Castiel987

Пиздишбля — извините, а вы уверены?
Тычоблянах — дерзость, наглость, вызов;
Хуяк и обанааа — ВНЕЗАПНО, стремительность, большая скорость действия*
Ыыхыхыхы — весёлость, хороше настроение, понятая шутка;
Ыыыыхыхы… а чо? — непонятая шутка (LOLWUT);
Ыыхыхыхы… чооооо? — понятая, но обидная шутка;
Ты это ну это — предупреждение;
Тыэта тавоэта — возражение, предостережение;
Тыэта тебе щя бляэто — агрессивное возражение;
Эээээээ — несильное возражение;
Оба, хуясе (возможно употребление вместе) — удивление;
Бляаааааааа — сильное удивление;
Епта — междометие;
На чесноке (по чесноку) — говорю вам, что это правда, честное слово;
Бля нуёпт — неприятное удивление;
Эйтыэто — обращение внимание, обращение к постороннему;
Эйтыбля — то же, но в более грубой форме;
Нубля как туданах, где это? Нутыпоэл! — извините, как пройти в библиотеку?
Бля нухули ты тут с этими — извините, я Вам на ногу наступил.
Чоооо? — извините, я Вас не понимаю.
Слыш! — простите, можно обратить Ваше внимание?
Слыш, ты меня эта на слыш та небери, слыш ёпт — да, слушаю Вас внимательно.

На улице

Э,слышь, (щёлканье пальцами и короткий свист), алёбля (эти слова и жесты употребляются в произвольном порядке) — Извините, можно к Вам обратиться?
Ойбля! неее пиздуй — простите, я обознался;
Слух тут это бля типа такое дело — у меня к Вам есть один вопрос;
Ну ёпт где ну ты поэл — где у Вас здесь продуктовый магазин?
Бля а там есть? — там спиртное продают?
Данепесди — вы уверены?
Всё пиздуй — спасибо большое! До свидания!

В магазине

Нублякто тут таво это? — простите, кто крайний?
Ёпт нуиеблище — добрый вечер, я за Вами*
Ты с тута? Чё ну это, чтоб не таво нахуй? — вы местный? Какой напиток порекомендуете?
А не съебусь с этой бурды? — знаете, «Бордо» не подходит под моё сегодняшнее настроение;
Ээ, дай мне эта таво вон тамбля? — барышня, будьте любезны «Вин Де Пе» 2001 года;
Хулевылупиласьпездуйнахуй — да, я подожду. Спасибо!
Ёпт на! — вот сто восемьдесят рублей. Ещё раз спасибо!
Тыахуела?! Этачо?! — простите, Вы мне сдачу недодали*
Бывайтенах — всем приятного вечера!

В транспорте

Анублявсенахуй! — давайте попробуем влезть*
Мужик, а это, до того, ну, туда, где..? — извините, маршрутка идёт до..?
Тыбля щяогребёшь гнида! — вы мне наступили на ногу.
Заткни ебало бля! — извините, я наступил Вам на ногу.
Набля — передайте за проезд, пожалуйста.
Идинахуй убрал это бля — к сожалению я не могу передать за проезд — заняты руки.
А ну бля стой нахуй! — высадите меня на остановке.
*сильный хлопок дверью маршрутки* — спасибо!

В клубе (дискотеке):

Эймужык! Узналбля? Ыыы… — у меня клубная карта.
обаебануцца отэтоаааааа — хороший клуб!
Глянь ёпт уууууу — и девушки здесь симпатичные.
Хуясе! Ябыё оооооо — особенно вот эта.
Эта, преет. Ты таво а? — девушка, вы танцуете?
Ты это мне тут не это нахуй. Давайбля! — да-да, я Вас спросил.
Атычозахуй? Ктобля? — извините, молодой человек! Я не знал, что девушка с Вами.
Иди-ка ты нахуй! — ещё раз прошу прощения.
Падём-выдем? Отскочим-побормочем? — Вам помочь выйти на улицу?
Опа-опа-опапа!! — восклицание, произносимое группой в танце[1].

В милиции:

Здарова пацаны! — я уже был в этом отделении милиции.
Узналбля? — разрешите обратиться, товарищ сержант.
Каксамнахуй? — где можно присесть?
Не бля, он бля, его нахуй — я не виноват в произошедшем.
Ну чо, хуила, допезделса — вы еще ответите за ваш поступок перед народным судом, негодяй!
Даваиво отпиздим! — товарищ сержант, его надо изолировать в отдельную камеру.
Ну я это, короче бывайте! — всегда рад сотрудничать с органами внутренних дел.

