Шальное детство 4⁠⁠

Неделю мы учились, а по воскресеньям запускали самолёт. Процесс покупки эфира в аптеке был отработан и не давал сбоя. Только модель была не с лучшими пилотажными качествами. Не кирпич конечно, но до юрких бойцовских моделей ей было далеко.

Я рассматривал чертежи в книге и описание более сложных моделей. Изучил и много раз перечитал все описания. Нужно строить полноценную модель, с правильным профилем крыла, с нервюрами. Да и фюзеляж тоже желательно сделать легче. Но материалов, инструмента и знаний не было.

Не помню через кого я узнал, что в городе есть авиамодельный кружок в клубе юных техников. К слову этого клуба там больше нет, на его месте зелёный банк. Ну вернёмся в те далёкие времена. Я рассказал родителям, что хочу ходить в кружок и мне надо срочно туда записаться. Родители были не против. Я подбил Лёху на то, чтобы пойти вместе, и мы в один прекрасный день отправились записываться в кружок.

Город авиации, и в нём клуб юных техников, где преподавали и занимались по вечерам с детьми сотрудники из научного института, находящегося через дорогу. В стенах клуба были огромные стеклянные витрины, за стёклами висели разнообразные модели и стояли кубки. Безумной красоты копии самолётов, просто бойцовские модели, планеры. Мы замерли напротив, разглядывали и изучали. Немного придя в себя вошли в здание.

Бабушка вахтёр спросила, куда мы и чего хотим. Мы сказали, что хотим записаться в авиамодельный кружок, сами же стали разглядывать внутри холла весящие по стенам и под потолком модели. Нам сказали, что группа занимается с 1 сентября, но она узнает.

Через какое то время вышел руководитель кружка. В сером халате, в очках, сейчас я бы сказал интеллигентный человек. Это был не трудовик из школы с лицом измученным портвейном. Всё таки научные сотрудники занимались там с детьми. Он задавал вопросы, мы рассказывали про свой самолёт, и про то что мы уже запускали его. Он согласился принять нас и пригласил в класс-мастерскую.

Это был рай для мальчишек. Там были и парты, и верстаки, и доска как в школе, и маленькие станочки. Был разложен разный инструмент и приспособления. А запах, запах дерева, клея. Мы разглядывали, трогали инструмент. Мальчишки что то точили, пилили, одним словом все трудились.

Нам в общих чертах рассказали про технику безопасности, про инструмент, показали где и что и сказали принести общие тетради и ручки. Это конечно немного удивило, мы чего, в школе что-ли, но не спорили, надо, значит надо.

На следующем занятии мы сидели как в школе, а на доске нам рисовали профиль крыла, рассказывали про подъёмную силу, про разницу давлений сверху и снизу, про угол атаки крыла, про векторы сил. Мы старательно записывали всё это в тетради.

Так мы узнали про физику, в школе до неё было ещё далеко. А тут простыми словами, с формулами конечно, нам преподавали теорию. И только после теории мы приступали к изготовлению чего либо. Всё по чертежам, эти чертежи мы и сами потом чертили и дорабатывали.

Только спустя годы понимаешь, это была начальная инженерная школа. Практически все выпускники этого клуба после школы шли учиться дальше в профильные вузы и связывали свою жизнь с авиацией.

Нам с Лёхой приглянулись бойцовские модели самолётов, мы представляли, как будем рубить винтом привязанные к хвосту ленты друг у друга. Мы сразимся и поймём, кто круче.

Получив чертежи принялись к изготовлению нервюр. Между алюминиевых пластинок - шаблонов винтами стягивались тонкие пластинки шпона. Это была бальза. Потом этот набор зажимался в тиски и напильниками и надфилями разной формы и зернистости обтачивался. На микроциркулярной пиле нарезались тоненькие рейки. Резали сами по присмотром руководителя.

Сборка, склейка крыла. Законцовки делали из плотного пенопласта. Фюзеляж тоже был из реечек и пенопласта. Всё шкурилось, подгонялось. Плоскости обтягивали лавсановой плёнкой. В качестве клея был эмалит и эпоксидная смола. Запах казался даже сладким и приятным. Это не передаваемые впечатления и воспоминания. Вообщем, к лету мы построили по первой бойцовской модели.

Встал вопрос двигателя. Старый МК 12 был загнан и уже всё труднее заводился. Нужно покупать новый. В клубе были двигатели, но его нельзя брать домой. Мы попробовали в парке на кордодроме свои модели, но была очередь на полетать и долго летать не выходило. Мотор же сдавался обратно в сейф руководителю.

Впереди было лето, занятий в клубе летом не было. Поэтому собрав накопленные деньги я из школы прям в форме с пионерским галстуком и портфелем за спиной отправился в Москву, в центральный Детский мир.

Десятилетний я больше часа ехал на пригородной электричке, конечно зайцем. Потом метро и я у памятника Дзержинскому между КГБ и Детским миром. Я облазил все этажи в Детском мире, но ничего не нашел. Кто то из продавцов посоветовал съездить в магазин Пионер. Он был на улице Горького недалеко от Белорусского вокзала. Теперь это Тверская. Я добрался до магазина и обомлел, там было всё. И моторы, и даже корды. Шпон, бальза, рейки. Радиодетали и много всякого и разного. Я купил новый МК 17, положил его в портфель и рванул домой, пока меня не начали искать.

Спустя годы я рассказал матери, как катался в Москву за мотором. Это был для неё шок. Мы были намного самостоятельнее наших детей.

Лёхе мотор купил отец, он бывал в Москве по работе, таким образом мы подготовились к лету.