой. Хватит страданий, нам пора властвовать и всем владеть..

Хитрый татарин знал на что давить- вскоре крысы побежали к нему, бросая бывших повелителей, а город пал к его ногам… Было объявлено о начале Великого похода- за рабами, едой, славой.. Радий правил жёстко, даже жестоко, держа паству в узде- колья и виселицы работали без остановки, а нищие и редкие калеки, стали получать небольшие подачки, славя затем, утолив голод, нового пророка.. А потом сюда пришла Уральская республика- ведь, только реки были естественными, безопасными путями в мёртвом мире. Мутанты разграбили экспедицию, а затем в ответ получили артобстрел из орудий кораблей карательной миссии. И отец Радий решил договориться- Уральская республика стала платить продуктами за проход мимо Нижнего, а пророк торжественно обещал держать свою паству в узде.. Только длилось это недолго- жадность мутантов взяла свое. Очередной караван судов был разграблен полностью, а Радий только разводил руками, грозясь покарать преступников. Нижегородцы валили все на отщепенцев- еретиков, не признающих власть пророка, прячущихся в радиоактивных лесах вдоль Волги. А затем, такие случаи стали происходить все чаще и чаще, пока терпение уральцев не лопнуло. Им надоели обстрелы с лесистых берегов- область была богата на оружие и в атаках участвовали даже танки.. Решено было покончить с гнойником, «не дожидаясь перитонита». Началось все тихо- с разведки. И правительство республики пришло в ужас – десятки ржавых, фонящих колонн, рыскали по пограничной полосе ничьей пока земли, охотясь на потенциальных граждан, выедая поселения подчистую.. А в порту Нижнего – ударно строились военные корабли, на баржи ставились пулемёты, башни бронетехники, минометы. Отец Радий создавал свой флот, готовясь перекрыть Волгу. В городе же и окрестностях, началось лихорадочное строительство укреплений, огневых точек и позиций.

Однако, республика смотрела на будущую операцию оптимистично- как считалось, перевес в авиации, бронетехнике, артиллерии, реактивных системах, запасах боеприпасов, амуниции и численности подготовленных бойцов, был подавляющим.

Колонна встала только раз- близ городской черты. Здесь было крупное пятно с низким фоном, позволяющее пренебречь защитой. Тут бригаду разбавили бронетехникой: пара танков Т- 55, немногочисленные БМП-1, БТР- 60. Наконец-то, уставших бойцов покормили, щедро навалив перловки с кусками мяса.

Макс жадно глотал кашу, практически не жуя, надо было наесться впрок, возможно, дальше и получится утечь. На свое имущество он мудро махнул рукой, решив, что жизнь дороже. Матерящиеся сержанты сгоняли жующих еще добровольцев, в формирующиеся штурмовые группы. А у Максима вновь заныло сердце- бойцов растаскивали, плюя на сформированные в лагере десятки. Чутье подсказывало- быть беде. Людей гнали строем к машинам, всовывая оружие на ходу, Максу повезло- кроме укороченного калаша, он смог урвать двустволку, а патронов ему сыпанули в брезентовый подсумок без счета- равнодушно и уже привычно.

Бригаду вновь посадили на технику- только теперь в промежутках между Уралами стояла броня, держа бойцов в кузовах под прицелом. Самые наглые и сильные полезли к кабинам- там сохранился дырявый тент, частично защищающий от ветра и мелкого дождя. Макс в свалке за лучшие места не участвовал- сидя в конце кузова, выпрыгнуть было проще. Теперь они ехали, сидя на нестроганых досках, заменявших лавки.

Добровольцы не знали, что им уготована очень важная миссия- разведка боем, а при удачном раскладе, бригада должна была закрепиться на берегу, держа под обстрелом кремль и удерживая плацдарм до подхода армии. Судя по разведке- на этом берегу уровень радиации был существенно ниже и мутанты не любили тут жить, соорудив баррикады и укрепления лишь для галочки.

Сейчас пара батарей перемешивала преграду, перекрывавшую удобный въезд, раскидывая в стороны куски бетона и кирпичей с фрагментами защитников города.

Валандались с получением оружия, погрузкой, руганью и мордобоем- часа два, а затем славное воинство вылилось на улицы заражённого Нижнего… Слитная колонна разделилась- машина с Максимом свернула влево, видимо на параллельную улицу.

«Пр. Ильича»- успел прочесть он криво висящую табличку .. Потянулись унылые многоэтажки.. В отличии от брошенных городов, тут не было зарослей деревьев, только бурьян во дворах и обочинах.. Дома выглядели ужасно- выбитые окна, выгоревшие квартиры, горы хлама на земле.. Видимо, мародеры выкидывали ненужные им вещи вниз, правда с какой целью, было не понятно.. Машина качнулась, наехав на вспученный асфальт и Воробей вновь выругался..

Дымная полоска откуда-то сверху воткнулась в головную БМП, заставив вспыхнуть ее неярким пламенем, бойцы горохом посыпались с брони и машин, а с крыш, подвалов, квартир- обрушился на колонну плотный огонь.. Макс, оттолкнув кого-то, неловко упал на асфальт, перекатываясь, а техника, тем временем, сгрудилась, испуганные, неопытные водители пытаясь разъехаться, чем только добавили хаоса.. Рядом, сырым мешком, упал Воробей, дохлый и наконец - то заткнувшийся. А позади, скрыв невезучий хвост колонны в облаке чёрного дыма и пыли, вздулся и лопнул кусок дорожного полотна- мутанты не пожалели взрывчатки, щедро натолкав ее в канализационный колодец. На мгновение стрельба затихла, где-то рушилось что-то ветхое, падали остатки стёкол, а туча пыли грязным саваном ненадолго скрыла место боя. Похоже и сами доморощенные сапёры не ожидали такого эффекта.. Это был шанс, и Максим бросился направо, во дворы. Избиение возобновилось, но стреляли уже за спиной. Как оказалось, он был не один такой умный- за ним последовало еще человек двадцать.. Бежали быстро, оставив ужас смерти за спиной. От радиации жгло тело, стягивало кожу. Терпеть еще было можно, но последствия с каждой минутой, проведённой тут, могли стать необратимыми.. Очередной двор был заселен- кособокие домишки, трубы, торчащие из квартир на первых- третьих этажах и местные- с испугом смотрящие на незваных гостей.. Уродливые, перекошенные, горбатые, слепые- кого тут только не было. Максу даже вроде показалось, что в грязной луже копошились дети. Никто не успел ничего сказать- испуганные бойцы открыли огонь, истерично паля по врагу, давая выход страху, мстя за пережитое. Рядом с Максимом кто-то упал, словив случайную пулю в спину от своего, в запале палящего в белый свет..

За домами, там, где колонна попала в засаду, все стихло, а вот впереди, куда бежали люди, наоборот, разгоралась стрельба.. Видимо там тоже все было плохо.. За спиной заорали, завыли- это явно была погоня.. Макс побежал, забирая вправо по дуге, а бойцы, не сговариваясь, бросились за ним, равнодушно оставив раненого товарища.. Команда поредела- их осталось всего двенадцать… Кто-то решил отделится, подумав, что одному будет легче проскочить, а кто, получив пулю и в горячке, не обратив внимания, отстал уже потом, потеряв последние силы.

За спинами выли преследователи, а отряд Максима, пересекая двор, выскочил на улицу. Впереди был чахлый парк, а слева, в метрах трехстах, чадно дымились останки сожжённой техники второй колонны. Оттуда неслась толпа гогочущих существ, машущих, явно не хлебом с солью.. Свистнула пуля, кто-то дал очередь в ответ, а Макс уже скрылся в насаждениях, спасая свою шкуру. Впрочем, его товарищи тоже геройствовать не спешили, привычно последовав за ним. За узкой полоской деревьев, вид парка был иной- десятки теплиц самых разных видов и размеров. Из стекла, поликарбоната, слепленных из деревянных оконных рам и пластиковых окон.. Какая-то уродливая карга, потрясая клюкой, заверещала что-то Максиму в лицо, ощерив голые, в язвах десны. Он просто оттолкнул ее с дороги, в сторону, услышав следом звон бьющегося стекла, это бабка не удержавшись на ногах, врезалась в теплицу.. Этот огород они промчались по прямой, а вот заткнувшаяся погоня, в парк не полезла, а разделившись, стала оббегать его по сторонам. На другой стороне даже ограды не было- за деревьями сразу начался мелкий вишенник.. Позади вновь заулюлюкали и начали стрелять, а люди сжав зубы, нырнули в спасительные заросли. Два гнилых, забитых мусором и пластиковыми бутылками пруда, удалось форсировать по узкому перешейку. Кто-то за спиной крикнул, что тут можно попробовать отбиться, но Максим только дёрнул плечом, вновь ускоряясь.

Сады, дачи- везде тлен и запустение…Рухнувшие стены, провалившиеся крыши, косые заборы. Вновь отряд поредел- бойцы бросились в рассыпную, надеясь отсидеться, пока враг ловит других. В защитных костюмах было жарко, Макс чувствовал, как по спине текут ручьи пота, а лёгкие жгло- видимо фильтры были ни к чёрту, а может , они вообще не помогали, служа, чисто психологической соломинкой.. Гнилой подсумок, оказывается давно лопнул, не выдержав тягот, лишив Максима патронов. Пустой, теперь ненужный автомат, он равнодушно запулил в чащу, оставив себе только ружьё. Из всего невезения, случившегося сегодня, это было слишком незначительное событие, чтоб печалится об этом. Не оглядываясь, Макс побежал вперед, по центру узкой улочки этого СНТ.

Прихотливые ее извивы быстро кончились и дальше пошло все прямиком, квадратно- гнездовым способом- прямые улицы, перекрёстки. Тянулось это километра три, пока отряд не вышел к заброшенной стройке.. Загонщики то ли отстали, то ли подкрадывались бесшумно..

Когда-то давно, в тихие, спокойные времена, тут решили возвести жилой комплекс- большие квартиры, парк, искусственное озеро, торговый центр.. Об этом возвещал плакат, чудом сохранившись за эти годы. Успели немного- бульдозерами сгребли остатки дачных насаждений в вал, поставили забор из металла, залили с десяток фундаментов, да подняли одну высотку, не успев начать в ней отделку..

Отряд Максима, матерясь, преодолел рукотворные преграды и побежал дальше, стараясь проскочить это открытое пространство быстрее. Торчащий в метрах ста дом, должен был прикрыть их от взглядов возможной погони, став ненадолго защитой. А вот забежав за надёжный бетон, беглецы поняли, что зря они спешили сюда и обречённо замерли под прицелом трех автоматов.

- Наши..- радостно кто-то выдохнул за спиной Максима.

- Какие ваши, вша мародерская? Оружие на землю..– комитет по встрече, этой самой встречей был совсем не обрадован. Макс быстро оглядел все вокруг, ища путь к спасению.. Встретившиеся им бойцы были из какого-то непростого подразделения. Бронекостюмы неизвестной модели, новенькие, с серо- зелёной раскраской, пластиковые, футуристичные на вид шлемы, с масками противогаза, тоже какого-то продвинутого вида. Куча приборов на поясе, раздутые подсумки жилетов, с магазинами, гранатами. На снаряжении этого отряда совсем не экономили..

- Главный кто?- на этот вопрос, кто-то из своих, толчком в спину заставил Максима сделать шаг вперед. Он вновь огляделся, облизав машинально губы. В заросшем редким кустарником «дворе» недостроя, засыпанном строительным мусором, сновали солдаты. Защитные маски были сняты, а значит тут было безопасное место. Макс стянул надоевший противогаз, открыв серое от грязи лицо, с дорожками от пота.. Он уже начал было говорить, торопясь вывалить срочную информацию, пока их не шлепнули на всякий пожарный.. но, не зря Максим считал себя везунчиком, а свою прошлую жизнь цепью удачных случаев.. Вот и сейчас судьба вновь была к нему благосклонна. В окне на втором этаже он увидел Дока, старого приятеля, которого Макс не встречал давным- давно, с самого начала эпидемии. Он узнал его сразу- хотя лицо друга было изуродовано симбионтом- широкие, рельефные, горизонтальные серые полосы и россыпь мелких наростов, как налипшее тесто на коже.. Но это был несомненно, доктор..

- Док!!!! – заорал Максим, - Вниз посмотри!!! Это я!!Давай же...

Доктор махнул рукой, дав понять, что он увидел друга. Видимо у бойцов была связь- ничем другим, то, что они сразу погнали взятых в плен внутрь дома, объяснить было нельзя.. А Макс настороженно прислушивался к подозрительной тишине.. Он не верил, что мутанты бросили преследование.. Его радовало одно- местные бойцы выглядели крутыми вояками, а два БТР-а, стоящие поодаль, совсем подняли ему настроение.. Это было не то старье, как в бригаде, а модели с глубокой модернизацией- с необитаемой башней, с автопушкой и пулемётом. Возможно было что-то еще, но Максим не разглядел.

Что курил архитектор, спроектировавший этот дом было неясно. У этой высотки, на первый взгляд, был всего один подъезд.. Но какой- широченное крыльцо, укрытое козырьком, переходило в окна от пола до потолка, с широкими дверьми, на манер торговых центров… а весь первый этаж был отдан под холл, фойе или вестибюль.. Как правильно называлось это пространство, Макс всегда путал. Пыльный бетонный пол, такие же колонны, упирающиеся в высокий потолок, драный картон, кучи птичьего помета толстым слоем везде, пирамиды из кафельной плитки, пенопласта, минваты, сложенные тут когда-то рабочими.. Какие-то ведра, закаменевшие мешки- ненужный нынче хлам, переживший своих хозяев..

Встреча с Доком и капитаном, командующим местными бойцами вышла скомканной- в двух словах Максим объяснил назревающую проблему и, благо, командир был опытный, он все понял сразу. Старая его задача, выданная руководством, была проста- занять господствующую высотку в чистом «пятне», развернуть радиостанцию, вести наблюдение, разведку. На это было выделено две единицы техники, пара специалистов с приборами, один военврач и два десятка солдат для охраны. По мнению руководства- таких сил было достаточно, большого количества противника тут не ожидалось.

Теперь бойцы и припаханные добровольцы, закладывали окна упаковками плитки, спешно нагребали в мешки песок. Один БТР, чадя солярным выхлопом, забрался по ступеням, спрятавшись под козырёк. Его туша, заползя в помещение , должна была держать вход под прицелом.. Проникнуть в здание можно было только отсюда – окна квартир начинались со второго этажа, метрах в шести от земли. Пожарные выходы закрывали надёжные двери, ничуть не пострадавшие за это время. Но для порядка, их завалили хламом, установив пару сюрпризов. Вторая машина заползла в нишу, скрывающую въезд в подземный паркинг, сейчас перекрытый деревянным щитом, давным давно, работяги навалили туда поломанные козлы, перепачканные, изломанные ведра, стопки поддонов… Теперь все это вытащили, создав баррикаду метрах в двадцати от позиции.

