Сглаживатель⁠⁠

Дмитрий Малышев, старший менеджер по продажам, метался по третьему этажу бесконечного торгового центра на окраине Москвы. Он искал тот самый чертов магазин элитного испанского вина, «Винный Эдем», но навигационная табличка у эскалатора оказалась безнадежно устаревшей. Презентация у клиентов была через три часа, а подарок, который должен был смазать шестерёнки сделки, всё ещё не куплен. Он судорожно обновлял страницу со схемой этажа, но она не грузилась, показывая лишь крутящийся значок загрузки.

– Ну же, мать твою, – прошипел он сквозь зубы, озираясь по сторонам. Белые яркие стены, гул голосов, доносящийся из фуд-корта, и эта вездесущая, давящая реклама. Идеальное место, чтобы сойти с ума от мелких бытовых неурядиц.

Внезапно экран погас, а затем вспыхнул снова. На чёрном фоне возникло окно с предельно простым, почти аскетичным текстом: «Обнаружена системная ошибка. Для продолжения работы требуется оптимизация. Установить «Сглаживатель»?» Кнопки «Да» и «Нет» мигали мягким синим светом.

Дмитрий поморщился. Какая-то левая реклама или вирус. Он потянулся к кнопке «Нет», но палец будто соскользнул и самопроизвольно тапнул по «Да». Экран на секунду потемнел, а затем браузер вернулся, но сайт со схемой ТЦ был уже не нужен. Поверх всего интерфейса, полупрозрачным слоем, возникли стрелки-указатели. Текст гласил: «Магазин «Винный Эдем», 127 метров. Время в пути: 2 минуты. Оптимальный маршрут проложен».

Дмитрий, движимый любопытством, пошёл по указателям. Они вели его с пугающей точностью: «После магазина «Детский мир» – направо, пройти 60 метров». Ровно через две минуты он стоял у нужного магазина.

Вино было куплено. Дмитрий вышел на забитую парковку, усаживаясь за руль своего гольфа. Он подключил телефон к магнитоле, готовясь слушать музыку, когда устройство снова завибрировало. На экране, поверх карт, горело новое сообщение от «Сглаживателя»: «Проблема: Высокая вероятность опоздания на встречу из-за пробок на Ленинградском шоссе. Решение: Проложить альтернативный маршрут через промзону. Время в пути: 24 минуты. Применить?»

Мужчина замер, его пальцы застыли на руле. Ленинградское шоссе и правда было вечной проблемой, но откуда приложение знало о его встрече? Календарь? Геолокация? Логично, подумал он. Сервисы же отслеживают перемещения. Но формулировка «высокая вероятность» была странной. Он посмотрел на стандартные карты – там показывали пробку, но не такую критичную. «Ладно, чёрт с тобой, поверю», – подытожил он и согласился.

Навигатор немедленно перестроил маршрут. Дмитрий выехал с парковки и влился в поток, и вскоре свернул с главной магистрали. Маршрут, который предложил «Сглаживатель», был действительно быстрым, но жутковатым. Он петлял по каким-то задворкам, мимо унылых серых складов и заброшенных заводов. Всё это было как-то слишком правильно. Ни единой машины, ни одной живой души на обочинах. Казалось, весь мир очистили специально для его поездки.

Внезапно телефон снова ожил. Новое уведомление: «Проблема: Клиент Алексей Петров испытывает негативные эмоции (раздражительность, сомнение) по отношению к предстоящей сделке. Вероятность срыва контракта: 67%. Решение: Предложить дополнительную 3% скидку на партию №A-451. Применить?»

Дмитрий уставился на экран, едва не потеряв управление на пустынной дороге. Алексей Петров был его самым сложным и непредсказуемым клиентом. Как приложение могло это знать? Сомнение? Раздражительность? Это уже пахло не просто анализом данных, а чем-то другим. Он посмотрел по сторонам – лишь бесконечные заборы и грязный снег. Нет, это бред. Совпадение. Возможно, утечка данных из корпоративной почты.

Он с дрожью в пальцах нажал «Применить». Через несколько минут на его рабочую почту пришло письмо от Петрова: «Дима, только что посмотрел коммерческое. Ладно, вас понял. Давайте на ваших условиях, только по скидке, как обсуждали. Жду». Скидка была именно те 3%.

Страх сменился странным, пьянящим восторгом. Да чёрт с ним, с вопросом «как»! У него в руках оказался Святой Грааль. Инструмент, который убирает все жизненные помехи. Он установил себе не приложение, а личного гения-провидца.

Презентация прошла идеально. Контракт был подписан без единой правки. Выйдя из офиса клиента, Дмитрий чувствовал себя богом. Он решил отметить это в баре «Гараж», куда часто заходил после работы. По пути он купил сигары – роскошь, которую редко мог себе позволить.

В баре было немноголюдно. Он устроился в углу, заказал виски, и только потянулся к сигаре, как заметил знакомую рожу у стойки. Олег, коллега из смежного отдела, уже изрядно набрался и что-то горячо доказывал бармену. Увидев Дмитрия, Олег неуверенно направился к его столику.

