Светик II⁠⁠

Пятеро таксистов отказались везти Свету туда, куда ей было так необходимо попасть. Шестой пытался отговорить, но сдался за щедрые чаевые и возможность рассказывать эту историю как байку под шашлыки.

Тонкие каблуки проваливались в трещины, Света то и дело спотыкалась о бетонные глыбы и искореженные ржавые конструкции, незаметные в плотных череповецких сумерках. Ей и в голову не пришло выругаться, саданувшись бедром о занозистый забор, через который ей пришлось перелезть, или упрекнуть себя, когда, зацепившись за куст, чулки поползли стрелкой. Не в её стиле было сожалеть или злословить. Терпеливо преодолевая препятствия, Светлана брела в глубь территории заброшенного завода, пока не нашла то, что искала. Без особого интереса взглянув на склад, с давно выбитыми окнами, она уселась на щербатое, заваленное мусором крыльцо, расправила юбку от Шанель и приготовилась ждать столько, сколько придется.

—Гля, Вован, какую шмару в гости занесло на палку пива.

—Пацаны, я отвечаю, она внатуре нас ждет.

—Слышь, теть, какими судьбами?

Они появились внезапно, просто вышли из темноты и окружили Свету. Они. Вампиры. Света не испугалась. Света даже не смутилась, как смутился бы любой, ожидавший выхода гламурных красавчиков, сериальных вампиров, лощенных и в диоре, а встретивший провинциальную гопоту в трениках и семками. Но Света была лишена предрассудков. Да и не обзавелась она за жизнь шаблонами, которые можно порвать. И Света ответила. Она просто и ясно изложила свою проблему и просьбу одновременно. И вампиры, будучи джентльменами и существами, хоть и кровожадными, но весьма чувствительными к красоте, не отказали.

Не стоит судить по внешности и манерам. Даже вампиров.

Придя в себя, некурящая Света (никотин пагубно сказывается на цвете лица) первым делом стрельнула сигарету. Сделав большой глоток пиваса из предложенной обходительным кавалером полторашки, она попыталась сесть на корты, и с удивлением оглядела узкую и неудобную юбку, сковывающую её движения. Выматерившись и сплюнув, Света обратилась к новообретенным друзьям:

—Эй, пацы, а чё, есть чё нормальное вместо этой лабуды? В натуре неудобная шняга, — она стянула мешающую ей юбку и выдохнула, с облегчением присаживаясь, — охуенчик!

Пацаны с восхищением присвистнули, оглядывая красивые бедра и потеснились, давая ей место у костра.

—Звать-то тебя как, красота? — спросил самый галантный, протягивая даме спортивные штаны с лампасами, выуженные из теней склада.

Кокетливо поведя плечиком, Света чувственно выдохнула пивным духом:

—Для тебя, родной, просто Светик.