RAT (Remote Access Trojan)⁠⁠

— Родион, последний раз говорю, вставай! Ты уже опаздываешь.
Не отрывая головы от подушки, юноша поднял руку и выставил указательный палец, показывая: «еще минуточку».
Содрав с сына одеяло, Лариса потрепала его по взъерошенным волосам.
— Все, все, я уже почти встал. Где мои носки?
— Тебе лучше знать, ведь ты король этой помойки, — язвительно заметила Лариса, окинув взглядом комнату.
Приведя себя в порядок и на ходу проглотив яичницу, Родион отправился в школу.
— Смотри-ка, сегодня ты даже не опоздал, — с улыбкой встретил его Серега.
— Радиатор здесь, здорово, чувак! — они с размаху обменялись крепким рукопожатием.

Проходя по коридору, парни обсуждали вчерашний футбольный матч и попутно здоровались со знакомыми. Родиона в школе знали все — от первоклашек до директора. Хоть он и бывал зачинщиком безумных проделок, в душе оставался добрым парнем, готовым прийти на помощь. Именно за это его и ценили. Ну а девчонок он покорял внешностью и харизмой. Высокий, кучерявый, со смазливым лицом — ну как в такого не влюбиться?

— Ну что, какие сегодня планы? Если опять география, я точно сойду с ума. Слушать монотонный голос Ростикса — это сущая пытка.
— Не парься, Ростислав Саныч будет только в пятницу, а сегодня у нас экскурсия.
— А, точно, я совсем забыл! Не думаю, что там будет что-то крутое, ну да ладно. Главное — не за партами сидеть.

Возле школы уже стоял автобус. Классный руководитель, Степанида Ильинична, строго сверяла учеников по списку.
— Где вы ходите? А ну марш в салон! — прикрикнула она, сделав отметку в планшете.
Парни поднялись по ступенькам и сразу заметили бритый затылок Тохи, который активно махал им рукой.
— Пацаны, давайте сюда, я вам места занял!
Когда все расселись, а Степанида Ильинична в последний раз пересчитала детей, автобус, заурчав двигателем, отправился в путь.

Прибыв на место, класс сразу повели на экскурсию. Несмотря на то что это был один из самых современных научных центров города, у большинства учеников он вызывал только скуку. Слова гида Родион пропускал мимо ушей, мечтая поскорее покинуть это место. Отпросившись в туалет у классного руководителя, парень решил устроить себе небольшую прогулку. В голове зрел план: может, получится хакнуть комп и запустить трансляцию порно на главном экране? Это сразу сделало бы экскурсию незабываемой. Подойдя к стене вплотную, он попал на пару секунд в слепую зону камер и прошмыгнул в коридор. Тут камер не было, и он мог спокойно бродить.

Большинство кабинетов были закрыты, а те, что повезло открыть, оказались пустыми и не вызывали особого интереса. Но последний кабинет, в который заглянул Родион, отличался от остальных. В середине комнаты стоял стол с брошюрами и журналами, а рядом с компьютером лежала флешка необычной формы — чёрная, матовая, с ребристыми краями и неоново-жёлтой надписью с названием компании. По центру её украшала зелёная выпуклая сфера, напоминающая изумруд, а на одном из торцов выступал пластиковый прямоугольник. Родион напрочь забыл о своем «злодейском» плане.

Его руки машинально потянулись к находке. Хоть юноша и не страдал клептоманией, гаджет он решил оставить себе, оправдывая это тем, что это наверняка бесплатный образец — такой же, как и рекламные материалы на столе. Взяв пару брошюр, он вернулся к классу.

Экскурсия близилась к завершению. Когда гид закончил говорить, Родион, зажав устройство в руке вместе с буклетами, спросил:
— Простите, я тут прихватил пару ваших рекламных штук, можно мне оставить их себе?
Бегло глянув на парня, экскурсовод махнул рукой:
— Конечно, парень, для этого они там и лежат.