В семье:

Алёнахуй! Где ты сука блядь? — дорогая, я вернулся!
Ну чё ебало такое это, чо не рада блядь? — я тоже рад тебя видеть, милая.
Я срать, ебошь жрать нахуй! — я пока помою руки, а ты не нальёшь мне тарелочку супа? Спасибо заранее.
Чо бля за хуйня? Жри сама, сука! — о-о-о! Твой фирменный суп, я его очень люблю. Спасибо — я не голоден.
Эы это чо ваще бля тут… ну когда я этого того — чем ты занималась, дорогая?
Еблась пади? — к подруге наверное ходила?
Я бля это вижу нахуй, что еблась, сука! — и как подруга?
Съебусь нахуй с этой ну вот этой — спасибо, суп был очень вкусным.
Пиздить тя надо — я тебя люблю, солнышко!
Спибля, чмобля — спокойной ночи, любимая!

Если бы я был маньяком-мизантропом, обладающим огромной властью над своими миньонами, то передо мной с неизбежностью рано или поздно встал бы вопрос: на Земле чрезвычайно много этих жалких, презренных людишек, как бы так сделать, чтобы их осталось мало? В идеале — вообще только я и мои миньоны. Хотя нет, чуть-чуть можно оставить для дальнейших издевательств над ними и разных там хозяйственных нужд. Ну, для запитывания моего жилища электричеством, а меня — едой.

Тут тонкость: все традиционные злодейские способы желаемого результата не дают. Скажем, если устроить ядерную войнушку, то погибнет не больше миллиарда, а остальные пять наверняка начнут яростное сопротивление собственному вымиранию. Чудовищно смертельный вирус приведёт к карантинным зонам, улучшению медицинской диагностики и прочим глобальным мерам предосторожности. В общем, как ни поверни, люди сразу же сплотятся для противодействия тому, что их уничтожает.

Поэтому для уничтожения людей в первую очередь следует их разъединить. Не допустить сплочения даже перед лицом общей угрозы.

С этой целью в умы должны быть внедрены соответствующие идеи. Например, «каждый сам за себя», «своя рубашка ближе к телу», «мой дом — моя крепость». Создаваемые моими агентами фильмы должны транслировать эти мысли доверчивым зрителям через сюжеты вида «один отважный герой (с которым отождествляет себя зритель) против жестокого к нему мира» или «жизнь — дерьмо, люди — мрази, но зато есть бухло, кокс и обворожительная горечь декаданса».

На уровне подсознания каждый должен считать любой коллектив своим однозначным врагом, единственная цель которого — грязно залезть в личную жизнь индивида и грязно в ней наследить своими грязными ногами. Называться такая концепция должна как-нибудь благородно, например, «свобода» или «самостоятельность». А чтобы не допустить раскрытия моей коварной манипуляции, заодно следует внедрить идею, будто «это в принципе нехорошо, пытаться повлиять на других людей». Естественно — ведь на них должен влиять только я!

Когда этап нейтрализации спасительного коллективизма будет преодолён, можно переходить к непосредственному уничтожению. Однако тут надо помнить, что при явной опасности даже подавленный коллективизм может снова поднять голову. Поэтому не надо пороть горячку: уничтожение человечества должно быть медленным, постепенным, незаметным и оттого особо надёжным. Лучше даже, если людям будет казаться, что на самом деле имеет место быть рост их благосостояния.

Современный человек не может выжить без современных же благ цивилизации — электричества, медицины и так далее. При этом, если они будут разрушены, то восстановить их за короткий срок не получится, и, таким образом, человечество вымрет. Надёжнее всего эти вещи уничтожаются при уничтожении материальной базы всего этого — то есть производства. Однако просто так на ровном месте уничтожить всё производство не выйдет — люди, привыкшие считать производительный труд почётным и полезным, будут сопротивляться уничтожению производства даже на чисто интуитивном уровне.

То есть чтобы оно разрушилось, надо разубедить людей в почётности созидательного труда.