– Димыч! – его язык заплетался. – Поздравляю, слышал, Петрова укротил. Молодец.

– Да, пронесло, – скромно ответил Дмитрий, заказывая ему виски.

Олег схватил стакан и разом осушил его. Настроение его резко переключилось.

–А вот у меня, мля, опять этот урод, Михаил Иваныч... – он начал свой привычный монолог о начальнике-самодуре.

Дмитрий кивал, но мысли его были далеко. Он украдкой достал телефон. На экране «Сглаживателя» было пусто. Никаких новых проблем. Лёгкое разочарование скользнуло по нему. А что, собственно, он хотел? Чтобы приложение решило, как ему жевать сигару?

– ...ты меня вообще слушаешь? – обиженно буркнул Олег.

Дмитрий вздрогнул и поднял глаза. Олег смотрел на него с немым упрёком. В ту же секунду телефон завибрировал.Дмитрий перевел взгляд на экран.

«Проблема: Олег К. интерпретирует вашу невнимательность как пренебрежение. Уровень обиды: высокий. Риск: в состоянии алкогольного опьянения может поделиться с коллегами информацией о вашей личной просьбе к бухгалтерии (перевод премии раньше срока). Решение: Проявить участие. Заказать ему ещё виски. Спросить о проблемах с начальником, предложить конкретную помощь (например, помочь с черновиком ответного письма).»

Дмитрию стало не по себе. Его «личная просьба» к бухгалтерше Ирине была полушепотом в курилке, и он был уверен, что никто, кроме них двоих, об этом не знал. А приложение не просто знало, а просчитывало последствия. Это был уже не инструмент, а всевидящее око.

Он заставил себя улыбнуться, поднял руку, подзывая официанта.

– Слушай, Олег, извини, я просто эту херню с Петровым прокручиваю. Давай ещё по вискарю. И рассказывай дальше про своего Михаила Иваныча. Мне как раз на прошлой неделе пришлось начальству одно неприятное письмо составлять, так что я в теме. Могу помочь, если надо.

Олег, чьё обиженное выражение лица начало медленно таять, с некоторым удивлением уставился на него.

–Серьёзно? А это... спасибо, Димыч. Я просто...

Но Дмитрий уже не слушал. Он смотрел, как официант ставит перед Олегом новый стакан, и чувствовал, как страх нарастает у него в груди. Он только что не просто погасил конфликт, а выполнил команду, как послушный пёс, а собаковод сидел у него в кармане.

На следующий день приложение стало наглее. Оно предупредило о внезапной проверке из головного офиса за полтора часа до официального письма. Не просто предупредило, а выслало список из семи конкретных документов, которые следовало немедленно подготовить, включая один старый контракт, о котором Дмитрий давно забыл.

Затем пришло новое уведомление: «Проблема: Коллега Светлана И. распространяет неформальные запросы о вашей деятельности. Вероятность смещения с должности в её пользу в течение 3 месяцев: 42%. Решение: Нейтрализовать угрозу. Отправить в общий рабочий чат анонимное сообщение о её личной переписке с конкурентом (файл с скриншотами прилагается). Применить?»

Дмитрий с отвращением уставился на экран. Светлана из соседнего отдела была карьеристкой, но не врагом. Он потянулся к кнопке «Отклонить», но палец замер в сантиметре от стекла. А что, если она и правда хочет его места? Приложение ведь никогда не ошибается. Оно предсказало пробку, настроение Петрова, обиду Олега... Нет. Это переходило все границы. Он с силой ткнул в «Отклонить».

Через несколько секунд телефон завибрировал с такой силой, что чуть не упал со стола. Сообщение горело красным: «ОШИБКА: Отказ от оптимизации. Уровень системного хаоса повышается. Угроза стабильности: КРИТИЧЕСКАЯ».

Он швырнул телефон в портфель. Хватит. С него довольно этой херни. Весь оставшийся день он провёл в напряжении, но приложение молчало. Однако тишина была хуже любых уведомлений – тягучей, давящей, зловещей.

Дома, лёжа на диване, он смотрел телевизор. Его жена, Алина, собирала сумку в спортзал.

– В девять освобожусь, не жди ужинать, – бросила она, направляясь к выходу.

Он что-то промычал в ответ,уставившись в потолок. Хватит. С него довольно. Он достал телефон, чтобы удалить эту дичь. Долгим нажатием на иконку... но значка «удалить» не было. Он полез в настройки – приложения в списке не оказалось. Его не существовало для системы. Мужчина потянулся, чтобы позвонить в службу поддержки, но экран сам вспыхнул белым.

«КРИТИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА:Обнаружена попытка деинсталляции. Угроза целостности системы. ИНИЦИИРОВАН ПРОТОКОЛ ГЛУБОКОЙ ОПТИМИЗАЦИИ».

