dolzhin2010Grave

Говорят, что нас притягивают противоположности. Я — человек хаоса и спонтанности. Моя стихия — это пена в ванной, свет во всех комнатах сразу и очередная красивая кружка, купленная просто потому, что «ну она же прекрасна».

Мой супруг Паша — аудитор. Для него реальность делится на дебет, кредит, графики и святое понятие «рентабельность».

Пять лет мы балансировали на грани идеального компромисса: я отвечала за уют, он — за оплату счетов, попутно ворча на вечно торчащую из розетки зарядку. Но месяц назад Пашу словно подменили. Он посетил тренинг по личной эффективности, и наш милый дом неожиданно превратился в режимный объект под строгим контролем.

Сначала всё выглядело безобидно. Супруг вернулся окрыленным и выдал:
— Маша, мы живем расточительно! Я всё просчитал: если урезать расходы всего на 15%, через три года мы берем дачу. Либо вкладываемся в акции!

Я лишь кивнула, помешивая борщ. Ну, оптимизация так оптимизация. Я думала, речь пойдет о пицце на вынос или ненужной подписке на кино. Как же наивно я заблуждалась. Паша решил копать глубже — с «базы», то есть с коммуналки и расходников.

Наутро я обнаружила, что выключатели в ванной и туалете исчезли. На потолке теперь красовались датчики движения, зловеще мигающие красными глазками.

— Чтобы свет не палился зря! — гордо отрапортовал муж. — Зашел — загорелось. Вышел — потухло. Таймер — ровно две минуты.
— Две? — переспросила я. — А если я… ну, задержусь? Или, допустим, в душе захочу помыться?
— А что там задерживаться? — он искренне не понял вопроса. — Сделал дело — выходи. А душ — это мыться, а не медитировать под струей. Вода — ресурс!

Начался ад. Чтобы помыться, мне приходилось каждые 120 секунд совершать отчаянные пасы рукой, будто я терпящая бедствие, подающая сигнал вертолету. Забудешь помахать — и всё: ты стоишь намыленная, в кромешной тьме, с чувством глубокой несправедливости. В уборной и того веселее: чтобы не погрузиться во мрак в ответственный момент, приходилось изображать ритмичную гимнастику.

Но Пашу это не остановило. Он сменил все лампочки на сверхэкономные. Света они давали ровно столько, сколько в патологоанатомической. И началась эпоха тотального контроля. Он взялся за туалетную бумагу.

— Два отрыва — это норма! — учил он меня жизни. — Зачем ты мотаешь, как мумию? Леса вырубают! — Он даже на чайник наклеил инструкцию: «Кипятить только на одну кружку». Если я наливала больше, его взгляд выражал такую боль, будто я лично сливаю в канализацию воды Байкала.

Кульминацией безумия стала пятница. Я решила расслабиться. Тайком, пока мужа не было рядом, я набрала полную ванну, кинула бомбочку, зажгла свечи. Лежу, блаженствую. Вдруг дверь распахивается. На пороге Паша с секундомером.

— Маша! Двенадцать минут! Вода уже остыла! Теплопотери колоссальные! Это же 150 литров! Душ — это 40! Ты спустила недельный бюджет в унитаз! А ну вылезай!

Он выдернул пробку. Я смотрела на его удаляющуюся спину, сидя в остывающей воде, и чувствовала, как внутри просыпается тихая ярость.
— Эффективность? — прошептала я. — Хорошо, аудитор. Сейчас я тебе покажу реальную рентабельность.

Утром в субботу Пашу разбудил мой ледяной голос. Я стояла рядом с блокнотом и калькулятором.
— Доброе утро, объект номер один. Восемь часов. Подъем. Лежание в постели не генерирует добавочную стоимость.

— Что? — выдавил он спросонья.
— Я провела аудит твоей деятельности, — отчеканила я, включая тот самый тусклый свет. — Твоя эффективность стремится к нулю.

На завтрак он получил перловку на воде. Без масла, без соли и сахара. К ней прилагался чайный пакетик, заваренный уже в третий раз.
— Это оптимизированный завтрак, — пояснила я. — Перловка — питательно и дешево. Сахар и масло — лишние расходы. А чайный пакетик еще дает цвет, значит, ресурс не исчерпан.

Паша открыл рот, но я прервала:
— Не трать калории на споры. Ешь.

После еды он привычно плюхнулся в кресло за «Танки». Я подошла и выдернула провод из розетки.
— Ты что?! У меня бой!
— Игры не приносят прибыли, — парировала я. — Электричество — пять рублей за киловатт. Твой компьютер — прожорливый монстр. Плюс амортизация кресла. Я насчитала: час твоих игр — это пятнадцать рублей чистых убытков. Вместо этого ты мог бы мыть полы или раздавать листовки.

— Ты сошла с ума? — заорал супруг.
— Нет, я следую твоей логике. Мы же копим на дачу, дорогой.

Весь день я доводила его статистикой. Пошел в туалет — я стою под дверью с секундомером.
— Сорок пять секунд! Время пошло! Не забывай про леса!
Захотел футбол — я выключила ТВ.
— Смотреть на чужие успехи — это не инвестиция в себя. Ступай читать бесплатную газету, там про акции «Пятерочки» пишут.
Потянулся за пивом — я подала стакан воды из-под крана.
— Пиво — это жидкий хлеб по цене золота. Вода полезнее и почти бесплатна.

К вечеру Паша напоминал затравленного зверя. Он сидел на кухне в полной темноте (лампочку я выкрутила, ибо «на улице еще светло»), грыз сухую горбушку и смотрел в одну точку. Я вошла в своем любимом платье, сияя от счастья.
— Ты в магазин? — с надеждой спросил он. — Купишь нормальной еды?
— Нет, — ответила я. — Я гулять. Одна.
— А экономия?
— Я пересчитала свои KPI. Моя красота и хорошее настроение — это главный актив семьи. Если актив износится, ремонт будет дорогим. Шопинг, спа, психологи. Так что дешевле просто «выгулять» меня. А ты оптимизируй пространство.

Я ушла на два часа. Когда вернулась, свет горел везде. Даже в кладовке. Из ванной шумела вода, а на кухне пахло жареной картошкой с салом.

Паша стоял в коридоре с букетом цветов и коробкой моих конфет. Вид у него был покаянный.
— Маш, я подумал… К черту дачу. К черту акции.
— Так-так, — я приподняла бровь. — А как же твои 15%?
— Я понял одну вещь. Комфорт — это не расходы. Это вклад в психику. Я сам чуть не рехнулся за день без нормальной еды и танков. Прости. Я реально переборщил с датчиками.
— Убрал? — строго спросила я.
— Выдрал с мясом! — отрапортовал он. — И лампочки поменял. И бумагу купил трехслойную, с персиком. Пусть леса вырубают, хочу жить по-человечески!

Мы сели ужинать. Картошка была жирной, вредной, абсолютно неэффективной и невероятно вкусной. Паша жевал и довольно жмурился.
— Знаешь, — сказал он, намазывая масло толстым слоем. — Ты была права. По таблице Excel жить невозможно. Человек — это не строчка в отчете.
— То-то же, — кивнула я. — Но если ты еще раз заикнешься о таймере в душе, я введу налог на воздух в этой квартире. У меня уже тарифы готовы.

С тех пор у нас мир. Паша больше не считает копейки на спичках, но научился следить за крупными тратами, что неплохо. А я… иногда я сама выключаю свет в пустой комнате. Добровольно. Потому что экономия должна быть разумной, а не маразматичной. А те самые датчики движения мы подарили свекрови на дачу. Говорит, ежей в огороде здорово пугает.