В этом контексте хорошо подходит метод «потребление без производства». Люди должны привыкнуть брать себе в пользование много всего, но не давать ничего материального взамен. Ничего материального, включая открытия, чертежи, произведения искусства и так далее. Такой способ существования, ранее полагавшийся аморальным, теперь должен быть признан единственно верным. Это тоже можно обозвать как-нибудь благозвучно — «сверхиндустриальный уклад», я не знаю. Но смысл останется неизменным: каждый должен привыкнуть к тому, что производить реально полезное — очень плохо. Те, кто это делает, во-первых, мало зарабатывают и потому не могут много потреблять, а во-вторых, они вообще люди второго сорта. Потные, тупые или там яйцеголовые. Нормальный человек, типа, умеет «устроиться», а остальные, лохи, как дураки, работают. «Устроиться» в данном контексте значит либо получать деньги вообще ни за что, либо (не так почётно, но лучше, чем у других) быть занятым в области перераспределения произведённого.

Нормальный человек, кроме того, в свободное время занят простейшим потреблением, а не разной там хренью для бо́танов, вроде самообразования или хобби. То есть нормальный человек в свободное время ходит по магазинам и покупает произведённое другими, даже если оно ему не нужно — просто «это даёт ему почувствовать свой статус». Деньги же для покупок произведённого другими, как говорилось выше, он получает от присвоения или перераспределения произведённого другими.

Даже наиболее упёртые в своём созидательном порыве не смогут выдерживать такое на длинном промежутке времени. Без денег, да ещё и презираемые всеми — да почти любой попытается вырваться из такого существования. Типа, ты можешь работать в науке за три корочки хлеба, а можешь бросить это бесполезное занятие и переквалифицироваться в продавцы. При правильно поставленном процессе зарплата всех занятых в созидательном труде будет столь мала, что даже работа продавцом в палатке на окраине города будет казаться манной небесной, внезапно обрушившейся небес.

Разумеется, многие начнут что-то подозревать. Их будет преследовать мысль, что без производства и потребление тоже станет невозможным. Однако их сомнения можно развеять при помощи какой-нибудь мистической концепции, сводящейся к тому, что правильно организованный обмен дензнаками что-то сам собой чудесным образом исправит. Каждый отдельный человек сам не будет задействован в производительном труде, но мистический образ будет вселять в него уверенность, что всё в порядке. Например, можно говорить, что незримый позолоченный телец изобилия рассыпает из своих рогов товары прямо на прилавки магазинов. Если, конечно, в обществе достаточно высок градус свободы предпринимательства — это уточнение даст мне возможность поддерживать всеобщее наваждение даже в тот момент, когда близость полного конца всему уже будет маячить перед глазами каждого второго. «Да-да, всё так плохо, — буду говорить я устами моих агентов, — потому что завистливое быдло при помощи тоталитарного государства всё ещё вмешивается в личные дела наиболее успешных граждан».

Жители наиболее продвинутых стран через некоторое время напрочь отвыкнут созидать, а привыкнуть обратно им не даст уверенность в том, что созидание для лохов. Вдобавок незримый позолоченный телец как бы сам будет толкать их былое производство и их былую науку в сторону менее развитых стран, кои некоторое время и будут волочь на себе всё мировое производство, а через некоторое время и всю мировую науку.

Тут возникает вопрос: а как теперь уничтожить производство и там тоже? Элементарно! Надо выдвинуть этим странам какое-нибудь обвинение —в том, я не знаю, что у них на швейных фабриках можно производить химическое оружие, а правитель до сих пор имеет гетеросексуальную ориентацию. И после этого разбомбить вместе с их заводами и институтами.

Война подсократит население этих стран и посеет в них хаос, что не позволит им отстроить заводы обратно. А в развитых странах заводы строить уже никто и сам не хочет.

Чем, кстати, в этих странах должны заниматься люди? Ответ прост: они должны перепродавать друг другу произведённое в ещё неразбомбленных странах третьего мира и давать друг другу деньги в долг для совершения означенных покупок. Причём данные в долг деньги следует считать «ничем не хуже наличных» и давать в долг расписки на получение долгов тоже. И расписки на получение расписок. Через некоторое время количество «виртуальных» денег станет таким внушительным, что любой залетевший дятел запросто разрушит всю экономику разом. Даже если бы заводы всё ещё были бы, то они могли все разом встать просто потому, что где-то на другом конце мира кто-то не поверил чьей-то расписке.

Вообще удивительная способность «кредитной экономики» останавливать то, что не остановилось бы даже при обрушении Луны на Землю, как будто специально создана для уничтожения человечества. Это же просто чудо: всё на месте, но ни фига не работает, потому что где-то какие-то бумажки стали цениться меньше, чем ценились вчера. В сочетании же почти отсутствующим производством, оно — гарантия успеха.