Доктор был одет так же как все- отличие было в большой зелёной сумке с медикаментами на боку. Ну и из оружия у него был «Бизон».. На втором этаже было потише- народ споро устанавливал пулемет, кто-то, царапнув стену, протащил ПТРК. Название его Макс не знал- в оружии он разбирался плохо. Куда-то выше прошёл снайпер, таща накидку, коврик и винтовку. К окнам в торцах здания побежали по паре солдат- держать фланги. С собой они тащили нехилый запас гранат- если противник скопится у стен- для него это станет неприятным сюрпризом. Тревога Максима, разыгравшаяся было вновь, опять улеглась. Никакой паники, только собранность и деловитость. Отряд, похоже, был обстрелянный, сбитый, каждый знал свое дело. Док , отойдя в пустую квартиру, не торопясь раскладывал на колченогом столе, запачканном краской и еще бог чем- бинты, клей, нитки, зажимы и какие-то еще блестящие инструменты. Лишь Макс, стоял грязный, усталый, никому не нужный. Впрочем, длилось это недолго – сразу же его вернули таскать ящики с боеприпасом, щедро выделив ему, мимоходом , картечных патронов.

Откуда-то сверху хлестнул выстрел. А потом еще один. Максим бросился к окну, готовя ружье. Пусть у него только картечь, но на близких расстояниях и она сработала бы не хуже пулемёта.. Где-то внизу зарокотало что-то солидное, видимо пушка на БТРе. Максу было видно, как шевелятся ветви кустарника, там похоже, пробиралась отставшая погоня. Оценить количество нападающих мешали густо разросшиеся яблони и прочие зеленые насаждения.. Но судя по ширине фронта шевелящихся веток- отряд был солидный. Снаряды пушки, раскидав щепу и листья, похоже в кого-то попали. Громкие вопли боли и возмущения, было слышно далеко.. Вновь пророкотала пушка, а затем по зданию замолотило что-то серьезное и автоматическое, полетели вниз обломки бетона и кирпичей.. Однако прицел мутанты взяли высоковато- долбили в районе четвёртого- пятого этажа. Довольно сильно хлопнуло на этаже- и в сторону садов устремился вихляющийся огонек, быстро скрывшийся под деревьями. Там вырос безобразный, грязно серый куст разрыва, что-то вспыхнуло, зачадило горящей резиной..

От дикого вишенника, разросшегося от садов, тянулась сырая канава.. Зачем она была тут, кто ее создал природа или человек, теперь уже было неизвестно, да и никому не интересно.. Известно было одно- любящий сырость ивняк облюбовал ее, густо скрыв своей порослью. Этот язык зарослей тянулся зелёной полосой к укреплениям защитников, не доходя до них метров пятьдесят. Оттуда и выскочил шустрый мутант- похоже проползший тихой сапой еще до начала стрельбы. Грязный, в лохмотьях, он успел перед смертью пробежать метров десять и кинуть, как показалось Максиму, бутылку в сторону бронетехники.. только вот не бывает у бутылок матерчатых стабилизаторов. Затем внизу грохнуло, стены затряслись, посыпались на пол гнезда ласточек , затанцевали в столбах света пылинки.

А заросли вскипели, выплескивая «пену»- сотни тел, корявых, бледных, с выпученными глазами, они бежали, ковыляли, скакали..

-Слава богу, -мелькнула мысль в голове Макса, что у них нет огнестрела. Живая волна неслась, размахивая ножами, топорами, кусками труб и битами.. Хотя нет, было и другое- бегущий, толстый урод, словив пару пуль, вдруг лопнул взрывом, забрав с собой пару десятков сотоварищей. Судя по крикам- с других сторон толпа была не меньше. На огонь бойцов, нападавшие не обращали внимания, стремясь быстрее ворваться в дом. Загрохотали гранаты, толпа завыла и заверещала.. А сверху упала, вдруг, винтовка, исчезнув в месиве из трупов, раненых и живых. У безмозглых уродов нашлись кукловоды, гнавшие их в атаку. Пуля свистнула над максовой головой, исчезнув где-то в глубине помещений. Хитрый и опытный стрелок, а может и не один, прятался в зелени, выбивая аккуратно бойцов противника, увлечённых отстрелом уродов .

Максим шустро спрятался за простенок, он стрелял теперь в окно наискосок, прячась за стеной. Цели то,  были везде. Град заостренных арматурин обрушился на окна, а за стеной, где сидел расчёт пулемёта, вдруг что-то взорвалось, заставив гнездо замолчать. Внизу орали и вопили, а доктор ушел туда, на помощь. Делать здесь было нечего, да и патроны кончились и Макс, опустившись на четвереньки, быстро выполз в коридор.

Автопушка накрошила гору радиоактивного фарша, но снаряды и патроны похоже заканчивались. Экипаж дёрнул машину вперед, раскорячивая ее и блокируя дверной проем. Спастись они успели чудом- мощный взрыв еще одного камикадзе оторвал пару колёс машине, заставив оглохнуть всех оставшихся живых, одарив звоном в ушах и лёгкой контузией..

- Отходим на крышу.. Эвакуация- последнее, что расслышал Макс, а затем огненный лом вонзился ему меж лопаток, дойдя волной боли до копчика, заставив бесчувственное тело выгнутся колесом.

«Молодая» тварь неслась к Юрке ощерив пасть, где в разбухших деснах торчали редкие, не успевшие пока выпасть зубы. Туда, в этот слюнявый рот , ломая челюсть , вбил свой кулак Семенов, заставив упасть ошеломленного врага. Он бил тварь ногами, круша ребра, не давая встать, а затем, когда противник уже не мог двигаться, безжалостно связал его шнуром, крепко стянув ноги и руки за спиной. Где-то в глубине одичавшего парка, рычала Фрося, видимо воюя с «главарем» гнезда.. Вряд ли помощь ей была нужна и Юрка, вытирая на ходу испачканную красно- бурой субстанцией перчатку, поспешил к оставленным бойцам..

А тут все было плохо… Бах уже не орал, а только еле слышно стонал, да делал судорожные вдохи.. Гриб, растекшийся уродливой заплатой, уже разъел плоть бойца, затек в рот, издырявив щеку, глазница тоже была заполнена этой мерзостью, а хрящи носа таяли как свеча, кое где, сквозь тонкую плёнку, проглядывали кости черепа.. Потерянные товарищи стояли вокруг, не зная что делать..

- Сигнал подали?- Семенов рыкнул на растерявшееся воинство продираясь сквозь кустарник. Не хватало еще, чтоб его подстрелили свои.

Три- четыре ракеты взлетели в небо, призывая на помощь, но Юрка не отвлекался на это.. Перед ним встала серьёзная дилемма.. Возможно первый раз в своей жизни он встал перед таким выбором. Переданное Доком лекарство было редким и дорогим…Оно могло спасти жизнь кому-то из них двоих. Жаль было тратить его на этого идиота. Кто-то холодный и расчетливый внутри уже списал раненого в потери и требовал не тратить ресурсы на бесполезный материал.

Две алюминиевых банки с серым порошком- им Семёнов щедро засыпал поражённый участок, а затем залил остатком воды из фляги. Реакция пошла моментально- препарат вскипел бурой, грязной пеной, растекаясь по голове. Через полминуты глупая башка Баха была облеплена серым, с разводами коконом покрытыми затвердевшей коркой. Но судя по всему- ему это не мешало, наоборот, на первый взгляд бойцу полегчало, хотя и выглядел он сюрреалистично..

За спиной захрустел валежник- кто-то тяжелый бежал к отряду… Юрка занятый раненым, даже не обернулся. Вспомнившие науку охотники, отошли уже от шока и взяли периметр под наблюдение. Раз стрельбы не было, значит это были свои.

Бойцы разразились радостными криками, разом бросив наблюдение, так что Семенову пришлось привести их в чувство, вызверившись и обложив по матушке. Воткнув в истерзанную тушку последний шприц тюбик, Юрка с наслаждением разогнулся, а Фрося тут же бросилась хвалиться. Харчок был еще жив- он бессмысленно водил глазами, дёргал вывернутыми, небрежно перекушенными конечностями, исходил сероватой, прозрачной жидкостью из многочисленных укусов на теле.. Его гофрированный «хоботок» с изогнутыми шипами на конце, вяло извивался, не в силах уже спрятаться внутри беззубой пасти.. Было ясно- это агония.. Тварь затрепетала в последний раз и замерла неопрятной кучей драного, перепачканного тряпья.

Семенов, подумав, разрешил отряду снять противогазы и шлемы- вероятность, что древний заражённый оставил тут конкурентов была ничтожно мала, а мужики уже порядком взопрели.. Теперь воинство слушалось его беспрекословно, полностью доверяя, похоже, теперь право командовать никем не оспаривалось..

Машина все не ехала, хотя по дороге сюда было можно добраться минут за десять.. Заяц и Волк были отправлены за пленником, а другую пару Юрка послал за транспортом, наказав смотреть в оба глаза… Сам же он занялся упаковкой добычи. Магазин встретил его глухой, добротно сколоченной дверью, закрытой на замок и перечеркнутой дополнительно по старинке металлической полосой с амбарным замком. Правда время неплохо потрудились над преградой- навесной замок Семенов легко выдернул рукой, а врезной вышиб специальным патроном с бронзовой пулей. Сразу стало понятно, почему мародеры обошли эту точку стороной. Тут были одни сувениры- а с исчезновением праздных туристов, стали ненужными шляпы, кошельки и обложки для паспортов из бересты, лапти, доски, картины с видами Васюков и россыпи магнитиков со значками.. Зато в подсобке нашёлся палас и здоровый рулон пупырчатой плёнки..

Проблема упаковки добычи была решена. От дальнейшего обыска Юрку отвлек гул мотора и скрип тормозов.. Долгожданная машина прибыла. Пока бойцы старательно паковали молодых тварей, Семенов раздел старую.. Харчок носил на себе настоящий маскхалат: серо- бурые ленточки, веревочки, куски мочала и мешковины, а основой был какой-то изодранный плащ. Юрка представил себя в таком одеянии в брошенной полутемной квартире, с капюшоном на голове, или сидящим в углу, сжавшись в ком и понял- обычный человек ничего бы не заметил, пройдя мимо.. Тело твари, сейчас облепленное песком и сором, при жизни было чистым!!, то есть, она мылась регулярно, чтоб не выдать себя запахом.. А еще, слева, там где у человека было сердце, на серой, землистой коже, легко читались искаженные буквы и цифры татуировки- АВ(IV)Rh-.

Больше всех в погрузке помогал шофёр. Светя свежим, растущим фонарём, он суетится, бросался на помощь и путался под ногами, нарываясь на второй. Дохлых тварей замотали в пленку, чтоб не запачкать машину, а пленника и раненого положили на палас, оберегая здоровье. Остатки отряда были веселы и беспечны- подвиг был совершён, дома их ждали почести.. а раненый товарищ, в этом мире, если ты не сдох сразу, то шансы выжить были очень велики.

Оттаявшие бойцы, поставив ноги на трупы, травили байки, не обращая внимания на шум, а изловленная тварь прикидывалась ветошью. Семенова она явно боялась до усрачки , начиная дрожать, встречаясь с ним взглядом.. Юрка, внезапно вспомнив, потихоньку потрогал свою голову, то место, куда ему попал «снаряд». Там было все нормально, только кожа, как ему показалось, была более нежная на ощупь..

- Да, товарищ полковник, операция на тройку с минусом.. Расслабились вы в тылу, с обычными тварями справились с потерями, - Док, вышагивая мимо короткого строя, распекал Семенова,- Плохо, очень плохо.. С вашими способностями.. Я честно, не ожидал..

Юрка стоял склонив голову, слушая сочувственное сопение своего отряда. На доктора он не обижался- не зря тот незаметно ему подкинул вначале- шеф опять разыгрывал какую-то сценку.. А зачем и для кого- было непонятно..

Возвращение было триумфальным- три очень опасных твари, одна из них живьем. Каждый местный житель понимал, что он легко мог бы стать добычей впоследствии.. Места тут расслабляющие, тихие- Волга сама по себе была серьёзной преградой, отсекая опасности и расхолаживая население..

А тут- такая операция, быстрая, чёткая, удачная.. Было о чем потрепаться долгое время, обсасывая подробности, строя догадки и предположения.. Уже к вечеру число убитых врагов выросло втрое, а потери охотников впятеро.. Нелогичность россказней никого не смущало- так было интереснее и героичнее. Степень участия Юрки варьировала от убиения всего гнезда голыми руками, или мечом ( где он его носил, мнения разделились), до трусливого прятанья за спинами отважных васюкинцев, с жалобными криками увести его отсюда скорее. А вот его детскую месть с защитой и шлемами- бойцы списали на богатый опыт и чуйку. Семенов расстался с отрядом почти друзьями, дежурно обещая, на дежурные же приглашения, зайти обязательно в гости, как выпадет случай.. Но все прекрасно понимали- что видятся они, наверняка, первый и последний раз..

Вымывшийся, распаренный Юрка, нашел доктора в столовке, за знакомым столом. Док, прихлебывая чай, громко читал персоналу интересные места из стопки листов, небрежно лежащих рядом.

- Доносы читаю. Видал, какая стопка,- ответил он на немой семеновский вопрос,- Потекли, злодеи, ничего святого у людей.. Где, я спрашиваю, круговая порука, омерта, где? Да и грехи то смешные.. А поди ты.. требуют подлым врагам и наймитам смертную казнь.. Сами, правда, не лучше..

Его монолог прервала сама тётя Шура, лично притащившая Юрке тазик вареников и тарелку сметаны.

- Вишь, рекламу тебе делаю,- доктор ткнул Семенова в бок,- Цени заботу. Раненый то- зятек ее любимый. Пришлось объяснять, какую ценность на него потратили..

- А мне не жалко, - Юрка с вызовом посмотрел на Дока.

- Мне тоже не жалко, но грех было не воспользоваться, персональная любовь повара в этом зыбком мире дорогого стоит.. Лопай быстрее и пойдем.

В углу согласно кивнула Фрося, обгладывая чью то ногу, впрочем кивала она сейчас постоянно, с наслаждением грызя кость.

С улицы раздался тоскливый вой, чужой, трубный - заточенный в клетку Харчок был оставлен доктором дозревать. В его книге не хватало рисунков промежуточных форм , а возразить против проведения такого опыта никто не посмел. И теперь за решёткой, забившись в противоположные углы, сидели двое- тварь и испуганный поросёнок.

- Тоскует, сердешный, на свободу просится, - две бабки, проходя мимо , остановились посмотреть на диковинку.

- Ить, живой, хоть и тварь сатанинская, - поддержала подруга,- Тиранят животинку, ироды..

Бабки пошли дальше, а Семенов с Доком, став невольными свидетелями, пошли в администрацию..

- Любит у нас народ убогих, да страдальцев, - Док чихнул,-Я твоих бойцов к наградам представил, а ты официально в пролёте… Не обижайся, так надо.

- Да мне, как-то.. – Юрка усмехнулся,- Наплевать..

- Работаем, значит, парой: я тиран- самодур, ты – смелый, честный солдат, не знающий слов любви, гнобимый и задвигаемый злобным начальником. Жертва, так сказать, моя..

- Зачем такие сложности?

- Да так.. На всякий пожарный.. Половим на тебя дурачков.. Придут охмурять- соглашался на все. Потом поделим.. Грабить лень, а тут вроде сами....

