За грибным царем- 2 ч19⁠⁠

Док.

Шум двигателей убаюкивал и Юрка уснул, развалившись на мягком кресле. В отличие от большинства населения, летать ему приходилось часто, правда, в основном, на вертолётах, но и опыт путешествий на самолётах тоже был. Авиация нового мира шагнула назад, лет на шестьдесят: тут не нужны стали огромные скорости и огневая мощь, стирающая города, пополам с запредельной стоимостью эксплуатации. И реактивные птицы замерли на вечной стоянке- для них уже не было достойных целей. А пассажирские лайнеры стали просто не нужны.. Разве что, штурмовики дослуживали свой век, а крылатые машины стали иными- поршневые, нетребовательные двигатели, минимум электроники- воздушные корабли копировали предков: ДБ, Пе-8, Ли- 2. Конечно, конструкции были иными, как и материалы- слепо копировать архаичные элементы никто, естественно, не стал.

Этот самолет был иным- удобные кресла, а не откидные жёсткие лавки, большие иллюминаторы, ковёр на полу.. тут даже был стюард, покормивший друзей. Для Фроси, лежавшей в хвосте, нашёлся сухой корм- давно просроченный, но она ела, не обращая на это внимания.

Садились несколько раз- на площадки в густом лесу, а один раз- на широкую автостраду. Молчаливый экипаж принимал и выдавал груз- маленькие металлические контейнеры. Выдавал пустые, а взамен получал полные, опечатанные и опломбированные. В пункт назначения прибыли в сумерках- Юрка не сразу понял, что это конец пути, он дремал урывками, устав от полета. Усталость была, скорее всего , психологическая- тело ощущало себя прекрасно.

Аэродром был в густом лесу- длинная полоса из бетонных плит, а вокруг густая, нехоженая тайга. Она поприветствовала друзей порывами холодного ветра, каплями осеннего дождя. Тут было ощутимо холоднее, чем в Васюках.

Их встречали – пять,  безликих в темноте, молчаливых людей. Они споро забрали прибывший груз, вещи  пасажиров и бесшумно скрылись в лесу.

Доктор, пожав плечами, отправился в неизвестную тьму, Семенов за ним, а следом потрусила довольная концом полета Фрося. Позади пыхтел экипаж самолета, вполголоса матерясь и подсвечивая себе путь жужжащим фонариком. Юрка шел в серебристых сумерках, любуясь необыкновенной картиной, пока замечтавшись, чуть не сбил Дока с ног. Ночное зрение угасло само, оставив лёгкую головную боль и чувство голода. Пришлось идти в полной темноте, ладно еще, натоптанная дорога смутно белела песком, позволяя сносно шагать по ней. Путь был недолог- всего минут десять. Тропа вывела их к железке, на безликую станцию. Кирпичная коробка вокзала с рухнувшей крышей и пустыми оконными проемами, была тёмная и безжизненна, да и вообще, похоже выгорела. По пустой бетонной площадке ветер гонял какой-то мусор, сухие листья и стебли, а вот в стоящих в тупике вагонах, тускло мерцали огоньки. Тут было людно- на земле горели костры, пахло кашей и жареным мясом. Повеселевшие лётчики свернули туда, запинаясь в нечетком, рассеянном свете об рельсы и шпалы, скользя с хрустом по мокрой щебенке.. Друзья поспешили за ними, рассчитывая на отдых и тепло..

Впрочем, поужинать им не дали: какой-то дерганный, сердитый мужичок погнал троицу в темноту- к короткому составу из трёх вагонов, из которых только один был пассажирским.

Ехали долго, уныло, медленно. Доктор спал, Фрося осторожно, таясь, грызла кресло, выспавшийся Семенов таращился в темноту, разглядывая смутные тени за окном.. Несколько раз долго стояли- зачем, почему- непонятно. Рассвет был серый, с мелким противным дождиком, холодом и низкими тучами. Высадили их на точно такой же полузаброшенной станции- практически, один в один. Похоже доктор тут уже бывал- он огляделся, видимо, припоминая и двинулся через рельсы, в сторону низких гор, на секунду выглянувших из серой хмари. Шли долго, монотонно и постоянно в гору- даже двужильная Фроська, носившаяся поначалу, устала и уныло плелась позади. Сильно мешали скользкие от дождя камни, предательски выворачиваясь из-под ног, так  приглашая растянуться на мокрой, грязной земле.

Сырой распадок густо зарос буреломным лесом, под ногами ныряя в камни, бежал мутный ручей. Док шел уверенно, замирая иногда на секунду, а затем продолжая путь. Он бормотал что-то себе под нос, неразборчиво, едва слышно. Постепенно они забирали левее, совсем в гору, камней стало больше, но деревья поредели и видимость улучшилась, сквозь марево мороси проглядывала лысая, покатая вершина невысокой горы. Доктор, похоже, держал курс на нее. Семенов брел позади, мрачнея с каждым метром- местность была дикая, без следов присутствия человека, а значит, когда вскоре стемнеет, им придется ночевать так- под дождём, с сырыми дровами и промокшей одеждой. Док же, наоборот, был весел, он неутомимо шагал, помахивая срезанной палкой, сбивая ей высохшие сорняки, выбирая себе жертву, по ему одному понятному алгоритму.

