В посте про "Последний регулярный паровозный маршрут", который оказался не совсем последним, вскользь уже упоминал, что этот отпуск у нас прошёл не совсем как обычно. Из-за пандемии и того, что корона реально подобралась прям близко лично к нам, было решено отменить всё что связано с большими скоплениями людей и тесным с ними контактами. Это сразу наложило миллион ограничений как по выбору места предполагаемого отдыха, так и по способу доставки своих тушек к нему (долгие поездки в тесных поездах и кучкование в аэропортах как-то не особо вкладывались в концепцию).

Отправная точка появилась сама собой, когда я наткнулся на ролик о паровозе Бологое-Осташков, но что дальше? Устраиваться дикарями на берегу Селигера? Спуститься на нижние озёра и пытаться приткнуться там среди толп туристов? Снять квартиру или самозахватить заброшку в Осташкове?

Пока голова переваривала возможные варианты руки сами нашли объявление об отдыхе с палатками за какую-то совсем смешную по современным меркам цену, как оказалось это ещё строящийся кемпинг фактически без удобств (туалет всё же присутствовал) на берегу озера Щебериха. Да, до главного озера надо было бы прогуляться три километра в одну сторону (а до ближайшего более-менее сносного магазина все четыре), но когда это реально останавливало? Тем более перспектива было оказаться реально одним на огромной территории с выходом к воде, возможностью взять лодку и попариться в бане при необходимости перекрывала любые потенциальные минусы.

И вот мы уже тут. Берег оказался ещё более диким, чем можно было подумать. Да, разнообразный орешник был старательно выпилен и видимо где-то в середине лета траву всё же прокосили, но вид диких коров и обилие крапивы сначала слегка диссонировали со свежими воспоминаниями о стерильном салоне Сапсана, что за пару часов домчал нас до Бологого...

Но, где наша не пропадала! Собрав мангал, выданный хозяевами земли, как альтернатива кострищу, разогрели первый походный ужин, разлили по кружкам шампанское и погрузились в тишину леса, нарушаемую разве что стрекотанием насекомых и редким шуршанием кого-то в кустах...

Очень быстро на небе начали появляться первые звёзды, но им я посвятил целый отдельный фото-пост, так что заострять внимание не буду.

Второй день порадовал нас пачкой ершей, парой окушков и плотвичек, а также осознанием того, что грести с непривычки вот нифига не просто, особенно если в последний раз ты делал это лет десять назад... Точнее даже не так. Грести то просто, но к вечеру рукам и спине — пиздец.

На третий день мы решили устроить "день отдыха" и прогуляться по окрестностям до магазина, тем более запасы вина уже подходили к концу...

Обернулось всё это крюком километров на 15 с парой привалов, душевным общением с Иваном из Перово, волею случая оказавшегося на том же холме с могилой генерала Шевчука, что и мы...

Но обо всём по порядку. Сначало надо покинуть деревню Жегалово, которая и была нашим основным местом дислокации.

Протопать три с гаком километра по лесному просёлку до Залучья...

Подняться на видовой холм с видом на церковь преображения господня (новострой, к слову).

Взглянуть на чью-то живописную фазенду...

И уже потом подойти к могиле Ивана Павловича Шевчука.

К слову, сам по себе этот холм образован на развалинах куда более древнего храма, чем церквушка, что стоит внизу. Часть развалин можно наблюдать поднявшись на высшую его точку и побродив по лесу. Говорят, что и внизу можно найти следы фундаментов, но это мы проверять уже не стали, а пошли в посёлок Берёзовый Рядок (да-да, я серьёзно), где нас и ждал сельский гастроном.

Дорога к нему крайне живописная. Не хватает разве что коней, да сидящих на скамейке перед крыльцом девиц за вязанием.

Вечер же порадовал нас бронзовым закатом...

... и "Дымом над водой".

Следующий день прошёл под эгидой "облагородим берег", борьбой с пиявками и сбором пресноводных "устриц", коих в местных водах просто не счесть. О нюансах промывки и готовки данных моллюсков я поговорю как-нибудь в другой раз, дабы не растягивать этот пост.