Так переговариваясь, они шли, пока не наткнулись на трибуну, сооружаемую у крыльца администрации… Свой косяк с возникшими тварями под боком, отцы города решили оперативно превратить в подвиг. Давно готовившаяся операция, контроль, непосредственное командование, забота об населении, долг.. Эти и прочие красивые, правильные слова, чтоб успокоить общественность, вскоре будут брошены с трибуны в толпу, давая понять, как повезло обывателям с кормильцами и защитниками.. Готовился митинг, концерт и небольшие торжества.

Опытные уже друзья проскользнули через боковую дверь и устроились в пустующем кабинете на втором этаже. Док, отлучившись на пару минут, вернулся, подгоняя караван «невольников», загруженных раскладушками, постельным бельём и матрасами для собаки. Загнав всех внутрь, он начал командовать, заставив сдвинуть лишнюю мебель к стене, подмести мусор и притащить воды.

- Чем займёмся, шеф?- Юрка закончил чистку Сайги и взялся за револьвер.

- Я спать, а ты можешь сходить на концерт, хотя отсюда и так будет все слышно..

- А я думал … А как же руководство?

- Вот скажи мне , полковник, - Док сел на стол,- Ты в своей жизни руководил кем-нибудь.. Не на операции, типа недавней, а так- в мирной жизни?

- Нет. Дак я думал…

- Думал он.. как индюк. – доктор перебил Юрку,- А я тоже не особо по этой части.. Не люблю всего этого.. Мне бы шашку и коня.. Так что, скоро прибудут специально обученные люди- с чугуниевыми задницами и большими головами из того же материала.. Они будут заседать часами, орать, ругаться, спорить, врать, перекладывать дела на других.. Но каким то чудом все со скрипом и треском сдвинется и поползет в нужном направлении..

На концерт Семёнов не пошел. Неожиданно для себя, он задремал, слыша сквозь сон невнятные топот, песни и музыку..

Два дня прошло в блаженной лени и неге. Городок бурлил днём и ночью, гудел дизелями, исходил чадным дымом скверного топлива. На реке гудели сирены двух, спешно расконсервированных паромов, а у заброшенной пристани мёртвого города, спешно насыпали дорогу к урезу воды, готовя место для погрузки. Стройматериал брали на месте- гигантские кучи песка и щебня, насыпанные в далёкие, мирные времена, высились совсем рядом.

Юрка читал какую-то скучную книгу, безуспешно борясь со скукой, когда ворвавшийся доктор, сверкая шалыми глазами, радостно закричал, что пора сваливать. Семенов печально вздохнул- видимо пообедать уже не придётся. А местную кухню он полюбил всем сердцем.

На ВВП было неожиданно оживленно. Тихой стайкой, на манер пингвинов или сусликов, стояла местная верхушка, только прихлебатели, чувствуя, что власть вновь сменяется, суетились вокруг.

Туша Ми -26, сопровождаемая «крокодилом», показалась над Волгой, похоже, машины шли над рекой, опасаясь возможного обстрела. Ураган от винта разогнал встречающих, сорвал фуражки и шляпы, пригнул высохшие сорняки. Бортовой номер гиганта – «полста первый », говорил знающим, что техника эта не простая, а из правительственного авиаотряда.

- А вот и начальство пожаловало, - Док, сорвав соломинку, сунул ее в рот,- Подождем чутка, лезть не будем.

Из вертолета повалила толпа, сверкая наградами, погонами и начищенными ботинками, навстречу дорогим гостям бросились хозяева, «слившись в пароксизме страсти с прибывшими», как прокомментировал доктор. Наконец, когда встреча закончилась и толпа рассыпалась, стал виден главный виновник торжества. Старичок среднего роста и такой же комплекции, в меру лысенький, с лёгким брюшком и седыми, кустистыми бровями. Он, с раскрасневшимся лицом, опираясь на трость, стоял, благожелательно выслушивая доклады.

Семенов внезапно заметил, что стоит по стойке смирно- и это было не мудрено.. Ведь прилетевшим был герой республики, министр обороны, член правительства- генерал Дед. Генерала в армии можно сказать любили- он был в меру строг, в меру разумен. Орал конечно, грозил расстрелами и мог дать в морду.. но этим бойцов было не удивить.. А вот интенданты боялись его как огня- в этой жизни, Дед любил инспекции. Требовал он немного- главное, чтоб у солдат был горячий гуляш, отхожие места и сон, (про стрельбы, знания уставов, физическую форму – генерал даже не заикался, это было само собой разумеющееся). Все в такой последовательности- еда, гигиена, отдых.. Если цепь нарушалась- то в дело вступало ещё одно увлечение Деда- полевой трибунал…

Хромал он с осады Нижнего- под самый конец, когда войска под его командованием, разменяв, как в шахматах, коня на ферзя,( бронепоезд с десантом), разом прихлопнули половину армии противника, к штабу прорвалась залетная диверсионная группа. Но генерал, возглавив оборону, мобилизовал штабных и лично отстреливался от врагов, получив тяжёлую рану колена.. Нога так и не пришла в норму- он остался хромым на всю жизнь. Теперь этого легендарного человека, одного из своих кумиров, Юрка видел практически в упор..

- Ладно, пошли, вроде успокоились, - внезапно ожил доктор.

- Шеф, давай посмотрим, одно дело учебники и газеты, а другое – в живую..

- Было бы на что смотреть, - Док сплюнул,- Единственное положительное качество нашего генерала- отсутствие амбиций правителя. Ну и чутье- ни разу не ошибся со стороной. Туп, жаден, глуп, злопамятен - вот и все, что я могу сказать про него, но надо отдать должное, за армией следит, правда, на манер хозяина свинофермы, любовно выращивающего хрюшек..

Док свистнул, подзывая Фросю, а та, бросив рытье целины, весело запрыгала, отряхивая землю с морды и попутно цепляя репьи.. Доктор сунув руки в карманы, напялив поглубже панаму, шел по бетону ВВП. Семенов привычно шагал в кильватере, а строй замыкала собака, громко цокая когтями.. А перемешавшаяся толпа гостей и хозяев шла им навстречу.

Безобразный скандал вспыхнул внезапно. На глазах удивленного Юрки, Док помахал рукой, видимо приветствуя кого-то из прилетевших. Довольный приёмом генерал резко остановился. Его красное лицо стало еще краснее, а глаза вылезли из орбит, герой республики затопал ногами, забыв о травме и услышать его нецензурную ругань Семенову помешал только гул садящегося невдалеке самолета.. Дед в ярости так хватил тростью по бетонке, что бедная палка сломалась от удара.

- Не забыл старый хрыч, - захохотал Док и, повернувшись к Юрке, скомандовал,- Вольно, полковник, ваша репутация в глазах генерала упала ниже плинтуса. Моя компания- худшая рекомендация для военной карьеры, мой мальчик.. Военным вам быть не светит..

- Шеф, а откуда ты его знаешь? – не сказать, что Семенов был удивлён, к сюрпризам доктора он уже был почти привычен. Но всё же любопытство перебило поднявшуюся неприязнь, возникшую от слов Дока про генерала Деда.

- Я этого старого козла знаю давно, когда-то мне пришлось прострелить ему колено, хотя лучше бы тупую башку, - выдав беспечно  государственную тайну, доктор крикнул в толпу,- Мой женераль, берегите ногу, погоды нынче сырые..

Деда, задохнувшегося от злобы, едва успокоили, а бывший глава, смещенный доктором, уже нашептывал кипящему едва сдерживаемой яростью генералу какие-то гадости на ухо, кивая на боевую троицу..

Приземлившийся самолет ждал только их. В нем даже не было попутного груза- новенькая машина, в серо- голубом камуфляже, с змеёй обвившей меч, нарисованной на фюзеляже. Винты самолета рубили осенний воздух, а из гостеприимно открытой двери, кто-то приветливо махал рукой..

- Да пошел, ты, на хер, хрен в панаме, подумаешь, инквизитор нашёлся, - голос легко порезал шум, поднявшийся после слов Дока, а присовокуплённое продолжение было сплошь непечатным и нецензурным..

- Бунт?- Док рукой опустил ствол семеновской Сайги, предотвращая кровопролитие,- Кто такой смелый? А ну встать, когда с тобой разговаривает ....

- Гурьянов это, начальник ополчения и местной милиции, - поняв, что казнь вроде отменяется, народ осмелел и включился в диалог.

- Знакомая фамилия- доктор деланно задумался, - Слышал о нем только плохое.. Верные товарищи докладывали, что у него посторонние шляются по присутственным местам, совещания срывают.. А ну, покажись добрый молодец…

От стола понеслись торопливые выкрики о некомпетентности, вороватости, трусости и изменах уже явно бывшего сотоварища. Но вакханалия словоблудия была задавлена в зародыше Доком, заявившим, что вечером он составит донесение, где собственноручно перечислит грехи каждого из присутствующих, чтоб потом никто не ушел обиженным.

Вставший Гурьянов был уродлив, но не нынешним уродством, привычным и уже не замечаемым от этого, а тем, еще старым- лысый череп, стянутое багровыми шрамами безбровое лицо. Шрамы и рубцы заходили на шею и тянулись дальше, исчезая под камуфляжем. Он стоял набычившись, сжав кулаки, а шрамы потихоньку становились все ярче..

- Я буду звать тебя Горелая Морда, надеюсь ты не против? Где обгорел, боец, случайно не в бане?

- В десанте был, попал под обстрел у вокзала. Свои угостили, выжил случайно..

-Вот как..- доктор замолчал, а Семенов сложив нехитрое « два плюс два», сразу понял, почему шрамы Гурьянова не исчезли. Вокзал, по которому наносили удар в новой истории этого мира, был тут только один, в Нижнем, а Нижний славился повышенной радиацией и мутировавшим населением, трогательно любившим соседей, но исключительно в гастрономических целях. Населения, как такового, там уже шесть лет не было, вырезали его под корень, а вот радиация осталась.. Симбионт, ну или паразит, повышенный фон не любил очень сильно, легко погибая при большой дозе облучения, отторгаясь от организма носителя. Зрелище получалось отвратное, ну и существо получалось после нежизнеспособное..

-Хорошо, - Док хлопнул в ладоши, - Я принял решение. Вы все, властью данной мне, сняты с должностей. Верховным главнокомандующим поселения назначается Горелая Морда- за дерзость, строптивость и храбрость…

Возмущённый ропот доктор заглушил привычным уже Юрке ором и руганью. Бывший глава стал замом нового, а другие остались на своих должностях, получив приставку ИО.

Фросина башка появившаяся в дверях, вызвала нездоровое оживление, переходящее в лёгкую панику..

-Господа, не нужно волноваться, это всего лишь мой питомец, Boletus Saboteur insolita D., по-научному, а вам он известен под именем «Подкидыш», да, понимаю, маскировочная форма странная, необыкновенная, удивительная мутация , случай единичный на всю историю наблю….- Док, оседлав любимый конек, вознамерился прочитать лекцию. Не вышло- лишь смысл слов дошёл до собрания, как тихая паника переросла в безобразную, местная аристократия, толкаясь и топча упавших, бросилась к окнам, пытаясь спастись. Только Гурьянов, вскочив, выдернул чеку из гранаты, приготовившись умирать.

- Семенов, прекратить безобразие,- скомандовал доктор и Юрка пальнул два раза в потолок, заполнив помещение грохотом, дымом и кусками побелки.

Порядок навели не сразу, но потом, угрозами, тыканьем оружием и уговорами, удалось рассадить всех по местам. Чеку вставили, гранату убрали.

- А ну тихо все, Фрося- ручная и опасности при моем контроле не представляет, я повторяю- при контроле. А при случае- местной биомассы хватит, чтоб образовать споровое облако, достаточное для накрытия всего поселения., - Док, оглянувшись, увидел скромно стоящего в углу забытого всеми радиста, с удовольствием смотрящего на представление. Зрителем ему явно нравилось быть больше, чем актёром.

- Так, беги к себе, бабке скажи- двери можно открыть, - и дождавшись его ухода, доктор громко шепнул Юрке так, что услышали все,-Николай опытный сотрудник, будем переводить в центр, хотя, может повременим, тут тоже нужен пригляд, как я понял..

- Итак, господа.. продолжим разговор. Где-то через неделю- полторы сюда прибудет сводная механизированная бригада, а также, по Волге поднимется авиаматка «Орлица» и части «СК» с спецоборудованием. Через неделю- оба ваших парома должны быть на ходу, а на том берегу- подготовлен временный лагерь. Перекинете пару бульдозеров, экскаватор, рабочих. У автостанции расчистить поле, сделать обваловку и нарыть траншей и установить сортиры. Справитесь?

- Придется- новоиспечённый глава вздохнул..- А на этом берегу где размещать.. Боюсь, солдатики полезут к местным, а те в ответ…

- Да, проблема,- доктор начал ходить взад- вперёд, обдумывая проблему, - Я помню, «Копир», перед самым началом, стал расширять производство и для рабочих построили общагу, а также склад рядом. Вряд ли там все разрушилось. Окраина города- дорога к воде есть, грузить личный состав можно сразу там, а шесть километров достаточное расстояние для любвеобильных солдат, да и пикеты расставим цепью, чтоб не пролезли. Как предложение?

В ответ все промолчали, исподтишка переглядываясь между собой.

- Может лучше палатки, поставим в поле, а бойцам надавим на сознательность? Что там, в старом городе.. – раздался чей то робкий голос.

- Надавят вам, сознательные вы наши, так надавят, будут вам и драки, будут и прочие безобразия, ведь, где солдата не целуй.. - Док вновь хлопнул в ладоши, - Сдаётся мне, товарищ полковник, они явно что-то скрывают от нас. Вишь переглядываются, брови хмурят, морды перекосили.. Секрет у них есть- зуб даю.. Ну, кто первый сдаст тайну, того в угол не поставлю… Рожайте быстрее..

- Плохо в городе, - решился мрачный Гурьянов,- неделю назад два солдата пропали, практически бесследно. Ушли в самоволку. Мы город прочесали- нашли обувь и часть одежды с оружием на берегу, все чистое, не рванное.

- Да утонули они,- включился в разговор бывший глава,- Да и бойцы.. дрянь, сектанты придурошные.. Ну или зверье их погрызло.. тут бывает набегает от чувашей.

- Зверье одежду бы изодрало, крови бы налило,- доктор отвернувшись к окну, начал о чем то размышлять..

Все почтительно молчали, потея от волнения, ожидая вердикта Дока..

- Итак, под вашим носом озорует какая-то тварь, а вы не ухом, ни рылом.. А через неделю сюда притащат любопытный корм в погонах. Нет, наша армия сильна и могуча, спору нет.. бойцы раздолбаи правда. В развалины сунутся обязательно,- доктор отхлебнул из фляги,- Гурьянов, выделишь пяток охотников, а ты Юрий, их возглавишь. Чтоб к вечеру эту сволочь добыл. Фроську возьми в усиление.

- Где-то через час на плацу соберем отряд, лично выберу лучших.- вздохнул Гурьянов..