Ухмыльнувшись, Родион отправился к выходу. Шалость удалась, и теперь это не казалось кражей .

Придя домой, он кинул рюкзак на кровать и отправился на кухню. Съев пару наспех сделанных бутербродов, Родион решил осмотреть добычу.
— А она и вправду прикольная. Может, стоит носить её как талисман? — пробормотал он.

Включив компьютер, парень протянул руку и вставил флешку в USB-порт. И тут случилось то, чего он ожидал меньше всего. Как только металлическая часть вошла в разъём, из пластикового торца выдвинулась тонкая игла и вонзилась в большой палец. Жгучая боль пронзила руку, вызвав мимолётное оцепенение, а на коже начала наливаться алая капля.

— Чёрт, вот же гадство! Что это вообще было?! — Родион инстинктивно отдёрнул руку и выругался.

Взяв пассатижи, он аккуратно вытащил злополучную флешку из разъёма. Посмотрев на погасший монитор и услышав из системного блока электрический треск, парень понял, что это был USB-killer.

— Нет, нет, нет!

Родион лихорадочно нажимал на кнопку включения, но всё было бесполезно.

— Она мне ещё и комп сожгла! Вот тебе, блин, и высокие технологии...

С досадой он швырнул флешку, которая уже ощутимо нагрелась и зловеще шипела, в мусорное ведро и плюхнулся на кровать. Спустя час, в течение которого Родион лениво листал соцсети в телефоне, на него резко навалилась непреодолимая сонливость. Повернувшись на бок, он уснул. Но что-то чужеродное в недрах его организма совсем не собиралось спать.

Когда парень проснулся, был уже полдень. Солнце вовсю озаряло его подростковую берлогу. Гора одежды, заменявшая Родиону шкаф, привычно возвышалась на стуле. Повсюду валялись носки и пустые упаковки от снеков. Стены комнаты украшали плакаты рок-групп Satan's Heel и Shit in a Vase.

Зевнув, Родион потянулся за телефоном и обомлел. Экран блокировки был забит уведомлениями от разных банков.

— Чё за фигня?.. — пробормотал он, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Все его скромные накопления на карте исчезли, но это было не самое страшное. Пока он спал, кто-то каким-то образом умудрился набрать на его имя кучу микрозаймов. Листая входящие сообщения, парень в каждом из них видел похожие, бьющие по нервам слова: «одобрено», «кредит», «ежедневный процент».

— Кто вообще в здравом уме одобрил кредит школьнику?! Да ещё и столько!

Он вскочил с кровати, запутался в одеяле и едва не сбил стул с вещами. В одних трусах Родион помчался в комнату матери в поисках спасения.

— Мама, мама, меня грабанули! Что делать? Я ничего не делал, клянусь!

Лариса знала, что её сын тот ещё паникёр, поэтому не сильно удивилась его внезапному появлению.

— Родя, успокойся и нормально расскажи, что случилось.

Вместо ответа он лишь протянул ей телефон с жалостливым видом. Пристально изучив экран, Лариса подняла глаза на сына:
— Ты точно сам этого не делал?
— Мам, ну я же не дебил! Ладно, если бы это был один кредит, но тут их вон сколько!
— Ладно, собирайся. Заедем к моему знакомому, думаю, он сможет нам помочь.

Спустя двадцать минут они уже сидели в кабинете юриста. Лариса заметно нервничала, то и дело поправляя пряди русых волос.

— Лариса, да мы это дело сто процентов выиграем! — уверенно произнёс Всеволод Петрович, приобнимая женщину за плечи. — Ещё и моральный ущерб с них взыщем. Оформление кредитов на несовершеннолетнего незаконно.
— Всеволод Петрович, большое вам спасибо. Мы только на вас и надеялись, — облегченно выдохнула она.
— Ну, пока не за что. Дело хоть и пустяковое, но на его решение потребуется время, — поглаживая спину Ларисы, вкрадчиво сказал Всеволод.
— Конечно, конечно, мы всё понимаем. И если получится выбить моральную компенсацию, забирайте её всю — в качестве благодарности за ваш труд.

