90-е
Сибирь
Воинская часть структуры ГУМО-12 Ждали комиссию из генерального штаба, соответственно начались за полгода от внезапной комиссии, красили траву, красили бордюры белой нитро краской, прапорщики плакали..
Я как ответственный за два сооружения устал обновлять таблички и маркировку электроприборов, розеток, согласно инструкциям по эксплуатации спецсооружений. Командир части седел каждую неделю, смотря на состояние части.

Замполит, который боялся что он теперь не нужен, так как КПСС уже не торт, вдруг стал заместителем командира по воспитательной части чуть успокоился, и начал в штабе развешивать цитаты Тухачевского. Все были в таком напряге из-за комиссии, и так полгода.

В офицерском кафе набрали зондеркоманлу из молодых разведенных официанток в укороченной внизу, и уплотнительной верху форме.

Приехала комиссия, дивизия выстроилась на плацу для торжественного приёма москвичей, и тут они появляются, ебать!, это кто? Человек двадцать людей и пяток генералов в новой военной форме, в фуражках аэродромах, а на тулье золотом блестел двуглавый орёл! Ебать императоры!И началась проверка

И в первый день в часть приехала группа мелких офицеров и один генерал, вот этих мелких и боялись, они как крысы обследовали каждый сантиметр сооружения на предмет нарушения инструкций. И вдруг сирена! Когда офицеры комиссии и ответственные наши офицеры находились в спецсооружении по хранению ЯПБ, с потолка пошла пена для гашения пожара, быстро пошла, только успели выбежать из под земли.

Система пожаротушения имела в арсенале закопанную цистерну со спецсоставом для тушения пожара. Командира чуть кондратий не забрал, замполит начал хихикать подло, так как он зам, и хотел на место командира.

Начали разбираться, и оказалось, что один умный капитан решил проверить систему пожарной сигнализации, и нажал на большую "Красную кнопку" на которой было написано, нажимать только в случае возгорания, и этот офицер был из состава самой комиссии, он правда не сразу признался, но начштаба убедил всех, когда показал результат видеозаписи, да тогда у нас в сооружениях были камеры, и записывось все на катушечные видеомагнитофоны.

И вся проверка тут же закончилась, с отметкой "хорошо", пять не поставили, иначе командира нужно было к ордену представлять. Про инцидент с кнопкой умолчали две стороны, так как при огласке, большой пизды получили бы все.

О, про военкомат у меня тоже есть история.
Я тогда ничем особым не болел, чтобы в армию не взяли. Разве что правым глазом с рождения видел лишь размытые пятна (впоследствии операцию сделал, дотянули до более-менее приемлемого уровня), но левый был в порядке, так что мне впаяли категорию Б, с прямо-таки военной смекалкой заявив, что для стрельбы из «калаша» одного глаза как раз хватит.
Но я после школы пошёл учиться в ВУЗ, у которого не было аккредитации, зато была аттестация. Закон в то время по этому вопросу был двояек, поэтому я на протяжении учёбы судился с военкоматом. В каком-то из предыдущих постов вроде рассказывал об этом.
Как бы то ни было, отучившись, 22-летний я резонно (?) решил, что проще год оттоптать, чем пять отбегать и стал ждать повестку.
А повестки не было. Уже ноябрь закончился, декабрь стартовал, а в родном РВК обо мне словно забыли.
Опять же, пораскинув тем, что у меня осталось после пяти лет ВУЗа, я решил, что лучше идти в армейку сейчас, чем мыкаться по хуепильным полгода и сам, своими ногами, припёрся в военкомат.
На КПП сначала будничным тоном затребовали у меня повестку. На моё заявление, что повестки нет, они, знатно прихуев, спросили, какого ж я тогда припёрся. Услышав, что я пришёл, чтобы меня прям сейчас и здесь оформили в морские котики, они охуели повторно и посоветовали было сделать кругом, чтобы исчезнуть в неизвестном им направлении, но будущий солдат был твёрд и продолжал ломиться через турникет.
Далее — как в фильме «ДМБ»: проходящий мимо офицер заметил, что патриоты Родине нужны и велел меня пропустить.
В РВК я бывал уже не раз, поэтому уверенно поднялся на третий этаж и направился прямиком в кабинет, где призывников определяли после прохождения комиссии.
Там, услышав, зачем я их побеспокоил, погрузились в раздумья — то ли направить меня на службу, то ли карету из дурки мне вызвать. Но выбрали всё же первое и, после рекордно быстрого прохождения комиссии, сварганили мне предписание быть с вещами тут же, у дверей военкомата, 7-го числа в 8 утра, откуда сноровистый экипаж класса «буханка» доставит меня на Угрешку.
7-го декабря в 7:45 я курил у дверей КПП при полном параде — старая куртка с дачи, спортивный костюм оттуда же и кроссовки, аналогичного качества и комплектации.
В 7:55 слегка заиндевевший я решительно постучал в дверь военкомата и спросил, где, блять, моя карета в места, где я интересно и увлекательно смогу провести ближайший год жизни. На что сонный сержант ответил мне, что вообще-то призывников забирают не отсюда, а по «… адрес…» и пативэн должен ждать меня там.
До адреса было три остановки на метро плюс пешочком метров триста. Бодрым аллюром домчавшись туда примерно через двадцать минут, я услышал от не менее заспанного коллеги РВК-шного сержанта, что экипаж отчалил 5 минут назад.
— Заебали! — обиделся теряющий на глазах желание отдать необходимые долги Родине я. — Всем пока. Захотите — сами найдёте потом. Если сможете, конечно. — и, не отдавая воинского приветствия, развернувшись через правое плечо, собрался удалиться нестроевым шагом.
— Э, ты погоди! — вдруг запереживал КПП-шник. — Щас порешаем!
Минут пять я торчал снаружи, пока боец куда-то звонил и что-то объяснял взволнованным голосом, то и дело бросая на меня обеспокоенные взгляды через окошечко. Затем замахал рукой, приглашая внутрь и там предложил погреться, пока за мной не приедут.
Где-то спустя полчаса к КПП резво подрулила буханка, которую вернули специально за мной с другой точки забора и я нырнул в её кузов, где воняло как в дешёвом кабаке и дрыхли три будущих защитника Отечества. Четвёртый пожал мне руку, предложил клебнуть из початой бутылки водки и, услышав отказ (я тогда был крепок здоровьем и не похмелялся из принципа), вскоре тоже захрапел.
На Угрешке я отсидел почти день, дожидаясь «своего» покупателя (да, я пошёл не абы куда, а заранее озаботился согласованием места своей будущей дислокации), но так и не дождался. К вечеру, когда уже стемнело, мне дали в зубы направление и, спросив, знаю ли я адрес своей будущей части, отправили нафиг без напутствий.
Выйдя с ГСП-шного КПП, я прочитал направление. На нём, русским по белому, было написано «Прибыть для прохождения службы 17-го декабря такого-то года к 12:00».
«И нахуя я вчера проводы отмечал…», подумал я, засунул документ за пазуху и, как был, в старой куртке и убитых кроссовках, заспешил в сторону трамвайной остановки.