- Хорошо. Слушайте все. Мне плевать на ваши грешки, интриги и прочие шашни и плутовство. Но.. если вы сорвете подготовку – я лично повешу вас всех на площади. Без пощады. Но, те, кто будет хорошо работать- получит прощение, а также небольшие плюшки и ценные призы,- доктор замолчал на секунду, переводя дух,- Работайте, планируйте, размышляйте, а мы с полковником пойдем пожрем. Мы в столовке, если что.

Оставив васюкинскую верхушку думать о вечных вопросах- кто виноват и что делать, доктор вывел своих спутников через боковой выход, кивнув многозначительно суровой вахтерше. На улице он покрутил носом и сразу взял верное направление, ориентируясь на запах котлет и выпечки. Столовка была обычная- длинный деревянный дом, крашенный коричневой краской пол, зелёные, обшитые вездесущей вагонкой стены. Столы, явно утащенные из какой-то забегаловки, украшались чахлыми букетиками и солонками из пивных банок в центре. Разномастные стулья, с бору по сосенке, деревянные, пластиковые, да и еще бог какие.. Раздаточное окно с «рельсами» для подносов и стопка самих подносов на столике в углу. Меню на большом листе предлагало: мясо, мясо, рыбу и картофель во всех видах и формах.. Остальные овощи и крупы присутствовали там эпизодически. Сели с комфортом- в центре зала, расшугав Фросей редких посетителей. Еду выдавали по талонам, которых у наших товарищей естественно не было. Но у работников складов и общепита свои источники информации- обслужили их быстро и с улыбкой. Доктор ковырялся в витаминном салате, попивая брусничный морс, а Юрка налегал на жареную картошку с белыми грибами, заедая вместо хлеба драниками. Фроська хрустела в углу костями, слопав до этого пару тазиков каши. В раздаточном окне сверкали любопытные глаза персонала, слышался шёпот и смешки. У Семенова периодически алели уши- он прекрасно слышал, что в основном, девы обсуждают его.

- Смотри не облажайся, Юрка, - доктор говорил в пол голоса, - Победа нужна нам как воздух. Вряд ли там что-то серьёзное.. Но бдительности не теряйте. В заросли сам не лезь, гоняй Фросю. Хотя, ты ж науку не забыл? Эта тварь похоже, открытых мест не боится - выманите ее на себя. Ответных возражений Семенова он слушать не стал, велев заткнуться. И вновь, Юрка почувствовал на мгновение ярость, быстро подавив вспышку. А ничего не заметивший доктор сцепился языком с «хозяйкой» и местным шеф-поваром столовки- тётей Шурой, женщиной дородной, знойной мечтой поэта. Пока Семенов ел, они успели обсудить нынешнее пропащее поколение, сошлись на том, что раньше было лучше, но и сейчас неплохо, ревматизма нет и инфарктов, да и экология хорошеет, но без интернета и телевидения скучновато..

Оставив Дока болтать дальше, Юрка свистнул, подзывая собаку, и потопал к крепости, ища плац. Там уже собирался лучший отряд ополчения и Семенову они резко не понравились. Люди выглядели как банда- разный камуфляж, разное снаряжение, а некоторые пришли в штатском, обувь от кроссовок до резиновых сапог, бороды и длинные волосы. Физический вид и комплекция собравшихся мужиков тоже подкачала- в форме держали себя единицы, остальные щеголяли упитанностью различной степени ..

Бойцы подходили неспешно, собирались в кучки и курили, возмущаясь тем, что их оторвали от повседневных дел. На Семенова, глядящего на это безобразие, поглядывали равнодушно, а вот Фрося, яростно чешущая себя за ухом, вызывала заметное любопытство. Впрочем, потихоньку узнав, кто был причиной, оторвавшей бойцов от копки картошки, взгляды, бросаемые на Юрку, стали отчетливо злобнее.

Постепенно подошли все, выстроившись неровной линией. Семенов, уже привычно и незаметно для себя, покачиваясь с пятки на носок, оглядел воинство, а воинство с вызовом глядело на него.

- Орлы.. Лучшие специалисты,- подошедший со спины Гурьянов, незаметно показал кулак строю.

- Беременные макаки, а не бойцы. Дерьмо, - слова сами выскочили из Юрки, самого внутренне удивленного этим..

- Не спецназ, конечно..- но речь уязвленного Гурьянова прервал нетерпеливый семеновский жест.

Юрка сам выбрал пятерых, просто ткнув пальцем. Остальные, радостно выдохнув, моментально разбежались, подначивая по пути невезучих соотрядников. Молчаливая ненависть к Юрке стала практически осязаемой, накатывая волнами. А он мстительно погнал отряд стричься и бриться, дав полчаса, заодно, выяснив у хмурого Гурьянова о наличии защитных средств, велел сменить форму на тяжёлую экипировку.. И вот теперь недовольные бойцы стояли перед ним сверкая прозрачными забралами древних, потертых шлемов, потея в резиновых костюмах и лёгких бронежилетах, зло сверкая глазами сквозь маски противогазов. Их начальник уже ушел, махнул на все рукой и плюнув на дальнейшее..

- Вот, другое дело,- Семенов довольно улыбнулся и скомандовал,- Попрыгали и пошли грузиться.

- Куда грузиться то?- голос говорившего звучал глухо сквозь переговорное устройство,- Сейчас уборочная, все топливо там, машину нам никто не даст.. Пешком пойдём, километров восемь по дороге всего.. Часа за три дойдём в этой резине..

- Бензин где достать? – идти пешком Юрке сильно не хотелось.

- А вон, заправка,- ткнул в далёкий сарай боец.

Семенов, молча развернулся, делая вид, что не слышит довольных смешков за спиной, быстро пошагал туда. Фрося осталась караулить отряд, лениво прикидывая, кто из этих, обижающих любимого собрата людей, самый вкусный.

Замученная, уставшая, в пропитанном запахом бензина комбинезоне женщина, сразу же послала Юрку. Послала она его к завгару, дескать, без его разрешения ни капли не даст. Будет бумажка- будет бензин.

Завгар обитал в одноэтажном, кирпичном здании, пристроенном к гаражным боксам. Распахнутые деревянные ворота, выщербленный, грязный асфальт, покрытый пятнами и разводами бетонный пол, неистребимые запахи металла, масла и бензина, щедро разбавленные выхлопными газами- вот что встретило Юрку тут. Ругань, крики, рев движков и суета. Местным было плевать на гостя, Семенова пару раз обматерили и обещали прибить за то, что он путается под ногами. Только замасленная парочка парней , копающаяся в бульдозере, оторвалась на секунду, попросив подать «вон ту хреновину», а затем указала нужное направление.

Скрипучий, тёмный коридор, с грязными следами от сапог на досках пола, привёл Юрку в закуток, забитый шкафами, каким-то деталями, инструментами и кипами бумаг.

Хозяин, невзрачный, плешивый мужичок, яростно тер руки тряпкой, а в комнате резко пахло кофе и растворителем. Семенов кашлянул привлекая внимание.

- Бензин? – на Юрку уставились красные, воспалённые глаза, - Тридцать…

- Что тридцать? Патронов? Шприц тюбиков?- Семенов мгновенно закипел.

- Литров хватит? – окончил завгар, - Максимум сорок могу.. Край. И так нехватка, дак еще и сегодня совсем с ума посходили ….. Сумасшедший дом. Бегаем, как наскипидаренные … Вот- Ивановне отдашь, она нальет.

- Спасибо, - Юрка схватил бланк.

- Осторожней там парень.. не верь нашим.. пропавшие, они были..не дураки в общем..

Акции Семёнова в глазах отряда немного подросли- вот что сделала невзрачная бумажка с плохо читаемыми каракулями. Теперь, ожившие бойцы действовали шустро, торопясь разделаться с бессмысленным, на их взгляд, мероприятием. Имен, кстати, охотники не сказали- обошлись прозвищами: Ганс, Заяц, Волк, Сосед, Бах.

Проржавевшая «буханка» в шрамах сварных швов, измалеванная самопальным камуфляжем, медленно переваливалась по ухабистому асфальту. Мужики, катя по деревне, дернули на подмогу знакомого, посадив его за руль, естественно с позволения командира. На КПП условились о сигналах, попросив почаще смотреть в сторону развалин. А Семенову передали посылку от Дока- тот, закончив собирать сплетни, видимо вспомнил об ученике. Небольшая коробка с подробной инструкцией и просьбой доктора - применять только в экстренных случаях, ну и быть осторожным.

Дальше поехали с ветерком, сорок километров в час по земле- в этом мире скорость запредельная. Фрося неслась рядом, по кромке поля, ее путь легко было отследить по рушащимся трехметровым стволам высохшего борщевика. Вскоре полоса разрушения свернула в глубь полей, видимо, умная собака срезала дорогу.

Бойцы тихо прели в защите, но если и поминали командира незлым словом, то делали это молча, про себя. Видимо действовала накачка начальства, а может они уже смирились.

Справа потянулась стройка- ржавый, частично упавший забор, пятиэтажный дом и рядом- собранный каркасный склад, а слева, за зарослями борщевика и дохлого кустарника , внизу, под обрывом блестела Волга.

Машину с водителем оставили метрах в трёхстах от въезда в город, на чистом, открытом всем ветрам перекрестке, с строгим наказом – бдить, из машины не выходить. А по сигналу- зелёная ракета, мчать на помощь. А ежели красная- рвать когти и звать подмогу. Аналогично велели  поступать- если часов через пять отряд не выйдет обратно. Раций у бойцов не было- слишком дорого иметь их заштатному провинциальному подразделению.

Зашли от рынка, там, за пустырем с редкими метелками травы, пробившейся сквозь асфальт и рухнувшие торговые ряды, виднелось здание ФСБ, выгоревшее, густо исклеванное у некоторых окон пулями.

- Туда не пойдем,- Заяц, на правах местного жителя, был назначен проводником, - Там дальше овраг, тянется, зараза, через весь город. Дома, сады, ручей по дну- джунгли сейчас непроходимые тама. На обратном пути собаку вашу пустим- а сами по кромке пройдем, проверим.

- Хорошо,- подумав, Юрка кивнул, соглашаясь. Ушли влево- в новенький микрорайон, состоящий сплошь из пятиэтажек. Почти час они бесполезно лазили тут, обходя дома- но все было тщетно- все окна были целы, а у дверей намело кучи мусора, не повредив которые, в подъезд было не попасть. А подвальные окна закрывали частые решётки… Да и мелькающая на горизонте Фрося выглядела спокойной.. Новая часть города кончилась быстро- Семенов объявил десятиминутный привал, выйдя на ее окраину, устроившись на старом кладбище, в тени, дав отдышаться распаренным мужикам. Часть могил  уже рухнула вниз, сползя с грунтом, исчезнув в диком вишеннике, сплошным ковром застилающим огромный овраг. Среди багряных листьев торчали островами проржавевшие крыши домов, натыканных бессистемно. В те времена тут была мешанина улочек и переулков, а теперь там был полный хаос.

Потянулись магазины- в крепких, старинных домах советской постройки. Это был Нижний рынок- название на Юркин взгляд было нелогичным- рынок торчал на вершине холма- дальше лента дороги ныряла вниз. Следовало проверить боковые улицы- старые, кривые, прихотливо извернутые. Шли привычным Семенову строем- впереди проводник, за ним, отстав метров на шесть- ядро отряда- сам Юрка с двумя бойцами- треугольником. Замыкающему приходилось опаснее всех, поэтому по команде Семенова происходила ротация. Фрося челночила, взяв разведку на себя, она носилась серой тенью впереди, легко ломая гнилые заборы, хрустя под лапами подростом и редкими костями. Все было тихо, пустынно. Только редкие птицы нарушали тишину, да ящерицы и ужи стремились убраться с нагретого асфальта, почуяв тяжёлую поступь отряда.

- Сюда пойдём- Заяц махнул рукой, указывая направление, - Спустимся к дамбе, проверим до старой паромной переправы. А затем пройдем низом, там уже немного осталось, затем порт и очистные.. Там еще пара церквей, осмотрим.. Сектанты попавшие, парни болтали, расспрашивали о храмах..

Спускались по промоине, осторожно, по одному, цепляясь за кусты и торчащие корни. Начало спуска отмечал странный памятник- железный стул приваренный к торчащей из земли трубе. Семенов на всякий случай запомнил этот ориентир. Дальше промоина расширилась, стала положе. На отвесных стенках росли старые березы, а чуть выше были налеплены домишки, старые, разваленные. Видимо весенние дожди и талая вода не давали траве укоренятся на дне оврага- под ногами появилась древняя мостовая, булыжная, отполированная временем..

Отряд медленно пробирался по дну оврага, перешагивая иногда через трухлявые стволы упавших деревьев, торопясь выйти к далекому свету. Место было поганое- сверху мог сигануть кто угодно, а Фрося теперь шарилась только по одной стороне.. Мужики шли молча, «ёлочкой» не отвлекаясь, а вот замыкающему приходилось активно крутить головой.. Семенов уже остыл- первое впечатление об них оказалось обманчиво. Бойцы молчали, привычно общаясь жестами и слушаясь беспрекословно Юркиных команд. Ему стало даже немного стыдно, сам он в своем комбезе и шлеме, страдал от жары не сильно. Впрочем, терзался он не долго, загнав переживания куда-то глубоко внутрь.

Выйдя на свет, каждый тихонько вздохнул с облегчением- тёмный овраг сильно  давил на нервы. Светлое пятно среди зарослей оказалось « Y»-образным перекрёстком. Дорога вывела их к бетонной стеле, увенчанной звездой. На газонах, когда-то  окружавших памятник, буйно разросся бурьян, справа темнел парк- неохватные ветлы и густая поросль внизу, густая до ужаса, без просвета и прохода.. Пожелтевшие листья еще не опали и чаща легко могла скрывать засаду. А вот слева, за дорогой, белели известкой двухэтажные дома- древние, еще купеческие. Семенову они сразу понравились- на верхних окнах виднелись сквозь мутные стекла крепкие решётки, а нижние- закрывали ставни. У запертого входа рыжел ржавчиной здоровенный якорь с обрывком цепи. Тут же, у опрокинутого грузовиком киоска, стоял памятник Ленину. Ильич стоял спиной к отряду, указывая рукой куда-то за Волгу, в дикие леса левобережья. Шуршали листья, кружа под ветром , налетающим с реки, иногда, от сильных порывов с деревьев сыпалась листопадная метель, устилая асфальт шуршащим ковром . У самой стенки дамбы торчала часовенка, кирпичный кубик с съехавшей крышей и упавшей луковкой купола..

Фрося, перескочив низкую бетонную стенку, скрылась в прибрежных зарослях. Водохранилище ушло и река отступила, оставив заболоченный берег.. Тут было красиво- рябь и блики на воде, далёкая кромка желтеющего леса.. Место выглядело безопасно и бойцы расслабились. Семенов обернулся, решив дать разрешение на привал, курение и оправку.

Звук был странный, чужой. Больше всего это напоминало попытку громко чихнуть, зажав рот ладонью.

- А-а-а.. мать, что это?!!- голос вроде принадлежал Баху, если Юрка не ошибался.. На забрале бойца, перекрыв тому обзор, растекся комок слизи- мерзкий, напоминающей соплю с сгустками гноя и прожилками крови..