На следующее утро получилось частично оценить плод наших трудов и даже немного порыбачить (в прочем не очень удачно) после прореживания водорослей специальной снастью с кевларовой леской...

Да и вечерний "дым над водой" стал куда более заметным.

Ночь в этот раз провели не в палатке, а в хозяйской бане, где на втором этаже "гостевая комната" превратилась в настоящий "краеведческий музей", благодаря тому, что они бережно сохранили вещи из старого дома (частично послужившего стройматериалами для нового), заодно разбавив их находками, что попадались им при облагораживании участка уже в новой деревне...

Дальше был ещё один прекрасный денёк в Залучье, подаривший нам несколько живописных видов на озеро Селигер.

Ещё одна прогулка по деревне...

Дождливое утро, которое закончилось выпиванием вина в предбаннике палатки (полубочки а-ля базлаг рулят!) до часу дня, а затем вылазкой на рыбалку, где поначалу всё пошло не так и пришлось проходить обряд посвящения в щеберихские рыбаки, ныряя метра на два с половиной за ушедшим в след за якорем спиннингом...

Но оно того стоило, ибо днём хорошо шли ерши, а вечером как сумасшедший клевал окунь, которого было так много, что пришлось принимать волевое решение "оставить его в озере", ибо для двоих его было слишком много...

На этом "дикая" часть нашего отпуска завершилась, но это не значит, что больше не о чем рассказать, ведь за полтора дня в Осташкове можно многое успеть увидеть ;)

Спасибо за внимание всем, кто дочитал. Хороших и разнообразных путешествий!

Месяц назад дружной компанией поехали на неделю на Селигер- палатки, костер, шашлык, рыбалка. В один из дней затянуло все дождем, поднялся ветер и соответственно волна на озере, тогда решили на двух машинах поехать на небольшие лесные озера, покидать спиннинг,  пособирать чернику. Решили, помчали. У товарища внедорожник, но и у меня паркетник, но сполным приводом))  Съехали с основной дороги на лесную дорогу(тропу) , попрыгали по лужам, немного побуксовали,  на удивление полный привод справился на ура, добрались до места. Погуляли, порыбачили, наелись черники, все круто. Пора возвращаться, подъзжаем к лагерю, паркуемся, товарищ из машины спрашивает:

- Voodoosmile, а где твой номер?

Выхожу, смотрю, а переднего номера нет.

Что делать, надо ехать, искать, еще в Москву ехать через 2 дня.

Сели с супругой и потихоньку поехали, заехали в деревню, куда с утра отвозили мусор в контейнер, затем уже к озерам,  на этот раз перед съездом в лес машину оставили, одел кроксы и потепал зондировать лужи, жена чуть впереди занимается визуальным осмотром.

Лужа 1-ая,2-ая .. n-ая, ничего нет

Подходим к последней, жена говорит :

- О,  смотри, что-то похожее на номер плавает.

Подхожу, достаю, точно номер, даже в рамке,но сука ,не мой((

Оставил рядом с пеньком возле лужи, мало ли кто-то тоже ищет.

P. S  номер не нашли,  другой товарищ, который собирался на выходные к нам,  нашел в гараже старый номер, подобрал более менее шрифты, распечатал номер, все это заламинировал в скотч, так и вернулись домой.

(оченьдлиннопост)

Здравствуйте!

10 сентября с.г. довелось посетить в рамках небольшого путешествия по Осташковскому району деревни Замошье, Красуху и Заплавье с примечательными застройками. Если первые две наиболее доступные и фигкрируют в списке памятников археологии, монументального искусства, истории и культуры, то последняя почему-то мало известна общественности. Интернет предлагает только Отель "Селигерское Заплавье"; гораздо менее известна база рыболова Михаила. В то время как в Италии Альберобелло, в Словакии Влколинец, в Тверской области (как минимум в Осташковском районе) лучше Заплавья на роль этнодеревни и придумать сложно: интересная планировка, архитектура, местные особенности, берег огромного озера с возможностью осмотра с воды десятков других достопримечательностей, в числе которых Осташков, Нилова пустынь и расположенная неподалёку от истока Волги д. Свапуще, рыбалка и "тихая охота" в окрестном прекрасном сосновом бору.

