Зарисовка одного утра
Взято из одного тг-канала собачников. Действующие лица: Пастила - хилер, Яутжа - щенок босерона, Терька - корги. И одна хозяйка.
Приходим скажем в 6 утра в дождь домой. Терька где из-за роста не вляпалась, там нарочно повалявшись докрасилась черноземом. Несу ее в ванную, ставлю, замачиваю снизу струей из душа. Пасти (на выдержке) и Яутжа (на поводке) ждут в прихожей. Выглядываю-чинно сидят, котов не едят. Взбалтываю пену в миске, намыливаю Терьку. Радуюсь что можно вымыть нижние полтерьки, а верхние полтерьки просто протереть тряпочкой чтоб блестела как яичко.
Заглядывает Пастила, спрашивает че так долго. Из прихожей несется нытье Яутжи "меня бросили, я умираю от скуки и голода, вернись, вернись, тетя Пасти!" Прогоняю Пастилу, грустно глядя ей вслед. В грязный говно-глиняный след по коридору мать его, усыпанный хвоей (мы в лесу гуляем).
Домываю Терьку, натираю сверху. Командую отряхнись, чтоб слила 15 литров воды с лисьей шубы, а дальше справится автополотенце. Терька замирает, как будто я сказала "ты приемная" со скорбным лицом и не отряхивается. Командую 20 раз, лицо Терьки становится мученическим, но ни капли воды с нее не падает. Плюю (в сторону, чтоб собачку не мочить), накидываю полотенце.
Прибегает Пастила, приносит грязный резиновый сапог. Спрашивает, звала? Говорю нет, убегает. Сапог остается в ванной. Радуюсь, что хоть не кот, думаю, заодно помою. Неси второй что ли, кричу в шутку.
Пастила тут же прибегает и не притормаживая прыгает в ванну. Виляет хвостом, стоя на чистой Терьке. Терька успевает лечь. Поэтому Пастила отпечатывается на ней целиком.
Стою раздумывая не свалить ли незаметно на работу. Но в прихожей Яутжа.
Мою Пастилу снизу и заодно Терьку целиком, прямо там под Пастилой.
Яутжа тонко плачет в прихожей, я ясно слышу несколько слов и по-моему это "у курского вокзала".
Командую обеим чистым собакам отряхнись, Пастила тут же выпрыгивает из ванны и выполняет команду. Терька снова слышит "ПРИЕМНАЯ" и стоит драматично обтекая в ванне. Я обтекаю рядом. Со стен текут струи. Водоизмещение Пастилы 40000 тонн.
Пастила весело убегает в комнаты вытираться о мебель и брызгать на котов. Я беру Терьку в полотенце, несу в лежанку, убеждая, что она самая родная собака на свете.
Выжав одежду, возвращаюсь в прихожую за Яутжей. Яутжа устала плакать и уснула.
Беру 19 кг босерошки и 5 кг чернозема (оно перемешано так, что никакая золушка не разберет, надежда только на кархер). Несу в ванную, цепляясь семипалыми лапами за светлые обои, занавески, белые куртки и хрупкие предметы быта. Мою. Ровно в середине процесса Яутжа просыпается, бьет мне в глаз одной из семипалых лап, выпрыгивает из ванны и хохоча убегает к тете Пасти в комнаты, брызгать на котов и добивать хрупкие предметы мебели.
Вслепую нашарив кран, смываю отпечатки лап с лица, открываю глаза. Время 6.50, пора ехать. В дверях ванной стоит грустная Терька с рюкзаком.
И это только понедельник.
(с) Светлана Скучалина.