- Харчок!!!,- громко заорал Семенов, сразу узнав редкую тварь из книги Дока, - Встали полукругом. Ищем его!!!.. Бах, руками не лазь, потом ототрешь… Где-то внизу, за спиной зарычала, услышавшая крики Фрося, она неслась по мелководью, спеша на помощь. Заросли молчали- хитрая тварь затаилась.. Никто не заметил, откуда она напала.

Тишина, обманчивая тишина и только скрип стволов старых ив действовал на нервы.. Краем глаза Юрка засек движение справа, там стена магазина разрывалась, пряча то ли арку, то ли нишу, густо заросшую кустами. Дернулась там ветка, дернулась так, как будто пригнутая, а затем случайно отпущенная неловкой рукой.. Тварь он увидел сразу, всю, увидел целиком, будто пелена с глаз упала- драные лохмотья одежды, пучки волос на лишайной голове.. Харчок сидел на корточках, сжавшись в бесформенный ком, пригнув голову и зыркая исподлобья глазами.

- Вижу ее… Тихо.. не спугните, - прошипел Семенов.

Медлить было нельзя- тварь могла убежать, видя что ее атака была бесполезна. Плавно прицеливаясь, Юрка боялся напугать ее.. Он не успел совсем чуть-чуть. Харчок кувыркнулся назад и пригнувшись, бросился во внутренний дворик.. Туда, в заросшее пространство Семенов высадил весь магазин- пятнадцать патронов, а бойцы не отставая, щедро добавили от себя. Еще не зная результатов, он был почему-то уверен в успехе. Чуял сердцем- добыча не ушла. Над бетонной стенкой появилась башка Фроси и грязная, мокрая собака неуклюже перескочила к отряду. Стремглав, искупая свою вину, она бросилась за убежавшим врагом, скрывшись в посеченных картечью кустах…

Харчок был редкой тварью- относительно слабый физически, он брал умом и хитростью. Короткие коготки, хилые, длинные руки, зато ноги- были сильные и неутомимые. В отличии от остальных тварей, Харчок был пальцеходящим, заполучив в ходе эволюции скакательный сустав. Сложный и запутанный способ размножения держал численность тварей в районе нуля- в процентном содержании от количества всех видов измененных, они находились в районе статистической погрешности. Зато выживаемость особей приближалась к девяносто процентам. Старые твари легко могли дать фору более жутким и страшным существам, выходя победителем из схватки.

Сутулая, легко скользящая в постапокалиптическом пейзаже тень, терпеливо преследующая ничего не подозревающую добычу, тщательно выбирала место для меткого выстрела. Харчку не нужны были клыки, рога, когти- видоизменённая трахея, прячущаяся до времени в беззубой пасти, выплевывала снаряд в цель, а острое зрение и мощные лёгочные мешки, позволяли метко попадать на дистанции до пятидесяти метров по крупной или групповой добыче.. Двухкамерный зоб твари скрывал симбионта- другой гриб, имеющий вид шарика с толстой оболочкой, заполненной слизью. При попадании в незащищенные участки тела, жертва теряла подвижность, получив дозу токсина, а гриб, растекшись по поверхности, начинал погружаться в глубину, медленно переваривая добычу. Вот этот получившийся «бульон» и высасывал затем Харчок, щедро добавляя туда свои ферменты, используя свой стреляющий аппарат как соломинку, заодно подкармливая симбионта в зобу. Все это промелькнуло в голове Семенова за минуту ожидания, пока гордая Фрося не кинула измочаленное тело твари ему под ноги…

- Круто… А я думал зря только ноги собьем, - кто это произнес из бойцов, Юрка так и не понял, он в это время настороженно изучал тушку подстреленной твари.

- А молодой то не промах, зря мы на него..- а этот голос принадлежал Баху, и звучал он звонко, обычно, а не глухо и искаженно динамиком..

- Идиот,- поворачиваясь, закричал Семенов, он внезапно понял, что смущало его- тварь была молода, только вставшая на путь трансформации, а значит матёрый хищник, сделавший выстрел, был рядом…

В красную, потную рожу Баха, стянувшего маску противогаза с запотевшими окулярами, и теперь увлеченно вытиравшего забрало шлема какой-то тряпкой, с противным чмоканьем врезался новый «снаряд», заставивший бойца заорать от боли, и упасть на землю.

Шаловливый ветерок, сменив на секунду направление, дохнул со стороны города и что-то учуявшая Фрося рванула с глухим рычанием к парку. Семенов бросился следом, успев крикнуть на ходу , чтоб бойцы помогли раненому.

Вдвоем они проломились сквозь подрост, торопясь настигнуть мелькающую вдали спину..

Тут когда-то была по-видимому летняя концертная сцена- несколько полукруглых рядов скамеек, бетонное возвышение, прикрытое ракушкой крыши. Тварь явно спряталась там- за свисающими, колеблющимися лоскутами покрытия и остатками занавеса.. Фрося мудро не стала бросаться в атаку, а начала медленно красться, обходя по дуге возможное укрытие справа, стараясь зайти за спину.. А вот Юрка, взяв подозрительное место на прицел, насторожился- все его инстинкты твердили, что Харчок ведёт себя странно, неправильно. Семенов подозревал, что тот их совсем не боится.. Облизав пересохшие губы, Юрка вздохнул и стянул шлем, решив выманить врага.

Вновь кто-то задушено чихнул в кустах и левую сторону его головы залепила неприятная субстанция, закрыв ухо, висок и щеку.. Ощущения были мерзкие- но только чисто психологически, физически Семенов ничего не ощутил, просто пораженная часть тела слегка онемела..

Обманутая тварь вылезла на божий свет, но увидев , что добыча не падает, обиженно заверещала, закурлыкала и крутнувшись, сбивая прицел, бросилась бежать.

- Фрося, взять его, - заорал Юрка, указывая на удиравшего, краем глаза увидев, как со сцены, теряя ошметки драного камуфляжа, к нему несется еще одна молодая особь, заманившая их в засаду.

Док поднял всех рано, в густой предутренней темноте. Он запалил гигантский костёр из всех заготовленных дров и попивая чай, с усмешкой смотрел на зевающих товарищей. Впрочем, высунувший из спальника голову Макс, осмотревшись, послал старого друга к бабушке и заснул дальше. Доктор поторапливал Семенова, вяло жующего поджаренный хлеб с копчёной рыбой. Док мысленно уже смотался по маршруту, туда и обратно, нынешняя медлительность спутников его до ужаса бесила. Довольная, вылезшая из кустов Фрося ,вывалялась ночью в какой-то вонючей гадости и была безжалостно отправлена мыться. Вернулась она быстро, мокрая , дожёвывая на ходу что-то мохнатое и мстительно отряхнулась за спиной доктора. Веселья ему это не прибавило, но скорость сборов резко возросла.

Взлетел Семенов как по учебнику, чувствуя где-то глубоко внутри себя гордость за мастерство. Внизу еще были серые предрассветные сумерки, а тут, на высоте, во всю светило сквозь прорехи в облаках осеннее солнце.. Зелено- рыжий лес мелькал под пузом машины, а испуганная Фрося, поскуливая, ломилась в кабину к хозяину, пытаясь по старой своей привычке забраться на спасительные колени.. Пришлось доктору сидеть вместе с ней в салоне, успокаивая дрожащего зверя. Заблуждаться тут было негде- минут через двадцать машина проскочила Ветлугу, пролетев над мостом, а затем показалась Волга. Сразу же на связь вышел диспетчер, с которым Док немного поругавшись, пришёл наконец к консенсусу.

- Семенов, видишь этот прекрасный мегаполис?- Док, усевшись в родное кресло, ткнул пальцем вниз,- Молчи, я знаю, что ты его видишь. Мы разграбим его до тла, предадим тучные нивы огню, разрушим дворцы и обесчестим женщин. На величественных руинах , среди обломков прекрасных статуй, ты будешь пасти Фросю, а я проводить кровавые и мрачные ритуалы.. Как тебе мой план?

Юрка только хмыкнул- раскиданные в беспорядке по окрестностям серые хибарки, дымящие трубами и такие же, стоящие на пыльных, кривых улочках, на дворцы не тянули, а полям, назвав их тучными, можно было только польстить.. Более-менее выглядела крепость, стоящая на высоком берегу, защищающая и перекрывающая от супостата Волгу. Бетонные, капитальные стены, ДОТы, башни, колючка, рвы. Рядом дымила ТЭЦ, укреплённая не хуже.

- Нью – Васюки, станция конечная, – доктор, осматривая округу на предмет ПВО, приказал,- Садись на шестую площадку, нам выделили ее.

Аэропорт в Васюках был превосходным- построенный во время осады Нижнего, точнее, при подготовке маленькой, быстрой и победоносной операции, должной хирургическим ударом рассечь противоречия и проблемы, возникшие меж двух ветвей нового человечества. Естественно, все пошло наперекосяк, враги неожиданно, оказались умными, а не клиническими дураками.. На брошенных военных складах города и области было навалом стреляющих игрушек всех размеров, а среди многочисленного населения- нашлись специалисты. Авиация, понеся потери, просидела на земле всю кровавую, бестолковую войнушку, практически не летая. С тех самых пор осталась бетонная ВВП, с двумя десятками вертолетных площадок, защищенных капонирами и аккуратно натыканных вокруг.

Сам васюкинский «замок» должен был прикрывать дальние подходы к ЧГЭС, а гидростанция, запущенная специалистами, стала бы локомотивом местного возрождения. Поселение разрасталось лавинообразно, ударно строился порт, в который натаскали речной рухляди из старых Васюков. А потом, война закончилась победой и тотальным геноцидом проигравших, специалисты, осмотрев ГЭС, вынесли вердикт, дескать, тут проще все сломать, чем восстановить, что и было сделано незамедлительно, устроив попутно грандиозный слив в самый весенний паводок, смыв невезучих людишек, живущих ниже по течению и вызвав последовательное разрушение каскада плотин. А Васюки захирели, став сразу ненужными в таких размерах, резко сократившись в численности до трёх тысяч населения во всей округе. Местным, оставшимся тут, из дел, остались лишь охрана своего участка речного пути, рейды по дорогам, да обслуживание проходящих караванов, рыболовство и земледелие.

Садились весело- зайдя с чистого поля, Семенов выполнил боевой разворот, шугнув попутно двух велосипедистов и зависнув, мягко посадил вертолёт на бетон с намалеванной белой краской шестеркой в центре.

- Однако,- удивился доктор, - А где все? Где красные дорожки, почётный караул, лимузины, приветственные речи, где, наконец, ползающие в пыли перед нами отцы города, тянущие в потных ручонках ключи от этого захолустья?

- А должны были? – Семенов, обойдя вертолет, осматривал шасси.

- Тут должны были собраться все шишки, бугры и их прихлебатели. Сливки общества.. Отреагировать на радиограмму такого уровня по другому они не могли.. А нас с тобой встречают два каких-то голубых гномика,- Док небрежно ткнул пальцем, - Вон, педали крутят к нам.

По узкой дороге к месту посадки ехала парочка в синих, покрытых тёмными пятнами, комбинезонах.

- Вы, что, колхозники, охренели?- подкатившие не стали тратить время на приветствия, перейдя сразу к делу.

- Господа, в чем суть ваших претензий? – доктор удивлённо приподнял бровь..

- Тебя, бомжа, не спрашивают- встречающие, бросив велосипеды, подбежали к вертушке,- Где этот урод-летчик? Какого хера он на девятую площадку упал? Мы, че, лошади, таскать все сюда? А дальше вылился поток информации про половую жизнь пилота, его родителей, родственников, домашних животных, а также строились предположения о происхождении и возможных предках Юрки..

- Семенов, - Док укоризненно покачал головой,- Товарищи к тебе..

На доктора, техники( скорее всего, это были они), внимания не обращали. И не зря- драная, в пятнах и кривых швах штормовка, грязные штаны- все кричало, что человек этот пустяшный, мелкая букашка, типа проводника, немытого дикаря, выбравшегося к цивилизации.

Импозантности Доку добавляла и панама, натянутая на голову: кричаще- яркая, в попугаях и ананасах.. Прежняя вязаная шапка погибла, видимо, случайно проглоченная радостной от встречи Фросей. А панама нашлась в вертолете, заныканная, похоже, старым пилотом.

Выскочивший из-за техники пунцовый Юрка охладил пыл хулителей, заставив их примолкнуть и отступить-слишком крупный он был и выглядел необычно и воинственно. Впрочем, они сразу приободрились и заулыбались, ведь доктор, раскинув руки, чайкой бросился на перехват Семенова:

- Юра, не провоцируй конфликт!- орал Док,- Их же двое, а ты один.. Не связывайся с ними.. Будь выше этого.. Не нужно агрессии, итак, в этом мире много зла. Мы же интеллигентные люди, Юрий.. Давай просто натравим на этих Фросю..

Утробный стон чего-то огромного внутри вертолета смыл победные ухмылки техников, а раскачивающая машина заставила их побледнеть.. Добил же мужиков налитый кровью глаз, прижавшийся к иллюминатору..

- Сейчас, солнышко, сейчас, папа тебя освободит.. папа хороший, покушать тебе нашел,- доктор, бормоча, распахнул дверь и выпустил Фросю на свободу.. Обдирая бока сквозь узковатый проем, та выскочила, зарычав от ярости.. Летать Фросе, категорически не понравилось.

- А где эти, голубые гномики?- оглянувшись, Док посмотрел на ржущего Семёнова..

- Вон, по полю бегут..- вдали, теряясь в зарослях бурьяна, мелькали фигурки в синем…

- Враг разбит и бежит- доктор воинственно засвистал победный марш- Победа будет за нами. А вот и первые трофеи в нашей кампании, теперь поедем с комфортом, как белые люди. Видишь, Юрий, я обещал тебе разграбление- и слово свое держу..

Осмотрев транспорт внимательнее, Док брезгливо скривился, объявив, что на таком не поедет, что он не свинья, да и врачи советуют больше ходить пешком. Так они и пошли- впереди, легкомысленно закинув ружьецо за спину, шел в панамке доктор, сунув незаметно свой ТТ в карман, за ним торопился Семенов, являя собой ожившую мечту милитариста- револьвер на поясе справа, нож с другой стороны, подвешенные подсумки с гранатами и магазинами, рейдовый рюкзак с патронами и притороченным топориком, да Сайга, болтающаяся на груди. Замыкала колонну Фрося, с любопытством принюхивающаяся к новым запахам..

Видимо, идти в молчании Доку было мучительно больно и он сбавив скорость, позволил Юрке его догнать.

- Нездоровая ситуация, Семенов, бесит прям.. Цивилизация.. Препоганейшее, скажу тебе, место- вечером тебе улыбаются, называют братом, а утром ты просыпаешься с топором в голове.. Кстати, не самая плохая смерть в здешних местах, - Док рефлекторно потер задницу,- Я легко могу назвать десяток людей, сразу бы согласившихся на такое.. Толи дело дикари- сразу понятно: или тащат в котел, или ползают на коленях, иногда бывает, конечно, что совмещают оба действа, в разной последовательности.. Нет, понимаешь, у них этого лицемерия.. вранья.. Юрка недоверчиво хмыкнул- он то, предпочёл бы пожить, не выбирая способы смерти..