Вместо этого деревня раскуплена москвичами и питерцами, облик домов искажается пластиковыми стеклопакетами, сайдингом и металлочерепицей; облик деревни - сносом старых и строительством новых домов. Местных по переписи 2010-го г. 44 человека, однако местный мэр утверждает, что их всего двое. Рядом с деревней из космоса видно некое элитное поселение с собственными кортами и прудами на территории и другими атрибутами. Возможно, именно население этих домиков и не заинтересовано в придании известности Заплавья, прокладке к нему нормальной дороги (сейчас от Мошенки в общей сложности 15 км песчаного грунта) и другими спутниками известности. Правда и до истока Волги такая же дорога, и вообще мы в Тверской области (и шире - в России) - спасибо и за то, что есть.

Откуда я узнал о Заплавье:

А.А. Галашевич - Художественные памятники Селигерского края, Москва, "Искусство", 1983 г.

"Село Заплавье лежит севернее Кравотыни. Бурный Кравотынский плес, по которому в ветреную погоду небезопасно плыть на небольших лодочках, постепенно сужается, превращается в протоку. С одной стороны подступают лесистые берега острова Хачина, с другой — покрытое не менее густым лесом побережье. Леса вокруг Заплавья — охотничий заповедник, где водятся даже медведи, а на болотах много всякой птицы. Заплавье с катера открывается неожиданно. В любую погоду, даже сквозь непроглядную сетку осеннего дождя, оно выглядит необычайно чистым, приветливым. Летом, когда солнце скрывается только затем, чтобы выкупаться в озере, белые кубики домов, будто вымытые, стоят, тесно прижавшись друг к другу, и не сразу поймешь, сколь велико село. Его накрахмаленная белизна источает радостное сияние, постепенно исчезая на посеребренных временем срубах бань и сараев, поднимающихся прямо от воды. Вдоль берега на приколе покачивают носами лодки. Утром или вечером в безветрие они выглядят тяжелыми, словно отлитыми из чугуна. Но стоит теплоходу или катеру подойти поближе и расколыхать спокойную гладь воды, лодки весело запрыгают, закивают, приветствуя прибывших. Тут и там развешана на просушку паутина сетей. Заплавье — также одно из древних поселений на побережье Селигера. Его жители — коренные рыбаки. Это их предки славились искусством рыбной ловли и доставляли в Осташков рыбу, развозившуюся оттуда купцами в Москву, Петербург и в другие города России. Славилось Заплавье и своими резчиками по дереву. В селе изготовлялись в большом количестве деревянные скульптурки Нила Столобенского.