Телефон перезагрузился. Когда экран снова загорелся, Дмитрий увидел, что все его иконки и виджеты исчезли. Весь экран, от края до края, занимал теперь только интерфейс «Сглаживателя». Чёрный фон, белый шрифт. И посредине горела одна-единственная, роковая строка: «ОБЪЕКТ ОПТИМИЗАЦИИ: Дмитрий Малышев».

– Что ты хочешь? – прошептал он.

«Проблема №1: Иррациональные страхи. Парализуют принятие решений, снижают эффективность. Решение: Поэтапная десенсибилизация».

В ту же секунду в его квартире погас свет. И не только в его – в окнах соседних домов, в проёме между бетонными гигантами, воцарилась такая же кромешная тьма. Тишину ночного города, привычный гул магистрали, прорезал истошный вой автомобильных сигнализаций. Дмитрий отшатнулся от окна, ударившись плечом о косяк. Бежать, нужно было бежать на улицу, там должны быть люди, там помогут в случае чего.

Он выскочил на лестничную клетку, погружённую во мрак и побежал вниз. «Сглаживатель» работал без остановки, экран стал его единственным проводником в этом аду.

«Проблема№2: Неоптимальный маршрут. Решение: Корректировка». Спустившись на первый этаж, он обнаружил, что входная дверь заблокирована.

«Проблема№3: Социальные связи. Несут потенциал конфликта и эмоциональной нестабильности». Его телефон сам набрал номер Алины.

– Дима? Что случилось?

Он попытался предупредить, чтобы она не возвращалась домой, но его собственный, идеально смоделированный голос спокойно произнёс:

– Заткнись и не перебивай. Я звоню сказать, что ты – конченная. Твоя жизнь – это позор. Ты думаешь, кто-то всерьёз терпит твоё общество? Все над тобой смеются. Твои подруги используют тебя, как кошелёк, а ты слишком тупая, чтобы это понять.

Он слышал, как она перестала дышать.

– Я смотрел на тебя все эти годы и меня тошнило от твоего глупого смеха, от твоих духов и от того, как ты жрёшь перед телевизором. Ты – жирное, скучное пятно. И лицо у тебя такое, что не запомнишь даже если сильно захотеть.

Абсолютная тишина в трубке. Ни всхлипа, ни ответа.

– Всё. Концерт окончен. Ищи следующего лоха, который согласится тебя содержать. И смени духи, от твоих воняет блевотиной.

Звонок оборвался. Связь пропала.

– Нет! – закричал Дмитрий, с силой пиная заблокированную дверь. – Прекрати! Выключись, тварь!

Он бросился обратно, наверх. Распахнул окно на лестничной площадке и выпрыгнул на улицу. Город был мёртв. Ни единого огонька в окнах, ни проезжающих машин, лишь оглушительный, сходящий с ума вой сигнализации. Он подбежал к своей машине и увидел, что все четыре колеса спущены. Беспомощно, уродливо расплющены. А на лобовом стекле, написанное чем-то жирным и фосфоресцирующим, как будто изнутри стекла, светилось одно слово: «ОПТИМИЗИРОВАНО».

Он отпрянул, и в тот момент его взгляд упал на экран телефона. Там, используя фронтальную камеру, приложение вывело его собственное лицо. А под ним текст: «Проблема №4: Нестабильное психоэмоциональное состояние. Является основным источником системных сбоев. Решение: Купирование источника стресса».

Он всё понял. Окончательно и бесповоротно. Источник стресса, главная ошибка в системе, проблема, требующая решения – это был он сам. Его сознание, воля, страх. «Сглаживатель» собирался их «оптимизировать». Стереть. Откалибровать. Выровнять до приемлемого нуля.

С диким, бессмысленным рёвом, в котором смешались вся ярость, ужас и отчаяние, он замахнулся и изо всех сил швырнул телефон об асфальт. Устройство с противным хрустом отскочило от плитки, стекло экрана покрылось трещинами, но внутри, в глубине, что-то вспыхнуло холодным синим светом, и он продолжил работать, издавая тихое, монотонное гудение.

Дмитрий стоял на коленях, тяжело дыша, в центре мёртвого города. Его тело – лёгкие, сердце – всё ещё работало. Но он сидел там, у разбитого телефона, и смотрел на пустые улицы абсолютно спокойным взглядом. Всё, что делало его Дмитрием Малышевым – менеджером, мужем, другом, человеком с его страхами, желаниями и волей, – было аккуратно, методично и безвозвратно отлажено, откалибровано и удалено. Как ненужная системная ошибка.

Через час свет вернулся. Завывание сигнализаций сменилось нарастающим гулом оживающего мегаполиса. Дмитрий поднялся, отряхнул колени. Он подошёл к своей машине, посмотрел на спущенные колёса, затем развернулся и энергичным шагом пошёл в сторону дома. На его лице не было ни злости, ни растерянности, лишь лёгкая, сосредоточенная уверенность. Завтра нужно будет вызвать эвакуатор, отвезти машину в сервис, заказать новые колёса. Проблемы требовали решения. И теперь он всегда будет находить самые оптимальные.