- Впитывай дальше мудрость своего наставника, ученик- доктор не унимался,- Если заведешь настоящих врагов, серьёзных, а не шелупонь, случайно выползшую из леса, польстившись на твой богатый вид, непременно руби супостатам головы, а лучше сжигай тела в пепел.. Не нужно пижонства, типа распятия, повешенья, сажания в муравейник, или на кол- Док мечтательно улыбнулся- Может случится сюрприз.. очень неприятный..

Болтая, они вышли на окраину Васюков. Справа, а затем и слева, потянулась цепь домов, загибаясь дугой к центру, с обязательными заборами, палисадниками, с догорающими последними осенними цветами клумбами из неизменных и вечных покрышек.. Особо рачительные хозяева дополняли композиции облезлыми рукотворными лебедями.. Стуча колёсами на стыках, протащил вереницу вагонов с торфом к ТЭЦ, старый Урал, поставленный на ж/д ход.. Припозднившиеся хозяйки тащили на коромыслах от скрипучих колодцев воду, мычали коровы, орали неутомимые петухи, местные собаки, весьма благоразумно, облаивали чужаков из-за заборов, боясь высунуться. Какой-то кот, откровенно разбойничьего вида, появившийся из зарослей пыльной, придорожной травы, выгнул спину, зашипел и стрелой взлетел на дерево.. Бравая троица, закономерно, вызывала внимание, во многих домах уже дергались любопытным руками занавески в окнах, а женщины, сутулясь под тяжестью ведер, долго смотрели в след путникам, приложив ладонь козырьком к глазам..

- Однако, мы вызываем нездоровый интерес, мой друг. Боюсь, как бы местные пейзане не взялись за вилы и за что-то более тяжёлое,- Док покрутил головой и решительно свернул на тропинку, исчезающую в узком проулке. Тропа, выйдя в поле, вертелась в зарослях репейника и сухой крапивы, влияя как шов пьяного портного. Но чуйка доктора не подвела- срезав угол, они вышли в центр, практически к администрации поселения.

- Нам срочно необходима связь- доложить и получить ЦУ – Док остановился у небольшого домика, окруженного глухим, двухметровым забором, – Судя по антенне, то что нужно- гнездо радиста.

- А что не туда?- Семенов головой махнул на крепость.

- Долго возиться, объяснять, ругаться и потом, бодаться с паранойей вояк- непродуктивно, только время потеряем. Впрочем, если тебе нравится, когда тебя лапают злые мужики, оторванные от своих занятий, можешь попробовать.

Калитка, что характерно, была не заперта, радуя беспечностью обитателей сей обители.. Остальные двери тоже не стали преградой, легко распахиваясь перед непрошенными гостями. Так они и ввалились в помещение- впереди Док, с гордо поднятой головой, заложив руку за борт штормовки, за ним, в кильватере, верный Семенов, а Фрося, мудро отстав, кралась, втянув когти, по темным сеням.

- Мы к вам, товарищ радист и вот по какому вопросу, - начал доктор с порога. Дальше, правда, он ничего не сказал, пройдя мимо ошалевшего хозяина в глубь помещения..

-Эээ, а собственно..- затянул привставая радист, молодой парень, лет двадцати пяти. Он тихо и мирно сидел на диване, налив крепкого чая и решал, с какого куска пирога, лежащего на большой тарелке, лучше начать завтрак, когда история этого мира и его, радистовская судьба сделали неожиданный поворот..

- Полковник, зафиксируйте пациента, - бросил за спину Док, задергивая занавески, - Будьте так любезны..

Юрка, замирая от счастья, сделал то, что представлял уже не раз в своих тайных мечтах: слитным, быстрым движением он выхватил револьвер и упёр его ствол в лоб жертве, заставив сесть ее на диван.. А затем, с зверской, по его мнению, мордой, взвел курок…

- Вот так,- удовлетворённо проорал Док- Люблю интимный полумрак.. Надеюсь славный хозяин дома простит нашу невольную назойливость..

Доктор быстро осмотрел все, распахнув двери в другие комнаты. Судя по всему, дом служил одновременно и жильём незадачливого парня- там обнаружилась кухня и спальня.

- Вам нечего боятся, славный юноша- мы свои!. Агенты аргентинской разведки. Я, ваш покорный слуга- доктор Сальватор , мой спутник, любезно составивший вам компанию- полковник Педро Зурита, Ихтиантр, к сожалению, убыл на задание, зато с нашей красавицей Гуттиэре , я вас непременно познакомлю в самое ближайшее время.

Весь этот бред доктор вывалил на радиста, уже роясь в его столе, бесцеремонно вытряхивая содержимое ящиков. Семенов не отрываясь смотрел в бледное лицо пленника, прислушиваясь к бормотанию шефа:

- Так.. журнал нашел.. Радиограмма.. понятно.- и затем Док снова заорал, - Семенов, знаешь почему мы прибыли в эту дыру как нищие, без ковров и караулов с оркестром? Потому что, как заведено, один дурак легко может загубить работу за десятилетия.. Вот, полюбуйся… Радиограмма – 3906, ну, тут не интересно.. пропустим.. Самое главное- оказать «помощь [по]возможности». Нас запихнули с тобой после требования данных о привесе свиней.. Естественно, на нас все забили.. ведь возможностей помочь нет.

Доктор быстро защелкал тумблерами, заставив загудеть радиоаппаратуру и ожить стрелки индикаторов. Радист было дернулся от этих звуков, но вновь замер, уткнувшись лбом в ствол. Док повернулся на эту возню и укоризненно заметил:

- Опять вы, полковник, тычете в людей своим железом.. А ведь времена террора давно прошли. Вдруг, наш гостеприимный хозяин случайно дернется? Ведь может произойти непоправимое..

Юрка отвлёкся мгновение- удивлённо посмотреть на шефа.

- Семенов, ну убери ты свою дуру у него от башки, вдруг у него приступ ложного геройства произойдёт, ты стрельнешь, переколотишь мне всю аппаратуру.. Целься лучше в грудь- пуля после тела застрянет в спинке дивана.. А еще лучше, оставь парня в покое, хватит уже людей пугать.. Не ученик, а просто демон какой-то,- последние слова доктора предназначались радисту, - Верите, сил моих уже нет… Так и норовит кого-нибудь кокнуть, стоит только отвернуться..

Выдохнув от облегчения, невезучий хозяин вновь оцепенел- в углу, в темном закутке, где на гвоздях импровизированной вешалки висела гроздьями зимняя одежда, с пола поднялась неясная, серая глыба. Она росла, поднимаясь все выше, пугая своим безмолвием..

- Фрося, дочка, присмотри за человеком, смени братика на посту- приказал доктор, приготовившись к сеансу..

- Тебя как зовут? – Семенов, сев рядом с радистом на диван, запихнул револьвер в кобуру, а Сайгу и рюкзак, небрежно бросил на пол.

- Коля, в смысле, Николай.. А это кто? Что за чудо? Не укусит?

. Фрося, незаметно просочившаяся в угол во время начала всей этой суматохи, села напротив, практически вплотную, к «объекту» и принялась обнюхивать его, начав с ног, заставив Николая вжаться в диван. Он успел только что-то протестующе пискнуть, когда нагло косящая на него глазом собака, одним движением языка слизнула с тарелки куски пирога..

- Тихо всем, батя работать будет,- рыкнул доктор и застучал ключом.. Весь сеанс занял от силы минут пять- а большую часть радиограммы заняли ругательства и угрозы криворуким головотяпам..

- Так быстро? – удивился Юрка..

- Все придумано давно, наверху, что удивительно, есть и умные люди- для каждой возможной ситуации есть буквенно- цифровой код, описывающий основное, - Док зевнул- Сейчас забегают, тараканы снулые, минут через десять пойдёт реакция..

Сидели молча- Николай боялся, доктор в нетерпении барабанил пальцами по столу, Семенов разглядывал узоры на пыльном коврике, Фрося сглатывала слюну, ревниво поглядывая на радиста.

Внезапно оживший принтер, стоящий на полке, заставил всех вздрогнуть. Древний механизм сработал исправно, гудя и заглатывая один лист за другим.. Чувство долга пересилило страх и Николай подорвался, успев подхватить падающий лист, с напечатанным красной краской текстом.. Док, развалившийся на стуле, успел показать дернувшейся за объектом собаке кулак, заставив ее замереть на месте.. А радист быстро читал послание, медленно бледнея..

- Ну-с, какие новости? – доктор пружинисто вскочил, выдернув листки из ослабевших пальцев.

- Рядовой ополчения Васильев, - неожиданно рявкнул радист, вытянувшись в струнку и неумело щелкнув каблуками..

- Мать…- подскочивший Док, отпрыгнул на пару шагов,- Бешеный? Прямо в любимое ухо.. Слушай мой приказ..

Доктор с Семеновым уже известным путём покинули дом, оставив радиста под присмотром собаки. Ворваться с срочным донесением к начальству, Николай, по плану Дока, должен был ровно через пятнадцать минут. А пока он занялся регистрацией и оформлением, строго следуя инструкциям.

- Ошеломить, запугать и показать зыбкий выход к спасению, предварительный план такой,- привычно широко шагая, доктор рубил рукой воздух.

- А зачем? Покажем, кто мы, потребуем..

- Ох, Семенов, учить тебя еще и учить. Провинция тут далёкая, до бога высоко, до царя далеко.. место глухое, люди простые. Места во власти давно поделены, обжиты. А тут мы с тобой, красивые, дерзкие. Перемены только молодёжь любит , ну и школьники.. Прихлопнут нас с тобой, а начальству доложат- да, дескать, были такие, но самоликвидировались. Прибыли, наорали, настучали всем по загривкам и уплыли на лодке, а куда, не докладывали.. Найдут потом наши героические трупы среди побитых врагов.. Будем мы лежать в гробах, белые и тихие, а местный глава речи над нами толкать- мол не забудем, не простим, клянемся и обязательно напьемся на радостях, героев поминая.. Может, даже улицу назовут в честь тебя… Поэтому действуем так: раз- шок и сразу два- катарсис, а потом у них другие заботы будут, мы на их фоне, так, мелочь, комарики..

Дальше разжёвывать он не стал- Юрке и так было понятно, повязанная возможными махинациями, слабо контролируемая верхушка, пошла бы на все, чтоб сохранить «статус кво». И спокойно решилась бы на устранение помех.

Администрацию строили с размахом- видно, народ очень любил местную власть.. Трёхэтажный дом, метров тридцать- сорок в длину, с узкими окнами- амбразурами, был сложен для надежности из двух слоев бетонных блоков и покрыт зелёной металлочерепицей. А сейчас, лениво работающие строители, обкладывали его декоративным кирпичом жёлтого цвета.. Чахлые ели на газонах у входа, небольшая площадь, выложенная брусчаткой, с торчащими фонарями и серыми бетонными вазонами заполненными разнокалиберными бычками. Присутствовала и урна, единственная на все Васюки. Вот такая была композиция… Крыльцо только подкачало- деревянное, скрипучее, с облезлыми, вытертыми ногами ступенями и такими же унылыми деревянными колоннами, держащими крышу… Под весом Юрки ступеньки ощутимо прогнулись, скрипнув, протяжно и горько сетуя на судьбу..

- А местный предводитель живет в пошлой роскоши, - едва зайдя внутрь, громко возвестил Док. Семенов привычно отмолчался, едва слышно шипя сквозь зубы- проклятая стальная дверь, вооружённая мощной пружиной, чувствительно заехала ему по рёбрам.

В углу, на жёстком стуле дремал бородатый старичок, приобняв метлу, а рядом, за массивной стойкой, несла вахту бабулька, заинтересованно смотря на вошедших, поверх очков.

- Что, сынки, первый раз у нас?

- Удивительная проницательность, мадам, - доктор, сняв панамку, изобразил приветствие, - Товарищ полковник, втирайте ноги, не будем пачкать пол.

- Ума тут много не надо, милок, через эту проклятую дверь, только новички ходят, а знающие- шмыгают через боковой, ребра, значит, берегут, - бабка посерьезнев, спросила,- А вы, собственно кто, служивые?

- А что, мать, козел ваш у себя?- Док мельком засветил свой жетон мигом подобравшейся старушке,- Тихо, шума не нужно. Дело государственной важности. Двери на ключ, никого не впускать, никого не выпускать.

- У себя, всей шоблой заседают с утра. Второй этаж, направо, не ошибётесь ..- бабка пыталась встать, но была остановлена доктором:

- Спасибо, товарищ , партия вас не забудет.

Док стремительно пересек холл, обернувшись у лестницы:

- Семенов, нашел время ноги вытирать, счет на секунды идет, а он… - не слушая раздраженного бурчания Юрки, доктор крикнул вахтерше,- Ах, да!!! Тут скоро наш сотрудник пройдет, Колька- радист, с служебной собакой, его пропустить беспрепятственно, собаки не пугайтесь, смирная она без команды.

Юрка, злой, едва поспевал за Доком. Докторские подколки внезапно стали подбешивать , хотя раньше, ему было на них плевать..

В приёмную ворвались стремительно, расшугав важных мужиков, сидящих в ожидании вызова к начальству. Милая, на Юркин взгляд, секретарь, заваривала чай, а рядом, на необъятном столе, на большом подносе лежали пирожные, стояли нарезанные аккуратными кусочками торты и другая, незнакомая ему, но аппетитно выглядящая снедь.

- Совещание!!! Давайте..,- бросившись на перехват, успела пропищать девушка, вытянув вперед руки, пытаясь остановить нарушителей.

- Мадемуазель, если вы настаиваете, впрочем, кто я такой, чтоб противиться вам- Док, выдернув из-за спины ружье, сунул его опешившей девице, оббежав ее. А Семенов просто отодвинул застывшего секретаря рукой.

..За первыми дверями, обнаружились вторые, запертые, видимо, изнутри. Оттуда послышался шум голосов, смешки и рокот начальственного голоса. С молодецким хэканьем доктор пнул по хлипкой преграде так, что распахнувшаяся дверь вмазала ручкой по стене, оставив вмятину..

- Что, сволочи, не ждали- Док обвел мутным взглядом замолкших людей.. «П»- образный стол был накрыт зелёной тканью, на нем блестели старинные графины с водой, местами над столом поблескивали лысины всевозможного начальства. Приятно пахло свежей сосной- комната была отделана новенькой, звонкой вагонкой.. Над самой главной лысиной висели на стене портреты министров республики.. правда одно место пустовало- одного вождя сняли.

- А кто вы, собственно, такие?- от стола раздался голос.

- Семенов, видишь вон ту птицу- говоруна, не отличающуюся умом и сообразительностью? – доктор оставил глас вопрошающего без ответа,- Если еще пасть откроет без разрешения- смело рази гидру контрреволюции из револьвера..-

Тишина повисла в комнате хорошая, гробовая.. Каждый присутствующий сообразил- оружие у гостей под руками, а вот хозяева.. хозяева слишком разленились, стараясь как страшный сон забыть первые годы.. Привыкли вновь прятаться за спинами других.. Только сейчас- далеко эти спины, не стучат по ступеням каблуки, не бряцает спасительный металл..