Только вступив на заплавский берег, понимаешь: самое удивительное еще впереди. При виде домов села невольно испытываешь изумление, и лишь много позже, пройдя по его нешироким улицам, обретаешь способность осмыслить увиденное. Почти все избы построены из кирпича и побелены, а фронтоны над светелками украшены архитектурным декором — пропильной резьбой. Какую только эпоху, какой только стиль не обнаружишь среди этой декорации! Буквально на одном фасаде собраны поребрик с висячими полуколонками — мотив, характерный для XVII века, многообломные карнизы, типичные для барокко, пилястры с дентикулами — распространенная классическая декорация. Какие-то замысловатые фестоны, ширинки, подзоры, для которых не подберешь и определения, и все это непонятным образом уживается вместе, органично соединяется, не мешая одно другому. Все сочно, пластично, словно талантливый ребенок перелистал пособие по архитектурной декорации, вылепил запомнившиеся детали, узоры, фрагменты, не задумываясь о стилях, и, забавляясь, раз¬весил их по фасадам. Так откуда же взялись здесь такие дома, кто их строил из кирпича в краю непроходимых лесов? Ответ на эти вопросы можно найти тут же. Большинство каменных изб — одноэтажные. Чердак напоминает не то светелку, не то мезонин. У некоторых домов он деревянный, и тогда сплошь покрыт пропильной резьбой, а у других — с кирпичной фасадной стенкой и деревянными боковыми, которые оштукатурены, чтобы придать им видимость кирпичных. Чтобы понять, почему боковые стенки чердаков-светелок не делали из кирпича, надо за¬глянуть внутрь избы. Оказывается, внутри никаких капитальных перегородок нет. Вся изба — четыре кирпичных стены, образующих в плане квадрат или прямоугольник. Поэтому продольным стенкам чердаков, если бы их сделали из кирпича, было бы не на что опереться. Но интересны эти чердаки-светелки не только своим сходством с мезонином и не тем, что помещения их, оставаясь холодными, не использовались совсем или использовались только в летнее время. Интересны они своим декором и пропильной резьбой, сплошь покрывавшей фронтон чердака-светелки и простенки между окон, если дом был деревянным. Среди пропильного кружева узора неожиданно замечаешь надписи, повествующие о владельцах избы, о том, когда и кем она построена. Буквы надписей тоже выпилены из дерева. Иногда в тексте с именем и фамилией владельца и строителя встречаются наивные орфографические ошибки или произвольные сокращения, говорящие о не-высокой грамотности его создателей. В самой вершине фронтона, как правило, надпись с именем владельца избы и датой ее построения, к примеру, такого содержания: 1910 Г СЕЙ ДОМЪ БРАТЬЕВЪ КАРПОВЫХЪ ИВ ПАВ ФЕ (то есть Иван, Павел, Федот или Федор). В основании же фронтона — автограф строителя: ПЛОТНИКЪ АЛЕКСАНДРА (так в тексте. всё тщательно сверено с книгой - Д-й В-й) МИТРИЕВЪ АКОВЪ. Пропильная резьба по полю и в простенках простого рисунка из повторяющихся растительных раппортов орнамента, сделанных по шаблону. Но из-за того, что орнамент сплошь покрывает фронтон, он кажется очень сложным. Надписи, искусно вкрапленные в рисунок, дополняют его и сами порой похожи на фантастические травы.

— Кто делал эту резьбу? — спросили мы местных жителей.

— Даст мастер какому-нибудь мальчишке-ученику рисунок, тот и сидит целый день, пилкой выпиливает, — ответили нам.

— А кто были эти мастера?

— Да местные или из соседних сел приходили. Иногда издалека. По весне артелью нанимались к хозяину и за лето избу ставили.

Вскоре, попав в село Святое, мы сами убедились в этом. На одном из домов красовалась подробная надпись, с гордостью повествующая о заказчике и строителе: ПЛОТНИКЪ ЯКОВЪ ДМИТРИЕВЪ ОРЛОВЪ ДЕРЕВНИ ЗАМОШНЯ ДОМЪ ИВАНА ФЕОДОРОВА ГУСТЫШКИНЪ 1914 ГОДА. Так вот кто был строителем этих деревень из кирпичных изб — местные жители! (Деревня Замошня входила в состав Осташковского уезда, ныне — Осташковский район.)

В надписях на домах мастер-строитель называется плотником, вне зависимости от того, какая это изба — деревянная или кирпичная. Один и тот же человек рубил деревянный дом и клал кирпичный. В Заплавье сразу три дома почти одновременно построены плотником Алексеем Федоровичем Мазовым. Два из них — кирпичные, а один — деревянный. (Надпись на одном из домов почти полностью исчезла и с трудом угадывается по отпечаткам букв.) Есть еще в селе две избы, вероятно, также построенные одним мастером. На деревянной избе он назван полным именем — ПЛОТНИКЪ АЛЕКСАНДРА МИТРИЕВЪ АКОВИ, а в надписи на кирпичной — сокращенным — ПЛОТНИКЪ АЛЕКСАНДРЪ МИТРИЕВЪ. Точно так же и в соседние селах плотниками названы строители кирпичных изб. Например, в селе Святое на двух домах надписи с любопытным содержанием: ПЛОТАЛИ АБРАТ СЪ БРАТЬЯМ СУРКОВЫ 1913 ГОДА и ПЛАТАЛ ТА БРАТ СЪ БРАТЬЯМ СУРКОВЫ 1914 ГОД. Там же есть еще одна кирпичная изба, удивительно похожая на предыдущие и, по преданию, построенная теми же плотниками, но на ней, к сожалению, надпись отсутствует.