Отдельно следует сказать ещё про одну проблему: образованных людей. Эти люди представляют собой большую проблему для любого маньяка-уничтожителя человечества, поскольку не только умеют предвидеть последствия, но и даже пытаются исправить ещё не случившееся.

Не говоря уже о том, что они — основа любого современного производства. Фактически, уничтожь их — не будет и производства как такового, даже если станки и приборы всё ещё будут в наличии.

Наконец, ввиду своей дурацкой привычки думать о будущем и развитости интеллекта в целом эти люди постоянно задаются всякими там философскими вопросами, включая этические, которые в свою очередь включают вопрос об этичности всепланетного геноцида.

Куда ни глянь, в деле уничтожения человечества от этих людей один только вред. Это только в кино они помогают создать супер-оружие для очередного маньяка, в реальности же они маньякам постоянно мешают.

Оттуда очевидный вывод: образование следует вытравить так же как коллективизм и, что характерно, теми же способами, что коллективизм. Мои агенты из числа деятелей культуры должны во всех своих произведениях намекать, что многие знания — многие печали. Учёный и, тем более, потенциальный учёный должны выглядеть как непонятные и отталкивающие своей «асоциальностью» типы. Женщины им не дают, денег им не платят и единственное относительно пристойное их занятие — помогать маньяку в разработке супер-оружия. Это хоть немножечко привлекательно, а остальное — туши свет.

Словосочетание «больно умный» должно стать оскорблением. На рассказы о чтении учебника физики в свободное время общество должно стабильно крутить пальцем у виска.

Увы, человечество успело пристраститься к познанию, поэтому на первое время нужен будет какой-то суррогат. Но направить его следует в

Гипотеза уникальной Земли

Гипотеза уникальной Земли — предложенный ответ на парадокс Ферми, который объясняет, почему появление такой планеты, как Земля, следует считать очень маловероятным. Вместе с допущением о необходимой предпосылке появления высокоразвитых форм жизни — наличии планеты земного типа, это бы поясняло отсутствие признаков существования внеземных цивилизаций.

Гипотеза уникальной Земли была впервые детально изложена в книге «Уникальная Земля: Почему высокоразвитая жизнь не является распространённым явлением во Вселенной» (англ. Rare Earth: Why Complex Life Is Uncommon in the Universe), написанной палеонтологом Питером Уордом (англ. Peter Ward) и астрономом Дональдом Браунли (англ. Donald Brownlee)[1]. Уорд и Браунли воспользовались расширенным уравнением Дрейка для доказательства того, что существование планеты с земными характеристиками во Вселенной следует считать невероятно редким явлением.

Условия:

Звезда
Создать планету земного типа и довести её до правильного состояния через 4,5 миллиардов лет — сложная задача. Во-первых, она должна образоваться около богатой металлами звезды (в астрофизике металлами называют все химические элементы тяжелее гелия[2]). Бедные металлами звёзды не способны создать что-либо, кроме газовых гигантов: на создание планет земного типа в газовой туманности просто-напросто не хватит материала. Таким образом исключается внешняя часть Галактики. С другой стороны, если звезда содержит слишком много металлов, планеты будут слишком тяжёлыми, будут накапливать газовые оболочки, которые будет удерживать их огромная гравитация, обусловленная большой массой, и, опять же, станут газовыми гигантами.

Звезда также должна обращаться по круговой орбите около центра галактики: вытянутая орбита приведет к тому, что звезда слишком приблизится к энергетически насыщенному ядру галактики и попадёт под жёсткое радиационное облучение. Образно говоря, звезда должна жить в предместье галактики, но не в центре и не за окраиной.

Получив звезду с правильной металличностью, следует убедиться, что она может иметь пригодные для жизни планеты. Горячая звезда, например, Сириус или Вега, имеют широкую обитаемую зону (область, где температура поверхности планеты будет близка к земной), но существуют две проблемы: во-первых, эта зона слишком удалена от звезды, потому планеты с твёрдым ядром, вероятно, будут формироваться вблизи звезды и за пределами жилой зоны. Это не исключает, однако, возможности зарождения жизни на спутниках газовых гигантов: горячие звёзды излучают достаточно ультрафиолета, который может в достаточной мере ионизировать атмосферу любой планеты. Другая проблема, связанная с горячими звёздами, — это то, что они не живут достаточно долго. Через примерно один миллиард лет (или менее) они становятся красными гигантами, что может не оставить достаточно времени для эволюции высокоразвитой жизни.