-Жируйте, гады, гнезда обустраиваете.. Секретарей развели. Бабок- вахтерш, - Док повысил голос, поигрывая ТТ, - А врага проспали.. Под самые стены допустили..

- Кто, черт возьми ты такой? Гурьянов, почему, какие-то сумасшедшие террористы нам срывают совещание?, - отмерший глава не испугался совершенно, просто опешил, впервые за много лет столкнувшись с такой наглостью и хамством..

.- Смотрите, пока можно,- док продемонстрировал жетон. На металлическом овале, покрытом чёрной, потрескавшейся от невзгод эмалью, белел меч, обвитый змеей, образуя страшную для врагов республики монограмму «СК». Дружный выдох пронесся по комнате, правда у всех он был разный- те, кто был рангом повыше, выдохнули с облегчением- им то, особо ничего не грозило, а вот те, кто был на должностях пожиже, те закручинились- городская верхушка сдала бы их заезжим товарищам из СК на расправу, недрогнувшей рукой, легко позабыв об верных слугах..

Служба Карантина- была старейшей и самой проклинаемой службой в республике.. Особенно в первые годы, годы становления нового оплота цивилизации. Многие могли ей припомнить, многие.. Фашисты- было самое ласковое их прозвище. Не зря, ведь, все огнеметы, найденные на складах, ушли тогда моментально в спешно создаваемые подразделения службы. Подразделения, скроенные на живую, тонкой линией вставшие на сжимающейся границе, затапливаемой морем испуганных людей, физически отделяя агнцев от козлищ.. Первые оставались жить, уведённые в места временного размещения, а вторые.. кучи обугленных костей в «местах сбора беженцев», куда уговорами и угрозами загоняли стремительно теряющих людской облик, пугали до сих пор, случайно нашедших их путников.. Сколь сгорело там тех, кто бы выжил, кто стал бы безобидной низшей тварью, а кто – кем-то пострашнее, видимо уже никогда не станет известно.. Тогда, в хаосе и развале, следуя последним воплям телевизора и интернета, все бросились на север. Тенденция была однозначная- чем холоднее и суше, тем поражение проявлялось слабее, быстро переходя из мгновенного течения, в подострое или сразу в хроническое.. Там, же, где тепло, много влаги, все было печальнее.. Однако, потом заметили- те, кто не умер, или не обратился в первые часы- жили пару дней, те, кто прожил пару дней и не обратился- жили недели и на них уже не действовали чужие споры.. А дальше- счастливчики могли прожить и год- два, десять, постепенно проигрывая тело паразиту, если не получали препарат ..

Служба создавалась с колес, в прямом и переносном смысле, сходу, мобилизуя разрозненные подразделения армии и силовиков, а также подходящих гражданских, выхватывая нужный материал из колонн беженцев.. сортируя людей, копя опыт и знания, работая без перерыва, перемалывая в своей мясорубке судьбы людей и безжалостно утилизируя сорвавшихся, не смотря на щедрую накачку сотрудников особыми медикаментами..

. Затем, когда все относительно устаканилось , пропали беженцы, а жизнь поползла по кривой и грязной новой колее, равнодушно давя бедных человечков, СК ушла в тень, спрятавшись в глубине неумолимо растущей Уральской республики, став непроницаемым кордоном между сохраненными землями и вновь отбитыми. Лишь серьёзные передряги вытаскивали их на всеобщее обозрение. Свои базы, своя армия- СК перешла под крыло учёных, став их силовыми подразделениями, военизированным научным крылом. Именно они задавили оборону Нижнего Новгорода, засыпав город огнесмесями и лихо потравив защитников газом, придя на выручку обделавшейся армии.. Много ходило про СК слухов и домыслов, один фантастичнее другого, но все знали точно- их агенты есть везде и всюду, живя среди простых людей и ведя свою непонятную работу… Полномочия их были огромны, но и они ограничивались некоторыми рамками..

- Рад приветствовать вас в нашем городе- пророкотал с ленцой глава,- Но к чему такие претензии.. А самое главное- не по чину, вам двоим тут всех строить. Поселение у нас гражданское, ни эпидемий, ни боевых действий нет, нет осадного положения и ЧП, а значит, максимум, я могу от вас слышать просьбы, ну или рекомендации.. А эти ваши угрозы.. бросьте, а лучше. .. запихните себе в задницу.. На простой народ ваша побрякушка еще подействует.. А мне она по барабану, вот кабы здесь стоял ваш начальник, то .... Сейчас разобраться надо.. кто вы на самом деле.. может и самозванцы.. Он откинулся на спинку, крупный, грузный, уже начавший стареть. Юрка ждал, представляя в предвкушении, как доктор сейчас размажет чиновника, показав, кто здесь хозяин..

- А ведь верно, - Док пожевал губами, - Простите великодушно, господа.. Совсем заработался, память ни к чёрту.. И тихо шипя Семенову,- Сматываемся. Быстро!!,- распахнул дверь.

В приёмной царил кавардак- важных мужиков не было, валялись на полу стулья и листки бумаг.. Зажав мохнатой задницей тихо попискивающую секретаршу в угол, Фрося жадно жрала пирожные, перемазав морду кремом, а на лупящие ее маленькие кулачки она внимания не обращала.. Рядом растерянно стоял радист, не зная как поступить и что собственно делать..

- Дура шерстяная, у нее товарищи и хозяин голодные, а она жрёт постоянно одна. Мы работаем, она грабит- Док успел выхватить, практически, из пасти только три трубочки с кремом, сунув одну Юрке, а другую Николаю,- Ваш выход, молодой человек. Действуйте.

Приоткрытая дверь на секунду донесла гул возмущённых голосов, резко замолчавших.. Вой сирены нарушил тишину, давая понять людям в окрестностях, что происходит что-то нехорошее..

- Ну вот и началось, Юра,- доктор, переломив ружье, взятое со стола, запихнул в него два патрона.

Их встретили гробовым молчанием, ненавидящими взглядами, но Доку слова были и не нужны, а на ненависть было плевать.

- Славный кабинет, Семёнов. Жаль портить. – доктор улыбнулся, – Итак, господа, нужные слова были произнесены, нужные новости получены, а власть сменилась…. Полковник, убейте их всех.

Приклад Сайги привычно упёрся в плечо, а палец послушно выбрал свободный ход спускового крючка..

Тварь шагнула на свет, гулко вбивая, еще деревянные после многолетнего стазиса ноги в пол, неуклюже переваливаясь, словно на ходулях. Семенов замер столбом, стараясь не спровоцировать противника движением. Он знал из лекций и своего, не слишком богатого опыта- сейчас в организме, измененном паразитом, идут бурные биохимические реакции и разогнанный ими метаболизм, вскоре позволит твари двигаться с огромной скоростью и ловкостью. Налетевший порыв ветра сдвинул кроны деревьев, закрывших окна и солнце на миг осветило врага, позволив опознать. Юрка мысленно выдохнул- тварь была самого низкого ранга, опасности для него не представляющего. Странно, что она на него вообще среагировала.. Такие бросались только на «чистых», коих в нынешние времена не осталось, или на людей с низким уровнем поражения, стараясь повторным заражением вызвать ускоренный рост паразита. Питание, как таковое, им было не нужно.. Семенов шевельнулся, пытаясь достать Сайгу и тварь сразу среагировала, бросившись на движение, но видимо, зрение еще не восстановилось в полной мере-метнувшийся размытый силуэт застыл у окна, а когтистые лапы цапнули ветки черемухи, царапнувшие подоконник. Юрка вновь замер- поведение заражённого было совершено нетипичным.

« Вот я балда…»- от внезапного озарения стало стыдно, он опять все позабыл- новый организм Семенова теперь внешне, да и частично внутренне, копировал обычного человека, такого, какими люди были до начала эпидемии.. Печально обведя помещение глазами, Юрка, едва слышно вздохнул- жаль было новый комбез. А сейчас должен быть начаться процесс размножения- тварь, схватив объект, обязательно будет старатся осыпать его спорами, ударно созревшими по всему ее телу. А значит- с большой вероятностью, им придется обтереть телами стены, упасть на этот грязный пол, перемазаться в плесени и гнили. Пусть споры не смогут навредить Семенову- отмываться потом придётся долго..

Тварь резко повернула голову к Юрке, теперь безошибочно уставившись на него. Ее фигура, подсвеченная редкими лучами, закурилась дымкой - спорообразование пошло. За окном внезапно хрустнуло, затрещали ветки и зубастые челюсти цапнули тварь за правый бок. Брызнула вонючая жижа, а хозяйка зубов, дернув тварь на себя и выпустив добычу лишь на секунду, тут же перехватила ее поглубже, надёжно вцепившись в плоть и оторвав ноги твари от пола, с натугой выдернула изуродованное паразитом тело жертвы на улицу, оставив пару клочков своей шерсти на торчащих из подоконника гвоздях. Изумленный таким поворотом Семёнов уважительно покачал головой- сила Фроси была запредельная, тварь, естественно, сопротивлялась экстренной эвакуации, оставив глубокие, с обломками когтей, борозды на древесине, а в глубокой щели на подоконнике торчал оторванный ее палец..

Юрка выскочил следом, стараясь не запачкаться в пенящейся жидкости, брызнувшей из ран, нанесенных зубами. Высоко задрав голову, Фрося стремглав неслась к хозяину хвастаться добычей. Семенов бросился было следом, но сразу же нырнул в кусты. Приближаться к костру резко расхотелось.

- Фу!! Уйди!! Брось эту дрянь- Док отбивался от Фроси, а та скакала, хвалясь добычей, бросала ее к ногам хозяина и громко лаяла, приглашая поиграть, трясла рассыпающейся тварью, мотая огромной башкой из стороны в сторону. Забрызганный льющейся из трупа субстанцией, доктор в ярости махал руками, а трясущийся от беззвучного смеха Макс, прикрывал спиной котелки с едой от летящих во все стороны ошметков.

- Семенов, гад!! Если это твои проделки… я.. я тебя точно удушу- вопли доктора подсказывали Юрке, что к лагерю выходить лучше минимум через час. Он спокойно набрал яблок, надрал веток на чай и сделав большой круг, вышел к стоянке с противоположной стороны, добавив к добыче еще пучок мяты.

Док и Макс были заняты- там шел спор, слышно было далеко:

- Вот ты упёртый баран- горячился доктор- Куда ты собрался на зиму глядя?

- К морю.. я там никогда не был- Макс сидел отвернувшись..

- Походишь пару месяцев со мной, я договорюсь- перезимуешь в нормальном, тихом месте, с хорошей кормёжкой, горячей водой и электричеством, со всеми удобствами.. Весной, веришь, этими самыми руками- Док сунул Максиму руку под нос,- Отправлю тебя вниз по Волге. Лодку тебе найдём, топливо дадим, парус сделаем, пулемёт прикрутим- кочевников гонять и плыви себе ….

- Знаешь, Док, я каждый год придумываю отговорки.. или ты меня загружаешь работой.. Надоело.. Пройду за месяц- два сколь смогу, перезимую и дальше..

- Дурак ты.. Ну дурак же… У нас к Астрахани баржа ходила с парой катеров- полсотни отборных бойцов.. И половины не вернулось. Там ниже, где зимы потеплее- зверинец еще тот- сожрут тебя.. ну или на лекарства переработают. Шарятся там в степях какие-то не сильно добрые люди. Скот гоняют, ну и людишек ловят.. Схарчат тебя… По воде надо идти, весной.

Вышедший из зарослей Юрка прервал горячую речь Дока и тот подозрительно уставился на Семенова. Тот в ответ смотрел недоумевающе и бесстрашно.

- А зачем стоянку перенесли? – Юрка оглянулся- На старом месте лучше было..

- Комаров много. Всю кровь мою выпили- проворчал доктор и внезапно хлопнул Макса по плечу- Значит согласен?

- Мёртвого задолбаешь.. – Максим был явно недоволен- Да. Да.. Достал уже. Согласен.

Док повеселел, выхватил папку и вытащив из нее бланк о сотрудничестве. Он начал быстро писать, иногда задавая уточняющие вопросы. А Семенов тихо сидел и офигевал, одновременно сгорая от любопытства- тайны и приключения, в виду своей молодости он любил. Серомордый бродяга оказался почётным гражданином республики- звание было редким, выдававшимся за особые заслуги или подвиги в диких местах, идущие на пользу государству. ПГ- обладал не хилыми правами и льготами, очень облегчавшими жизнь в цивилизованном краю, позволяя жить по царски.. Другое дело, что попасть награжденному туда не было никакой возможности- не пропускал СанКонтроль. А особо умных, решивших добраться до сладкой жизни самостоятельно- ловили и вежливо взяв под руки, катали на самолёте, увозя обратно, к границе, а самых упертых- еще и подальше. Польза была и тут- нарвавшись на патруль в ничейных землях, гражданин мог реже получить прикладом по морде , а также быть обобраным. Опять же таких охотно пускали перезимовать селяне, крепя безопасность своей деревни. Ну и положенный бесплатный (скудный обычно) паек можно было получать ежемесячно.. Об таком положении вещей знали только тут- на фронтире, да в прилегающих областях. А вот в глубине- ПГ были героями, бесстрашно и бескорыстно стоящими на страже, всегда готовыми придти на помощь нуждающимся. Так писали в газетах, говорили по радио и иногда показывали в редких кинофильмах.

Макс спокойно грыз яблоки привычно жуя их вместе с червяками. Док, впрочем, поступал также, а вот Семенов, смотря с ужасом и брезгливостью на двух старых друзей, вырезал червивые места ножом.

Периодически из высокой, пожелтевшей травы поднималась перемазанная чем-то голова Фроси, она осматривалась и успокоившись, вновь исчезла. С той стороны иногда доносилось чавканье и громкий хруст, да легкий ветер доносил не слишком приятный запашок. Максу на него было плевать, доктору тоже, а мнения Семенова никто не спрашивал.

- Юрка, видно по тебе, что ты в переплеты не попадал- Максим заметил наконец, как тот страдальчески морщится, смотря на них.

- Да, Семенов, не будь кулинарным ханжой, в то время, как в современном мире каждая каллория на счету, ты выкидываешь такой ценный белок, - похохатывающий Док , между тем, нанизав голову гоблина на колышек, начал зарисовывать ее на чистой странице своей книги.