— Почему у вас в селах строили дома из кирпича? — задали мы вопрос одному плотнику, чинившему свою избу.

— Лес был дорогой, — ответил он нам. — Берегли его. Рубили только на продажу, а для себя строили из кирпича.

— А где кирпич брали? Покупали?

— Нет. Сами обжигали. Вот, к примеру, мой отец, когда женился, дед его отделил. Он с братом намесил глины, и сам кирпичу сколько надо, столько и приготовил. Потом избу сам поклал.

— А ваш отец плотником был?

— Да тогда все тут плотниками были. Строили сами для себя. Мир или родственники помогали, Правда, были и такие, которые этим ремеслом промышляли. Артелью работали. Но артель нанимали те, кто побогаче был. А так сами для себя делали. Глины да песка нам не занимать. Вон сколько вокруг.

Действительно, при ближайшем рассмотрении кирпич оказался самодельным, местами плохо обожженным, тесто грубое, с примесью крупного песка и камешков. Размеры его тоже были разные. Фигурного лекального кирпича, необходимого для выкладки архитектурного декора, почти нет; только кирпичи со скругленными тычками, применявшиеся в выкладке полуколонок, да изредка встречается кирпич с заостренным тычком — вот и весь нехитрый набор, из которого составлялся узор. Когда же мастеру хотелось украсить дом более сложным орнаментом, то кирпич просто-напросто тесали. Поэтому, несмотря на кажущееся обилие орнаментальных форм, декор очень прост и состоит из набора однородных деталей, по-разному варьировавшихся в кладке, и зависит рисунок от вкуса заказчика или строителя. В соседних с Заплавьем селах декор фасадов менее развит. На некоторых домах его нет совсем или же узоры на стенах лепные. Именно по таким узорам особенно остро чувствуется, как плотник, запомнив увиденные где-то орнаменты, стремился воспроизвести их. Тут и картуши, обработанные «под шубу», расползлись по плоскости стены, тут и вылепленные, словно из теста, жгу¬ты, рисунок которых трогательно похож на очертания орнамента столичного модерна. Часто в оформлении фасадов наивно воспроизводятся человеческие черты: подзор под окном с кирпичным декором клином и наличник будто с прической на прямой пробор удивительно напоминают бородатого мужика. На другой избе плотник к окну при¬делал развесистые уши, и оно от этого расплылось в какой-то добродушной улыбке. А на избе в селе Лежневе пилястры превратились в баб, размахивающих в танце руками. Установить имена сотворивших такой орнамент можно не всегда. Надписи на многих домах исчезли, поломались, осыпались. Кое-где их, видимо, не было совсем, а кое-где они говорят только о владельце дома и ничего — о его строителе. Наблюдается лишь интересна пространными надписями отличаются и большими размерами. Вероятно, их строили артели, и надпись служила для такой артели своего рода рекламой. Орнаментальный узор этих домов, возможно, становился образцом на селе, и его ко¬пировали, варьируя, другие. Удалось проследить и еще одну любопытную деталь — это границы распространения изб из кирпича и примерное время их создания. Кирпичные деревни сосредоточены в основном на восточном берегу озера Селигер. Появляются они в районе монастыря Нилова пустынь, сначала отдельными постройками, затем севернее из кирпича строится большинство домов в селе.

Похожие избы можно видеть в селах Новгородской области, граничащих с Калининской, где они возникли, вероятно, даже раньше. Вдоль западного же побережья озера Селигер таких домов почти нет. Не исключено, что это связано с более удобными дорогами, проходившими по восточному берегу, вдоль которых стояли богатые села.

Время возникновения каменных изб устанавливается до-вольно точно. Каменные избы стали строить на новгородчине в середине XIX века, откуда они быстро распространились по всему восточному побережью Селигера, а продолжали их строить вплоть до 30-х годов нашего времени. На более поздних домах орнамент несколько меняется, становится сдержаннее. Появляются узоры с новым содержанием, где хотя примитивно, но все-таки нашли отражение черты нового уклада жизни села.