Холодные звёзды пребывают не в лучшем положении. Обитаемая зона, пригодная для жизни, будет узкой и будет расположена близко к звезде, существенно уменьшая шансы получить планету в правильном месте. Вблизи холодной звезды солнечные вспышки зальют планету радиацией и ионизируют её атмосферу в не меньшей степени, чем около горячей звезды. Жёсткое рентгеновское излучение также будет более интенсивным.

Таким образом, выясняется, что «правильный» тип звёзд ограничивается промежутком от F7 до K1. Звезды этих типов редки: звезды типа G, такие как Солнце, составляют лишь 5 % звёзд в нашей галактике.

Взаимодействие с другими небесными телами
После того как планета сформировалась в пределах жилой зоны, небесное тело размерами приблизительно как Марс должно с ней столкнуться (согласно Теории гигантского столкновения). Без такого столкновения на планете не образуются тектонические плиты, поскольку континентальная кора покрывает всю планету и не оставляет места для океанической коры. Столкновение также может привести к появлению большого спутника, который стабилизирует ось вращения планеты, и к слиянию ядер планеты и небесного тела, необходимому для формирования сверхмассивного планетного ядра, которое будет генерировать мощную магнитосферу, защищающую поверхность планеты от солнечной радиации. Недавние исследования Эдварда Бельбруно и Ричарда Готта позволяют сделать вывод, что такое небесное тело нужного размера может формироваться в троянских точках системы звезда-планета (L4 или L5), возможно делая это событие более вероятным.

Спутник относительно больших размеров также увеличивает шансы выживания высокоорганизованных организмов, исполняя функции астероидного щита. Шансы столкновения астероида с массивнейшим объектом бинарной системы, такой как Земля и Луна, довольно незначительные. Большинство астероидов будут или полностью отброшены, или поразят менее массивный объект: чтобы попасть в более массивное тело, нужна правильная комбинация скорости и угла падения. Таким образом, планета с большим спутником будет лучше защищена от столкновений (хотя случайные столкновения могут быть необходимыми, поскольку эволюционная теория допускает, что массовое вымирание может ускорить развитие сложных организмов). Также необходимым условием является наличие в звёздной системе большого газового гиганта, такого как Юпитер, благодаря которому «мусор», остающийся на орбите после формирования планет, выбрасывается в образования, подобные поясу Койпера и облаку Оорта.

Частота столкновений и эволюция
Жизнь требует определённого времени для зарождения и достижения определённого уровня организации. Частые столкновения с большими астероидами, вероятно, препятствуют появлению высокоорганизованных организмов. Сама жизнь вряд ли исчезнет, но самые сложные организмы из высших ветвей эволюции весьма уязвимы и легко вымирают вследствие планетарной катастрофы. Эволюционная теория прерывистого равновесия утверждает, что:

- как только экосистема планеты достигает состояния равновесия (с заполненными всеми экологическими нишами), скорость эволюционных изменений резко уменьшается;
- период, на протяжении которого достигается состояние равновесия, относительно короток по сравнению с геологическими процессами.

Считается, что ископаемые остатки демонстрируют, что экологическое равновесие достигалось на Земле несколько раз, впервые после кембрийского взрыва. Несколько катастроф, приведших к массовому вымиранию организмов, возможно, необходимы, чтобы в процессе эволюции возникали радикально новые пути развития, и чтобы жизнь избежала ситуации, когда её развитие бы остановилось на полпути к разумной жизни. Массовое вымирание динозавров, например, позволило млекопитающим занять их экологические ниши, после чего эволюция направилась по новому пути.

Таким образом, очевидно, что необходимы правильные значения сотен параметров планеты и звёздной системы, чтобы высокоорганизованная жизнь стала возможной. Вселенная невероятно велика, она значительно превышает возможности человеческого представления и понимания, поэтому остаётся шанс, что где-то во Вселенной существует планета земного типа с высокоорганизованной жизнью. Тем не менее, возможность того, что такая планета существует достаточно близко от Солнца и что мы можем когда-нибудь её достичь или вступить с её жителями в контакт, практически равна нулю. Это разрешает парадокс Ферми: мы не видим признаков внеземного разума, поскольку вероятность появления ещё одной планеты земного типа, способной поддерживать высокоорганизованную жизнь, даже в масштабе Галактики ничтожно мала.

сжижено с ВК