Я обязательно стану писателем
Все имена вымышленные, а совпадения случайны.
Ее квартира всегда пахла лавандой и старыми книгами. В сорок два года Марина научилась создавать вокруг себя идеальный уют, который, как она сама понимала, был лишь декорацией к пустой сцене.
На ее теле не было живого места. Татуировки — тонкие линии, сложные узоры, цветы, прорастающие сквозь кожу — были ее способом «заполнить» себя. Когда врачи в очередной раз, уже в десятый, в двадцатый раз, произносили сухое «бесплодие», она шла в тату-салон. Каждый новый рисунок был попыткой оставить на себе след жизни, которую она так и не смогла подарить другому.
Она смотрела на свои руки, расписанные чернилами, и видела в них карту своих поражений. На предплечье расцветал пион — символ того ребенка, которого она никогда не назовет по имени. На лопатке застыла птица, которая так и не научилась летать в ее утробе.
В тот вечер за окном шел мелкий, колючий дождь. Марина сидела на полу в гостиной, окруженная тишиной, которая в сорок лет начинает звучать как оглушительный звон. Она перебирала вещи: крошечные пинетки, купленные еще десять лет назад, когда она верила в чудо; стопки медицинских карт, где диагнозы сменяли друг друга, как времена года, но результат оставался неизменным.
Когда она стала замыкаться, перестала отвечать на звонки, начала плакать по ночам и говорить со стенами. Родные решили, что она «сходит с ума». И однажды её увезли в психиатрическую больницу.