-Вот… - доктор продолжил- Помню я первые дни.. По телику врут, что все под контролем, поводов для паники нет… только вот поводы в каждом доме появились.. Знаешь, Юра, как быстро люди потеряли человеческий облик? Буквально за часы- страх за свою шкуру очень мотивирует.. Вот два испуганных самца ревут друг на друга в магазине, пытаясь своим криком напугать соперника и подбодрить себя, они принимают воинственные позы, неосознанно еще, скалят зубы, в душЕ опасаясь неизбежной схватки. Казалось бы- полки набиты едой, открой, допустим, склад- там ее кучи, но страх и паника застилает остатки их разума, заставляя бросаться в ненужную драку, а хуже еще, если за их спинами спрятались самки с приплодом- тогда древние инстинкты, возобладав над налётом цивилизации, приблизят конец еще быстрее. И вот они схватились, роняя стелажи, катаясь по битому стеклу, неумело дубася друг друга, кусаясь, царапаясь, пыхтя и пятная грязный кафель первыми каплями крови.. А ведь они- вчерашние мирные граждане, вполне себе законопослушные, откуда им знать, как скрипят хрящи гортани под лезвием ножа, как белым резом, затем набухая каплями крови, расходятся под клинком кожа и мышцы, как хлюпает и пузырится кровавой пеной разрезанная трахея, пытаясь всосать такой нужный организму воздух сквозь дыру в горле. А кровь- бьёт струями, свистя, выбрасываямая обезумевшим, подстегнутым гормонами сердцем. Алая, липкая, с божественным ароматом победы,- чёрные, без белков глаза доктора уставились на побледневшего Юрку,- И вот соперники схватились за ножи- обычные, кухонные, их полно было в каждом магазине. Рукоятки скользят в испачканых кровью пальцах, режа лезвиями руки своих владельцев при неудачных ударах. А их- ударов, десятки, нелепых, ненужных, мимо важных органов и артерий. Нет еще опыта- мало кто знает, куда нужно тыкать.. Но вот один повержен- он пытается еще ползти, ломая ногти об швы пола, обильно заливая его своей кровью. Ему не нужны уже эти консервы, он хочет одного- забиться в темное, тихое место, отлежаться, залечить раны, но время отпущенное ему уже истекло. А победитель, находясь в адреналиновом угаре, хватает, с таким трудом, отбитую добычу своими изрезанными пальцами, ругаясь, что устал и чёртовы банки выскальзывают из рук, даже не замечая что сам истекает кровью, он еще бормочет, что «этот» сам виноват и ненужно было лезть, а вот ему, такому хорошему, только защитившему свое, нужно чуть передохнуть, а то уже от усталости темнеет в глазах и победитель усаживается посреди растущей лужи из крови, пива, молока, мочи, с вкраплениями маринованых огурчиков, грибов и зелёного горошка.. Его уже не держат ноги, а раны внезапно перестают болеть, а голову туманит предсмертный сумрак …А затем, более хитрый и умный, наблюдавший за схваткой из укромного уголка, поднимет перепачканую кровью сумку и выйдет на залитую солнцем улицу, чтоб умереть от выстрела в упор. А его убийца закинет добычу в свою новую тачку, которой он никогда бы не смог владеть в том, прежнем мире. Он- новый хищник, он уже убивал совсем недавно, но лишение других жизни еще не стало рутиной, такой же естественной как дыхание и его потряхивает от приятного волнения и возбуждения. Тут, среди мёртвых домов ловить уже нечего и он давит на газ, решив устроить логово в более безопасной местности..

Пусть главные выезды перекрыты и там стреляют в каждого, кто пытается выбраться из прОклятого города, он не такой дурак- ему известны неприметные пути, обходные дорожки и черный внедорожник, ревя движком, несется по безлюдным, но отнюдь не мёртвым и пустым улицам.

Тайные выезды- совсем не тайные, если ты смотришь на них с высоты. Вот и лейтенант Петров, оператор дрона, засек одинокую машину, пробирающуюся по гаражному кооперативу, а ведь, сразу за гаражами- накатаная ленивыми водителями грунтовка, ведущая к старой колхозной дороге, соединяющей руины молочного комплекса с трассой. Лейтенант с трудом уже соображает, голова раскалывается от боли и руки плохо слушаются, но “мозги" дрона неплохо справляются и сами, плотный контроль ему не нужен. Оператор еще не знает, что на этой лесной поляне пригородного лесомассива, в палатке он остался один, остальные его сослуживцы уже бессмысленно разбрелись по округе, превратившись в послушных паразиту носителей , а немногие счастливчики валяются на своих местах, запачкав форму кровавой рвотой, уже затихнув и постепенно коченея. Пока молотит генератор, мерцают экраны, а Петров держится на посту- блокаде города быть. Лейтенант находит на инфопланшете подразделение, контролирущее этот выезд, но связи с ними нет. Он ищет дальше и связывается с “броней” приданной в усиление блокпосту. Похоже боец не в себе- он хихикает и несет ерунду, но приказ вроде понят и принят, правда связь вновь потеряна. Но Петров уже забыл про это- вдоль реки, прячась под кронами сосен, пробирается на выход группа людей и вот, красные от лопнувших капилляров глаза ищут в планшете ближайшее к нарушителям карантина подразделение.

А вот сержант Соколов загнал свою БМП-4 в поле так, чтоб дорожная насыпь закрыла ее корпус с двух сторон. С двух других его прикрыл кустарник и заросли борщевика. Над дорогой торчала только низкая необитаемая башня стрелкового комплекса, да и то, они с мехводом замаскировали ее сеткой и травой с ветками. “Пехтура” засела в двухэтажной недостроенной коробке непонятного строения, брошенного еще на заре двадцать первого века, одиноко стоящего поодаль. Правда, они давно уже не выходили на связь, а Соколову выяснять, почему так происходит было влом.. Его дружок дрых на своем месте и на крики и пинки не реагировал, безжизненно мотая головой от ударов. Соколов закинул в рот горсть таблеток и запил из фляги- они вчера разгромили аптеку, каким то чудом уцелевшую в этой кутерьме, набрав антибиотиков и витаминов. С этой эпидемией лекарства уходили влёт. Помогали правда, только психологически- у сержанта давно ломило кости и горело тело от высокой температуры. Какой-то хрен вышел на связь, бубня об нарушителе- и действительно, по полю пылила машина, быстро приближавшись. Соколов захихикал, радуясь развлечению, отвлекшись на мгновение- вырубить мешающую рацию. Он взял цель на сопровождение, а умный механизм навелся на нарушителя сам. Долгую секунду Соколова мучительно думал, терзаясь муками выбора- чем уничтожить заражённого- был ПТУР, ПКТ, тридцатимиллиметровка и главный калибр- стомиллиметровая пушка. Из уголка рта сержанта потекла струйка окровавленной слюны, наполнив рот противным металлическим привкусом. Соколов зарычал, стискивая зубы, не чувствуя, практически, как они крошатся. Он сделал наконец выбор. Очередь снарядов калибра тридцать мм, выпущенная с двухсот метров, разнесла внедорожник, перемешав в салоне разорванное человеческое тело с консервами, залив сухую землю вытекающим маслом и соляркой, рассыпав вокруг сверкающие осколки стекла..

Волна возбуждения сменилась тупой апатией и Соколов незаметно уснул, забыв обо всем, а через пару суток, нескладная, длиннолапая тварь в обрывках камуфляжа выбралась из БМП и скрылась в лесу, оставив в машине обглоданный скелет . На память о Соколове у ней осталась татуировка под мышкой – АВ(IV)Rh+.

За спиной Семенова что-то задышало, обдав горячим дыханием затылок и он подскочил от неожиданности, напугав незаметно подкравшуюся Фросю.

- Да, Док, умеешь ты нагнать этакого… Помню, в старые времена..– Макс неожиданно замолк и закопошился, ища чего-то в подсумке. -Давайте хоть пожрем, а то живот к спине прилип.

Ели молча, каждый из команды задумался о своем. Док выскребал свою баночку, Семенов хлебал пустой бульон, а Максиму досталось самое вкусное. Осилить все он не смог и поделился с Фросей. Коварная тварь, обретя хозяина, напрочь игнорировала Макса, но учуяв еду- вновь полюбила его всем сердцем. После обеда все занялись своими делами: Максим уснул, доктор делал записи, а Юрка провалился к тёплому боку собаки, внезапно почувствовав необъяснимое спокойствие и ощущение полнейшей безопасности, ему, вдруг, стало уютно, как дома, в детстве, на горячей печке. Да и Фрося была не против, а наоборот, задвигалась, позволяя Семенову лечь поудобнее.

Док писал, иногда искоса посматривая на подопечных. Наконец он отложил свою писанину и несколько раз энергично сжал- разжал пальцы.

- Как ощущения от контакта с Фросей? – доктор внимательно посмотрел на Юрку,- Только честно!

- Отлично, хотя я понять не могу почему..

- Объяснение простое- ты ведь себя любишь? Естественно, как любой нормальный человек. И вот- в Фросе есть часть тебя, так же как и в тебе есть частички ее. Не организма естественно, а сознания.. Впрочем, не будем углубляться в дебри неизведанного. Ну и главное- вы с ней из одного, так сказать, помёта. Щенки.. А у нашего с тобой вида- есть эволюционный выверт- «родственники» заботятся друг о друге, сохраняя родственные связи до момента размножения.. По первости, когда никто ничего не знал- бывало, целые поселения выживших пропадали. Выйдет к людям семья- мама, папа, дочка.. Живут, месяц, год- как люди совсем, ругаются, ссорятся мирятся, с соседями по-разному – с кем дружат, а с кем наоборот. А потом – раз и все.. Нет больше села. Таких, когда знаний подкопили, быстро вычисляли – семьи очень редко выживали в реальности. Начали затем приходить по одиночке- сначала одна особь, через неделю или больше- вторая. А там они сходились под благовидным предлогом. Поэтому – твари этого вида, дикие особи, объект вне категории опасности. Сложность обнаружения людьми высокая, плюс постоянно идет смена способа инфильтрации и самое главное- как информация о изменении поведения другим передается- неизвестно. Ведь учатся обходить проверки.. Изобретательные, гады..

- Дела…- Семенов изумлённо смотрел на доктора..

- Мотай на ус, студент- охота на диких «родственников», одна из наших прямых обязанностей. Ладно- отдыхай, завтра мы улетаем.. Совсем не вовремя вылез этот геморрой- Док ткнул пальцем в гоблинскую башку,- Все планы насмарку..

Юрка проснулся в темноте. Трещал щедро накиданными сучьями костер, вкусно пахло чем-то копчёным.. Где-то там, за языками пламени, шептались стараясь не разбудить Семёнова:

-….. и монастырь. Там база заложена серьезная. Место и раньше было глухое, а теперь совсем.. Так, что еще.. Округа давно зачищена. Возьмёшь рацию и все что нужно. Генератор , топливо там есть. Потом- по нефтепроводу выходишь к городу. В сам город не суйся, обойди стороной твоя точка-опять монастырь . Монашек там давно нет- разве что, по углам сидят.. Но тебе это не помешает. Затихарись, не отсвечивай. Веди наблюдение. Про пути отхода и прочее- сам знаешь.. Жди, минимум, две недели.

- Думаешь реакция будет- голос Макса сочился скепсисом.

- Будет, от такой новости подгорит у многих, причем на таких верхах, что подумать страшно…- Док вздохнул- Давно ждут подобное. Надеялись, что не скоро произойдёт.. Вот и дождались..

Семенов зевнул, невольно прервав разговор.. Ему пожелали доброго вечера, сунули кружку с горячим чаем и огромный бутерброд с копчёным салом. А Док с Максом, дальше склонившись над картой, зашушукались едва слышно, видимо не желая посвящать Юрку в тайны новой операции, задуманной доктором ..

Сговаривались они недолго, вскоре «вернувшись» к Семенову, довольные донельзя.

- Холодает, - Док потер руки, - Осень может нам помешать.. До зимы явно не управимся.

- А где Фрося? – холодные порывы ночного ветра заставили Юрку подобраться ближе к костру .

- Вон- вставший на ноги доктор махнул рукой в темноту,- У реки скачет, летучих мышей ловит, сестрица твоя.. Вы что, тащ полковник, не видите сами?

- А должен? – Семенов удивился.

- Уууу, как все запущено.. А ну, иди сюда.. будем настройку проводить..

Док возился с Юркой полчаса, постепенно сатанея, но заставить его «включить» иное зрение так и не мог. Доктор перепробовал все известные ему методики, но « тупая молодежь ничему учится не хотела»..

- Ты ему установку забыл дать, Кашпировский недоделанный,- подлил масла Макс.

- Установку? Да ты, Петрович, гений, талант в лесу зарывший,- Док окончательно разъяряясь, отвесил Семенову звонкий подзатыльник.

Картинка мигнула и Юрка поражённо замер- мир стал другим. Непроглядная тьма исчезла- все вокруг окутали серебристые сумерки, похожие на тихую, зимнюю ночь, когда чистый снег блестит под звёздным небом и светом луны. Он увидел Фросю- та носилась по заливному лугу, иногда делая высокие прыжки в воздух, пытаясь схватить летающие там и сям «комки».. Теперь она выглядела иначе- окутанная серебряным пламенем комета, оставляющая за собой едва заменый, быстро исчезающий след в воздухе. Лес тоже стал другим- темные деревья украсились светящимися пятнами, полосами и точками.. А там, далеко, за горизонтом, в тёмное небо поднимались могучие светлые столбы, напоминающие дым, они росли к белесым, мутным облакам, искривляясь и теряя форму на высоте под порывистым ветром.

- Что это?- Семенов беспомощно оглянулся назад..

- Так видят наш мир твари, ну и мы с тобой, когда нам нужно- доктор внезапно ответил из-за спины, незаметно обойдя Юрку.- Споры паразита, обычные грибы, лишайники- так выделены они для нас- "союзнички".

Макс , точнее его не прикрытые одеждой части тела, тоже выглядели «пылающими», взвесь серебряных пылинок образовывали языки этого странного «огня». Он махнул Семенову рукой, оставив на секунду серебристый росчерк в воздухе..

- Медленно оглянись-скомандовал Док.

- Ого- Юрка не смог сдержать возглас- вместо шефа был тёмный силуэт, лицо, ладони- космическая чернота, вызывающая только одно желание- убрать эту мерзость из этого прекрасного мира. Семенов стиснув зубы, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, он с трудом удержался, не дав себе бросится на доктора.

- Такими нас видели они, тогда, в первые дни- голос Дока был печален- Трудно винить их, ведь даже ты, высший, разумный вид , с трудом удерживаешь себя, перебарывая инстинкт, вложенный в них и нас с тобой проклятыми создателями.. а низшие- они только выполнили свое предназначение- тупые биороботы, заточенные на заражение.

Семенов осмотрел себя- везде, где он видел свое тело, была эта уродливая чернота, гнусная пустота, насмешка над красотой вселенной..

Его отпустило внезапно- вновь вернулась темнота ночи, треск костра, далекие крики совы.. Ноги дрожали, с трудом удерживая тело, а в глаза , такое чувство, как будто сыпанули песка. Живот громко заурчал, требуя пищи.

..- На вот, хавай- Макс протянул новый бутер, а доктор сунул кружку с чаем, щедро сыпанув в нее сахара.. А Фрося, выскочив к лагерю, ткнулась холодным, влажным носом Юрке в щеку, оставив пятно из свежей крови с налипшими мелкими перышками и пухом..

-Семенов, ты любишь мраморные лестницы, спускающиеся к Волге? Небоскрёбы? Шахматы?– доктор, забравшись в спальник, вертелся, пытаясь найти позу поудобнее, а наткнувшись в ответ на  недоумевающий взгляд опешившего Юрки, он продолжил, - Темнота, завтра летим в Васюки..