Всё это время Родион рассматривал кабинет. Огромный лакированный стол, наверное, дубовый. За ним — стеклянный шкаф с множеством книг, а на стенах — куча грамот о том, какой Всеволод Петрович замечательный специалист. «Но я-то эту усатую морду насквозь вижу, — угрюмо думал парень, — он давно к моей мамке яйца подкатывает».

На прощание Лариса хотела лишь скромно чмокнуть Всеволода в щёку, но юрист перехватил инициативу и по-хозяйски поцеловал её в губы. Родион тут же скорчил мину, будто его сейчас вырвет.

— Фе, ну и мерзость!
— Родя, ну где твои манеры? — шикнула мать, густо покраснев. — Поехали домой.

Дома у Родиона разыгрался нешуточный аппетит, что было на него совсем не похоже. Обычно он просто кусочничал: перехватит что-нибудь на кухне — и обратно к себе. Сегодня же парень умял огромную тарелку пасты болоньезе, попросил добавки, а в завершение осушил целый пакет молока и съел пол-батона. Организм яростно требовал подпитки.

— Ты что, с голодного края вернулся? — удивилась Лариса. — Обычно как чайка поклюёшь и исчезнешь, а тут вон — полстола смёл.

Продолжая жевать, Родион нечленораздельно пробубнил:
— Я ж р-р-расту… И вообще, это стресс, я его заедаю, так что всё норм, ма.
— Ну-ну, — хмыкнула Лариса.

Поцеловав маму в макушку, Родион отправился к себе. По привычке он опустился в кресло и нажал на кнопку системного блока, но тот по-прежнему не подавал признаков жизни.

— Зараза, я совсем забыл про тебя, — пробормотал парень. — Ладно, не будем усугублять ситуацию. Об этом маме лучше вообще не знать. Ну, хоть телефон работает, а то бы я совсем со скуки умер.

И в этот момент телефон звякнул. Затем еще раз, и еще — гаджет буквально разрывался от уведомлений.

«Что за фигня? — подумал Родион. — Я, конечно, популярный, но не до такой же степени».

Когда он открыл мессенджер, на лбу выступила испарина, а тело обдало дрожью.

«Ни фига у тебя волына, барбос!»
«Ахаха, найс болт!»
«Был Радиатор, а стал Мастурбатор!»

Вся школа взахлёб обсуждала видео, загруженное на его личную страницу. На кадрах Родион посреди ночи, сидел в кресле и занимался рукоблудием. Он смотрел прямо в камеру, закатив глаза. Сгорая от стыда, парень трясущимися пальцами удалил запись, но было поздно. Он понимал: видео уже разлетелось по чатам, а то, что попало в интернет, остаётся там навсегда.

Стыд, дикая паника и абсолютная беспомощность захлестнули Родиона. Он задохнулся в беззвучном рыдании, судорожно хватая ртом воздух. Внезапно в глазах поплыло. Очертания комнаты стремительно теряли чёткость, и Родион повалился набок, теряя сознание.

Спустя какое-то время он открыл глаза.

Родион смотрел на свою комнату, но что-то было в корне не так. Он созерцал всё сверху вниз, будто его приклеили к потолку. Из этой точки парень отчётливо видел собственное обмякшее тело на кровати — его грудь едва заметно поднималась. Вдруг у входной двери раздался шорох, и в щель под дверью ровным строем вошла шеренга крошечных блестящих фигурок. Они были зеркально-чистыми и больше походили на космонавтов, нежели на классических солдатиков.

Приблизившись к кровати, их лидер — видимо, командир — звонко скомандовал:
— Рота, стой! В две шеренги становись!

Бравые бойцы замерли в ожидании.
— Начать штурм высоты!

