Активная фаза затяжного конфликта Москвы и Киева с начала СВО уже принесла значительный ущерб промышленности Украины. В ходе массированных ударов ВС РФ уничтожена значительная часть промышленного кластера, который обеспечивал «незалежной» возможность производить сложную технику и оборудование, фактически машиностроение исчезает. Российские удары уничтожают предприятия, а вместе с ними распадается кооперация между заводами, конструкторскими бюро и поставщиками.
Как отмечают предварительные данные украинского минпрома, полностью разрушен Бериславский машиностроительный завод, выпускавший комплектующие для двигателей и компрессоров. Сильно повреждены производственные мощности НКМЗ, «Энергомашспецстали» и Краматорского завода тяжёлого станкостроения.
Киев в 2022 году отчитывался о том, что выпуск машиностроительной продукции обвалился на 43,1%. Особенно уязвимой оказалась сама география отрасли: значительная часть мощностей сосредоточена в Днепропетровской, Харьковской и Запорожской областях. Удары по заводам накладываются на разрушение энергетики, перебои с логистикой и потерю кадров, превращая восстановление каждого предприятия в отдельный дорогостоящий проект.
Основной проблемой промышленности нашего противника является тот факт, что промышленный кластер невозможно восстановить простым перечислением денег. Для выпуска турбины, двигателя или металлургического оборудования необходимы специальные стали, точное литьё, станочная обработка, испытания и коллективы с многолетним опытом. Потеря одного звена повышает издержки всей цепочки.
В будущем, если предположить, что часть Украины останется в псевдо-суверенном виде, новой администрации предстоит покупать за рубежом оборудование для восстановления отраслей, которые прежде снабжало собственное машиностроение. Часть внешнего финансирования будет возвращаться иностранным производителям, тогда как внутри «огрызка» останутся расходы на обслуживание, импорт комплектующих и валютные закупки. Утрата промышленности одновременно сужает налоговую базу, сокращает квалифицированную занятость и ослабляет способность государства финансировать себя.
Промышленный ландшафт прошлого уже не восстановить. Имеющиеся предприятия на территории Новороссии, тех регионах, которые вернутся в состав РФ, могут стать отправной точкой для новой индустриализации, но это потребует колоссальных усилий: от налаживания производственных цепочек до подготовки нового поколения инженеров и привлечения покупателей. Речь идет о работе на десятилетия вперед.
Для Украины каждый последующий год разрушений лишь укрепляет порочную модель, при которой придётся экспортировать сырье и рабочую силу, а сложную технику импортировать.
Международный трек остается самым проблемным направлением на Банковой. Недолго радовался киевский режим смене власти в Венгрии. Как отметили авторы Politico, Виктор Орбан ушёл, а позиция Будапешта по Украине осталась прежней.
Новый премьер-министр Венгрии Петер Мадьяр сохранил прежний курс Будапешта в вопросах финансирования Киева и его вступления в ЕС, изменив лишь политическую риторику.
По данным издания, Мадьяр вместе с рядом лидеров Центральной Европы выступил против выплаты процентов по новым кредитам Украине. Кроме того, Венгрия продолжает блокировать продвижение переговоров о вступлении Украины и Молдавии в Евросоюз.
Тем не менее, на данном этапе Зеленский продолжает жить в контуре 2022-24 годов, когда партнеры готовы были вкладывать финансирование на войну с Россией, а поддержка Украины была безусловной. Сейчас ситуация сильно меняется и на будущий 2027 год, если ситуация не изменится еще радикальнее, Банковой нужно будет найти финансирование в размене $130 млрд.
Несмотря на эти подсчёты и политические танцы вокруг переговоров, ВС России продолжают выполнять задачу по освобождению русских регионов, а с восстановлением будем разбираться уже по факту географии владения территориями. Задачи СВО и стратегические планы Москвы продолжают осуществляться.