Сквозь усилившийся дождь, на склоне зачернело пятно- как раз на пути их следования. Это был кусок бетонного коридора, сечением три на два метра, ведущего в тело горы. Когда-то конструкция была скрыта породой, но время и погода постарались, открыв серый бетон. Он выкрошился, зеленел мхом, рыжел голой арматурой, но упрямо сопротивлялся враждебному окружающему миру. Выбитая изнутри дверь валялась внизу, присыпанная камнями. В нынешнем мире, в этом глухом углу об маскировке можно было уже не заботиться- животным людские секреты были безразличны.

Юрка обрадовался- тут можно было переночевать в относительном комфорте. Фрося же, прикрыв глаза, жадно нюхала затхлую темноту. У входа был небольшой завал из сора, веток, валялись кучки перьев, костей и помета, видимо, таинственный вход служил логовом лесным обитателям.

Семенов уже хотел скинуть надоевший рюкзак- под крышей из бетона и гранита было сухо, а окружающая обстановка так и тянула отдохнуть. Но у доктора было иное мнение, он пошарил рукой в глубокой трещине, прошедшей через лопнувший шов меж плитами и достал оттуда обыкновенный фонарь, нынешнего, уже кустарного производства. Жестяная коробочка с дужкой, примитивный рефлектор и диафрагма, позволяющая настраивать пучок света. Источником освещения была толстая парафиновая свеча.

Отряд двинулся вглубь хода, сохранив прежнее построение. Шли молча, разговаривать совсем не хотелось. Неровный бугристый пол, потеки воды, плесень и нетронутая грязь- здесь уже давно никто не ходил. Фонарь давал слишком мало света, да и тот был зыбким и неверным. Юрка запнулся об какой-то предмет, с звоном и грохотом укатившийся в темноту, судя по всему, это была стеклянная бутылка. Ночное зрение почему-то не включалось, и Семенов, вздыхая, торопливо шагал за Доком, стараясь не отставать.

Шедший прямо ход, стал ощутимо забирать вверх, а затем также понижаться. Два раза путь ломался под прямым углом и каждый поворот встречал выломанной гермодверью. В неясном сумраке, на потолке виднелись стеклянные плафоны в защитной сетке, по стене тянулись кабели, изредка в стенах попадались ниши с закрытыми дверьми. Глухие, металлические, с приржавевшими штурвалами запорных механизмов, они могли скрывать, как богатство, так и какое-нибудь барахло. По ощущениям Юрки, они прошли со всеми поворотами метров пятьсот, может чуть меньше. Надоевший до отвращения коридор, вывел их к шахте лифта. Точнее, Семенов подумал вначале, что ход привёл отряд в тупик- пустая, удивительно сухая комната с голыми стенами и пылью на полу, но доктор вновь смог его удивить.. Кусок стены, снятый с креплений, скрывал пульт, густо усеянный кнопками. Теперь Док, наморщив лоб, набирал один только ему известный код, приплясывая от нетерпения.

Едва слышный гул и вибрация, показали, что часть механизмов еще работали. Монолитную стену пересекла рукотворная трещина- створки раздвинулись, явив друзьям тёмную кабину лифта. Места тут было полно, хватило бы с комфортом разместится трем таким отрядам..

Спускались долго, медленно, практически в полной темноте, разгоняемой только блеклым светом фонаря, под непрекращающееся ворчание доктора о паразитах, выкручивающих лампочки в лифтах и о том, чтобы он с ними сделал.. Кабина дергалась, скрипела, вызывая в животе Юрки неприятные ощущения, на секунду он представил, что они застрянет сейчас тут, в железной коробке, на неизвестной глубине..

Лифт дернулся особенно сильно, наверху что-то затрещало, зашипело, вызывая у Семенова нездоровые опасения, но все обошлось- створки дрогнули, выпуская пассажиров на свободу.

- Дом, милый дом, - Док развел руками, - Пошлите, полковник, нас уже заждались.

На взгляд Юрки, тут ничего милого не было- какой-то подземный ангар, с ржавыми колоннами, теряющимися в темноте, тусклые, редкие светильники на противоположной стене, висящие над несколькими выходами, сырые, в пятнах плесени стены. Была тут и техника- застывшие навечно БТРы, штук пять, на спущенных колёсах, с распахнутыми люками, слепо таращащиеся бесполезными стволами на двери лифтов. Ну и воняло тут конечно.. совсем не Парижем. Но доктору было плевать, он замурлыкал под нос песенку на незнакомом языке и направился в крайний правый выход. Фрося, тенью носящаяся по помещению, бросилась догонять хозяина.

Этот ход был другим- полукруглый в сечении, он плавно изгибался, уходя вниз. Идти по нему было одно удовольствие- решетчатый металлический пол был, относительно, чистым, а освещения от ламп было довольно ярким. Шум и лязг от шагов разносился эхом, отражаясь от стен, но, обычно, осторожный доктор, теперь не парился об этом.. И вновь на пути преграда- металлическая, в полосах ржавчины стена, намертво перегородившая дорогу. Док застучал по ней, подавая сигнал, и стена, оказавшаяся дверью, скользнула вбок, открыв проход. За ней оказался точно такой же коридор, перегороженный новой дверью. Позади зашумело и Семенов оглянувшись, увидел, как дверь закрыла им путь к отступлению.

- Внимание, сейчас будет произведена  дезинфекция. Закройте глаза, задержите дыхание- искаженный голос донесся откуда-то сверху. В углах что-то зашипело, заполнив помещение лёгким туманом. Зарычавшая на непонятного врага Фрося, закашлялась и испуганно прижалась к хозяину.