Множество микроскопических крюков с верёвками взмыло вверх, зацепилось за край покрывала, и крошечный отряд резво взобрался на кровать. Как только они поднялись, прозвучал следующий приказ:
— Первый взвод, захватить мышечные узлы! По завершении продвигаться вглубь. Второй и третий взводы, на вас мозг и ЦНС — отрезать связь с командным центром! Шагом марш!

Разделившись на группы, бойцы принялись за работу. Первая кучка, сделав быстрый надрез на запястье Родиона, начала проникать под кожу один за другим. Другие лезли в нос, уши и рот. Это зрелище одновременно ужасало и завораживало.

Наконец Родион с диким криком вырвался из пут кошмара. Он подскочил на кровати и принялся лихорадочно стряхивать с себя невидимых существ, словно облепивших его муравьёв. Тяжело дыша, парень осмотрел себя. Никаких надрезов, никаких солдатиков — всё чисто. Это был просто сон, и его тело в порядке. Единственное, что всерьёз беспокоило — кисти рук. Они горели изнутри, а мышцы сводило от резкой, тянущей боли.

Всеволода Петровича с Ларисой связывала долгая дружба, которая при других обстоятельствах вполне могла бы перерасти в нечто большее. Мужчине импонировала домовитая натура Ларисы: она великолепно готовила и мастерски справлялась с любыми домашними делами. Да и внешне она была весьма недурна — стройная фигура, милое, ещё не увядшее лицо. Сам Всеволод тоже считал себя видным мужчиной для своих лет; по крайней мере, ему очень хотелось в это верить. Лариса же видела в юристе лишь надёжного друга, хотя против лёгких ухаживаний ничего не имела.

Всё складывалось бы прекрасно, если бы не её сын. Родион, словно заноза в заднице, раз за разом путал Всеволоду все планы. Сколько раз он приглашал Ларису в ресторан или театр, но каждый раз получал отказ. Мать не желала оставлять сына одного, так как он был резко против таких рандеву, какие бы изощрённые уловки мужчина ни использовал.

Но теперь судьба сама преподнесла Всеволоду щедрый подарок. Мальчишка крупно встрял, и чтобы замять дело с кредитами, уйдёт немало времени. А это значило, что видеться с Ларисой он теперь сможет гораздо чаще и, возможно, наконец-то удостоится чести попасть к ней в постель. Втайне Всеволод уже лелеял план: как только дело будет закрыто, он подтолкнёт Ларису к мысли отправить непутёвого отпрыска в интернат или кадетское училище. Это ведь далеко не первая выходка парня, так что уставшая мать наверняка согласится.

Именно в тот момент, когда Всеволод размышлял о своём триумфе, вальяжно попивая коньяк из бокала, дверная ручка его кабинета нервно дёрнулась. Дверь резко распахнулась — в проёме стоял Родион.

— Молодой человек, воспитанные люди сначала стучатся, — высокомерно начал юрист, но осёкся на полуслове.

Он заметил странный, пугающий вид мальчишки. Тот пришёл в домашней одежде и без обуви, в одних носках. Его губы были плотно сжаты, а глаза… Глаза Родиона полностью закатились, выставляя напоказ лишь жуткие белые яблоки.

В один молниеносный рывок парень перемахнул через комнату. Схватив оцепеневшего юриста за волосы, он несколько раз с размаху впечатал его лицом в тяжёлую столешницу. Раздался глухой хруст ломающегося носа. По лакированному дереву брызнула багровая кровь. Всеволод жалобно застонал, его лицо превратилось в кровавое месиво, а сознание готово было угаснуть в любой момент.

Но Родион не останавливался. Он мёртвой хваткой сжал горло мужчины обеими руками. Ни один мускул на лице подростка не дрогнул — он, словно бездушный робот, выполнял чей-то смертельный приказ. Глаза Всеволода в панике расширились, а кожа начала стремительно синеть. Родион резко обвил рукой шею жертвы и одним мощным, выверенным движением свернул её.