Излюбленным мотивом становятся звезды, серп я молот, а на одном из домов в селе Мошенке плотник попытался воспроизвести целую символическую композицию, изобразив Спасскую башню Кремля, с лучами, расходящимися от звезды, и по сторонам ее — фигуры двух людей, шагающих в этих лучах.

Бродить по деревням вокруг Заплавья очень интересно. Все они разные, совершенно непохожи друг на друга. Деревни расположены по берегам речушек и проток, соединяющих внутренние озера с Селигером, вдоль его заливов, далеко растекшихся по впадинам и ложбинам и глубоко прорезавших материк; некоторые же из них «при ключах или при колодцах». Тот, кого заинтересуют этнографические особенности края и крестьянское жилое строительство, найдет здесь неисчерпаемый материал. Ведь в научной историко-этнографической литературе об этих местах не на-писано почти ни строчки."

А.А. Галашевич - крупный исследователь Тверской области, составитель многих паспортов памятников - одним словом, специалист. Так что мы поехали.

Площадка у магазина. сзади нас озеро Селигер. Здесь вполне поместится туристический автобус. Да и сама планировка (скорее круговая, нежели двухпорядковая) деревни удобна для маневрирования и разъезда самой большой техники. узкое место только при въезде. Поскольку въезд фланкируется двумя историческими домами (один на фото слева; т.о. въезд в деревню слева), то ГИБДД надо позаботиться об исключении возможности пробкообразования. шютка такой.

интересный полукаменный дом. Мы так и не пришли к единому мнению, почему одна его половина каменная, другая - деревянная, а мезонин отмечает композиционный центр над обоими частями.

магазин (под щипцом кровли флаг Москвы) и въезд/выезд в деревню. справа дом со страусами. Резьба не то новая, не то снятая старая и приколоченная поверх сайдинга.

дом со страусами (тоже новыми?)

обратите внимание на сандрики (карнизики) над окнами мезонина - атрибут классицизма, в крестьянском жилище в такой развитой форме встречается довольно редко.

Развёрнутые длинной стороной к улице амбары, примыкающие торцом к дому; со световым фонарём.

колонны отсылают нас к всяким уважаемым людям: у барского дома колонны, в городах у казённых учреждений колонны, ну а мы чем хуже?

дом с гербом

значительную часть улицы занимает амбарный ряд. о углового дома каменные ворота и резьба во фронтоне мезонина (смотри ещё ниже)

ПЛОТНИКЪ МАЗОВЪ

ДОМЪ МИХАЙЛЫ ДАНИЛОВА ДАНИЛ

вписать слова в архитектуру так чтобы всё помещалось и симметрично, и читаемо - дело десятое

плотность застройки почти как в городе

на некоторых домах до сих пор сохраняется дранка, более привычная где-нибудь на западе, в Белоруссии, нежели здесь.

мэр Заплавья (фотографировать разобранную трансмиссию Нивы он не разрешил, но говорить не запрещал)

среди прочего мэр поведал, что он знает все предложения о сдаче домов на выходные и на сезон от 700р/сут с удобствами от "на улице" до "всё включено"; что клещи в лесу не заражены энцефалитом и что 2 жителя (он и ещё кто-то) ходят друг к другу бухать. Во время разговора от щедрот своих он то и дело дарил рыбу - то сушёную, то свежезамороженую. В гостях у него был гражданин из Пушкино (я из Королёва, общий язык был найден сразу), сообщивший, что всего такого больше нигде нет. Ни тишины, ни чистоты, ни даже темноты и что городскому жителю обязательно надо вырываться в такие места.

Из озера воду не пил, но визуально она чистая. Тьма по ночам действительно кромешная. Тьма - это не тогда когда читать сложно, а когда не видно вообще ничего. Тишина в лесу была даже днём. Представьте себе соседей которые каждый день на протяжении нескольких лет сверлят стены. И даже не перфоратором, а дрелью. А тут вдруг перестали. Вот так ошеломляет совершенная тишина. Поэтому посещение бора тоже обязательно.

Осеннее Заплавье, озеро Селигер (затон Кравотынскго плёса)

И красоты окрестностей по дороге Заплавье - Красуха

Всё! больше фотографий нельзя! Настоятельно советую посетить это прекрасное место!

Всего хорошего и удачных выходных!