Цель была достигнута. Как только юрист испустил последний вздох, Родион разжал пальцы. Не оборачиваясь, он вышел из кабинета. Ровным бегом, не привлекая внимания, парень добрался до дома. На автомате вымыл испачканные руки и ступни, выбросил грязные носки и послушно лёг обратно в постель.

«Что же мне делать? Моя жизнь кончена. У меня куча кредитов, в сеть слили видео, где я душу гуся… Что вообще может быть хуже?» — обречённо размышлял Родион.

Сегодня он точно решил никуда не идти, да и завтра, пожалуй, тоже. Поговорив с мамой и сославшись на то, что ему нездоровится, парень остался дома. День прошёл незаметно, и снова наступила ночь.

Посреди ночи Лариса проснулась, чтобы сходить в туалет, и заметила сына. Родион стоял в темноте и сосредоточенно копался в её вещах. На экране её ноутбука тускло светился сайт банка с открытым сберегательным счётом.

— Родя, что ты делаешь? — удивлённо спросила она.

Он не ответил. Лишь медленно повернулся, тупо уставившись на неё абсолютно пустыми белками закатившихся глаз.

В следующую секунду парень схватил тяжёлый стул и швырнул его в Ларису. Женщина едва успела увернуться, но Родион уже налетел на мать. Он подхватил Ларису на руки — точно так же, как когда-то она баюкала его младенцем. Только теперь он был пугающе сильным, а она — хрупкой и беззащитной. Руки, которые она вырастила, несли ей смерть. Он с силой швырнул её на стеклянный журнальный столик. Мебель вдребезги разлетелась, и сотни острых осколков вонзились в тело Ларисы. Не давая ей опомниться, Родион перехватил самый крупный обломок стекла. Он сжал его в кулаке так сильно, что разрезал собственную ладонь, и, наклонившись, безжалостно перерезал плачущей матери горло.

И тут пелена с его разума внезапно спала. Родион пришёл в себя.

— Господи, мама! Мама, мамочка, что я наделал?! — истошно зарыдал он, судорожно хватая ртом воздух и срываясь на крик. — За что?! За что мне всё это?!

В этот же миг его глаза снова закатились, а тело выпрямилось словно струна, заставляя выпустить окровавленный труп матери. Он снова заговорил, но это был чужой, мёртвый голос — парня использовали лишь как речевой рупор:
— За что? Ты действительно не догадываешься? Ты, малолетний дебил, сорвал нам всю операцию! Всё было рассчитано идеально, пока ты не припёрся в тот кабинет и не украл флешку. Наш вирус должен был захватить ведущего инженера центра, а не сопливого подростка. Ты сам во всём виноват, придурок. Когда мы поняли, что всё пошло через задницу, мы решили хотя бы повеселиться и провести полевые тесты. Выкрасть ваши жалкие гроши с карт — это так, компенсация за потраченное время. А видео… Ты же так хотел быть популярным, теперь с этим нет проблем.

Что до твоего юриста… Он был лишь проверкой навыков. Мы и не думали, что наноботы действительно увеличивают силу. Теперь мы знаем, что это так.

Родион снова вернул контроль над разумом, но сдвинуться с места уже не мог. Его сознание заперли в неподвижной клетке. Будущего больше не существовало. Не будет выпускного, не будет девчонок, не будет Серёги и Тохи, не будет мамы. Он никогда больше не вдохнёт свежий воздух. Всё, кем он был — его мечты, его цели, его жизнь — хакеры просто стёрли, превратив в послушного раба ради забавы.

По щеке Родиона покатилась одинокая слеза. В ней застыла вся его не прожитая жизнь, весь бесконечный, разрывающий душу ужас и безмолвное, запоздалое «прости», обращённое к лежащей рядом матери.

Из его рта прозвучала системная команда:
— Полное форматирование.

Тело Родиона забилось в яростных судорогах, изо рта хлынула кровавая пена, и он замертво рухнул.